50. Жертвенник. Сказка про ящера, правителя трех миров (продолжение)

Так прошёл ящер по земле, удивленный тем, что ему открылось. Наконец кровь перестала капать. Как в тумане, он принялся строить мост над глубокой пропастью, смутно думая, что взорвет его, как только на нём соберутся люди. Но вот он закончил мост, по мосту пошли пешеходы, а он сидел в стороне, безучастно на них глядя, а потом встал и ушёл. Он вскоре одумался, и принялся копать колодец, чтобы отравить его. Но опять он потратил слишком много сил на подготовку; и когда колодец был готов, он так устал, что ушёл и уснул, а потом уже не стал искать своё творение.

Слишком велика была охватившая его тоска; он должен был с кем-то поделиться. Он отправился в горный монастырь. "Что мне делать, на мне столько грехов и крови?" – спросил он у монаха. "Не вижу", – отвечал тот. "О, на мне много, много крови людей. Я весь в грехах". "Я не вижу, – повторил монах, – ни крови, ни грехов".

***

Ящер вышел. Вокруг был голод. Он почти обрадовался этому, потому что так он знал, что делать. Он стал рыскать по округе, отыскивая пищу и раздавая её голодавшим животным. Но пищи с каждым днем становилось всё меньше. Ящер бродил по округе, голодный и грязный; те, кому он не приносил пищи, боялись его и прятали детей.

Однажды он лег спать под деревом, не зная, день был или ночь. Он проснулся от того, что на него что-то упало. Как собака, он бросился на этот предмет и сомкнул челюсти. И вдруг его рот наполнился сладким соком. Это был плод стоявшего над ним дерева, и этот плод нес жизнь – ящер посмотрел вверх – ему и многим лесным обитателям.

Месяц ящер разносил плоды по норам и дуплам. Каждый день плоды появлялись заново. Дерево цвело без устали. Ящер носил и носил.

Через месяц голод кончился. Лес наполнился ягодами и грибами. Ящер подошёл к любимому дереву, и последний плод упал к его ногам. Больше на дереве их не было; оно отдыхало. Ящер не знал, как отблагодарить прекрасное дерево. Он повязал вокруг ствола красную ленточку, принес и вылил под него ведро воды, но больше ничего не придумал.

_________

___ ___

_________

_________

_________

___ ___

Сюжет «Жертвенника» продолжает сюжет «Трансформации», привнося в него две идеи: внутренней переплавки и посвященности божеству. В рисунке гексаграммы мы видим «дерево» снизу и «огонь» сверху: очень знакомое и устойчивое сочетание, дающее образ жаркого огня. На этом огне (давайте представим) стоит тигель, в котором плавится металл. Вся его прежняя структура исчезает, прежние связи распадаются, происходит мощная очистка. Или же давайте представим, что на этом огне сжигается ягненок, жертва божеству. В определенном смысле здесь происходит то же самое уничтожение прежней формы, очистка духовной сущности с обретением нового смысла.

Идея о том, что можно или нужно приносить жертвы, относится к одной из самых древних и универсальных человеческих идей. К ней можно относиться как к манипулятивным попыткам влиять на волю божества; но также в основе ее можно увидеть изначальную идею о необходимости «отдавать». Конечно, у человека всегда очень силен инстинкт присвоения; человеческая жадность не знает границ (вспомним сюжет № 27 «Голодного дьявола»). Этот инстинкт губителен для окружающего мира и для самого человека, если он не компенсируется некой противоположно направленной силой. Таких сил несколько (хотя все они на сегодня «не справляются»); одной из них, я думаю, является принесение жертв, необходимое в большинстве человеческих культур. Эту идею стоит понимать широко, не только как сожжение агнца в какой-то седой и неведомой древности. Идти работать в детский дом на гос. зарплату – это может быть той же жертвой неведомым силам (потому что энергия, время и душевное тепло уходят «как в прорубь») со столь же туманной идеей воздаяния. Когда ящер идет кормить чужих ему животных в сказке – происходит то же самое, он возлагает свои силы на алтарь (то есть жертвенник). Ящер почувствовал время отдавать и делать добро для других – и он повинуется этому импульсу, вначале бессознательно (когда строил мост и копал колодец), а потом более собранно и целостно.

***

Сознательно или бессознательно жертвующий знает, что ни дрова, ни ягнята, ни собственное нутро не сгорает просто так, что правильно принесенная жертва порождает нечто значимое и прекрасное. Есть давнее наблюдение у меня в отношении людей, принимающих «священные» (псилоцибиновые) грибы. Обычно перед этим я прошу человека обустроить место, где он это будет делать. За много лет стало очевидным, что чем больше (усилий, внимания, вкуса) человек вкладывает в это вроде бы совсем не обязательное предустройство территории, тем более значимыми и глубокими оказываются его «грибные» переживания.

Я хочу подчеркнуть, что здесь нет, по-моему, причины и следствия, дескать, добрый дядя Бог или дух грибов, восхищенный жертвой, дает хорошему мальчику много мороженого. Идея принесения жертвы как формы попрошайничества является, мне кажется, признаком вырождения (культурной регрессии). Вот вам одна хасидская история на эту тему. Мой любимый равви Зуся был совершенно нищим, и вот один богач в городе, когда встречал его молящимся у синагоги, клал ему в карман по нескольку монеток. Он делал так какое-то время, а потом заметил, что его торговые дела пошли в гору. Богач обрадовался, связал это с Зусей, а потом решил, что раз подношения молодому раввину даруют такую удачу, то еще лучше давать его учителю. И богач стал отсылать уже более крупные суммы Дову Баэру, учителю Зуси. И вскоре после этого дела богача весьма ухудшились. Когда он пожаловался Зусе, тот заметил: «В этом нет ничего удивительного. Пока ты давал, не думая кому, Бог делал то же самое. Но когда ты решил выбрать объект милостыни подостойнее, Бог опять сделал то же самое».

Жертва приносится потому, что правильно ее приносить. Таково одно из дел человека в этом мире: он должен отдавать, как есть, пить, заниматься любовью и так далее. Правильная жертва приносится в нашей сказке деревом с чудесными плодами, а его и отблагодарить-то как следует невозможно. Это и есть то «дерево», что спрятано в нижней триграмме. Вообще деревья – образец для подражания во многих видах добродетели. Они отдают легко и естественно: плоды, тень, самое свое тело – древесину. Как написала в «Китайском путешествии» Ольга Седакова, «деревья, слово «люблю» только вам подходит».