ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. ЗВЕРИНАЯ ПОХОТЬ

I. ДАМСКОЕ СЧАСТЬЕ

II. КАПРИЗЫ И КАТАСТРОФЫ

III. СТРАСТНАЯ ПОКОРНОСТЬ ИЛИ ПОКОРНАЯ СТРАСТЬ


...

СРЕДНИЕ ВЕКА

Романтические времена рыцарских турниров, менестрелей, самоотверженного поклонения прекрасным дамам и их томительного затворничества (что, впрочем, не помешало супруге славного короля Артура вступить в скандальную связь с ближайшим соратником своего мужа — рыцарем Ланселотом).

Времена крестовых походов и набедренных оков для благородных дам — «поясов целомудрия» (которые, впрочем, исключали половое сношение только в традиционном варианте).

Времена, озаренные зловещим пламенем костров, на которых сотнями, тысячами сжигались женщины, вся вина которых зачастую заключалась лишь в том, что они имели несчастье быть сексуально привлекательными, а следовательно, — по понятиям инквизиторов, — они несли в себе дьявольское искушение…

Искушение сексом как запретным плодом терзало умы, и если мужчины (как и во все времена) освобождались от этого терзания в военных походах, в. травле зверей и борделях, то большинство женщин либо ступали на опасную тропу тайного разврата, либо начинали открыто заниматься проституцией, что святой церковью отнюдь не возбранялось.

Но официальная, парадная мораль возносила женщину на недосягаемо высокий пьедестал и окружала ее романтическим ореолом.


ris65.jpg

В связи с этим невольно вспоминается одна фраза из романа Жоржа Сименона «Тюрьма»:

«В душе он ставил женщин на пьедестал, смотрел на них снизу вверх.

И чтобы победить в себе это, он задирал им юбки и подминал их под себя. Пьедесталы летели к черту».

------------------------------------------------------

ИЛЛЮСТРАЦИИ:

* «Таков же был Изольдин рок,
С такой же силою увлек
Ее Любви водоворот.
Увидев, что ее несет
Он в омут, чар опасных полный,
Что уж захлестывают волны.
Что вся она погружена,
На берег выбраться она
Пытаться стала из стремнины,
Но липкие объятья тины
Изольду обхватили так,
Что не пускали ни на шаг.
Отбиться от нее руками
Она старалась и ногами.
Но тщетно: все сильней, сильней
Запутывалась в ней,
Вот-вот готовая упасть
В чарующую сласть
Мужской любви и обаянья…»

ГОТФРИД СТРАСБУРГСКИЙ. Тристан и Изольда

* «И понял я, что это круг мучений
Для тех, кого земная плоть звала,
Кто предал разум власти вожделений.
…И я сказал: «Учитель, кто они,
Которых так терзает воздух черный?»
Он отвечал: «Вот первая, взгляни;
Ее державе многие языки
В минувшие покорствовали дни18.
Она вдалась в такой разврат великий,
Что вольность всем была разрешена.
Чтобы народ не осуждал владыки.
То Нинова венчанная жена,
Семирамида, древняя царица,
Ее земля Султану отдана.
Вот нежной страсти горестная жрица19.
Которой оскорблен Сихеев20 прах,
Вот Клеопатра, грешная блудница.
А там Елена21, в тяжких временах
повинная…»

ДАНТЕ АЛИГЬЕРИ. Божественная комедия


18 Семирамида — легендарная царица Вавилона; она якобы разрешила кровосмесительные браки и сама вышла замуж за своего сына, которого впоследствии убила.

19 Речь идет о Дидоне — легендарной царице Карфагена, трагическая любовь к которой Энею воспета в «Энеиде».

20 Сихей — супруг Дидоны, убитый своим братом.

21 Елена — жена спартанского царя Менелая, похищенная Парисом.


Иных стремлений и достоинств женщины литературные памятники средневековья; увы, не отражают.


ris66.jpg