Иногда нас заставляет увиливать от умственной деятельности не желание избежать раздумий, а страх неприятных последствий этой деятельности.
8. Наша неизменная цель — помочь ребенку развить способности к взаимному общению, особенно с помощью жестикуляции, чтобы отпала необходимость в предыдущих семи шагах. Например, вместо того чтобы драться, ребенок может скорчить гримасу, потрясти кулаками и сказать: «Я взбесился!» С детьми...
Информация поступает к нам через органы чувств: зрение, слух, обоняние, осязание и вкус, но мы редко используем больше одного канала восприятия одновременно – главным образом, мы задействуем зрение.
веллы служать отражетемь, и Декамеронъ повторяеть на всЪ лады все одну и ту же, безконечно разнообразную, тему любви, начиная оть ВеПа del ré del Garbo xo Гризельды. Даже въ своеобразномъ слог Боккаччьо, который онъ впервые создалъ, въ этой переполненной фразЪ, любящей избытокъ, мы открываемъ...
Человек – это не «Человек Разумный» (Homo Sapiens), а «Человек Неразумный» (т. е. Homo-не-Sapiens), пока мы этого не поймем, рассчитывать нам не на что. Когда Сократ говорил, что «я знаю то, что ничего не знаю», он открывал тему, а потому мог осуществить ее рассмотрение и прийти к важным...
Второе различие между вождями типа Моисея и вождями тотемическими состоит в том, что одни хотят идентифицировать массу с религией, с идеей, а сами отходят на второй план, другие же хотят идентифицировать массу с самим собой, выдвинуться в ее центр. Первые стараются уничтожить внешние атрибуты...
Я еще раз вспомнил, теперь уже дословно, поляка Януша Корчака – детского врача, педагога и писателя Книга, из которой я выписал эти строки, называется «Как любить детей».
Что же касается идеи о возникновении новой потребности после удовлетворения доминирующей потребности, то это явление не является внезапным и скачкообразным, но скорее постепенным, происходящим шаг за шагом, медленным формированием, причем в начале этого процесса уровень потребности ничтожен....
г) асценснонизм — стремление к психическому вознесению, к привлечению внимания своей блистательностью.
Можно сказать, что Аристотель понимал, что авторитарные государства используют для своего утверждения и самосохранения цемент ненависти. Они воспитывают в своих подданных не дух высокой добродетели, совсем не чуждый человеку, а дух низменной ненависти к в значительной мере вымышленным врагам...
Люди, живущие в состоянии тихого отчаяния (которые делали то, что, по их мнению, они "должны были" делать), принесли гораздо больше вреда, чем те, кто открыто делал то, что хотел.