ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ЗВЕРИНАЯ АЛЧНОСТЬ

I. КРЫСЫ В КОВЧЕГЕ. (Воровки, мародерки, мошенницы, шпионки.)

II. ЖИВОЙ ТОВАР


...

ПУТАНЫ АТОМНОГО СТОЛЕТИЯ

В организацию проституции наш век не привнес ничего нового: те же бордели, те же кокотки, те же «вольные».

С «раскрепощением» женщины и ее все более широким участием в общественной и деловой жизни связан бурный рост деловой проституции, невиданный по своим объемам в прежние века, а с разбуханием чиновничьего аппарата (особенно в СССР, гитлеровской Германии и «странах социалистического лагеря») — рост «карьерной» проституции, когда преданные жены зарабатывали таким образом продвижение по службе своим благоверным.

Все же остальное, в принципе, осталось прежним. Да, появились бордели с узкой специализацией, где квалифицированные садо-проститутки, так называемые «Домины» или «Воспитательницы», которые могут со всей элегантностью заковать клиента в кандалы, отхлестать розгами и помочиться ему на грудь, но разве подобного не было в том же Гамбурге, Берлине или Париже сто лет назад?

Так же как и уютные гнездышки, где можно вволю посношаться с собачкой, обезьянкой или птичкой, — и эти услуги можно было получить еще полтора века назад в любой из европейских столиц.

И показательные выступления лесбиянок тоже были, и секс на подмостках сцены, и пип-шоу, где можно через стекло полюбоваться прелестью женской грации и таинствами ее туалета, и даже кабинки с отверстиями в стенке, за которой анонимная партнерша окажет скорую минетную помощь…

К приметам времени следует отнести то, что резко возросло число «вольных» (а, следовательно, и число сутенеров) и «тайных», которые совмещают проституцию с какой-нибудь бессмысленной для женщины профессией типа инженера.

Резко возрос образовательный уровень. Если в прошлом веке считанные единицы проституток имели гимназическое образование, то в наши дни уже большинство из них имеет дипломы о среднетехническом или высшем образовании.

Мощное пополнение армия проституток получает из рядов студенчества и так называемой учащейся молодежи (техникумы, школы, профессионально-технические училища).

Профтехучилища являются, пожалуй, самым надежным резервом проституции, так как там, в основном, учатся девушки из сельской местности, которые после окончания училищ, в деревню, естественно, возвращаться не собираются, а в городе они, с их квалификацией, едва ли могут найти работу, тем более при нынешнем параличе производства (у нас). Правительство упрямо не хочет воспринимать эту очевидную истину и продолжает субсидировать эти заведения, выпускники-юноши которых доставляют немало хлопот милиции, а девушки — венерологам, да и не только им.

Так называемая «перестройка» вскрыла все загримированные гнойники нашего общества, идеологи которого с гордостью заявляли на весь мир о том, что у нас нет проституции. Да, не было официально функционирующих борделей, хотя сами постоянно

наезжали на уик-энды в «охотничьи домики», где их ожидало сексуальное обслуживание на уровне высших мировых стандартов.

А «девочки» в «Метрополе» еще в 60–70 годы?

А фантастической, немыслимой широты сфера деловой проституции?

В структуре партийных и комсомольских органов любое повышение по службе или «режим наибольшего благоприятствования» зарабатывались либо в отдельно взятых постелях вышестоящих начальников, либо участием в тайных оргиях, разумеется, лишенных римской элегантности. В настоящее время наиболее способные из этих девиц, повзрослев, заняли просторные кабинеты в органах исполнительной власти. Они ведут активную общественную жизнь, они баллотируются, они изрекают истины, но глядя на их натруженные губы я не могу сдержать саркастической улыбки. Были, конечно, исключения, но они крайне редки…

Ну, а когда появилась возможность проникнуть за рухнувший «железный занавес», наши соотечественницы толпами ринулись в Турцию, Арабские Эмираты, Голландию, Германию, Францию — нагло отбивать хлеб у местных проституток.

ФАКТЫ:

«Мы посмотрели пип-шоу с Мариной — нечто вроде эротического спектакля с танцем, изображением любви, игрой с фаллоимитатором. Пригласили ее на чашку кофе в соседний бар. Разговор поначалу не клеился, она деланно зевала, поглядывала на часы. Когда вышла, Мориц объяснил нам, что ей надо дать денег. Она не так давно родила, и сейчас не может подзаработать «обычным» способом — да, конечно, Марина всегда занималась проституцией.

Кладем под чашку тысячу франков. Марина возвращается, замечает деньги, спокойно убирает в сумочку. И молча показывает два пальца. Мы удваиваем сумму. Она расслабляется, закуривает сигарету.

— Заказывайте «музыку»!

Сама она из Санкт-Петербурга, ей 23 года, во Франции около трех лет. Как попала сюда? Купила туристическую путевку. Затем записалась вольнослушателем, то есть без экзаменов, бесплатно, в университет на социологическое отделение. Вернулась в Россию. Ей прислали визу на обучение…

— А как попала в пип-шоу?

— Возникла проблема с деньгами. Жить как-то надо. А еще за квартиру платить 2500 франков. Сначала я пыталась ходить на улицу. Вообще многие «честные» парижанки выходят на панель в конце месяца, когда наступает пора оплаты коммунальных счетов, рассрочки и прочего. Вог и отправляются на бульвар Гаусманн или на улицу Шоссе д’Антен. Я попала в облаву, насилу отмазалась… А потом подруга, француженка, подсказала — иди танцевать в пип. Во Франции после года проживания в стране разрешается подрабатывать несколько часов в неделю… Так что для официальных властей я идеальная иностранная студентка, которая не пользуется правительственной стипендией, а, наоборот, содержит себя сама…

За два года работы Марина заработала не так уж много — у нее на счету 307 ООО франков. А в месяц на съем квартиры, страховки, плату за парковку и прочее уходит больше 5 тысяч. У нее двухкомнатная квартира, гараж, «Пежо 206».

— А еще трачу на еду, много на одежду. В Париже жизнь соблазнительная…

— А как личная жизнь?

— У меня был друг, но мы с ним расстались. Появился сын, он имеет французское гражданство, поскольку родился здесь, таков закон…

Разговор снова возвращается к ее работе в пип-шоу.

— Марина, физический контакт клиента и исполнительницы в пипе не разрешен. И все-таки, если он захочет?..

— Можно договориться с девушкой о свидании за пределами заведения.

— А в самом пипе?

— Ну, за дополнительные деньги… У нас целая система знаков, с помощью которых хозяин дает мне понять — с этим клиентом ничего лишнего, а с этим — все, что пожелает…

Прощаясь, мы спрашиваем Марину, каким она видит свое будущее.

— Я не собираюсь заниматься пипом и проституцией всю жизнь. Хочу заработать достаточно денег и, может быть, открыть парикмахерскую…

Сутенер Мориц утверждает, что, несмотря на усилия полиции, русских проституток в Париже все равно полно. Ремеслом этим промышляют в том числе и модели.


ris58.jpg

— Русских моделей приглашают сюда французские агентства на кастинг-просмотр, для начала выдают трехмесячную визу. Но кастинг может оказаться и безуспешным: девчонок на работу не берут. а виза остается. Вот многие и начинают ходить по ночным клубам, чтобы эти месяцы не пропали даром…

И все-таки основной поток русских девушек оказывается во Франции по линии так называемых марьяжных кабинетов, то есть агентств, «организующих» для французов девушек из России. Самые крупные — «кабинет мадам Десаше», «МММ Консель» и агентство «Бушон», специализирующееся на москвичках.

О технологии сводничества рассказывает менеджер «Бушона» Изабель, француженка лет тридцати пяти.

— Наши агенты записывают на видео девушек в России, где они раздеваются и рассказывают о себе. Потом это ролики крутят для французов, те выбирают понравившуюся девушку, платят 8—20 тысяч франков, покупают ей билет на самолет и получают в свое распоряжение на три месяца.

Наши агенты работают преимущественно в студенческих массах России. Четверть привозимых девчонок говорят по-французски, и все по-английски. Свои мужчины в их представлении — эгоисты, алкоголики, плохие мужья, жалкие любовники. Многие считают, что лучше быть проституткой во Франции, чем женой в России. В 1996 году мы привезли 1500 девочек… Конечно, большинство вернулось в Россию…

— Вы занимаетесь только русскими?

— С ними меньше проблем. А главное, французские мужчины предпочитают именно женщин из России!»

В. ЖАРОВ. Ю. РЯЗАНОВ, Г. ЧЕКОТИН, спецкоры «Спид-инфо»

* В 1996 году французские иммиграционные власти забили тревогу: славянские девушки, профессиональные проститутки, просто одинокие молодые женщины из России и Украины всеми правдами и неправдами перебирались во Францию и старались остаться здесь, подрабатывая проституцией, не брезгуя кражами, торговлей наркотиками и тому подобным. Французская полиция провела массовые облавы и выслала из страны десятки тысяч славянских «жриц любви».

* Российская мафия успела наладить трехдневные туристические вояжи русских проституток, которым надоели московские и петербургские панели.

Привозят полный автобус, размещают в дешевых отелях и дают объявления в газетах: «Более ста русских девочек ждут вас в Париже, каждая меньше чем за две тысячи франков».

Это называется «встречи под ключ» — клиент звонит, ему дают адрес, и все готово. А через три дня девочек отвозят тем же автобусом обратно в Россию. Они довольны: и в Париже побывали, и поездку окупили.

* Конкуренция среди парижских проституток так высока, что девушки, как и всякие другие торговцы, уже стали предлагать… купоны со скидкой на свои услуги. Например, постоянный клиент может получить здесь 50-процентную скидку на повторный визит или два комплекса услуг за одну цену.

(Из газеты «Спид-инфо»)

Говоря о туризме, следует отметить такую распространенную в наше время форму проституции, как «порнотуризм» или, как его еще называют, «секстуризм».

Суть этого понятия заключается в том, что местом бордельных услуг объявляется определенный город, или остров, или участок какого-либо экзотического побережья, где туристов ждут, кроме красот местной флоры, роскошных пляжей и ночных клубов, лишенные комплексов девушки, ласки которых входят в программу отдыха, вручаемую в турагентстве вместе с авиационным билетом.

