ПравообладателямПсихотерапия. Восток и Запад, Уотс Алан
Книжная полка
перейти на полку → Хочу прочитатьЧитаюПрочитана
ИзбранноеВладею
Чтобы воспользоваться книжной полкой выполните вход либо зарегистрируйтесь
← Назад
Скачать: , Уотс Алан Уилсон pdf   Читать
Купить →
Купить →

Ожидайте...

Что такое человеческая жизнь: поиски гармонии или стратегия выживания? Как избежать конфликта с миром и разлада с самим собой? Знает ли ответ западная психотерапия, со времен Фрейда и Юнга бьющаяся над проблемами «цивилизованной» личности, или ближе к истине восточные учения, имеющие в своем арсенале не только традиционную мудрость, но и такие сложные практики, как йога или дзэн? Об этом и многом другом смело и неординарно размышляет американский философ, теолог, толкователь дзэн-буддизма Алан Уоттс.

Задавая оригинальные вопросы, автор находит нетрадиционные ответы, используя широкое сравнение западной психотерапии и восточных учений освобождения. Возможно, углубляясь вместе с автором в тайны человеческого бытия-в-мире, читатель сможет по-новому взглянуть на собственные проблемы.

PDF. Психотерапия. Восток и Запад. Уотс А. У.
Страница 84. Читать онлайн

намерение как агрибуг обусловленного поведения, внушая пациенту, что сны выражают скрытые желания, или говоря о значимости непроизвольной жестикуляции и импульсивных движений пациента. Это также оказывается двойным связыванием, поскольку подразумевается, что пациент разоблачает себя как добровольным, так и обусловленным поведением, а аналитик умеет распознать любые методы защиты. Если пациент пытается выйти из игры, аналитик ему противодействует. Если пациент поддается и пытается ограничить поле маневра, замыкаясь в себе, аналитик и здесь может мягко намекнуть на возможность разоблачения, на существование чего-то, чрезвычайно беспокоящего пациента, что он хочет утаить от самого себя.

Другая сторона проблемы состоит в том, что пытаюшийся контролировать аналитика пациент оказывается в положении человека, рассчитывающего на помощь, но не знающего своей «болезни». То, чем он в действительности является, настолько расходится с его представлениями о себе, что он рискует остаться в неведении; и все же он никогда не обратился бы за помощью, если бы смутно не чувствовал этого различия. Аналитик «цепляет на крючок» пациента, давая ему понять, что он на самом деле не может спрятаться от самого себя; и в то же время аналитик показывает, что сам он настроен вполне благосклонно и дружелюбно. Ясно, что положение невозможно исправить в течение одной консультации; оно изменяется во взаимодействии двух

П1

личностей на протяжении определенного времени. По мере развития отношений пациент обнаруживает, что все его попытки отгораживания и самомаскировки абсурдны, что он попал в положение, единственный выход из которого — быть тем, кто он есть, без всяких ограничений. Проявив гибкость, пациент может, конечно, имитировать спонтанность, уверенно демонстрируя поток свободных ассоциаций, но проницательный аналитик обнаруживает и подвергает сомнению любую искусственность в действиях пациента до тех пор, пока тот не поймет, что ведет себя скованно и неестественно.

В такой момент пациент просто перестает притворяться. Он не учится «быть собой», поскольку этому нельзя научиться; он скорее всего усваивает, что нет ничего такого, что он мог бы делать, не оставаясь самим собой. И это означает, что он перестает идентифицировать себя со своим эго, то есть с образом самого себя, навязанным ему обществом. В результате опровержения аналитиком двух вышеназванных предпосылок добровольное поведение пациента и его вынужденное поведение объединяются в единое целое, и он обнаруживает, что это новое тотальное поведение спонтанно и неотделимо от целостности его организма. Можно назвать это интеграцией «личности», актуализацией «самости» или даже развитием новой «структуры это», но это не имеет ничего общего с обычным пониманием эго как субъекта действия.

Всякий раз, когда подобный эффект достигается средствами психотерапии, ее можно — во всяком случае, в принципе — приравнять к путям освобождения. Здесь происходит интеграция индивидуального сознания с «внешним» миром, т.е. с ero непроизвольными, спонтанными проявлениями. Но все же здесь не происходит окончательного преодоления предполагаемого раскола между организмом как целым и его окружением. Здесь, в отличие от восточных путей освобождения, не отвергаются условности восприятия, coraacao которым картины и звуки приходят извне, а изменение границы «оргазизм — окружающая среда» происходит по воле организма. Близкий к восточным учениям подход демонстрирует школа гештальт-терапии.

В своей работе «Гештальт Терапия» авторы Перлз, Гефферлин и Гудман утверждают:

1(~

Невозможно говорить о дыхании, не введя понятие «воздух»; о ходьбе — без понятий

«гравитация» и «поверхность», о вспыльчивости — без «раздражителей», и так для любой жизненной функции. Определение организма является определением поля «организм — окружение»; а граница соприкосновения — это, если так можно выразиться, специфический орган для восприятия изменений состояния поля... К примеру, в неподвижном растении осмотическая мембрана служит органом взаимодействия организма н окружения, двух определенно активных сторон. То же самое справедливо и в отношении к способному к движению животному, хотя некоторая обманчивость восприятия делает это не столь явным. Иллюзия состоит в том, что подвижная фигура «выигрывает» внимание в сравнении с неподвижным фоном, а более сложное выигрывает на фоне относительно простого. Но иа границе соприкосновения взаимодействие происходит с обеих сторон.*

Обложка.
PDF. Психотерапия. Восток и Запад. Уотс А. У. Страница 84. Читать онлайн