Глава 37. Реформа и изменения в социальной сфере: отступление рациональности.

Воздействие проводимой в России реформы на общество ("социальную сферу") было чрезвычайно разрушительным. Это настолько очевидный факт, что нет необходимости останавливаться на его доказательстве. Достаточное количество совершенно объективных показателей приведено, без всяких комментариев, в специальном издании378.


378 С.Ю.Глазьев, С.Г.Кара-Мурза, С.А.Батчиков. Белая книга: экономические реформы в России. 1991-2002 гг. М.: ЭКСМО-Алгоритм. 2004.


Так же очевиден и не требует обсуждения тот факт, что разрушение структур жизнеустройства населения создало ту питательную среду, в которой небольшое меньшинство могло "наскрести" огромные состояния. Иными словами, обеднение большинства населения РФ и деградация систем его жизнеобеспечения были выгодны некоторым социальным группам и явились результатом их целенаправленных действий. Можно сказать, что они явились следствием молниеносной гражданской войны, в которой неорганизованное большинство потерпело сокрушительное поражение и было ограблено победителями.

Тот факт, что война эта велась непривычными, в основном ненасильственными средствами, дела не меняет. Если говорить именно об объективной стороне реальности, то распределение собственности и доходов, которое сложилось в результате реформ, отражает баланс сил, принявших в конце 80-х годов участие в остром и непримиримом социальном конфликте379.


379 Это обстоятельство лишь слегка замаскировано тем фактом, что к крохам трофейного пирога была допущена и часть "честных демократов" и даже оппонентов реформы - в силу их социальной принадлежности к важному отряду либеральных революционеров. Некоторые из этих "честных" находятся в нерешительности, другие, закрыв глаза, поддались соблазну и не отвергают "жизни этой румяна жирные". Но фоне грандиозного социального процесса это мелочи.


Но в этой книге речь идет не об объективной стороне реальности, а о том, как она преломляется в сознании, и прежде всего в сознании образованной части населения - интеллигенции. От того, насколько реалистично, взвешенно и разумно осваивается реальность в сознании, в каких словах, знаках и символах выражается складывающаяся в сознании картина, во многом зависит дальнейший ход событий, сроки преодоления кризиса и масштаб тех потерь, которые при этом понесет общество.

Главный тезис этой главы состоит в том, что и социальная доктрина реформ, и трактовка происходящих в социальной сфере процессов, и планы исправления самых вопиющих антисоциальных последствий - все это отмечено знаком глубокого поражения рационального мышления во всех его срезах. Это поражение наблюдается как в рассуждениях политиков, так и в широких кругах интеллигенции, принявшей структуру этих рассуждений - их язык, постулаты, логику и меру. При этом оказывается не так уж важно, какую политическую позицию занимает мыслящий в терминах этих понятий и логики интеллигент. Сам "дискурс" реформ (и, хотя и частично, их отрицания) неадекватен реальности. Он неразумен .

Масштабы этого явления таковы, что его нельзя принять просто за идеологическое прикрытие реформ, за технологию отвлечения массового сознания от социальной реальности. Хотя изначально этот дискурс создавался именно как инструмент политической борьбы, он довольно быстро стал действовать в сознании интеллигенции как "вирус", перестраивая мыслительные программы и подрывая способность сознания вести "двойную бухгалтерию" - пропагандировать реформы, но в то же время не верить в собственную пропаганду и параллельно с нею продумывать реальность в реалистичных понятиях, взвешивать явления верными гирями. Сил на это не хватило, и мы погрузились в патологическое состояние ума.

Начнем с фундаментального замысла реформы. Вот уже двенадцать лет политический режим (правительства президента Б.Н.Ельцина, а теперь В.В.Путина) проводит в России программу перевода всех сторон нашей жизни на рыночные отношения. Множество мыслителей и ученых показали, под разными углами зрения, что эта утопия недостижима нигде в мире , в России же она убийственна и ее реализация неминуемо повлекла бы физическую гибель значительной части населения. На эти вполне корректные, академические указания ни президенты, ни правительства не просто не отвечают - они делают вид, будто всех этих трудов русских экономистов, географов, социологов, начиная с XIX века, просто не существует. Этот факт примечателен сам по себе и является свидетельством радикального отхода от норм рациональности. Вся доктрина реформ в России излагалась на языке веры , а не разума.

