ПравообладателямПсихотерапия. Восток и Запад, Уотс Алан
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Уотс Алан Уилсон pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Что такое человеческая жизнь: поиски гармонии или стратегия выживания? Как избежать конфликта с миром и разлада с самим собой? Знает ли ответ западная психотерапия, со времен Фрейда и Юнга бьющаяся над проблемами «цивилизованной» личности, или ближе к истине восточные учения, имеющие в своем арсенале не только традиционную мудрость, но и такие сложные практики, как йога или дзэн? Об этом и многом другом смело и неординарно размышляет американский философ, теолог, толкователь дзэн-буддизма Алан Уоттс.

Задавая оригинальные вопросы, автор находит нетрадиционные ответы, используя широкое сравнение западной психотерапии и восточных учений освобождения. Возможно, углубляясь вместе с автором в тайны человеческого бытия-в-мире, читатель сможет по-новому взглянуть на собственные проблемы.

PDF. Психотерапия. Восток и Запад. Уотс А. У.
Страница 66. Читать онлайн

люди начали, по выражению Унамуно, записывать имена отошедших в небытие. История — это отказ от принципа «предоставь мертвым погребать своих мертвецов»»»"". История, или лучше историцизм, являет собой болезненное накопление ненужных вещей в надежде, что однажды они «пригодятся». Это состояние разума, в котором память о сделанном становится важнее самого действия, а действию почти не осталось места, поскольку все большее и болыпее пространство освобождается для результатов. Вот почему «Бхагавадгита» описывает процесс освобождения как действие без привязанности к результату, вот почему, когда жизнь и смерть принимаются во всей полноте, они не замутняют Вечное Настоящее.

Жизнь обновляется смертью, каждый раз освобождаясь от того, что в противном случае могло бы стать невыносимым бременем памяти и однообразием. Истинная реинкарнация состоит в том, что, когда рождается ребенок, «n» — или осознание себя — возвращается в мир с очищенной памятью и вновь обретенным восхищением жизнью. Вечное уничтожение так же бессмысленно, как и вечная личность. И если жизнь возникла на этом крошечном островке огромной галактики, кто может усомниться в том, что это может повториться с большой вероятностью в любой точке вселенной. Ибо там, где существует разумный организм, Должна существовать и разумная окружающая среда.

Подобно психотерапии, экзистенциализм не понимает до конца истинного значения смерти. В самом деле, в литературе по психотерапии нигде не упоминается о том, как

' Там же, с. 92.

'"' Там же, с. 93.

«««Мат., 8, 22.

I I.'

помочь человеку, оказавшемуся перед лицом смерти, и это, боюсь, не от уверенности, что проблемы смерти не существует. Скорее это идет от убеждения, что смерть — неразрешимая проблема, тяжелый, неизбежный факт, нечто «совершенно ужасное». И все же, экзистенциалисты находятся на верном пути. Если смерть свидетельствует о подлинности личности, подлинная психотерапия должна первой преодолеть этот барьер. Умирающему, находящемуся на грани жизни и смерти человеку, совершенно не нужны утешения религиозных «фантастов», которые пьпаются оправдать смерть отсутствием смерти. Никто, я уверен, серьезно не исследовал, каково истинное влияние страха смерти на возникновение психозов и неврозов. Игнорировать смерть или говорить об ее отсутствии — значит потерять благоприятную возможность обогащения психотерапии, поскольку смерть отрицает не личность, не систему «организм-окружающая среда», а эго, и поэтому освобождение от эго синонимично полному принятию факта смерти. Эго не является жизненной функцией организма; оно — абстракция, которая под воздействием общества конструируется из воспоминаний; это гипотетическая субстанция, в которой записаны воспоминания, это некая константа, допускающая любые изменения опыта. Отождествить организм с это — значит перепутать организм с ero историей, судить о нем по тщательно отобранной и неполной записи того, чем он был и что делал. При таких условиях это абстрактное понятие, созданное из памяти, кажется конкретным и реальным действующим лицом. Но именно такое представление об это совершенно уграчивается в смерти. Человек как сюжет приближается к концу, и тогда оказывается, что эго — это только сюжет. Теперь, оставив в стороне экзистенциализм, рассмотрим один из наиболее плодотворных, как мне представляется, подходов к психотерапии, основателями которого были Г.С.Салливан и Фрида Фромм-райхманн. Социальный контекст, в котором существует личность, здесь воспринимается с полной серьезностью, и, по словам самого Салливана, эго «является основным камнем преткновения для благоприятных изменений в личности».""

' Н.S.Sullivan, The Interpersonal Theory of Psychiatry, Norton, New уота 1953, с Гб9.

ill

Общая психиатрия, как мне кажется, охватывает во многом ту же область, которую изучает

социальная психология, поскольку научная психиатрия призвана изучать межличностные отношения, а это в итоге приводит к использоваяию концепции, которую принято называть теорией поля. С такой точки зрения личность воспринимается «ак гипотеза. То, что может быть изучено, есть

Обложка.
PDF. Психотерапия. Восток и Запад. Уотс А. У. Страница 66. Читать онлайн