Эти турагентства, функционирующие во многих городах Европы, выпускают красочные рекламные плакаты, на которых изображены туземные королевы красоты и помещен такой, примерно, текст: «Вы будете обладать такими же девушками, если совершите туристическую поездку в…»

Одним из главных центров такого рода туризма стала в последнее время Бразилия.

ФАКТЫ:

«Порнотуризм» в последние годы превратился в обычное явление в курортных городах, расположенных на северо-западном побережье Бразилии, куда стекаются со всей страны девушки, желающие заработать деньги на иностранных туристах или найти себе жениха из их числа.

Сейчас уже несколько раз в неделю пассажирские авиалайнеры из Европы, Японии, Аргентины приземляются в аэропортах Рио-де- Жанейро, Сальвадора, Ресифе и других, доставляя на прекрасные песчаные пляжи тысячи туристов. Именно там бизнес на «порнотуризме» получил наибольшее распространение. В курортных городах уже появились целые улицы, где иностранных туристов поджидают местные «нимфы» с целью завести «сексзнакомство». Международные аэропорты таких городов, как Сальвадор и Ресифе заполнены молодыми стройными мулатками и креолками, которые готовы с радостью встретить одиноких мужчин-туристов, настроенных на проведение беззаботного времени в окружении длинноногих «подружек», о которых упоминалось в турпрограмме… Представительница бразильской феминистской организации «Коллектив, Женщина, Жизнь», исследовательница этой проблемы Марсиа Дангремон, участвовавшая в работе международного семинара по туризму, сказала журналистам, что бизнес на туристическом сексе настолько очевиден, что достаточно побывать на одной из центральных улиц Ресифе, чтобы увидеть сотни местных молодых красавиц, фланирующих в обнимку с европейскими туристами. Там прибывшие на отдых туристы из-за рубежа могут найти себе «спутницу» в возрасте от 15 до 20 лет.

«Девушка 25 лет уже считается «старой» и не выдерживает конкуренции», — говорит Марсиа Дангремон. По ее мнению, целью юных «нимф» является не проституция. Их мечта — влюбить в себя иностранца, желательно европейца, и лучше, если он окажется немцем, за которого можно будет выйти замуж и выехать из Бразилии. Почему спросом у бразильских девушек пользуются немцы? Потому, говорит Марсиа Дангремон, что на северо-западе Бразилии немец для молодых женщин означает деньга, стабильность, процветание, прочный жизненный статус. «Наши девушки наивно верят в то, что, выйдя замуж, например, за немца, они будут жить без забот в благополучной стране, не работая и исполняя роль счастливой домашней хозяйки», — иронически замечает Марсиа. По ее словам, только в Ресифе, в общем-то небольшом городке, количество таких «искательниц любви» превышает три тысячи в туристические сезоны. Зачастую, отдавая себя в полную власть иностранца, с которым проводят дни его отдыха, они даже не требуют денег.

Но лишь единицы из жаждущих выйти замуж за иностранца бразилианок действительно добиваются своего. Остальные же довольствуются тем, что «сезонный жених» поит, кормит, одевает, водит их в рестораны в течение дней своего отдыха. Проводив же его в аэропорту и выслушав на прощание заверения в «вечной любви» или на худой конец обещание новой встречи, неудачницы вновь выходят на охоту за своей призрачной мечтой.

Бразильская исследовательница считает, что европейские туристы, которые ищут сексуальных приключений на пляжах Бразилии, принадлежат, как правило, к низшим слоям среднего класса. Это — водители, механики, строители, квалифицированные рабочие, привлеченные в Бразилию рекламными плакатами и слухами о бразильских девушках, «готовых на все» в обмен на иллюзию удачного замужества».

(Газета «Двое» № 11 '97)

КСТАТИ:

* Поведение этих мужчин вполне логично: лучше потратиться разово, чем долгие годы содержать такую ленивую и примитивную тварь.

* «Принца, герцога, барона
Или короля —
Хочу мужа, хочу мужа,
Хочу мужа я!»


(Из бардовской песни)

Притязания проституток следующей категории не простираются так далеко, они довольствуются малым, проявляя в этом гораздо больше благоразумия, чем их бразильские коллеги.

Это — так называемые «дальнобойщицы» — временные путевые подруги шоферов-дальнорейсовиков.

Собирательный образ этих женщин достаточно выразительно описан в одном из писем, опубликованном в той же газете «Двое»:

«Итак, я — Маринка-дальнобойщица, как сама себя называю, а на деле — дорожная проститутка, плечевая, как нас называют.

Не судите меня за это. Все считают таких, как я, последними тварями, опустившимися людьми. Да, жизнь опустила меня. Вернее, сама я позволила себе опуститься до шлюхи дорожной. Но, слава Богу, не отнять у меня умения понимать людей, сочувствовать им, любить все и всех вокруг себя.

Я по характеру очень спокойный, доброжелательный и бескорыстный человек. Стеснительная, даже робкая, ей-Богу. Не вяжется все это с моим образом жизни, да? А мне легко в дороге. Когда мы едем в машине, у нас создается чисто семейная обстановка. Едем, разговариваем, музыку слушаем. Где-то остановимся, пообедаем, где-то поужинаем. А ночью — выпьем немного, посидим, поговорим — и спать. Ну, естественно, как муж с женой.

Много у меня было мужчин-дальнобойщиков. Многих вспоминаю до сих пор, были и такие, с которыми расставалась со слезами на глазах — привыкала за дорогу. Были и такие, которым адрес свой оставляла, и приезжали они ко мне в гости. С подарками, с радостью в глазах. Были ребята, к которым возникала сильная симпатия, почти любовь. Влюблялась два раза — раз в Сергея из Ставрополя, даже домой к нему ездила, так хотелось еще увидеть его. А другой раз — в Женьку из Кузбасса, до сих пор жду его, обещал приехать.

Началось все давно, когда я молодая была. Началось с того, что в 15-летнем возрасте меня изнасиловал родной отец. Вот кто был первым мужиком в моей жизни. Отца посадили, конечно. Сколько я тогда вытерпела. И как переживала! Даже сейчас странно как- то. А тогда мне казалось, что я теперь никому не нужный человек. И было отчего так думать: в школе все смеялись надо мной, по селу слухи всякие шли, каждый пальцем показывал на меня. Парень, с которым я тогда встречалась, не выдержат, бросил меня. Мать родная сначала жалела, а потом начала меня во всем винить. Просила, чтобы я отказалась от своих показаний, подала на пересуд. Но ведь была медэкспертиза, а там ведь не глупые люди! Словом, оставили приговор без изменения.

А для матери я разом стала плохой. Теперь она и сплетни грязные сама стала по селу распространять. Как мне было обидно! И ведь ей верили. Она била на сочувствие — сама была инвалид 2-й группы, ее жалели все: осталась, мол. без кормильца, а на шее двое маленьких детей 5 и 6 лет и нас трое — 14, 15, 16 лет. Мне советовали пожалеть мать, ей же малышей растить, а как она без отца? Вы-то, мол, взрослые, сейчас все разлетитесь из дома. Но что я могла сделать? Мне было тогда лишь 15 лет, и так горько и обидно, что даже мать не понимает, как мне плохо! И начались скандалы с матерью. Один раз она меня даже на сутки посадила, вызвала милицию и написала заявление, что я бешеная, покоя ей не даю, а она больная, нервная, и т. д, И забрали меня. Просидела я до 16.00 вечера, и отпустили, назначили штраф. Я в то время работала на почте, хоть и несовершеннолетняя была. Сразу из камеры побежала на работу, хотя уже на два часа опоздала. Там объяснила, в чем дело.

Мне посоветовали уйти из дома. И я ушла к почтальонке одной, она со мной работала. Пожила у нее немного, потом попала в больницу с аппендицитом. Сделали операцию, отлежала в больнице. А мать моя за все время ни разу не пришла навестить меня, только слухи продолжала по селу распускать, дескать, я и беременная, и такая-сякая…

Чужие люди навещали меня в больнице. Ну не обидно ли? Не тяжело?

Дожила я кое-как до 18 лет в своем селе и уехала на комсомольскую стройку, на «Атоммаш» в г. Волгодонск, Ростовской обл. Уехала с черной душой, обиженная на весь белый свет, несчастная и нелюбимая.

Жила в общежитии, училась, потом работать пошла. Обратил на меня внимание парень (на 9 лет старше меня был). Работал он в городе, по вечерам приходил к общежитию нашему, вот и заметил меня. Я в то время очень симпатичная была, миленькая такая. Ну вот, стали мы встречаться, тут любовь пришла. Закружило меня, завертело. Оказалось, что очень я ему нужна, и уехала я к нему. Жил он на квартире. И жена была, только он не жил с ней уже года три, хоть и не разведен был. Ну, пока я тут с ним жила, из общежития меня выписали, с работы уволили. Сама виновата, конечно, но кто знал? Я ведь так счастлива была, и ведь молодость, легкомыслие, все кажется так легко и прекрасно. А потом — раз, и крах! И ничего не исправить, не вернуть. Так и у нас вышло. Налюбился он, а мне идти некуда. В общежитие назад не берут, в другие тоже нелегко попасть. Словом, собрала я свои вещички, документы и уехала в г. Новороссийск. Но пока доехала, наверное. месяц прошел: провела я его в дороге. Нравилась я «камазникам»: молодая, симпатичная. А как начну о жизни своей неудачной рассказывать, о любви несчастной, да о том, что жить негде и не на что, так и вовсе жалели меня все. Один с собой взял в дорогу, другой, третий, так и пошло. Мне что — хоть не на улице была. Домой-то, в ад, вернуться нельзя… А тут и весело, и не голодно, и не холодно, и спать есть где…

Пережила, приехала в Новороссийск, стала пробовать устраиваться там на работу. Да трудно было в те времена мне устроиться. И пошло: днем хожу по городу, а ночью — на дорогу. Знаю уже — ребята помогут, не дадут пропасть. Когда все, что было у меня хорошего из вещей, продала, все проела, уже и пытаться не стала устроить как-то свою жизнь; тем более и документы потеряла: ведь я бродила, и в подвалах ночевала, и на чердаках — все было.

И стала я кататься постоянно. В каких только городах не была. Попадались мне молодые, холостые ребята, брали к себе жить на время. Ведь в жены я не годилась — кто я такая? Бродяжка, плечевка, без имени, без документов. Выручала молодость, да и смазливость. Вот так и было: поживу с одним — и на дорогу. Познакомлюсь с другим, поживу у него — и опять дорога…»

КСТАТИ:

О современных нравах.

