ПравообладателямРелигиозные психопрактики в истории культуры, Сафронов Андрей
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Сафронов Андрей Григорьевич pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Монография посвящена исследованию психопрактик, прежде всего религиозных, как неотъемлемого культурного феномена, присущего человечеству на всех этапах его развития, выявлению их культурообразующих и других функций. В работе рассмотрены проявления психопрактик в различных культурных традициях, исследован их генезис, эволюция, взаимодействие с другими формами духовной жизни. Особое внимание уделено религиозным и околорелигиозным психопрактикам, представленным в современной культуре. Также в работе рассмотрены такие вопросы как место измененных состояний сознания в культуре и религии, роль религии в формировании и поддержании социотипа, культурное значение эзотерических психопрактик, философские и религиозные корни современной психотерапии.

PDF. Религиозные психопрактики в истории культуры. Сафронов А. Г.
Страница 64. Читать онлайн

время инициации, а затем оживляющем их в качестве взрослых членов племени. Таким образом, в сознании инициируемых формировалась новая мифологическая реальность, которой предстояло просуществовать лишь до окончания процедуры инициации. Прохождение соответствующих событий, связанных с инициацией, имело смысл только при их «IlpBBHll»HOH» интерпретации. Только в этом случае достаточно безобидные действия приобретали необходимый пафос, а формируемые таким образом психические структуры становились религиозными образами, т. е. наполнялись необходимым «количеством» сакральности. Мирча Элиаде отмечал, что выполняющий ритуал человек живет не в обычном пространстве, а в особом ритуальном [285, 287]. Пребывание в таком ритуальном пространстве характеризуется как раз большей мягкостью психических структур, более высоким эмоциональным накалом и экзистенциированиостью человека. Именно последнее условие является необходимым для совершения выбора, являющегося необходимым элементом инициации.

3 этап — выбор. По завершении предварительной подготовки кандидатам предлагалось сделать сознательный выбор и пойти на инициацию, т. е. па съедение чудовищу. Этот момент является ключевым. Если юноша отказывался, он мог продолжать жить в племени, но не обладал правами взрослого члена племени. Сознательный выбор смерти (пусть даже н символической, но от moro не менее реальной в ритуальном пространстве), а не жизни — это

108

тот выбор, который и отличает человека от животного. Животное (некоторые виды) может пожертвовать собой гюд влиянием инстинкта сохранения вида, однако только человек может сделать это без биологической необходимости. Делая такой выбор, испытуемый подтверждает свою человечность. Можно заметить и другую психологическую функцию. Способность отказываться от привычных ролей, «умирать каждый день» является основой способности человека к развитию. Слишком жесткие ролевые структуры препятствуют развитию человека, уменьшают его адаптативность как особи, а следовательно и как вида.

4 этап — собственно сама процедура инициации, которая описана в сотнях источников. Тех юношей, которые соглашшзись пройти процедуру инициации, взрослые члены племени, часто одетые в ритуальные костюмы, отводили в место обитания злого чудовища, где их подвергали различным испытаниям на выносливость к боли и терпение. Кульминационным моментом ритуала являлось символическое поедание чудовищем, символом которого могли выступить пещера, деревянный макет или обруч с воткнутыми в него «зубами», через который должен был пройти инициируемый. Реже использовались иные образы символической смерти, например прыжок с большой высоты. В знак умирания и воскрешения испытуемому наносились раны. Очень распространенной была процедура обрезания. В некоторых племенах испытуемому выбивали зуб, выщипьвали волосы и т. д.

5 этап — создание стабильного мифологического пространства взрослого человека. Только что прошедшему инициацию юноше объяснялся эзотерический миф инициации, повествовавший о добром духе — покровителе инициаций. Сообщали также о том, что никакого чудовища, поедающего мальчиков, нет. Страшные звуки, издаваемые им, — всего лишь треск специальных трещоток, однако он не должен рассказывать об этом непосвященным членам племени. Таким образом из мифа инициации прошедший ее попадает в некий мета-миф, являющийся основой жизнеописания данной общности. Миф меныпего порядка включен в этот мета-миф, как элемент. Например, добрый дух — покровитель инициаций — повелел сообщать его вновь инициируемым членам, хотя он и не соответствует реальности. Необходимость принятия мета-мифа очевидна. Психика вновь инициируемого,

109

находящаяся в эмоционально возбужденном эйфорическом состоянии, может просто разрушиться, если избыток энергии не структурировать по новым религиозным образам. После прохождения подобной инициации юноша становился равноправным членом общества.

Мы описали природу тотемической инициации как психопрактики, направленной на осознанное преодоление страха и таким образом изменение внутренней самооценки и самотождественности участника ритуала. Однако, тотемическая инициация способствует достижению еще нескольких важных психологических целей, природу которых можно понять,

Обложка.
PDF. Религиозные психопрактики в истории культуры. Сафронов А. Г. Страница 64. Читать онлайн