19. Приход. Веселый праздник Хэллоуин

Жила-была прекрасная девушка с зелеными волосами, самая красивая девушка в нашем городе. Звали ее Сой. Была она сиротой, и жила в своем собственном маленьком домике. И хотя за ней ухаживала куча парней, она весело и мягко всех их отсылала на улицу, и встречалась с парнями только на гулянках.

А гулянки у нас в городе всегда были знатные. И с песнями, и с музыкой, и с танцами, и с мансами, и ночь напролет…

То есть так было раньше – до того, как наш город завоевал дракон. Очень трудно было бы сказать, когда точно это произошло. Как-то незаметно так получилось, что дракон получил место городского судьи, потом мэра, потом почетного и единственного президента. А потом он ввел такие порядки, что всем стало не до гулянок. Парней отправили в армию, девушки работали в две смены до полной усталости. Какая-то народная полиция ходила по улицам ночи напролет и забирала в участок случайных прохожих.

Я ж говорю, все произошло как-то очень незаметно. И только когда полиция разогнала первомайское гуляние – потому что собрались без разрешения господина президента – стало ясно, что дело плохо, что город завоеван, и сам собой уже не освободится. Но никто из горожан не стал устраивать восстание и сражаться с драконом. Каждому было страшно.

***

Сой гуляла по лесу на городской окраине, когда возле нее остановилась огромная машина господина президента. Была осень, уже довольно поздняя осень, листья уже лежали золотыми кучами под ногами. Дракон вышел из машины и подозвал Сой к себе. Она подошла. Они о чем-то поговорили, дракон позвал ее покататься, она отказалась, он уехал, а потом поздно вечером к Сой явились члены городского совета, чтобы донести до нее решение господина президента взять Сой в жены. Ее желания никто и не спрашивал. К ее дому приставили двух гвардейцев, которые смотрели за каждым ее шагом и не пускали к ней никаких гостей. Свадьба должна была состояться через неделю, сразу после праздника Всех Мертвых.

Дракон, я уверен, отменил бы этот праздник, если бы посмел. А может, как раз праздник мертвых был ему мил и близок. На этот день все жители города накрывали столы, открывали двери и окна в свои дома и ждали в гости духов своих предков, мертвых с городского кладбища. В этот день духи мертвых могли приходить куда угодно и делать что хотели – это был их день. В конце дня все жители провожали духов обратно на кладбище, оплетали его веревками и ленточками, чтобы духи спокойно обитали там до следующего года и не тревожили покой живых.

Итак, наступил день мертвых. Сой сидела за своим столом одна. Уже давно прошли по центральной улице толпы мертвых по своим домам, время было за полдень. Сой была сиротой, и у нее не было родственников, похороненных на местном кладбище. Раньше в этот день к ней никто не приходил. Она сидела у накрытого стола (так было положено) и чуть не плакала от мыслей о драконе. Тупые гвардейцы стояли у открытых дверей.

И вдруг Сой увидела одинокую старушку, бредущую по улице. Сой помахала ей рукой через открытое окно, и старушка направилась к ней. Поскольку она была духом, гвардейцы не смогли помешать ей зайти в дом.

Сой радостно встретила одинокую старушку, пригласила ее за стол, накормила. А старушка, спокойно поев, сказала ей:

«Знаю я, какая у тебя печаль. Трудно тебе помочь, но я попробую. Вот, возьми травы, которая выросла на моей могиле. Свари ее в молоке. И когда поведут тебя в церковь венчаться, выпей это варево. Авось да поможет тебе!»

Старушка ушла, а Сой припрятала траву и стала горевать дальше.

***

Через три дня была назначена свадьба. Рано утром в тот день Сой сварила траву в молоке, и когда явился за ней почетный эскорт, быстро отвар выпила (ах, как невкусно!) Дальше она все видела как бы как разрозненные кадры: шикарная надраенная машина, улица, главная площадь перед городской церковью. Народ, толпящийся по бокам площади. Президент, медленно выходящий из своей машины, в таком черно-белом костюме. Двери в церковь, еще закрытые, два блестящих медных кольца на них, как ручки. Эти кольца делал когда-то Ион, дружок Сой по гулянкам. В одном кольце Сой увидела отражение себя, а в другом – отражение морды дракона.

И тут она захохотала! Ужасно смешные было в кольце отражение ее лица, распухшего от слез, и напыщенной морды президента. Но когда она перевела взгляд от колец обратно на площадь, стало еще смешнее. Лицо ее жениха в реальности было ухохотательным, лица его охраны – ухохотительными, морда его автомобиля – осмехуительным! Сой хохотала и хохотала. Ей даже показалось, что она слегка взлетела над землей, чтобы полюбоваться всем этим сверху. Постепенно стала хохотать вся площадь. Невеста тыкала пальцем в жениха и не могла остановиться. От серьезных лиц окружения президента становилось еще смешнее. Площадь затряслась и заходила ходуном.

Вот тут-то произошло второе чудо, хотя любой сведущий в политике вам подтвердит, что так оно и бывает. Президент-дракон растолкал хохочущую охрану, бросился к своему автомобилю, рванул с места и уехал в совершенно неизвестном направлении. Больше он никогда не появлялся в нашем городе. Сой через пару лет вышла замуж за того самого Иона, который кольца на церковных дверях мастерил. А День Мертвых у нас стали отмечать очень весело. Раньше как-то жались, делали торжественные и печальные лица. А теперь в этот день размалевывают смешные маски и хохочут. И что интересно – мертвые не в обиде, им нравится.