«На Ярославском вокзале две девушки — москвички — Надя и Лена — ждали запаздывающий поезд.

Юные «держательницы вокзала» проходили мимо. Их внимание привлекли Надины сапожки — и дорогие, и модные. Троица подошла вплотную к сидящим девушкам и… потребовала предъявить документы. Те опешили: «Нет у нас никаких документов».

Дальше пошла в ход брань. «Мы здесь вокзал держим — лучше для вас, если подчинитесь». Девушек заставили встать и следовать за ними на станцию ВДНХ.

Пока они ехали в метро, с ужасом слушали угрозы. Как в тумане, шли через подземный переход к большой автостоянке, где сгрудилось множество грузовиков-дальнобойщиков. Выбрали место потемней за автомашинами, остановились. Провожатые окружили Надю: «Слышь, разувайся, снимай свои сапожонки, дай другим поносить».

Потом стали бить. По лицу, под дых: «Сейчас мы вас мужикам-шоферам продадим». И пока москвички, мертвея от страха, топтались на месте, грабительницы разделились: две стали бить Надю и пытаться снять сапоги, а третья схватила Лену за шиворот и поволокла к машинам. Минут десять Сальникова таскала Лену от машины к машине и спрашивала водителей: «Бабу хочешь? Недорого». Но купить Лену 1шкто не захотел. Никто и не пытался защитить».

(Газета «Труд», 1995)

Еще одна, характерная для всех малоразвитых стран, категория — интердевочки.

В отличие от «туристских принадлежностей» — бразилианок, эти «путанят» исключительно ради разового гонорара и относительно самостоятельно.

Интервью с одной из ветеранок этой категории проституток поместила на полосах своего февральского (1997 г.) номера газета «Спид-инфо».

Некоторые характерные фрагменты:

«…Ее детство не было тяжелым — отец, известный артист, солист ГАБТа, зарабатывал достаточно, чтобы иметь возможность выполнять все прихоти девочки. Он умер, не дожив двух месяцев до совершеннолетия Нателлы. Она осталась с матерью, тяжело заболевшей после смерти мужа. Нателла поступила в институт Мориса Тореза, ухаживала за больной мамой, давала частные уроки языка…

Когда Нателла перешла на третий курс, пришлось решать не-, легкую задачу — деньги, оставшиеся на сберкнижке отца, кончились. Стипендии и приработка от уроков в обрез хватало на самое необходимое: еду, лекарства, минимум одежды. А нужно было еще оплачивать сиделку, покупать фрукты; профессор, который раз в две недели консультировал мать, тоже обходился недешево. Конечно, хотелось и одеться красиво, и косметику хорошую иметь, и духи…

Со своей проблемой Нателла пришла в комитет комсомола. Секретарь комитета, однокурсница Нателлы Ксения не раз помогала малообеспеченным студенткам подработать на масло к куску хлеба. Через «Совинтур» она устраивала девочек экскурсоводами к «фирменным» группам. Однажды день ее рождения отмечали в ресторане «Националь». Там она и сделала Нателле конкретное предложение поработать с «фирмой» при отеле…»

«Национальность в принципе значения для меня не имеет, хотя разница есть. Больше всего платят и лучше всего обращаются с нами японцы. Итальянцы темпераментнее, и даже небогатые платят хорошо. Потом американцы — самые закомплексованные. За внешней самоуверенностью, даже наглостью, часто скрываются натуры, сомневающиеся в себе, которым важнее всего подтверждение их достоинств, участие, сочувствие… На четвертом месте по платежеспособности — флегматичные финны. Самые безразличные чаще всего немцы, «бундесы». И если «бундес» от своего коллеги услышал цену — больше ни за что не заплатит, хоть восьмеркой вывернись. Самые бедные — французы. Они же — самые большие фантазеры. С остальными я слишком мало имела дело, чтобы обобщать. Самые грубые, самые опасные — наши.

Кстати, пуганы обычно не так много зарабатывают. Максимум двести долларов за ночь. Половину «мамка» (то есть сутенерша. — ред.) забирает. И работа не каждый день — два-три раза в неделю. Чаще не получается. У нас весь тоже все поделено — кто, где, когда, почем».

«Почему говорю, что самые опасные клиенты — это наши? Сам посуди. Им секса мало, им подавай чего-нибудь этакого: любят, чтоб на одной ноге на столе поплясала, чтоб задницей на полу покрутилась. А есть еще «солнышко» (или «ромашка» — это уж кому как нравится») — это когда ребята садятся за стол, а девка ползает и строчит кому-то минет, а приятели по лицу должны догадаться, кому именно. «Солнышко» обычно устраивают под утро, когда уже все комбинации перепробованы: и два одну, и одна на двоих. Главное — не попасть на «субботник». «Субботники» обычно так устраивают: подъезжают ребята, расплачиваются, сажают девок в машину, потом бьют сутенера по морде, отнимают деньги и на огромной скорости уезжают. А еще «субботник» — это когда берут одну, привозят на место, а там ждут все сорок. Ощущение, скажу я вам…»

«Потом в ее жизни появился Бони. Когда они познакомились, ему было 42 года. Он приехал из Осаки заключать договор о поставке какой-то электроники для химзаводов. Бони приезжал каждый месяц на три-четыре дня. Он выкупил ее работу — давал деньги, чтобы Нателла без него ни в чем не нуждалась и ни с кем не слала. Добрый, мягкий, по-настоящему интеллигентный — ей было с ним хорошо… В «Нацик» уже не ходила, он приезжал к ней домой, познакомился с мамой.

Нателле казалось, что она устроила свою судьбу и лучшего не надо. К тому времени квартира у нее была полностью обставлена, в гараже стоял автомобиль, ни в чем себе не отказывала. Тут-то ее беда и подстерегла. Все началось со дня рождения подруги, там был один парень… Она не знала его, но словно давным-давно ждала это лицо, эти глаза, этот голос… В тот вечер они смотрели только друг на друга и ушли вместе. Она забыла про все: про своего Бони, про «работу»… Уехали в Дагомыс, сняли самые дорогие апартаменты и утонули в счастье. С ним ей было так хорошо, как ни с кем. Потом вернулись в Москву. Он поехал домой за какими-то вещами — и не вернулся. Она чувствовала, не хотела отпускать… Ему было всего 19, но, как выяснила потом, он за свои невеликие годы успел вырасти в крупного афериста. В последнюю «работу» кинул крутых московских валютчиков почти на 200 тысяч баксов. И его убили — прямо перед дверью квартиры…

Жизнь потеряла и цвет, и вкус — Нателла проживала свои накопления, не делая попытки заработать еще. От тоски села на иглу.

Деньги кончились, в ход пошли драгоценности, вещи. Она опустилась, часами сидела у окна, глядя в небо — непричесанная, в грязном халате… Умерла мама. Заняла у одного знакомого жулика деньги на похороны…»

ДМИТРИЙ УТЕХИН

КСТАТИ:

«Статная дива с платиновыми волосами, караулившая кого-то у входа в гостиницу «Москва», обернулась на сигнал иномарки и мило подмигнула. Ее губы приоткрылись в улыбке. Но — о ужас! — во рту зияла черная дыра: не хватало передних верхних четырех зубов. Впрочем, красотку это ничуть не смущало.

«Марселка-минетчица», как прозвали сестры по цеху эту щербатую путану, предлагает клиентам в основном один вид услуг — оральные ласки. И зубы свои Марселка положила на алтарь любви. Буквально! Чтобы не только не совершить членовредительства, но и доставить клиенту максимальное удовольствие. Подруги Марселке завидуют. Она так лихо обрабатывает клиента, что у него уже не остается страсти на ее тело. И меньше 350 долларов не берет. А таких сеансов у нее может быть до десятка в день. Имеет привычку «заедать» очередного клиента порцией сливочного мороженого.

— Таких, как я, в Москве — по пальцам пересчитать, — говорит она. — Вот капитал сколочу, тогда и поставлю фарфоровый протез.

А пока… Есть у Марселки постоянный дяденька. Ласковый, внимательный, комплиментами так и сыплет, приговаривая: «Ты только не улыбайся, детка».

ИРИНА АВАНЕСЯН. «Спид-инфо»

Вот такие они, характерные типы современных путан.

Думается, необходимую полноту и объемность образу придаст этот мастерский штрих большого и мудрого художника…

---------------------------------------

ИЛЛЮСТРАЦИЯ:

«Я выяснил, однако, во что они превращаются, эти обаятельные, с ума сводящие нимфетки, когда подрастают. Помнится, брел я как-то под вечер по оживленной улице, весною, в центре Парижа. Тоненькая девушка небольшого роста прошла мимо меня скорым топотком на высоких каблучках; мы одновременно оглянулись; она остановилась, и я подошел к ней. Голова ее едва доходила до моей нагрудной шерсти; личико было круглое, с ямочками, какое часто встречается у молодых француженок. Мне понравились ее длинные ресницы и жемчужно-серый tailleur, облегающий ее юное тело, которое еще хранило (вот это-то и было нимфическим эхом, холодком наслаждения, взмывом в чреслах) что-то детское, примешивающееся к профессиональному fretillement ее маленького ловкого зада. Я осведомился о ее цене, и она немедленно ответила с музыкальной серебряной точностью (птица — сущая птица!) «Cent». Я попробовал поторговаться, но она оценила дикое глухое желание у меня в глазах, устремленных с такой высоты на ее круглый лобик и зачаточную шляпу (букетик да бант): «Tant pis», произнесла она, перемигнув, и сделала вид, что уходит. Я подумал: ведь всего три года тому назад я мог видеть, как она возвращается домой из школы! Эта картина решила дело. Она повела меня вверх по обычной крутой лестнице с обычным сигналом звонка, уведомляющего господина, не желающего встретить другого господина, что путь свободен или несвободен — унылый путь к гнусной комнатке, состоящей из кровати и биде. Как обычно, она прежде всего потребовала свой petit cadeau, и как обычно, я спросил ее имя (Monique) и возраст (восемнадцать). Я был отлично знаком с банальными ухватками проституток; ото всех них слышишь это dixhuit — четкое чириканье с ноткой мечтательного обмана, которое они издают, бедняжки, до десяти раз в сутки. Но в данном случае было ясно, что Моника скорее прибавляет, чем убавляет себе годика два. Это я вывел из многих подробностей ее компактного, как бы точеного, и до странности неразвитого тела. Поразительно быстро раздевшись, она постояла с минуту у окна, наполовину завернувшись в мутную кисею занавески, слушая с детским удовольствием (что в книге было бы халтурой) шарманщика, игравшего в уже налитом сумерками дворе. Когда я осмотрел се ручки и обратил внимание на грязные ногти, она проговорила, простодушно нахмурясь, «Oui, se n’est pas bien» и пошла было к рукомойнику, но я сказал, что это неважно, совершенно неважно. Со своими подстриженными темными волосами, с светло-серым взором и бледной кожей она была исключительно очаровательна. Бедра у нее были не шире, чем у присевшего на корточки мальчика. Более того, я без колебания могу утверждать (и вот почему, собственно, я так благодарно делю это пребывание с маленькой Моникой в кисейно-серой келье воспоминаний), что из тех восьмидесяти или девяноста шлюх, которые в разное время по моей просьбе мною занимались, она была единственной, давшей мне укол истинного наслаждения. «Il'etait malin celui qui a invente ce true-La», любезно заметила она и вернулась в одетое состояние с той же высокого стиля быстротой, с которой из него вышла…

