34. Буйство природы. Принцесса-коза

Жила-была прекрасная королева, которая любила красивые наряды, приятную беседу и вкусную еду. Дни и ночи свои она проводила в пирах и развлечениях. И вот однажды она поехала со своей свитой в далекий лес. Там они расстелили скатерти на траве, разожгли костер и стали пить вино и жарить мясо молодого козленка.

Тем временем мимо них проходил великий бог диких чащ и полей, козлоногий Пан. Он играл на свирели и не обращал внимания на королевский пикник. Увидев его, королева стала громко смеяться, а вслед за ней стали смеяться ее придворные. Пан и вправду был некрасив, весь поросший косматой шерстью, на ногах у него были копыта, а на голове рога. Ко всему тому, он еще и прихрамывал на левую ногу.

Когда Пан услышал смех и увидел направленные на него трясущиеся пальцы, он очень нахмурился, а потом издал свой знаменитый крик, сеющий в сердцах панический ужас. Придворные в ужасе разбежались, но сама королева, сильная и смелая женщина, осталась сидеть где была. Пан приблизился к ней и сказал:

– Ага, королева, тебе кажусь отвратительным я, дух лесов и гор. Что ж, ты еще налюбуешься на рога и копыта почище моих! Отныне каждый понравившийся тебе мужчина, приблизившись к тебе, будет превращаться в козла. И твоим дочкам, и дочерям их дочек, из рода в род передастся это заклятие!

Пан исчез в лесу, а с королевой все так и вышло. Каждый понравившийся ей мужчина, не успевал он зайти в ее покои, превращался в козла. Королева, конечно, горевала, но делать было нечего. От одного из таких козлов она родила дочку, и та унаследовала материнское заклятие, и учила через много лет свою дочь (чтобы девочка не расстраивалась), что так уж устроен мир, все мужики – козлы.

У той дочки родилась своя дочь, у той – опять дочка. Эта принцесса, выросшая в прекрасную девушку, с детства любила цветы, траву и деревья. Ее мама, по семейной традиции, рассказывала ей, что все мужчины – козлы, и принцесса вскоре начала в этом убеждаться. Из-за ее красоты и симпатичного характера мужчины так и толпились вокруг нее; и те из них, кто принцессе нравился, скоро начинали блеять и скверно пахнуть.

Принцесса, в отличие от своей мамы и бабушек, никак не могла смириться и выйти замуж за какого-нибудь козла. Всех своих блеющих женихов она собирала на заднем дворе дворца, так что со временем там образовалось здоровенное стадо. А перед дворцом принцесса выращивала вкусную капусту, чтобы подкармливать своих несчастных ухажеров.

И вот однажды принцесса сидела в своей комнате и увидела прекрасного принца, который шел по дорожке к ее двери. Залюбовавшись его красотой, принцесса совсем забыла о заклятии, а потом он постучался в дверь – и было уже поздно: прекрасный принц превратился в козла. В отчаянии принцесса вскрикнула, а потом схватила какую-то вазу и со всех сил грохнула ее о зеркало, которое висело на стене. Зеркало разлетелось вдребезги, и в ту же секунду принцесса начала ощущать странные превращения в теле. Ее ноги стали очень легкими и сильными, а в голове появилась какая-то восхитительная крепость… Через минуту из комнаты принцессы выбежала самая настоящая коза, которая помчалась по следам полюбившегося ей принца.

***

Принцесса-коза оказалась отличной козой, которая прекрасно жила и наслаждалась жизнью. Она весело скакала по лесам и полям и жевала свои любимые цветочки и листочки.

Тут-то и увидел ее Пан, козлоногий бог диких чащ. Он залюбовался молодой козой, а потом побежал к ней. А принцессе какое-то звериное чутье велело убегать. И вот они побежали – она впереди, а он за ней. Бежали они долго, но Пан никак не мог ее догнать. Наконец он совсем выдохся и взмолился:

– Не убегай! Я исполню любое твое желание! Я сотворю любое чудо! Только не исчезай, красавица!

И тут принцесса-коза задумалась. Думала она долго, пережевывая случайно попавшийся василек. И наконец объявила Пану свою волю:

– Пан, мне нужно Настоящее Чудо! Понимаешь, настоящее, не маленькое!

