чувств опасности (радиации, например) вызывает инстинктивный страх. Так и здесь. Дети не воспринимали
Продолжая начатое в предыдущей главе обсуждение индивидуации и творчества, я бы хотел сейчас вновь вернуться к этой теме и сделать еще один шаг вперед. Винникотт проницательно уловил связь между переходным пространством и творчеством,[157] и я в этом последую за ним, увязывая герметическое...
Очень полезно приобрести несколько кукол бибабо, с которыми можно раЗыгрывать разнообразные сценки. Нельзя забывать и об игрушках для развития двигательных навыков. Это набор мячей разных размеров, кегли, серсо стрелы и мишень для попадания в цель. Для сюжетно-ролевых игр необходмо приготовить...
Несмотря на утверждения Лорбера, роль коры головного мозга, по-видимому, все же является очень важной. Существуют тщательно описанные случаи людей, у которых возникали серьезные когнитивные проблемы после самых «безобидных» неврологических повреждений. Если бы значительная часть нашего серого...
В мире, который кажется враждебным, усиливается интерес к собственной персоне, убывает интерес к другим людям.
Использование психотехник за рубежом подтолкнуло и российских ученых к изучению и развитию этого раздела психологии в России. Поэтому в двадцатые годы прошлого столетия в нашей стране стали создаваться психологические службы, центры, кабинеты и даже лаборатории по изучению психотехник. Но...
– Что ему надо дать пожить спокойно. Он уже сейчас делает шаги к возврату, приходит заниматься с дочкой. Но я думаю, не стоит торопить его с возвращением. Какое-то время ему надо, наверное, заняться собой. Да и мне тоже, – со вздохом говорит Ирина.
– Я стал склеротическим идиотом… Я ведь шел к тебе за снотворным. Все знают, что у тебя хорошее шведское снотворное.
Имейте в виду: во-первых, малыш не может определить, что его именно его напугало; во-вторых, самому ему успокоиться очень трудно. К тому же, страх может остаться и затаиться внутри.
итоге одно и то же: окружающим казалось, что женщины обеих этих категорий занимаются чем-то запретньм
Вот я сижу в зале, слушаю рассказы и постановки приезжих артистов. Вот рассказчик рассказывает что-то, все смеются чему-то. Я тоже смеюсь, глядя, что все смеются, хотя я совсем ничего не понял, что говорил рассказчик, я только тогда искренне засмеялся, когда артист закачался и упал, представляя...
Один морфиноман, долго находившийся под моим наблюдением, а впоследствии состоявший при мне секретарем, на моих глазах впрыскивал себе несколько сантиграммов морфия каждый раз, когда я поручал ему что-нибудь написать или прочесть.