…Следующее наше свидание состоялось на другой день, в два пятнадцать пополудни у меня на квартире, но оно оказалось менее удовлетворительным: за ночь она как бы повзрослела, перешла в старший класс, и к тому же была сильно простужена. Заразившись от нее насморком, я отменил следующую встречу — да впрочем и рад был прервать рост чувства, угрожавшего обременить меня душераздирающими грезами и вялым разочарованием. Так пускай же она останется гладкой тонкой Моникой — такой, какою она была в продолжение тех двух-трех минут, когда беспризорная нимфетка просвечивала сквозь деловитую молодую проститутку».

ВЛАДИМИР НАБОКОВ. Лолита

--------------------------------------------

КСТАТИ:

«Ни одна добродетель не искупает пороков».

ЮВЕНАЛ


БЛЕСК И НИЩЕТА КУРТИЗАНОК

Многие исследователи причин проституции склонны искать их прежде всего в социальном и экономическом неравенстве, то есть в несовершенстве общества. Эти идеи прямо смыкаются с социалистическими, которые исходят из такого марксистского положения, как: «Личность не есть абстракт, а продукт общественных отношений».

Игнорируя объективные свойства личности, социалисты всегда делали ставку на массы, которые по природе своей подавляют и исключают совершенствование личности как таковой.

Два эксперимента социалистов — в 1917 году в России и в 1932 году в Германии не только не способствовали искоренению пороков, но и прямо стимулировали их невиданный, чудовищный рост.

Разумеется, на личность влияют общественные отношения, но в той ли решающей мере, как это утверждают социалисты?

АРГУМЕНТЫ:

«Уничтожьте пролетариат, распустите армию, сделайте образование доступным в более короткий срок, дайте возможность вступать в брак всем желающим, гарантируйте им спокойствие в семейной жизни и убедите их жить нравственно, честно, по закону христианскому и тогда… и тогда все-таки будет существовать проституция».

В. М. ТАРНОВСКИЙ, крупнейший русский сифилитолог XIX века

«Сопоставляя данные, почерпнутые из специальных сочинений, с результатами моих собственных наблюдений, я пришел к заключению, что все публицисты постоянно впадают в одну и ту же ошибку, указывая на беспризорность и нищету, в которых живет большинство девушек пролетариата, как на главную причину проституции.

По моему мнению, проституция является результатом врожденных порочных наклонностей и особенностей, свойственных женскому полу. Недостаток же воспитания, беспризорность, нищета и дурные примеры могут рассматриваться лишь как ее вторичные причины. Воспитание и образование служат, как известно, спасительной уздой для порочных наклонностей».

П. ЛОКАТЕЛЛИ, итальянский психолог XIX века

Действительно, если миллионы детей рождаются, воспитываются и вырастают в одной и той же среде, то почему одни из них становятся преступниками, а другие — нет? Значит, есть все- таки некие сугубо индивидуальные свойства человеческого «Я», в которых изначально заложена предрасположенность к преступлению.

В свое время, когда сформировались две полярные теории происхождения преступности и проституции — социологическая и антропологическая — французский профессор судебной медицины Александр Лакассань (1843–1924) сформулировал вывод, частично примиряющий эти теории: «Преступник — это микроб, не играющий никакой роли до того момента, пока он не окажется в бульоне, который заставит его активно функционировать».

Если уж говорить о развращающем влиянии среды, то, анализируя историю человечества, мы неизбежно придем к шокирующему многих и многих выводу: порочность людей находится в самой прямой зависимости от демократизации общества.

Природа наделила всех нас, людей, неравными возможностями, и это — объективная реальность. Но каждый человек на своем уровне может быть счастлив, примирив свои возможности со своими желаниями. Это равновесие и есть простейшая формула счастья.

КСТАТИ:

«Нелепо соперничать с теми, кто лучше или сильнее тебя».

ЭЗОП

«Богат тот, кто беден желаниями».

ДЕМОКРИТ

«Сперва мы должны ответить, в чем сущность природы и кто мы такие, прежде чем сказать, как мы можем стать счастливыми».

ЦИЦЕРОН

Демократия же, которую Байрон называл «аристократией негодяев», декларируя всеобщее и антиприродное равенство, развращает людей иллюзорной картиной бытия, непомерно раздувает их желания и лишает разумного смирения, которое заключается не в тупой покорности, а в трезвой оценке своих возможностей и умении соотносить их с желаниями.

В феодальную эпоху горничная не терзалась завистью к нарядам своей госпожи или к ее положению в обществе — и была счастлива. А что толку в том, чтобы объявить горничной, что она равна госпоже, если у нее нет объективных данных зримо, материально подтвердить это равенство? Ей остается либо приставить нож к горлу госпожи и сказать, как девица в предыдущей главе: «Слышь, разувайся, снимай свои сапожонки, дай другим поносить», либо вырвать себе четыре передние зуба и, получая за каждый сеанс минета 350 долларов, презрительно бросить жене профессора: «Сколько твой муж в месяц получает? Так вот, это не я, а ты х… сосешь!»

Что они и делают, те, кому по своим природным данным никогда бы не подняться выше прачки или уборщицы. Но порочная мысль «а чем я хуже?» толкает их на это восстание против истинного положения вещей.

КСТАТИ:

«Людям, толкующим слово «голод» так примитивно, что говорят о нем только, когда у человека есть нечего, людям, отрицающим гнет экономических условий, если горничная пойдет на улицу, тогда как она могла бы снова найти место горничной, все сказанное нами покажется китайской грамотой. Эти наивные люди упускают из виду, что «нужда» является всегда понятием относительным, что масштабом для оценки материального положения является не тот, в котором мы сами находимся, что он диктуется положением тех, с которыми мы связаны процессом труда. Работница, обязанная создавать роскошные туалеты, тогда как сама вынуждена ходить в простеньком платьице, ощущает свое положение как нужду, даже в том случае, когда может наесться досыта. А подобная «нужда» особенно легко порождает мысль, что при известных условиях легче заработать шелковый «жюпон», чем шерстяную нижнюю юбку».

ЭДУАРД ФУКС. Иллюстрированная история нравов

Ощущение своей несчастности порождается у женщин не объективной оценкой своего состояния, а сравнением его с состоянием тех, кому она завидует.

При этом женщина никогда не задается вполне естественным вопросом: «А, собственно, какие у меня основания претендовать на это?» Нет, женщина, с капризной бездумностью ребенка, твердо заявляет: «хочу!» И устремляется к этой цели, не разбираясь в средствах.

У Маяковского есть стихотворение «Маруся отравилась», написанное в ответ на заметку в «Комсомольской правде», где рассказывалось о том, что девушка-работница отравилась потому, что у «нее не было таких же лакированных туфель, как у ее подруги Тани». А почему у нее непременно должны были быть эти туфли?

Но травятся далеко не все. Многие находят более простые способы добывания вожделенных туфель. И главная причина здесь не в неравенстве, а в отсутствии дол ясно го смирения.

КСТАТИ:

«Сама я сказала бы, исходя из обыкновеннейшего знания жизни, что там, где нет смирения, народ погибает».

АГАТА КРИСТИ

Слово «смирение» — производное от слова «мир». Именно смирение дает мир душе, и ничто другое.

А если в душе нет мира, ее охватывает тревожность, которая всегда была катализатором уголовных преступлений, самоубийств и проституции.

Что же касается нужды (в ее объективном понятии, когда не на что купить кусок хлеба), то она является одной из причин случайной проституции, да и то лишь на ее начальном этапе.

АРГУМЕНТЫ:

«П.Тарновская сообщает об одной девушке, которая случайно сделалась проституткой, благодаря тому обстоятельству, что она очутилась одна в незнакомом ей городе. Приехав туда и не найдя на станции тех друзей, которые должны были ее встретить, она была в большом горе, не зная, куда деться. К ней подошла какая-то пожилая дама и, узнав, в чем дело, предложила ей тут же выгодное место горничной в одном очень богатом доме. Молодая девушка с радостью согласилась и пошла за старухой, которая привела ее в дом терпимости. Прожив в нем три месяца, молодая девушка забеременела. За это время она познакомилась с одним господином, который полюбил ее, выкупил из публичного дома и поместил в деревне, обставив ее и ребенка даже роскошью. Однако она недолго прожила в этой обстановке. В один прекрасный день она возвратилась в дом терпимости и снова сделалась проституткой. Время от времени она наезжала в деревню, чтобы повидать своего горячо любимого ребенка».

Ч. ЛОМБРОЗО, Г. ФЕРРЕРО. Женщина преступница и проститутка

Нужда была в этом случае только толчком, питательным бульоном, по выражению А. Лакассаня, в котором микроб получил свое бурное развитие.

Нужда… Давайте рассмотрим примеры из предыдущей главы.

Марина из пип-шоу. Какая нужда заставила ее стать заурядной парижской проституткой? Желание учиться непременно во Франции? Конечно, Санкт-Петербургский университет для нее не тот уровень… Ну, здесь все лежит на поверхности.