– Ну говори же, – сказал Пан.

– Итак, – сказала принцесса-коза, – я согласна войти в твою свиту и следовать за тобой. Но! Я так же хочу быть принцессой во дворце, причем настоящей принцессой, и чтоб никаких больше козлов и заклятий! А теперь скажи мне, о великий Пан – ты можешь совершить такое чудо или это так же трудно, как догнать меня?

– Да, – сказал Пан, – будь по-твоему. Конечно, обычно так не делается, но для тебя, о прелестница, нет никаких преград. Один день в году ты будешь козой, и все остальные дни – человеком. Но время здесь и там идет совершенно по-разному, и здешний день бесконечно длинен, как сама жизнь. А дни во дворце, наоборот, мелкие и быстрые, как дела, которые ты там бесконечно будешь делать. Так что все получится, дорогая моя, но только одну ночь в году принцесса (или королева, которой ты скоро станешь) сможет выходить из дворца и становиться той козой, которая живет здесь с нами в горах. Остальное время они не будут видеть друг друга и даже помнить друг друга будут смутно и отдаленно. На одну ночь в году их время будет сливаться, но не больше. Ты согласна, красавица?

Принцесса-коза кивнула, и чудо свершилось. Во дворец вернулась прекрасная принцесса, еще краше, чем была. Там на заднем дворе она обнаружила целое войско расколдованных женихов. Из них она создала шикарную гвардию, с помощью которой покорила соседнюю страну злого колдуна. А потом, разослав повсюду гонцов, нашла поразившего ее принца, из-за которого когда-то разбила зеркало. Они счастливо сыграли свадьбу. На месте капустных грядок перед дворцом молодая королева насадила красные розы и еще много видов цветов, в основном декоративную капусту. А раз в году, в летнее полнолуние она выходила в горы одна или со своим мужем, и там, у костра лесных оборотней, они превращались на одну ночь в козла и козу. А потом весь длинный год королева правила своим царством, рожала и воспитывала детей, ссорилась и мирилась с мужем, и думать забывала, что по горам и лесам бегает дикая и вольная коза, подруга великого Пана.

___ ___

___ ___

_________

_________

_________

_________

В этой гексаграмме, где «молния» (верхняя триграмма) бушует над «небом» (нижней), накапливается и выбрасывается огромная энергия. «Мощь великого» – называется соответствующая гексаграмма И Цзин. Комментарий великой Книги вращается вокруг козлов – то они застряют рогами в изгороди, то утрачиваются, то опять попадают в положение «ни туда, ни сюда». Козел, вероятно, символизирует необузданную силу. Козлоногий Пан в нашей сказке, как и в греческой мифологии, – чрезвычайно мощный дух, дух именно диких пространств, то есть тех мест, где буйствует необузданная природа (скалы, обрывы, дикие чащи и т.д.). Шутить с этой природой, как легкомысленно позволила себе королева в сказке – значит нарываться на большие неприятности. Пан и прочая козлоногая братия, всякие силены, сатиры (в древнегреческой мифологии) позже примкнули к свите Диониса, также божества необузданных природных сил. Козел легко и вроде бы бездумно атакует границы (я как владелец сада хочу засвидетельствовать, что почти не существует заборов, которые они не могут преодолеть; а Диониса называли растворителем границ). Сюжет «буйства природы» во многом посвящен разрушению границ, что есть с людской точки зрения разрушение порядка. Удар в челюсть, между прочим, тоже является нарушением границ, слишком поспешной интимностью. Также и тайфун, засуха или нашествие мышей – всё это пята великих сил, которые вмешиваются в нашу жизнь, показывая наглядно ее хлипкую природу и исключая эго-центрированность (которой страдала королева в сказке). Одним легким движением (например, подъемом температуры физического тела на каких-нибудь четыре-пять градусов или попаданием в кровь миллиграмов псилоцибина) природа сметает столь долго и тщательно возводимые постройки личности, обнажая совсем другую сущность. То есть вот живет принцесса – ну со всех сторон принцесса – самая настоящая принцесса; а присмотришься (или, наоборот, как в сказке, уберешь зеркало) – коза!