Очевидно, и этого не думали отрицать классики либерализма, совместная деятельность и общежитие людей могут быть организованы и без купли-продажи и эквивалентного обмена - эти институты вообще возникли очень недавно. Существуют разные способы предоставления друг другу и материальных ценностей, и труда (дарение, услуга, предоставление в пользование, совместная работа, прямой продуктообмен и т.д.). Существуют и типы хозяйства, причем весьма сложно организованного, при которых ценности и усилия складываются, а не обмениваются - так, что все участники пользуются созданным сообща целым.

К такому типу относится семейное хозяйство, которое даже в "самых рыночных" США составляет около 1/3 всей хозяйственной деятельности в стране. Этот тип хозяйства экономически исключительно эффективен (при достижении определенного класса целей) - замена его рыночными отношениями невозможна, т.к. оказывается, что ни у одного члена семьи не хватило бы денег расплатиться по рыночным ценам с другими членами семьи за их вклад. Это показали расчеты американских экономистов, проведенные в 70-е годы.

К этому же типу хозяйства относилось и советское плановое хозяйство. Именно сложение ресурсов без их купли-продажи позволило СССР после колоссальных разрушений 1941-1945 гг. очень быстро восстановить хозяйство. В 1948 г. СССР превзошел довоенный уровень промышленного производства - можно ли это представить себе в нынешней рыночной системе РФ?

Советский строй породил тип промышленного предприятия, в котором производство было неразрывно (и незаметно!) переплетено с поддержанием важнейших условий жизни работников, членов их семей и вообще "города"380. Это переплетение, идущее от традиции общинной жизни, настолько прочно вошло в коллективную память и массовое сознание, что казалось естественным. Его и стали сразу же искоренять реформаторы под присмотром западных экспертов.


380 Отсюда - понятие "градообразующее предприятие", которое было понятно каждому советскому человеку и которое очень трудно объяснить эксперту из МВФ.


Наблюдение за попытками разорвать это переплетение, отделить производство от создания условий жизни позволило увидеть важную вещь, о которой мы не думали при советском строе (и о которой не думают люди Запада при их капитализме, ибо там этой вещи давно нет). Соединение, кооперация производства с "жизнью" является источником очень большой и не вполне объяснимой экономии. Отопление бросовым теплом, отходящим при производстве электричества на теплоцентрали - один из примеров.

Почему же мы этого не видели? Потому, что из политэкономии (и в версии Адама Смита, и в версии Маркса), возникшей как наука о рыночном хозяйстве, основанном на обмене, мы заучили, что специализация и разделение - источник эффективности. Это разумное умозаключение приобрело, к огромному нашему несчастью, характер идеологической догмы, и мы забыли о диалектике этой проблемы. А именно: соединение и кооперация - также источник эффективности. Какая комбинация наиболее выгодна, зависит от всей совокупности конкретных условий. В условиях России именно соединение и сотрудничество оказались принципиально эффективнее, нежели обмен и конкуренция.

Допустим, часть общества пришла к выводу, что положение изменилось и следует совершить переход к рынку и конкуренции. Разумно было бы реалистично описать оба образа, "не выковыривая изюм из булки", взвесить все за и против того и другого, определить цену перехода и распределение его тягот в обществе. Этого не только не было сделано реформаторами, но и всякие (впрочем, весьма слабые) попытки диалога со стороны скептиков пресекались самым жестким образом. Интеллигенция поддержала утопию (и стоящие за нею корыстные интересы меньшинства), а затем и поверила в нее - и потеряла способность к рациональным рассуждениям.

Так началась социальная катастрофа. Развивается она не слишком быстро в силу огромной прочности созданных в советское время систем жизнеобеспечения и устойчивости культуры людей, воспитанных русской литературой и советской школой. Однако на ряде направлений уже слышны тяжелые шаги Каменного гостя - приближение срывов и отказов больших систем.

В ответ на эти шаги объяснения власти и рассуждения идеологизированных интеллектуалов становятся все менее разумными - но принимаются они массовым сознанием все более охотно!