Бразильские девушки, обслуживающие секс-туристов. Бразилия для них — тоже не тот уровень: здесь, чтобы нормально жить, надо либо получить образование, либо стать продавщицей, официанткой, то есть прилагать определенные усилия, так не проще ли выйти замуж за какого-нибудь флегматичного и добросовестного немца, который будет содержать на всем готовом и при этом не слишком докучать своими сексуальными притязаниями ввиду постоянной занятости на работе — ведь экзотическую красавицу нужно окружить достойным ее длинных ног комфортом…

Маринка-дальнобойщица. Спору нет, положение ее в семье было ужасным. Но что мешало ей еще в 15-летнем возрасте поступить в какое-нибудь профтехучилище, которых в стране было, как грибов, жить там на всем готовом, осваивать рабочую профессию? Кажется, чего бы проще, но она избирает другой путь. Между прочим, трудно поверить, чтобы на комсомольской стройке не нашлось работы и места в общежитии. Уж где-где, а в таких местах безработицы никогда не было. Но, опять-таки, для того, чтобы жить там, нужно было работать, а вот это обстоятельство просто непереносимо для женщин подобной категории.

Интердевочка Нателла. Да, больная мать, да, дорогостоящие лекарства и еще более дорогостоящий профессор… Но если уж так случилось, можно ведь учиться заочно, работать… Нет, тут дело совсем в другом.

Дело во врожденной предрасположенности к проституции, которая является такой же объективной реальностью, как харизма, или «фактор X», пока еще необъяснимо предполагающий способность одного человека повелевать другим.

Надо сказать, что в той или иной мере эта предрасположенность присуща огромному большинству женщин, но здесь решающее значение имеет как мера этой предрасположенности, так и наличие того питательного бульона, в котором этот микроб может успешно развиться.

АРГУМЕНТЫ:

* «Женщина, посягнувшая раз торговать собой, не может иметь границ; она продает себя всякому, при возможности извлечь ту или другую выгоду. Вот, например, случай, заимствованный нами из газеты «Петербургский листок» (№ 146, 1869 года): одна богатая женщина продала себя только за способ, изобретенный молодым человеком, достать 5000 р., необходимые молодой барыне на покупку платья для выезда на костюмированный бал. «Изобретите способ достать на время денег и требуйте чего хотите, изобретите — и я ваша…» — говорила барыня молодому человеку; он достал деньги, и за это барыня была в его объятиях; она продала себя только для того, чтобы выехать на бал в костюме, который был бы лучше костюма одной из знакомых ей княгинь.

Мы знаем следующий совершившийся факт: одно начальственное лицо поручило своему подчиненному достать для себя женщину; подчиненному не представлялось никакой возможности выполнить это поручение потому, что в местности, где совершился этот факт, не было ни одной годной для начальника женщины, которая решилась бы поторговать своей особою, и подчиненный, чтобы угодить начальнику, отвел к нему разделить ложе свою прекрасную молодую жену».

М. КУЗНЕЦОВ. История проституции в России


* Анекдот о бабушке короля Пруссии Фридриха Великого, рассказанный им самим.

Королева, беседуя с одним из придворных, замечает:

— Не могу понять, как это женщина может подарить свою благосклонность в обмен на какие бы то ни было ценности.

— О, Ваше величество, — говорит ее собеседник, — смотря о каких ценностях речь… Например, десять тысяч талеров…

— Невозможно!

— Двадцать тысяч…

— Никогда!

— Ну, а если это прекрасное жемчужное ожерелье?

— Довольно, граф, ни слова более! — резко обрывает его королева, известная своим пристрастием к жемчугу.

* Современный анекдот.

По Парижу едет экскурсионный автобус.

Гид: Обратите внимание: прямо перед нами — Триумфальная арка, справа и слева от нее — женщины, которые продаются.

Через некоторое время:

— Обратите внимание: справа — собор Парижской Богоматери, слева — женщины, которые продаются.

Еще через некоторое время:

— Обратите внимание: слева — «Мулен Руж», вокруг — женщины, которые продаются.

Экскурсант: А в Париже вообще есть женщины, которые не продаются?

Гид: Да, мсье, но они очень дорого стоят.


Всякая бесценность имеет свою цену.

И тем не менее, далеко не каждая женщина опускается до продажи своего тела (если, конечно, не брать во внимание браки по расчету).

Чезаре Ломброзо и Энрико Ферри (1856–1929) вывели теорию о врожденной проституции. Эта теория, с одной стороны, привлекла к себе массу сторонников, и с другой — вызвала шквал возмущения приверженцев социологической теории происхождения преступности, в частности российских народников. Эти воодушевленные социалистическими идеями последователи Чернышевского пытались «исправлять» проституток тем, что усаживали их за швейные машинки, но эти эксперименты неизменно проваливались, как, впрочем, и все социалистические эксперименты, игнорирующие реалии бытия.

Один из решительных противников учения Ломброзо, Б. Бентовин, автор книги «Торгующая телом», на ее страницах высказывает аргументы, которые можно считать характерными для всех критиков теории врожденной проституции.

АРГУМЕНТЫ:

«Я не стану здесь подробно развивать основания этой теории, так как для каждого непредубежденного наблюдателя она должна казаться в высшей степени утрированной.

Берут заведомую проститутку и начинают производить установленные итальянской школой измерения:

Длина правой плечевой + лучевой кости.

Длина правой кисти.

Длина правой стопы.

Отношение плечевой + лучевой кости к росту.

Форма черепа.

Положение ушей.

Развитие затылочного бугра.

Форма носа.

Расположение зубов.

Форма ушной мочки и т. д., и т. д.

Если в одном индивидууме сочетается четыре несоответствия измерений, то исследователь вполне доволен, так как «среди проституток встречается чаще, чем среди преступниц, «полный тип», под которым Ломброзо и Ферреро понимают присутствие не менее четырех признаков вырождения». Но недурно, если насчитываются

3-2 или даже один внешний признак вырождения…

Для этого, например, вполне достаточны такие четыре признака: лоб, скошенный сзади; сильное развитие мочки уха (?); неправильная форма ушей (?) и «вздернутый нос» (?). Можно, однако примириться и с двумя только признаками: например — с продолговатыми ушами и вздернутым носом — и ярлык «врожденной» проститутки налицо!..

Кроме внешних отметин, школа Ломброзо сочла нужным наделить проститутку и специфическими духовными признаками. Весьма наивно формулирует г-жа Тарновская — последовательница школы Ломброзо — эти особенности торгующих телом: «Психическая ненормальность проституток проявляется в более или менее ясно выраженной слабости умственного развития, в невропатической конституции и в характерном отсутствии нравственного чувства. Последнее подтверждается, между прочим, злоупотреблениями половой жизни, а также тем обстоятельством, что позорное ремесло их представляет для них такую привлекательную силу, что они охотно возвращаются к нему тогда, когда в этом нет необходимости».

Все это, конечно, общие фразы, которые с одинаковым правом могут быть отнесены не к причинам, а к последствиям проституирования».

Б. БЕНТОВИН. Торгующая телом

Не будем спорить с г-ном Бентовиным относительно лучевых костей и стопы (хотя и здесь, наверное, можно найти характерные для падших женщин параметры), но в отношении формы черепа и деталей лица можно высказаться со всей определенностью, опираясь на тысячелетний опыт физиогномики.

Согласно данным этой науки, подтвержденным многовековыми исследованиями ученых разных стран и континентов, скошенный лоб, например, сильно развитые надбровные дуги, плоский затылок, короткий приплюснутый нос и выдающиеся вперед челюсти с мощными резцами прямо указывают на атавистические свойства личности их обладателя (или обладательницы), на склонность к агрессии и слабое умственное развитие, нравится это кому-то, или нет.

Полуоткрытый рот указывает на довольно низкий интеллект в сочетании с повышенной чувственностью.

А разве никто никогда не слышал такого выражения, как «чувственный рот»? Или — «порочный рот»?

Расположение ушей относительно линии глаз является признанным индикатором налитая интеллекта. Так, если верхний край ушной раковины располагается выше линии глаз, это свидетельствует об очень высоком интеллекте, если на уровне линии глаз — об интеллекте выше среднего показателя, ну, а если ниже — о среднем и так далее по мере снижения верхней кромки ушной раковины.

КСТАТИ:

«Никогда не советуйтесь с теми, у кого лоб гладок, — они никогда не размышляют».

ПИФАГОР

Ладно, оставим физиогномику. Будем считать, что человек не виноват в том, что родился именно с такими ушами или формой носа — и это действительно так. Человек не выбирает себе происхождение, национальность или цвет кожи, как не выбирает себе те или иные черты лица.

Но за те или иные поступки он должен отвечать, или нет?

Поступки, как известно, являются реализацией черт характера, наклонностей, психологических установок личности.

Рассмотрим же наиболее характерные черты личностей проституток в свете учения Чезаре Ломброзо, который подразделял их на две категории: на врожденных и случайных.

Начнем с первых, и прежде всего с той сферы, которая является основной и определяющей их деятельность, — с секса.

Всякий регулярно и часто повторяющийся раздражитель неизбежно вызывает адаптацию к себе, привыкание и угасание чувствительности.

Ломброзо указывает на «полное отсутствие половой чувственности» у проституток, ибо «большинство этих несчастных наделено бесстрастным, апатичным темпераментом. Это автоматы, которые ничем не занимаются и которых решительно ничто не в состоянии возбудить».

К особенностям ILK темперамента мы еще вернемся, а в отношении самого процесса вполне резонным был бы вопрос: «Может ли получать удовольствие от рыбалки в кругу друзей профессиональный рыбак?»

АРГУМЕНТЫ:

«— Чувствовала ли я что-либо как женщина? Первое время — нет. Вытравить брезгливость, неприятие чужого тела, комплекс купленной вещи. Если от этого не избавиться — женщиной себя не почувствуешь, как бы симпатичен и обходителен твой клиент ни был. Нет, настоящего кайфа я не испытывала, даже когда стала получать удовольствие от общения, от игры. Зато научилась так имитировать оргазм, что ни один мужик не усомнился в своей способности «завести» меня…

Спроси любую, с кем лучше, все в один голос: с толстыми и старыми — мы их «кошелечками» называем, пухленькими такими. С ними мороки никакой. Ну что он может? Максимум одну палку кинет — и на боковую. Им же не трахнуть важно — им важно, чтоб рядом была молодая, красивая, без закидонов. Есть у нас один такой клиент постоянный. Академик, в Москву в командировки приезжает каждый месяц. Лет за шестьдесят ему, полнейший импотент. Но от нас уезжает довольный».