***

Сюжет «буйства природы» посвящен «великим», то есть значительным делам. Нормальным делом для сказки было бы избавление от проклятия и мужчин-козлов, но принцесса-коза идет дальше и замахивается на большее: на решение проблемы взаимотношений природного и человеческого. Как жить, как быть существу, которое одновременно и совершенно принцесса, и совершенно коза? Очень и очень многие существа не могут адекватно решить этот вопрос и барахтаются в неврозе (вытесняя «козу») или в психозе (раздвоении личности). Не так уж много решений накопило человечество для решения этой загадки. Одно из самых древних и выверенных – «мистериальное» разрешение, типа одной «священной» ночи в году, когда «животной» сущности дается свобода, чтобы на остальное время года спокойно жить в «человеческом» обличье. Сказка подчеркивает устами Пана, что этот день и этот «остальной год» – очень относительное время во внутреннем психологическом пространстве. Это можно понимать и так, что многие из нас являются людьми не в сущностном смысле, но в ролевом или игровом – то есть «весь год» как бы разыгрывают набор ролей, притворяясь людьми; а «на самом деле», в смысловом, архетипическом, вечном пространстве – совсем другие существа. «Образы себя» из письма ниже – это те же «роли людей», но как бы при взгляде изнутри; в сущности, то же самое.

***

К этому сюжету «мощь великого» относится шаманское представление о «животном силы» – о духе или сущности, которая одной своей стороной проявляется в некоем животном, а другой стороной – в человеке. Другими словами, представление о том, что каждый человек имеет «своё» животное – как прообраз, и защитника, и первейшего союзника (как в сюжете № 13 «Союзники»). Но важнее здесь именно слово «прообраз», потому что именно оно отражает глубинное представление о том, что психика имеет в основе некую естественную природную сущность, «истинное я», которое многим удобно представлять в виде животного.

Я не раз видел, каким мощным благотворным действием обладает для человека инсайт, внезапное озарение и признание того, что он «по натуре» является каким-то животным. В своей книге «Волшебные грибы» я рассказывал о том, как я сам понял, что я – обезьяна. Последний очень красивый пример был на одной из последних «мистерий» с взрослой интеллектуальной женщиной. Мне было с ней довольно трудно, потому что она незаметно «подливала яду» в самые неожиданные места, язвила (довольно точно и зло), ускользала от выполнения заданий и т.д. В «центральную» ночь, когда все были предоставлены сами себе, она долго, несколько часов лежала, отвернувшись лицом к стенке. Уже в комнате, где мы все находились, было полно разговоров, в которых она обычно бы участвовала, и прочих интересных вещей, но она не поворачивалась. Внезапно (ближе к середине ночи) она хлопнула рукой по матрасу и вскрикнула: «Блядь, я – змея!». Как она потом рассказывала, она всё время видела траву, но не сверху, а как бы изнутри, и никак не могла понять, к чему это, пока всё одним махом не стало на свои места. Ее поведение изменилось на глазах: она стала вести себя как-то очевидно спокойно и достойно. Через три месяца я получил от нее письмо, в котором говорилось:

«Жизнь у меня перевернулась вверх дном – изменилось все! Но не то чтоб это было слишком заметно снаружи – я делаю все то же самое, но с совершенно другим отношением…

Во-1, я порвала с лучшей подругой – мы считались таковыми больше 10 лет. Я не собиралась этого делать – все произошло внезапно и спонтанно, но совершенно закономерно. "Лучшая подруга" – это человек, которого ты делаешь зеркалом для себя, и при этом трудишься над тем, чтобы в нем отражалось то, что ты хочешь видеть. Т.е. это человек, перед которым неустанно разыгрывается спектакль, в котором главную роль играет "образ себя". Как только я стала змеей, "образы меня" стали соскакивать с меня словно шелуха, и лучшей подруге не стало места в моей жизни. Я тебе пишу, разумеется, выводы, которые получились в результате многодневных размышлений. А вначале мне было страшно, как будто я падаю с горы. Было чувство, что все вокруг рушится.

