ПравообладателямПсихотерапия. Восток и Запад, Уотс Алан
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Уотс Алан Уилсон pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Что такое человеческая жизнь: поиски гармонии или стратегия выживания? Как избежать конфликта с миром и разлада с самим собой? Знает ли ответ западная психотерапия, со времен Фрейда и Юнга бьющаяся над проблемами «цивилизованной» личности, или ближе к истине восточные учения, имеющие в своем арсенале не только традиционную мудрость, но и такие сложные практики, как йога или дзэн? Об этом и многом другом смело и неординарно размышляет американский философ, теолог, толкователь дзэн-буддизма Алан Уоттс.

Задавая оригинальные вопросы, автор находит нетрадиционные ответы, используя широкое сравнение западной психотерапии и восточных учений освобождения. Возможно, углубляясь вместе с автором в тайны человеческого бытия-в-мире, читатель сможет по-новому взглянуть на собственные проблемы.

PDF. Психотерапия. Восток и Запад. Уотс А. У.
Страница 94. Читать онлайн

*» А.М Johnson, cJuvenile Delinquency», American Handbook of Psychiatry, 2 vol»., Basic Book~, New

York, 1959, Vok 1, с. 840.

Ill

мами технологической цивилизации, он как бы между прочим замечает, что человек инициативный и верный идеалистическим принципам, поглощенный борьбой против смерти, сам является основным источником проблемы. Безусловно, проблему отбросить нельзя, но было бы безрассудно бороться с ней теми же средствами, какими она создавалась, — с той же экологической слепотой и отчуждением от природы.

Если этика Фрейда и подрывает основы морали, то не потому, что она раскрывает побудительные мотивы действия, находящиеся вне контроля эго. Скорее причина в том, что она рассматривает эго как субъект опыта, как марионетку инстинктов, влечений и социальной обусловленности, и это скорее всего увеличивает изоляцию человека-как-эго от жизни его организма, с одной стороны, и от него самого как от личности — с другой. Ведь бессильное эго более отчуждено, чем то, которое способно контролировать себя. Ситуация психоанализа парадоксальна, поскольку это шаг в правильном направлении, но шаг недостаточный. Психоанализ уязвим из-за его малой результативности, и все же ero открытия столь значительны, что вряд ли можно их отрицать.

Но это нс значит, что этическая проблема неразрешима. Освобождение — это не свобода души от тела; это восстановление единства между душой и телом после их временного раскола, необходимого для социальной адаптации человека. Таким образом, разум и культура не противостоят Эросу, но находятся в ero распоряжении, в распоряжении «погзиморфной перверзии» тела, потенциально всегда пребывающего в эротических отношениях с миром — не только посредством систем гениталий, но и посредством любых способов восприятия. Освобождение восстанавливает «первоначальный нарциссизм» не только самого организма, но и поля «организм — окружение». Здесь уместно выяснить, как этот «нарциссизм» может быть выражен этически, или. другими словами, может ли он стать этикой Эроса и спонтанности в отличие от этики выживания.

Проще всего размышлять об этическом поведении как о языке, поскольку это такой же способ коммуникации, как сам язык, как изобразительное искусство и мззыка. Но в среде религиозных и прочих моралистов существует тенден-

l l l

ция трактовать этику как мертвый язык, использовать ее, как используется латынь в католичестве. Другими словами, опыт показывает, что этические нововведения встречают гораздо большее сопротивление, чем изменения в языке и искусстве. Несмотря на это, формы этического выражения продолжают изменяться, но официально все они неизменно подводятся под древний стандарт десяти заповедей. Очевидно, нет гарантии, что этику Эроса не попьпаются выразить в терминах бронзового века.

Человеку свойственно искать авторитетные этические стандарты вне этики, среди законов природы или законов Бога. Мы не решаемся строить свои этические принципы на собственных желаниях из страха, что такое нововведение может непредвиденным образом испортить нас. Действительно, есть определенный смысл в том, чтобы придерживаться проверенных временем ценностей, если таковые существуют, но в то же время совершенно бессмысленно приписывать этим формулам большую мудрость, чем та, которой обладаем мы сами. Вера в то, что «родители всегда оравы», годится до тех пор, пока человек сам не перешел в разряд «родителя», а преклонение перед непостижимой мудростью прошлого тесно связано с нашей неудачной попыткой обрести ее в детстве. Мы забываем, что у нас нет необходимости возлагать надежды на своих предшественников, которые тоже не смогли в детстве обрести мудрость и так же, как мы, преклонялись перед авторитетами.

Тем не менее традиция в этике столь же важна, как и традиция в языке, поскольку она объясняет правила игры. Поэтому этическую традицию, как лингвистическую или художественную, следует почитать не потому, что она священна, а потому, что это единственный способ общения с другими. Если бы я хотел открыть нечто новое в языке и сделать это открытие доступным для понимания, я должен был бы выразить его значение в тех терминах и в том

Обложка.
PDF. Психотерапия. Восток и Запад. Уотс А. У. Страница 94. Читать онлайн