(Из интервью с Нателлой корреспондента газеты «Спид-инфо»).

Ломброзо отмечает явное противоречие между ремеслом проститутки и ее сексуальной заторможенностью.

«Сильная чувственность, — подчеркивает он, — не делает еще женщину проституткой: благодаря ей она будет слишком надоедать своими ласками мужу, заведет себе любовника, отдастся, наконец, в минуту сильнейшего полового возбуждения почти первому встречному мужчине, но не станет проституткой: в ней живо чувство стыда, хотя временами грубые инстинкты и берут над ним верх. Там, где женщина, несмотря на свою пониженную чувствительность, все-таки делается "проституткой, причина этого, очевидно, кроется не в ее похотливости, а в отсутствии у нее нравственного чувства. Женщины, не стыдящиеся и не сознающие всего позора своего порока, имеющие особенную болезненную склонность ко всему запрещенному, недозволенному, вступают на путь разврата потому, что он дает им возможность беззаботно жить, ничего не делая; их половая нечувствительность является при этом даже преимуществом, приспособлением в смысле ибо легко и сильно возбудимая женщина не могла бы вести долго жизнь проститутки, и очень скоро была бы ею надломлена.

Для проститутки сношение с мужчиной — совершенно безразличный в психическом и физическом отношении акт, и она торгует собою потому, что профессия эта хорошо оплачивается. Необыкновенно ранняя нравственная испорченность, идущая рука об руку с проституцией, точно так же доказывает, что корень последней кроется не в чувственности, а в нравственном слабоумии, что она есть особый вид рано сказывающегося тяготения ко всему дурному, какой-то наклонности делать все то, что запрещено, — наклонности, столь характерной для нравственно помешанных субъектов».

Известно немало случаев, когда малолетние проститутки до 18–19 лет сохраняют девственную плеву, занимаясь исключительно оральным и анальным сексом, который при неразвитой чувственности едва ли может доставлять какое-либо удовлетворение.

Стремление к проституции зачастую сильно опережает половое созревание. В архиве маркизы де Помпадур был найден один документ, указывающий на то, что она выплачивала ежегодную пенсию некоему г-ну Лебону только за то, что он предсказал, когда ей было всего 9 лет, что она станет любовницей короля Франции.

Для проститутки ее влагалище (или иные отверстия) являются всего лишь инструментом, которые она, как всякий мастеровой, содержит в надлежащем порядке, но относится к процессу работы этими инструментами с холодным спокойствием профессионала.

-----------------------------------------------------

ИЛЛЮСТРАЦИЯ:

«Вечер в «Континентале»: бар, танцующие пары. Я приезжаю в сопровождении свиты, дрожа от волнения, как молодой послушник перед посвящением в сан, надушенная, в прозрачных развевающихся одеждах — Непобедимая армада. Направляюсь в бар — клиент должен видеть товар лицом. Цена от 50 до 150 флоринов (гульденов) в зависимости от функциональных возможностей, производительности и эффективности. Прекрасный дебют. В 23 часа я в баре с другими проститутками, пардон, хозяйками. Мы — хозяйки, которые угощают клиентов, развлекают милой болтовней перед тем, как предложить подняться наверх. Один час на все. Будет еще точнее, если подвесить на клитор счетчик со звуковой сигнализацией, отмеряющий время. И это будет не бордель, а забегаловка для автомобилистов.

Я разглядываю своих коллег. Сильно накрашенные, виляющие задами с грацией коров. Первые клиенты, все почему-то в серых костюмах и с портфелями атташе, начинают «клеиться» к дамам. Один из них подкатывает ко мне, скромно прикасается к моей руке. Мы выпиваем по бокалу вина и сразу отправляемся в номер.

Широкая кровать, освещение, конечно, красным светом, умывальник. Малоприятное ощущение находиться в жалком отеле со случайным любовником. Я мечтала о Феллини, а попала в убогое заведение. В большом зеркале напротив кровати я вижу типа, вытаскивающего член из брюк. Что должна делать профессиональная проститутка в таком случае? Я прошу его поторопиться, но ему хочется поболтать. Он без конца задает вопросы: давно ли я здесь? Не француженка ли я? Он говорит по-французски с акцентом и находится под влиянием распространенного мифа, что Париж — мировая столица сношений через зад.

Он работает надо мной со знанием дела и заканчивает со спокойной совестью. Потом он начинает одеваться, задавая мне кучу вопросов. Он убежден, что я бедная девушка, когда-то обманутая каким-то негодяем и погубившая свою судьбу. Он думает, что я выросла на какой-нибудь ферме в Оверни, которую навещаю раз в год по разрешению хозяина заведения и когда удается скопить денег на поездку домой. Я чувствую, что он готов спасти меня. Я зеваю от скуки, тороплю его, чтобы он поскорее одевался, успокаиваю его, говоря, что я здесь по своей воле. Когда я снова спустилась в бар, хозяин отругал меня за опоздание.

Второй клиент был похож на испанца. Он отстрелялся быстро, как из базуки. И неудивительно — в баре он выпил бутылку шампанского. Опять спускаюсь. В баре несколько кобыл в ожидании клиентов подпиливают ногти и жуют жвачку».

СИЛЬВИЯ БУРДОН. Порнозвезда

----------------------------------------------------

Следующим характерным качеством врожденных проституток Ломброзо считает нравственный нигилизм по отношению к родственникам и вообще к окружающим.

АРГУМЕНТЫ:

«Carlier говорит, что «проститутки обыкновенно не знают и не хотят знать, что сталось с их родителями». — «При расспросах проституток насчет их семейств начинаешь сомневаться, — пишет Maxime du Camp, — имеешь ли дело с человеческими существами». Вот, например, их обычные ответы на подобные вопросы:

— Ваш отец жив еще?

— Мой отец?…Должно быть жив, хотя наверное я этого не знаю.

— А ваша мать?

— Моя мать, вероятно, умерла, но я опять-таки наверное не могу вам этого сказать.

F…, которую цитирует Laurent, происходила из порядочной, даже известной семьи, но отличалась с раннего детства лживостью, испорченностью и непослушностью. На своих двух старших сестер она смотрела, как на источник доходов. Убежав из дому, она начала вести самый развратный образ жизни, но потом вернулась, была принята своими и прощена. В благодарность за это она стала еще требовательнее и начала вести себя еще хуже, чем прежде, дойдя, наконец, до того, что зазывала мужчин для разврата даже в почтенный дом своих родителей.

Legrain сообщает об одной проститутке, которая в детстве отличалась такой испорченностью, что ее не могла исправить ни одна школа. Будучи ребенком, она находила, между прочим, удовольствие в том, что подбрасывала в суп своим подругам булавки.

Lecour передает следующие слова одной проститутки: «Я принадлежу, как и сестра моя, тому, кто мне платит; отец захотел исправить нас, но ничего не мог поделать-и умер с горя».

Ч. ЛОМБРОЗО, Г. ФЕРРЕРО. Женщина преступница и проститутка

Множество исследователей сходятся на том, что проституток отличают крайне равнодушное, а иногда и жестокое отношение к своим товаркам, агрессивность и мстительность.

Такое же равнодушно-жестокое отношение наблюдается у врожденных проституток к собственным детям.

Это свойство, как отмечает Ломброзо, ставит их на одну линию с врожденными преступницами.

Последовательница учения Ломброзо П. Тарновская делает следующий вывод из своих наблюдений:

«Материнская любовь часто им совершенно неизвестна. Они, не стесняясь, сознаются, что дети — это бремя и что Бог должен был бы призвать к себе всех этих малюток, которые им в тягость. Во время беременности они делают невозможное, чтобы вытравить плод…

Весьма характерно то обстоятельство, что достигшие пожилого возраста проститутки обыкновенно торгуют своими дочерьми и не понимают, что, собственно, дурного в этом. Так, одна кокотка, арестованная на месте преступления в ту минуту, когда она готовилась продать свою дочь, обратилась крайне изумленная к агенту полиции со следующим наивным вопросом: «За что вы меня арестуете? Какое преступление я совершила?»

Это традиционный вопрос, который они задают даже тогда, когда речь идет о злостном хулиганстве, воровстве или даже об убийстве. Кажется, что эти дамы искренне верят в свое неотъемлемое право попирать все существующие законы, как нравственные, так и уголовные.

«В Лондоне, — пишет Ломброзо, — связи проституток с ворами — общее правило за весьма немногими исключениями. Их можно всегда видеть вместе целыми толпами в кабаках и харчевнях. Женщины эти посвящены во все воровские предприятия своих приятелей мужчин и нередко принимают участие в кражах, имея всегда свою часть в добыче».

Издавна кварталы парижских проституток были одновременно и притонами воров и разбойников.

Проститутки зачастую не останавливаются перед тем, чтобы при удобном случае не обобрать подвыпившего клиента или не отдать его в руки своих сообщников-грабителей.

«Существенные черты проституток и воровок, — отмечает П.Тарновская, — своеобразным образом совмещаются в этих женщинах, которые составляют особую разновидность воровок-рецидивисток.

Проститутки-воровки выказывают, например, больше осторожности в своих поступках, чем обыкновенные проститутки, не так легко поддаются влиянию минуты, умеют хорошо обдумывать свое намерение и сопротивляться моментальному импульсу, такие черты редко наблюдаются у обыкновенных проституток. Но зато они отличаются большей жестокостью и цинизмом, чем эти последние, у которых сказываются порою проблески доброты сердечной, и обнаруживают меньше наклонности к употреблению спиртных напитков. Они понимают, что своем, вдвойне опасном, образе жизни им нужно быть особенно осмотрительными и осторожными, что несовместимо с пьянством».

Разумеется, не все проститутки — воровки, но что удержит от воровства человека, лишенного вообще каких бы то ни было моральных устоев? Особенно у нас и в наше время, когда воровство стало такой же нормой жизни, как, скажем, хамство или мошенничество. То, что во времена Ломброзо считалось достойным специального изучения явлением, то сейчас стало обыденной приметой действительности.