Во-2, на след. день по приезде я начала делать ремонт в своей комнате. Я ничего такого не планировала – просто, проснувшись, я поняла, что больше ТАК жить не буду. И оборвала шторы и обои. Ремонт – это для меня деяние более чем символическое. Я НИ РАЗУ не делала ремонт в квартире, потому что ни одну квартиру не могла назвать своей. По массе причин, в дан.сл. потому, что большая часть ее принадлежит матери, а она меня этим шантажирует. Короче, тут все сложно, и квартиру эту я ненавидела от всей души. И жила в ней, ничего не меняя – терпела, что все вокруг угнетающе НЕ МОЕ. И тут мне стало на все наплевать – на все козни матери, на все практические соображения (типа: зачем вкладывать деньги в чужое и т.п.). Мне важно, какой цветовой фон вокруг меня, мне важно жить в том символическом пространстве, которое я сама создам. И все. Остальное не имеет значения. Самое смешное, что мать не смеет со мной спорить и шантажировать меня скандалами, как она это раньше делала. Наверно, она чувствует, что я – змея. Хотя я ни сказала ни слова, и никаких специальных демонстраций не предпринимала. Я просто и спокойно объявила, что ее сервант больше в моей комнате стоять не будет. Честно говоря, я ждала вспышки – но нет, она сразу начала обсуждать, куда его поставить и т.п.

В-3, я много думаю о том, что такое Змея. Вернее, не столько думаю, сколько медитирую, чтобы научиться быть змеей. Змея – это центр всего, в буддийском смысле, если ты понимаешь. Она связана с нирваной. В ней – отрешенность, понимание и спонтанность. В ней исчезают все амбиции. Мне даже страшно становится, с какой неумолимой педантичностью она распорядилась всем хламом, который у меня в голове накопился…

Я вряд ли смогу как следует все описать. Есть некое состояние, медитативное, когда я – змея. Иногда попасть в него легко, иногда трудно. Но я знаю теперь, где его искать, понимаешь? И если все начинает кружиться, и я начинаю спешить, и страшиться, что я не успею, что я сделаю не так – я говорю себе "стоп!" и стараюсь попасть в это состояние. И тогда все становится на свои места. Как правило, спешить некуда, а пугаться, что ничего не получится, заставляют амбициозные "образы себя". Все, кроме Змеи – кажимость, иллюзия. Интересно, что я стала лучше видеть людей. И больше ими интересоваться.

И здесь я пока остановилась, Митя. У меня странное состояние сейчас: я делаю то, что никак не могла доделать – диссертацию, она у меня "гвоздь в ботинке", делаю и многое другое, но у меня нет амбиции. Т.е. я хочу сказать, что не знаю, ХОЧУ ли я делать то, что делаю. Понимаешь, я могла точно ответить на вопрос, ЗАЧЕМ мне это делать, но не могла ничего толком закончить. Масса энергии уходила, кстати говоря, на поддержание образов. Когда она освободилась, я столько всего стала успевать! За лето я не только сделала ремонт, но и еще написала кучу лекций, покрасила дачу и нарисовала на стене ЗМЕЮ, как и хотела…

Так вот, я работаю больше и все дается легко и делается быстро, но отсутствие амбиции меня смущает. Словно вынута сердцевина и пустота ничем не заполнена. С другой стороны, я обрела источник покоя и легкости; мне нравится быть обыкновенной; жизнь течет сквозь меня как сквозь решето. Ничего не нужно. Иначе: все, что нужно, приходит само. И не зная, хочу ли я это все делать, я совершенно точно уверена в том, что все идет правильно и как надо.

И еще чуть-чуть о спонтанности. Я не могла действовать спонтанно, потому что портила себе удовольствие самопопреками: как же так, ведь я же решила делать это, а делаю вот то! Я словно бы разрывалась между двумя центрами притяжения. Теперь я ничего не планирую. Вместе с ежедневниками выбросила все дневники, т.к. те и другие – это средства укрепления «образа себя» и амбиции. Я с такой легкостью меняю свои планы, что просто тащусь от этого! Я делаю только то, что хочу – по максимуму. Или, иначе говоря: то, что хочу в данный момент. И если у меня нет желания сосредоточиться над дисером, то я бросаю все без сожалений. Я так раньше не могла, Митя! И чувствую себя плывущей в правильном направлении. Понимаешь: я словно бы и не гребу, а плыву куда надо. Собственно говоря, так и должно быть, если слушаешь Руны и внутреннюю интуицию. В моем случае – Змею.»