ПравообладателямПсихотерапия. Восток и Запад, Уотс Алан
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Уотс Алан Уилсон pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Что такое человеческая жизнь: поиски гармонии или стратегия выживания? Как избежать конфликта с миром и разлада с самим собой? Знает ли ответ западная психотерапия, со времен Фрейда и Юнга бьющаяся над проблемами «цивилизованной» личности, или ближе к истине восточные учения, имеющие в своем арсенале не только традиционную мудрость, но и такие сложные практики, как йога или дзэн? Об этом и многом другом смело и неординарно размышляет американский философ, теолог, толкователь дзэн-буддизма Алан Уоттс.

Задавая оригинальные вопросы, автор находит нетрадиционные ответы, используя широкое сравнение западной психотерапии и восточных учений освобождения. Возможно, углубляясь вместе с автором в тайны человеческого бытия-в-мире, читатель сможет по-новому взглянуть на собственные проблемы.

PDF. Психотерапия. Восток и Запад. Уотс А. У.
Страница 61. Читать онлайн

действительно нет ничего, соответствующего разуму внутри нее. Следовательно, для того чтобы выжить, мы должны с величайшей осторожностью и под жестким контролем использовать предоставившуюся нам случайность. В то же время, антропологи не видят различия между первобьггным, близким к животному, человеком, с одной стороны, и ребенком и человеком примитивным, с другой. Не для того ли нужна концепция «примитивного человека», чтобы утвердить превосходство «развитой» цивилизации?

В девятнадцатом веке достоверной информации о доисторическом человеке почти не было; даже сейчас ситуация не намного изменилась. И Фрейд, и Юнг — каждый по-своему — построили концепцию первобытного человека, которая не опирается на исторические факты. Положения этой теории таковы: (1) разум — это случайное явление, возникшее на биологической и инстинктивной основе, которую можно назвать «животной» в худшем смысле этого слова; (2) культуры, в которых, в отличие от нашей, слабо развиты точные науки и теоретические знания, являются пережитком первобытного общества н поэтому определены как «примитивные»; (3) lro аналогии с тем, что внутрнугробный плод повторяет эволюционный путь человека, ребенок в первые годы развития повторяет первобытную человеческую ментальность. «Если совместить эти положения с фактом, что вначале психотерапия занималась лишь душевнобольными, то напрашивается вывод; иррациональное поведение — это просто историческая ре~рессия, а выведенная из душевного равновесия личность преодолевает препятствия, берущие свое начало в «первобытном болоте». Другими словами, в подсознании удерживается исторический и

". C.G.Jung, The Development of Personality, Collected Works, Vol. ! 7, Bollingen Series 20, Pantheon, New

York. 1954, с 33.

I l l

доисторический опыт, и, в итоге, психоанализ становится инструментом для изучения ранней истории человека. При отсутствии реальных сведений о первобытном человеке проверить положения этой теории невозможно.

Все сказанное общеизвестно. Я обращаюсь к этому лишь потому, что оно составляет основу теории Юнга об эволюции сознания и эго. Эта теория привела Юнга к выводу, что эгоцентрический характер сознания был всеобщей исторической необходимостью в развитии человечества. Это не безупречный, но основополагающий механизм управления первобытными инстинктами «болота и пещеры» с целью поднять человечество над уровнем обычного животного. Но посмотрим на проблему в ином аспекте: особая «витальность» человека едва ли имеет отношение к витальности животного; иррациональность, неумеренные потребности, массовая истерия и шокирующие жестокость и насилие не имеют никакого отношения к Hcsopn÷åcêoé регрессии, а являются протестом против конкретного типа сознания, против двойного связывания противоречивых общественных установлений. Несмотря на теорию, практика психотерапии вновь и вновь подтверждает это. Выведенная из равновесия личность — это не столько результат исторического атавизма — ослабленного эго. сколько жертва чрезмерно развитого эго и крайней изоляции. Кроме того, сознание и интеллект вовсе не обязательно предполагают наличие развитого эго. Физическое строение мозга, этого «божественного сосуда», дающего жизнь разуму, никак не назовешь результатом сознательной деятельности какого-то эго; эта структура не распадается, если вдруг оказывается, что эго — это фикция.

Из этого можно было бы заключить, что, когда изшюзия это рассеивается, это вовсе не значит, что произошел «захват» сознания первобытным («болотным» или «джунглевым») содержанием бессознательного. Скорее наоборот: наступает озарение, возникает целостное восприятие всей системы взаимосвязей, сравнимое с открытием в науке или искусстве.

Юнга часто обвиняют в «психологизме», ио я, в отличие от Бубера, не использую этот термин для критики его неприятия концепции метафизической и сверхъестественной природы духовного опыта. Скорее его видение «бессозна-

l l l

тельного», с одной стороны, и его концепция освобождения, с другой, слишком

узкопсихологичны. Конечно, мне могут возразить, что любой опыт — это опыт психический,

потому что все происходит в душе. Но — оставив в стороне вопрос о существовании души — не

Обложка.
PDF. Психотерапия. Восток и Запад. Уотс А. У. Страница 61. Читать онлайн