Кроме того, алчная корысть, заложенная в саму основу занятия проституцией, никаких иных последствий, кроме преступления повлечь за собой никак, не может…

Следующая черта врожденных проституток, отмеченная Ломброзо, — это отсутствие чувства стыдливости, присущего всем нормальным женщинам.

АРГУМЕНТЫ:

«Некоторые авторы, в том числе Parent-Duchatelet, отрицают или по крайней мере уменьшают значение этого факта, указывая на то, что проститутки, принимая у себя гостя, занавешивают обыкновенно иконы и никогда не отдаются мужчинам в присутствии посторонних.

Но, по нашему мнению, здесь дело сводится к распространенному среди них суеверию или к симуляции. Если принять во внимание, что между ними встречаются матери, которые имеют сношения в присутствии собственных дочерей со своими любовниками, или отдают их последним, если вспомнить, что многие из этих женщин показывают себя за деньги в «живых картинах» трибадов и содомистов, то станет ясным, что нежелание отдаваться мужчинам в присутствии посторонних есть не более как симуляция с их стороны. Нам лично пришлось однажды слышать жалобы одной проститутки, негодовавшей и удивляющейся, что ее арестовали за оскорбление общественной благопристойности, когда она «ровно ничего такого не сделала», если не считать, что отдалась в публичном месте 10 солдатам последовательно одному после другого и каждый раз в присутствии всех остальных».

Ч. ЛОМБРОЗО, Г. ФЕРРЕРО. Женщина преступница и проститутка

В своей «Истории проституции в России» М.Кузнецов возражает Ломброзо такими аргументами: «Стыдливость, свойственная вообще женщине, остается свойственной ей и тогда, когда она посвящает себя промыслу проституции, но эта стыдливость постепенно убивается требованиями исключительного положения проституток. Мы здесь приводим на этот счет несколько примеров. В Петербурге мы знаем много проституток-одиночек, которые являются на медицинское освидетельствование только к одному, избранному ими врачу; если они не застают этого врача в кабинете, то не решаются на освидетельствование их другим врачом и приходят в следующий раз к своему врачу. Некоторые проститутки ни за что не соглашаются оставаться в спальне с мужчиной, не потушив огня…»

А пропустить через себя 10–15 мужчин в день г-н Кузнецов почему-то не считал бесстыдством. Или быть заказанной 2—3-мя мелкими чиновниками одновременно? Здесь явно прослеживается влияние Чернышевского и его утопического труда «Что делать?»

КСТАТИ:

«Ты можешь здесь увидеть самые бесстыдные сцены, происходящие у окна, даже в полдень, иногда самый акт…

Другие приводят в порядок свои рубашки, фартуки и головные уборы, стоя у окна совершенно обнаженными».

Из книги «Сатана, пожинающий плоды». 1750 г.

Возможно, были (и есть) какие-то единичные случаи проявления стыдливости проститутками, но эти случаи так же нелепы и неестественны, как обморок хирурга при виде крови.

В этом вопросе, пожалуй, последние «точки над i» расставила порнография (фото, кино и видео), где женщина не только отдается всеми способами одному или группе мужчин одновременно (не говоря уже о кобелях, козлах, ослах и прочей живности), но и демонстрирует это тысячам и даже миллионам зрителей. И попробуйте при всем этом ее назвать проституткой — она оскорбится и заявит: «Я, к вашему сведению, актриса! Кассеты с моими фильмами стали бестселлерами!» Бесспорно, съемки требуют и определенного уровня мастерства, даже таланта, и напряжения, и чувства публичного одиночества, необходимого для сценического действия, но вот само это действие — трахание с осликом перед объективами камер — пусть займет свое место в шкале ценностей и называется своим именем.

А пример «стыдливости» порноактрис приводила в своей книге Сильвия Бурдон: одна из ее коллег категорически отказывалась сниматься, пока с площадки не уйдут все, кроме операторов.

Порнография нужна, раз на нее существует такой повышенный спрос, но она должна с разумным смирением довольствоваться своим местом бордельного окна на окраине города.

Это к вопросу о стыдливости.

Теперь немного о любви.

Эта сфера бытия падших женщин всегда занимала писателей, социологов и психиатров. К последним она имеет наибольшее касательство своим явно выраженным мазохистским характером.

АРГУМЕНТЫ:

«Любовниками проституток являются обыкновенно сутенеры, к которым влечет их особенная страсть. Сутенер — это почти всегда субъект со зверским характером, с наклонностью к насилиям, становящийся паразитом своей любовницы, которую он в благодарность за ее любовь немилосердно колотит. Сутенеры, особенно проституток низкого пошиба, находятся постоянно в тесных сношениях с ворами с другими негодяями.

Parent-Duchatelet говорит по этому поводу следующее: «Иго, которое переносят проститутки от своих сутенеров, превращается порою в самую страшную тиранию, какую только можно себе вообразить. Негодяи эти не только живут и одеваются за счет своих рабынь, но постоянно стерегут их, заставляют посещать с ними кабаки и харчевни, где они должны за все платить, если хотят избавиться от побоев».

«Никогда, — пишет Lecour, — ни один негр не страдал столько под плетью своего надсмотрщика и ни один узник столько от своего тюремщика, сколько проститутки от своих сутенеров, которых они содержат, как своих защитников».

Однако, несмотря на все это, эти падшие создания обыкновенно очень сильно и нежно привязаны к своим мучителям. «Я видел, — пишет Parent, — несчастных девушек, которых доставляли в больницу с выбитыми глазами, с окровавленными лицами, с бесчисленным множеством ран и кровоподтеков на теле, и которые, выздоровев, возвращались обратно к своим мучителям. Одна из них издан и следовала за своим пьяным сутенером, наблюдая за ним, и когда он падал, она подбегала к нему, помогала ему встать на ноги и затем быстро убегала прочь, спасаясь от его побоев… Другая, спасаясь от своего рассвирепевшего любовника, громившего с молотком в руках все, что попадалось ему под руку, прыгнула во двор с третьего этажа. Вылечившись в больнице от последствий подобного прыжка, она вернулась назад к своему возлюбленному и полгода спустя, опять спасаясь от него, вторично выбросилась из окна, причем сломала себе руку. Но несмотря на это, она продолжала и дальше жить с этим субъектом».

В этом отношении проститутки, стало быть, сильно отличаются от врожденных преступниц в узком смысле слова, которые не способны к крепким и продолжительным связям. Эта разница кроется в свойственной женщине потребности видеть для себя в мужчине опору. Дело в том, что проститутки — субъекты в большинстве случаев малоинтеллигентные и совершенно обезличенные, обыкновенно очень легко попадают под влияние мужчин и очень живо испытывают подобную потребность; между тем как энергичные и страстные преступницы видят всегда в мужчине больше своего раба, нежели господина. Большинство же проституток, совершенно неинтеллигентных, безответных, подобно животным, сильно привязано к своим сутенерам и переносят зверства их с такою же покорностью, с какой собака лижет наказывающую ее руку своего господина.

«Куда мы годимся, если не любим», — говорят обыкновенно эти падшие создания в объяснение своей привязанности к своим любовникам. Наконец, влияние страха и боязнь мести со стороны сутенера, равно как и воспоминания о перенесенных страданиях, еще более укрепляют подобные союзы…»

Ч. ЛОМБРОЗО, Г. ФЕРРЕРО. Женщина преступница и проститутка

Чем слабее и неразвитее сфера «Я» в личности женщины, тем более дает о себе знать живущая в ней покорная тварь.

Как известно, животные не знают меры в еде и зачастую потребляют количество пиши, превышающее их потребности.

То же можно сказать и о проститутках.

«Так как у проституток в общем так мало развиты ум и половое чувство, — пишет Ломброзо, — то весьма понятно, что у них с особенной силой дает себя знать голод — самый сильный инстинкт их живой натуры. В этом отношении они напоминают детей в том возрасте, когда еще не начиналось их духовное и половое развитие и когда вся жизнь их сводится исключительно к удовлетворению потребностей желудка. Известно, что у идиотов умственная тупость связана обыкновенно с большею или меньшею прожорливостью».

КСТАТИ:

«Я ем, чтобы жить, а другие люди живут, чтобы есть».

СОКРАТ

Как одно из характернейших качеств характера проститутки, последователи школы Ломброзо указывают на тщеславие.

ФАКТЫ:

* Древнегреческие гетеры постоянно мечтали о том, чтобы увековечить себя в каком-нибудь драматическом произведении, поэтому они, обслуживая драматургов, делали для них большую скидку. Известная гетера Гликера писала уехавшему в Египет драматургу Менандру: «Только непременно поставь там комедию, в которой я выведена в первом действии; если я не могу сопровождать тебя в твоей поездке в Египет, то пусть я все-таки стану известной при дворе Птолемеев».

Ломброзо приводит следующий случай. В полицию приходит двадцатилетняя красавица с просьбой выдать ей билет на право заниматься проституцией. Полицейский чиновник, движимый самыми лучшими побуждениями, начал отговаривать ее от подобного шага и предложил устроить ее в одну скромную женскую общину, которая подыскала бы ей какое-нибудь подходящее место.

Наивный чиновник был ошеломлен реакцией посетительницы:

— Что? Место служанки?! Благодарю вас, в нашем семействе, слава Богу, еще никто не опускался до этого!

* Движимый такими же побуждениями, граф Толстой предложил однажды одной проститутке место кухарки в своем имении, но та отказалась под предлогом того, что не умеет готовить.

«Но я, — вспоминал об этом случае Толстой, — по лицу ее очень хорошо видел, что она просто не хочет взять этого места, так как должность кухарки казалось ей, должно быть, слишком недостойной».

Современные проститутки очень любят давать интервью, особенно на телевидении, и участвовать в открытых благотворительных акциях.


КСТАТИ:

«Все суета сует. Все тщета и ловля ветра».

СОЛОМОН МУДРЫЙ

Любимым удовольствием проститутки, как отмечает Ломброзо, является безделье.

«Скука ей незнакома, — пишет он, — и она проводит целые дни, лежа в постели, не двигаясь с места, не шевеля ни одним пальцем и не чувствуя при этом никакой тягости от подобной инертности, которая для всякой нормальной женщины несноснее самого тяжелого труда. Зато все проститутки смертельно ненавидят всякий труд, и это отвращение к нему и является главным мотивом их падения и проституции, сюда присоединяется еще, кроме того, их жадность ко всякого рода развлечениям, кутежам и оргиям».