___ ___

___ ___

___ ___

___ ___

_________

_________

Эта ситуация, которую И Цзин называет «Посещение», связана с приходом неких сил из одного мира в другой. То есть пресуппозируется существование двух различных миров, которые обычно не смешиваются, и краткий, но значимый эпизод «прихода», когда граница между ними оказывается проходимой, и кем-то проходится. В сказке таких «посещения» два – вначале старушка из мира мертвых посещает девушку Сой, а потом сама Сой обращается к неведомым силам неизвестного растения. В «наркоманском» мире «приходом» как раз и называют время, когда растение или вещество начинает действовать; эта та же самая идея, тот же сюжет. В большинстве культур, использующих растения, сильно действующие на психику, это делается как раз с целью общения с «другим» миром, миром мертвых.

Зачем нужно такое общение с потусторонними силами, во многом ясно из предыдущей гексаграммы – «исправления порчи». «Земной», обыденный человеческий мир склонен портить сам себя. Люди постоянно воюют друг с другом и загрязняют природу. Придумав институт дисциплины и власти, они быстро искажают его и создают ад друг для друга, то есть «порчу». Дракон-президент из сказки вполне хорошо показывает такую порчу сбесившейся отцовской власти. Чтобы исправить ее, недостаточно просто сбежать, как герой сказки в предыдущей ситуации – побег хорош для начала, но не дает полного разрешения. Обращение к нездешним силам, к силам, для которых земная власть и земная порча – ерунда, – вот что может дать разрешение ситуации.

Иван побеждает дракона почти всегда со сверхестественной помощью – магического меча, волшебного помощника и тому подобного. Посещение – это сюжет обращения за этой самой сверхестественной помощью, поход к бабе Яге и прочим чудесным тварям.

***

В самой гексаграмме виден образ спрятанных под землею сил (верхняя триграмма – земля). Можно посмотреть на гексаграмму и так, что внутренняя радостность (основное качество нижней триграммы, водоема) взрывает внешнюю тьму (три иня верхней триграммы).

***

Когда-то я возвращался из похода по Нью Мексико в «родной» университет Колорадо, где одинокая жизнь и учеба нейробиологии были мне отвратительны, но как изменить положение, я не знал. Можно сказать, что неделю в Нью Мексико я медитировал, что же можно сделать, но так ничего и не придумал. Я сидел на автобусной станции города Денвер и ждал своего автобуса. И вдруг я увидел странное видение. Автобусная станция – увидел я – была как бы первым этажом большого здания, а над ней был второй этаж. Нижний этаж был грязным и заполненным в основном неграми, а по второму ходили прекрасные люди в белых одеждах. Я смотрел и смотрел на них, а в голове крутилась потрясающая фраза: «Я могу и не заниматься биологией!» Тогда и долгое время потом я не думал о значении этого видения, меня просто вела потрясающая его сила. Это сейчас мне понятно, что биология ассоциировалась у меня с «грязной» работой, к которой я был прикован как негр, а явилась мне возможность новой жизни, «чистой» и возвышенной. Через год на этом месте уже явно располагались занятия психологией – воистину возвышенных для меня занятий. Учебу в Колорадо и занятия биологией вообще я совсем скоро бросил.

Вот такой был приход – как и в сказке, двойной: вначале я поехал на поиски неизвестно чего в какое-то полное никуда, а потом «тот мир» посетил меня.

***

Связанная с этим сюжетом практика развита у индейцев юго-западных пустынь США (зулу, хопи) – куда я, собственно, и ехал в описанном выше путешествии, да не доехал. Хотя бы один раз в жизни, обычно в начале своего взрослого пути, член племени должен отправиться за видением (лучше, мне кажется, с ударением на первом слоге). Пока еще неизвестно, что этот молодой человек собой представляет и может представлять, лучше положиться на духов и неземные силы, чтобы они показали, на что он может быть способен. После довольно долгого поста и полу-табуированной жизни (воздержание, неучастие в общих праздниках и т.п.) индеец отправляется в пустыню. Иногда его отводит туда взрослый родственник, чаще дядя. Не просто в пустыню, но в глухую, дикую ее часть. Там он находит «место силы», если вообще способен что-то найти, а потом садится там – в любом выбранном месте – и начинает ждать. Теперь он совсем не ест и почти не пьет. Он ждет, когда явятся духи и что-то ему покажут. От этого «что-то» зависит многое в его жизни. Что бы ни случилось в конце концов – это и есть знак и видение. Его может хватить солнечный удар; он может сойти с ума от страха; к нему может прийти пустынный лев и продемонстрировать свою покорность. Это крайние варианты людей, ни на что не годных, либо будущего вождя или «шамана». Обычно, наверное, происходит что-то более среднее. Приходят ли духи предков, или животные, или путник с водой – нужно просто всё принять, всё запомнить и возвращаться с видением, которое потом обсуждается и понимается совместно с тем же старшим родственником и/или «шаманом». Соответственно видению к человеку отнесется потом его племя. Эта практика в США красиво называется Vision Quest, что-то вроде «поиски видения».