Множество мыслей, возникающих в одно и то же время, естественно ослабляют силу ума, и ни одна из них не имеет шанса созреть, так же как двойняшки часто бывают несовершенны, а тройняшки редко выживают.
Общение не вызывает особого интереса, но поначалу присутствует уважение к партнеру. Через некоторое время обнаруживаете, что партнер оценивает вас довольно низко, не имея на то никаких оснований. Отвечая ему тем же, вы стремитесь как бы поставить его на место, доказав обратное. Длительное...
Не хотелось бы мне, теперь оказаться и понятым превратно. Вот, мол, Юрок, писателем заделался, шляпу таперича надел, а пишет вроде бы известные вещи, а до глубины этих вещей не добрался. Ох, уж эти писатели, это неугомонное племя. Пытливые самородки, бумагомараки, озабоченные тиснуть что-то...
Семилетняя Муся, воспользовавшись отсутствием приемной мамы, залезла в шкаф за сушками. Мама сделала замечание
Индивидуумы, с легкостью меняющие свою позицию под влиянием малейших изменений в ситуации из-за своей привычки к беспрекословному послушанию, подобны объектам гипнотизера. Представьте себе, что вам в течение нескольких минут необходимо подчиняться каждой прихоти, которую захочет высказать любой...
— Может быть, вам лучше попросить купить презервативы когонибудь из ваших дочерей, потому что молодая женщина сделает это
Насыщенность произведения субъективным содержанием открывает ему дорогу к сердцу читателей. Об этом проникновенно говорит Федин: «Это тяжелая обязанность: всегда, во всех случаях жизни, как бы со стороны наблюдать за собой, за своими переживаниями. Суровая работа, отпугивающая слабонервных. Но...
Образ Христа, прощающего тех, кто мучает и убивает его, возможно, является самым сильным воплощением такого духовного наставника: «Отче! прости им, ибо не знают, чту делают» (Лука, 23:34). Это самая суть христианства, и, однако, очень немногие способны жить по этому завету.
Так или не так, но, сидя здесь, рядом с трибуной, и используя преимущества этого места, я поставил наблюдательный эксперимент. Вот его итоги. Из 11 выступавших трое стояли за кафедрой, скрестив ноги винтом, — Кашпировский, Райков и наш болгарский друг, который был нервен до припадка.
— Хватит, Володя… Хватит, О. С. Теперь вы — это вы, я — это я. Но мы оба обогатились. Вы взяли от меня то, чего вам не хватало, а я у вас — нужное мне. Теперь в каждом из нас — я и мы.
Крупный и размашистый почерк, наоборот, свидетельствует о широте натуры, склонности к размаху (в самом широком смысле), некоторой демонстративности поведения. Стремление занять на бумаге как можно больше места прямо трактуется как аналогичная тенденция во всем поведении человека. Особое внимание...
* Это относится не только к возникающим в неврозе «негативу» склонностей к перверзии, но также и к положительным, называемым собственно перверзиями. Эти последние объясняются, следовательно, не только фиксацией инфантильных на клонностей, но и регрессией к ним вследствие преграждения других...