Многие исследователи сходятся на том, что одной из главных причин проституции является лень.

АРГУМЕНТЫ:

«Они презирают всякий труд; ничего не делать, ни о чем не думать, прозябать в полном покое; избегая всяких движений — их нормальное состояние; пить, есть и спать — их единственные радости жизни.

Некая Е. В., девица легкого поведения, на вопрос, не чувствует ли она себя несчастной, что избрала разврат средством к существованию, заявила, что счастлива при мысли, что стала проституткой, так как может жить, ничего не делая.

При этом в проститутках заметна потребность в беспокойной суете и шумных оргиях. Большею частью они любят возбуждающие удовольствия, многолюдные собрания, шум и всякое беспокойство; замечательна их падкость на различного рода зрелища и желание пользоваться всяким случаем, чтобы порисоваться публично своими прелестями».

П. ТАРНОВСКАЯ

Они, как сороки, любят мишурный блеск, любят обливать себя и других шампанским, крошить дорогие безделушки, бить зеркала или прикуривать стодолларовыми купюрами. В этом они видят способ самоутверждения, в этом дерзком вызове всем возможным ценностям и нормам, хотя весь их показной блеск — всего лишь камуфляж, под которым скрывается нищета в самом широком понимании этого слова.

Резюме Чезаре Ломброзо:

«Тождество преступника и проститутки в анатомическом и психологическом отношениях настолько полно, насколько это возможно: оба они идентичны с нравственно помешанными, а потому равны между собой. Как у одного, так и у другого мы находим те же самые дефекты нравственного чувства, ту же бессердечность и рано появляющуюся наклонность ко злу, то же равнодушие к общественному мнению, благодаря которому один легко мирится с положением преступника, а другая — проститутки; наконец, одинаковую нерасчетливость, легкомысленность и лень, равно как одинаковое же тщеславие и страсть к шумным развлечениям, кутежам и оргиям.

Итак, проституция есть специфическая норма женской преступности».

КСТАТИ:

«Жизнь сама по себе — ни благо, ни зло: она вместилище и блага, и зла, смотря по тому, во что превращают ее».

МИШЕЛЬ МОНТЕНЬ

Но есть еще одна категория проституток, которую школа Ломброзо определяет как случайных.

Имеются в виду женщины, которые стали заниматься этим ремеслом не вследствие врожденной порочности, а в силу неблагоприятно сложившихся обстоятельств.

АРГУМЕНТЫ:

«Случайные проститутки значительно более отличаются от нормальных женщин, чем случайные преступницы. Между тем как эти последние, особенно воровки, стоят ближе к нормальным женщинам, чем к врожденным преступницам, случайные проститутки, напротив, более приближаются к врожденным проституткам, чем к типу нормальных женщин. Поэтому у них всегда можно доказать, хотя и не в такой интенсивной степени, наличность различных порочных наклонностей и других ненормальных психологических особенностей».

ЧЕЗАРЕ ЛОМБРОЗО

Собственно говоря, это один и тот же микроб, только в первом (врожденном) варианте он сознательно стремится попасть в питательный бульон, а во втором — попадает туда в силу обстоятельств, которые могли бы и не произойти, и тогда микроб, вероятно, не развился бы.

Но судьбе, видимо, было угодно распорядиться именно таким, а не иным образом…


ris59.jpg

ФАКТЫ:

* Случай, сообщенный г-жой Гранпри:

«Эту девушку толкнул на путь разврата ее родной отец. Это была не только неиспорченная, но даже благородная натура с возвышенными порывами. При этом характер у нее был странный и в высшей степени капризный: то она бывала весела и до крайности шаловлива, но, напротив, мрачна до отчаяния и из одного настроения переходила в другое внезапно, в одно мгновение. Ей стал противен образ жизни проститутки, который она вела, и чтобы заглушить свои угрызения совести, она начала кутить и устраивать оргии. «Я не создана, — говорила она, — для подобной жизни; когда я подумаю только, до чего я дошла, меня берет ужас, и я пою, танцую, кучу, лишь бы забыться, иначе я наложу на себя руки».

Один раз она действительно пыталась покончить с собой и сделала это так же внезапно, под влиянием минуты, как это обыкновенно делают женщины, страдающие истерией и эпилепсией».

* Ломброзо отмечает следующие причины падения многих женщин, ставших случайными проститутками.

«Одна из них была изнасилована своим хозяином, заведшим ее в трактир, другая — одним господином, к которому она обратилась с просьбой дать ей какое-нибудь место. В других случаях первый шаг к падению был сделан самими девушками, давшими увлечь себя своим любовникам и убежавшими с ними из родительского дома. Покинутые затем ими, они не могли найти другого выхода из своего положения, как стать проститутками. Одна из подобных жертв рассказывала о себе следующее: «Дома за мной очень строго следили. Однажды вечером к нам зашел мой жених, чтобы отправиться со мной в театр. Но вместо театра он привел меня в совершенно другое место. Пригласительные билеты на мою свадьбу были тогда уже готовы, но в дело вмешались посторонние — и все пошло прахом». Другая девушка, очень любившая балы, отправилась на один такой бал против воли матери своей, и когда она вернулась домой, последняя выгнала ее вон на улицу. Тут случайно встретил ее жених, который увел ее с собой — и в результате явилось ее падение. Третья девушка жила у своего дяди, который неоднократно делал попытки изнасиловать ее. Однажды, спасаясь от него, она убежала к одному знакомому, которому и отдалась…»

* И в наше время известны случаи, когда девушки становились проститутками вследствие сексуального дебюта с отцом, отчимом или женихом (в особенности, если за этим следует его призыв в армию).

В других случаях матери-алкоголички подставляют своих несовершеннолетних дочерей собственным любовникам или просто случайным собутыльникам.

Толчком к случайной проституции в наше время зачастую может служить и кастинг манекенщиц, и конкурс фотомоделей, и любой этап конкурса «Мисс…» чего бы то ни было. Если ослу показать морковку, он со всех ног побежит за ней. Тщеславие всегда туманит мозги, даже более крепкие, чем у участниц подобных конкурсов, которые нередко являются закамуфлированной вербовкой «живого товара».


КСТАТИ:

«Тщеславие — это низменное стремление к почету».

ТЕОФАСТ ИЗ ЭФЕСА. III век до н. э.

Резюме Чезаре Ломброзо:

«Факт, что случайные проститутки не столь уродливы в нравственном отношении и не столь цинично бесстыдны, как врожденные, сам по себе указывает уже на то, что женщины эти начали торговать своим телом только лишь благодаря особому стечению обстоятельств, которым не могла противостоять их более или менее шаткая добродетель. По этому поводу Раrent-Duchatelet замечает: «Даже между самыми бесстыдными и отчаянными проститутками находится немало таких, которые стараются скрыть во что бы то ни стало свое позорное ремесло. С этой целью они одеваются по возможности скромно и на улицах держатся в высшей степени прилично. Больше всего они боятся встречи с людьми, которые знали их еще честными женщинами. Я видел однажды одну проститутку, которая серьезно заболела после такой встречи»… Несчастные эти не могут не понимать унижения и позора, которыми себя покрывают. Они презирают свое ремесло, постоянно оплакивают свое паление и вечно строят планы и даже делают попытки переменить свой образ жизни, но — увы! — напрасно. Мы встречаемся здесь с угрызениями совести, характерными для случайных преступников, возмущающихся окружающей их грязью, к которой они еще не успели привыкнуть и которую они от всей души ненавидят, в то время как врожденные преступники, напротив, рисуются и хвастаются ею.

Итак, во всех перечисленных примерах мы встречаемся не с болезненным влечением к асоциальному образу жизни, а со спокойно обдуманным выбором наиболее доходного занятия.

У подобных женщин стыдливость, во всяком случае, притуплена даже тогда, когда они, благодаря счастливо сложившимся для них обстоятельствам, остаются честными матерями и женами».

КСТАТИ:

В апреле 1997 года состоялась очередная передача «Табу» студии «1+1» украинского телевидения. В этом выпуске автор передачи и ведущий М. Вересень беседовал с профессиональной проституткой. Судя но ее ответам на вопросы, она относилась к разряду случайных, что позволяло надеяться на ее побуждение рано или поздно оставить свое позорное ремесло. И вот, уже в конце передачи ведущий спросил, не хотела бы она выйти замуж за любимого человека.

— Да… конечно, — ответила гостья программы.

— И тогда вас бы не тянуло вернуться к прежним занятиям? — с надеждой в голосе спросил Вересень.

— Нет, — ответила она. И через паузу добавила: — Ну… разве что подвернется очень заманчивый случай…

Вересень поспешил закончить передачу. Этого не было видно на экране, но хорошо ощущалось, как он побледнел под слоем телевизионного грима.


-----------------------------------------------

ИЛЛЮСТРАЦИЯ:

«— Я должна сообщить тебе, дитя мое, что в любом случае дело сводится к одному: женщина — она всюду, со всех сторон женщина, и ей все равно, — во всяком случае не хуже, — подставляет ли она свой зад или предлагает влагалище; она имеет полное право взять член в рот и ласкать его рукой; если ее сжатые вместе ляжки доставляют удовольствие одному мужчине, почему другому не могут нравиться ее подмышки? Кругом одно и то же, мой ангел, главное — заработать деньги, а каким образом — это не имеет значения».

МАРКИЗ ДЕ САД. Жюльетта

------------------------------------------------

У Федора Михайловича Достоевского, в его «Записках из подполья», есть такой монолог ведущего персонажа, пришедшего к проститутке:

«— Ты не смотри на меня, что я здесь, я тебе не пример. Я, может быть, еще тебя хуже. Я, впрочем, пьяный сюда зашел… К тому же мужчина женщине совсем не пример. Дело разное; я хоть и гажу себя и мараю, да зато ничей я не раб; был. да пошел, и нет меня. Стряхнул с себя и опять не тот. А взять то, что ты с первого начала — раба. Да, раба! Ты все отдаешь, всю волю. И порвать потом эти цепи захочешь, да уж нет: все крепче и крепче тебя будут опутывать. Это уж такая цепь проклятая… Все равно что черту душу…»

Психология bookap

Рабство тела только у избранных не совпадает с рабством души.

Но проститутки к избранным не относятся, увы…