Часть вторая

Формирование и развитие болезни

Стресс – это эмоция в действии


...

Обезьяна, ставшая человеком (на время эксперимента)

Не самый гуманный, но зато более чем показательный эксперимент, демонстрирующий трагичность подавления естественных реакций, возникающих в ситуации стресса, был проведен в Сухумском отделении АМН СССР Ю.М. Репиным и В.Г. Страцевым. Суть этого исследования заключалась в том, что подопытные обезьяны иммобилизировались, а после этого подвергались воздействию «сигналом угрозы», который вызывал агрессивно-оборонительное возбуждение. Невозможность вследствие иммобилизации реализации обоих запрограммированных природой вариантов поведения («борьбы» или «бегства») приводила к устойчивой диастолической гипертонии. Развивающееся заболевание имело хроническое течение, сочеталось с ожирением, изменениями артерий атеросклеротического характера, клиническими и морфологическими признаками ишемической болезни сердца.

Симпато-адреналовая активация начального периода постепенно сменялась признаками истощения этой системы в стадии стабилизации гипертензии. Кора надпочечников, выделявшая значительные количества стероидных гормонов при формировании патологии, претерпевала выраженные изменения при хронизации заболевания, создавалась картина «дискортицизма», который наблюдается у ряда больных с артериальной гипертензией из числа вида «Homo Sapiens».

Все это позволило авторам сделать вывод, что психосоматические заболевания (в данном случае – гипертоническая болезнь) являются преимущественно человеческим недугом, возникающим вследствие жесткой социальной регламентации поведения, предполагающей подавление (торможение) внешних – двигательных компонентов пищевой, половой и агрессивно-оборонительной реакций (Репин Ю.М., Страцев В.Г., 1975). Действительно, иммобилизация, которая в эксперименте была насильно и жестоко применена к животным, находящимся в состоянии стресса, является нашим обычным состоянием в обыденной жизни.


Какому перенапряжению в конечном итоге мы подвергаем собственную вегетативную нервную систему, даже трудно себе представить! В целом вегетативные реакции – от приступов сердцебиения до кишечного дискомфорта – явления обычные в нашей жизни, полной стрессов, тревог, неоправданных зачастую, но все равно отменных страхов. Психологи не случайно назвали прошлый – ХХ век – «веком тревоги»: за одну только вторую его половину количество неврозов, по данным ВОЗ, выросло в 24 раза! Но большинство людей, конечно, традиционно фиксируются на своих психологических переживаниях, а вегетативные составляющие этих тревог проходят для них относительно бесследно. Другая часть людей (в силу ряда обстоятельств, о которых речь пойдет ниже) или просто не замечают своих стрессоров, а потому видят лишь проявления «вегетативной дисфункции», или же фиксируются на этих соматовегетативных проявлениях своей тревоги раньше, нежели успевают понять, что естественным образом растревожились по какой-то абсолютно посторонней причине.

Как человек оценит эти реакции своей вегетативной нервной системы – в значительной степени зависит от того, насколько высок уровень его психологической культуры, насколько хорошо он знаком с механизмами образования и проявления эмоций. Разумеется, по большей части в этом спектре уровень культуры нашего населения крайне низок, поэтому нет ничего странного в том, что для очень большого числа наших сограждан эти естественные вегетативные проявления тревоги значат не что иное, как симптомы «больного сердца», «плохих сосудов», а потому – «скорой и неминуемой смерти». Впрочем, определенную роль играет и специфика восприятия человеком «внутренней жизни» своего организма. Оказывается, что различия здесь весьма существенны – одни лица вообще «глухи» к своему сердцебиению, повышенному (в разумных пределах) давлению, желудочному дискомфорту и т. п., а другие, напротив, ощущают эти отклонения настолько отчетливо, что справиться с возникающим ужасом по поводу их возникновения ни сил, ни здравого смысла у них не хватает.

Кроме того, в специальных исследованиях было выяснено, что лица, сообщающие о большем количестве вегетативных изменений во время переживания эмоций, объективно обнаруживают большую физиологическую чувствительность к действию эмоциональных факторов. То есть у людей, вегетативные реакции которых являются более отчетливыми и хорошо осознаются, эмоциональный процесс протекает с большей выраженностью, нежели у тех лиц, у которых эти реакции менее выражены (Mandler G. et al., 1958). Иными словами, импульсы, поступающие от внутренних органов, поддерживают эмоциональный процесс, то есть здесь – в этой группе лиц – мы имеем дело со своего рода самозаводящейся машиной. С одной стороны, эмоциональные реакции сопровождаются у этих людей избыточной («сверхнормативной») вегетативной реакцией, но, с другой стороны, ощущение и осознание ими последней приводит к тому, что усиливается изначальная эмоциональная реакция, а значит, и свойственная ей избыточная вегетативная составляющая. По всей видимости, среди наших больных с вегетососудистой дистонией (соматоформной вегетативной дисфункцией) преобладают как раз эти лица с особенной способностью к ощущению собственных «вегетативных эксцессов». Именно эта особенная чувствительность и предопределяет то, что основной своей проблемой данные пациенты будут считать не тревогу и не эмоциональную неустойчивость, а телесные (соматовегетативные) проявления этих эмоциональных состояний, не понимая, правда, что стали жертвой скорее «эмоции», нежели «тела».

Кроме того, остроумные эксперименты, проведенные в целях изучения поведения человека после введения ему адреналина (что вызывает состояние, напоминающее вегетативный криз), показали два возможных варианта работы такой «самозаводящейся машины» (Schachter S., Singer J.E., 1962). В первом случае в «поле зрения» человека попадают психологические составляющие эмоциональной реакции, и дальнейший ход психических событий приходит к усилению этой эмоции. Во втором случае внимание человека оказывается сконцентрировано на телесных (соматовегетативных) составляющих эмоциональной реакции, что приводит к усилению последних за счет несознаваемого подключения к этому процессу психологических составляющих этой эмоции. И если первый способ реагирования даст нам больных с фабулой «эмоциональных расстройств» (то есть страдающих тревожно-фобической симптоматикой), где «в разработку» берутся, как правило, какие-то внешние факторы (например, страх публичного выступления или сексуальных контактов), вызвавшие эти реакции, то второй способ является основным «поставщиком» пациентов с вегетососудистой дистонией (соматоформной вегетативной дисфункцией), поскольку, зафиксировав свое внимание на вегетативных компонентах эмоции, эти лица, с одной стороны, не осознают собственной эмоции, а потому и не ищут «внешних поводов», с другой стороны – они, не понимая истинной причины своих вегетативных пароксизмов, начинают думать, что у них «сердечный приступ», тогда как на самом деле они просто «впали в аффект». Фиксация на этом «сердечном приступе», дополненная соответствующими душераздирающими размышлениями, усилит данный вегетативный пароксизм, убедив этих пациентов в оправданности их опасений за свое здоровье.