Так вот, ребенку уже девять месяцев, и за этот срок его душа, как правило, оказывается испачканной уже множеством грехов. Каких? Ведь, он еще не сделал ни одного шага, не произнес ни одного слова, не сделал ни одного самостоятельного поступка!
Я делал все возможное, чтобы его идеализированное наследие не пропало втуне. Помню, как я изучал его фотографию в футбольной форме, пытаясь, как я подозреваю, уловить свое сходство с ним. Сейчас я осознаю: у меня были смешанные чувства по поводу того, что я — лишь его заместитель. Каждый ребенок...
Мне бы хотелось разобраться в том, является ли личность человеком? Мы имеем тело и то, что потом там формируется, то есть личность. Когда говорят о каком-то человеке, то имеют в виду его личность, не правда ли? О нем могут сказать, что он добрый, честный, пунктуальный или завистливый...
Так или иначе, но Антонина рассудила так: «Мне 24 года, у меня уже гипертония, следовательно, я скоро умру». Но, разумеется, «скорая смерть» запаздывала, и тогда Антонина решила, что, видимо, умрет, как и ее отец, в возрасте 40 лет. Она ждала этой даты с ужасом, и ужас у нее получился. Именно в...
эмоционально подавлен и ишет у нее утешения таким весьма своеобразным способом — через секс. На самом же деле ему нужна эмоциональная близость с женщиной, он хочет расслабиться и полагает, что самый короткий и эффективный способ занятие любовью.
Обычно дело представляется так. В процессе общения между людьми часто происходят разные конфликты и возникают отрицательные эмоции. Когда конфликтующие индивиды принадлежат к одной и той же этнической группе, конфликт остается частным. Но если эти люди принадлежат к разным национальностям...
(Если кто-то не в курсе: в среде определенной части молодежи и некоторых взрослых серьга в левом ухе мужчины — это признак мужественности, иногда также символ принадлежности к панкам, а в правом — отличительный знак пассивного гомосексуалиста.)
Писано сие явно не в Бурунди. Года нынешнего не уже не помню. Месяц — летний. День — вроде утро. Час — неурочный.
Однажды в пятницу, когда Даниэля не было дома: он был на своём игровом свидании, а Мишель был на занятии, Анн-Мари подошла ко мне: её нижняя губа была обиженно выпячена, а большие глаза были переполнены горем. – Что что-то случилось, что моя драгоценная девочка такая грустная? Я не хотела ранить...
— Никогда не думал об этом, но вы правы. Когда я взволнован и ощущаю присутствие Бога, моя потребность в любви удовлетворяется, и я мог бы поклоняться Богу вечно.