Известно, что в СССР организация и экономическая поддержка ряда важнейших систем жизнеобеспечения была взята на себя государством. Достаточно назвать жилищно-коммунальное хозяйство (ЖКХ), здравоохранение и образование. Блага, "производимые" этими системами, распределялись на уравнительной основе - бесплатно или за очень небольшую плату. В этом заключался патернализм советского государства. В отношении доступа к базовым социальным благам советское общество было устроено по типу семьи, в которой роль отца (патера ) выполняло государство.

Реформаторы, следуя догмам неолиберализма, напротив, не признают иного основания для права на жизнь, кроме платежеспособного спроса. Коррекция "неразумной" действительности допускается в их доктрине как социальная помощь "слабым".

Это специально подчеркивает В.В.Путин в своем первом Послании Федеральному собранию в 2000 г.: "Политика всеобщего государственного патернализма сегодня экономически невозможна и политически нецелесообразна... У нас нет другого выхода, кроме как сокращать избыточные социальные обязательства и строго исполнять те, которые мы сохраним. Социальную политику будем проводить на принципах общедоступности и приемлемого качества базовых социальных благ. А помощь предоставлять прежде всего тем, чьи доходы существенно ниже прожиточного минимума".

Первое утверждение нелогично (даже некогерентно). Государственный патернализм всегда экономически возможен, он никак не определяется величиной казны или семейного бюджета. Разве в бедной семье отец (патер) не кормит детей? Во время Гражданской войны советское государство изымало через продразверстку примерно 1/15 продукции крестьянства, выдавало 34 млн. пайков и тем самым спасло от голодной смерти городское население, включая дворян и буржуев. Это и есть патернализм в чистом виде. Сегодня РФ имеет в тысячи раз больше средств, чем Советская Россия в 1919 г. - а 43% рожениц подходят к родам в состоянии анемии от плохого питания.

Второе утверждение - о том, что государственный патернализм "политически нецелесообразен" - никак не обосновано, и ему даже трудно найти разумное обоснование. Так говорят, да и то на практике не выполняют, только крайне правые буржуазные политики-фундаменталисты. А, например, русский царь или президент Рузвельт никогда такого бы не сказал. В чем же тогда политическая целесообразность, в чем сама цель нынешнего государства РФ, если сохранить разрушающееся на глазах общество считается нецелесообразным? Здесь, скорее всего, мы имеем случая гипостазирования - отрыва используемого понятия от реальных сущностей.

Третья часть тезиса гласит: "У нас нет другого выхода, кроме как сокращать избыточные социальные обязательства". Здесь тяжелое нарушение меры. В чем избыточность социальных обязательств в РФ? Относительно чего они избыточны - относительно смерти? Уже все мусорные баки в Москве несколько раз в день скрупулезно перебираются людьми, еще недавно принадлежавшими к "среднему классу". Число этих людей уже таково, что они составляют конкретную социальную группу. Они же не ради развлечения занимаются этим промыслом. Но ведь они - только видимый кончик проблемы.

А вот статистически значимый, массивный симптом. Государственный доклад "О состоянии здоровья населения Российской федерации" (М., 2000) гласит: "Непосредственными причинами ранних смертей является плохое, несбалансированное питание, ведущее к физиологическим изменениям и потере иммунитета, тяжелый стресс и недоступность медицинской помощи". И при этом президент считает социальные обязательства государства избыточными и призывает их сокращать! И получает подавляющее большинство голосов избирателей.

Обещание "помощь предоставлять прежде всего тем, чьи доходы существенно ниже прожиточного минимума" также не является рациональным, даже если принять его за лишенный реального содержания штамп. Что значит "существенно ниже"? Насколько ниже прожиточного минимума должны быть доходы, чтобы человеку оказали помощь при отказе от государственного патернализма? Сколько копеек составит эта помощь?

На деле концепция "адресной" помощи является социальной демагогией, добиться ее даже в богатых странах удается не более трети тех, кто должен был бы ее получать (например, жилищные субсидии в США получают лишь 25% от тех, кто по закону имеет на них право). Проверка "прав на субсидию" и оформление очень дороги и требуют большой бюрократической волокиты - даже при наличии у чиновников доброй воли и страстного желания помочь беднякам. На деле именно наиболее обедневшая часть общества не имеет ни грамотности, ни навыков, ни душевных сил для того, чтобы преодолеть бюрократические препоны и добиться законной субсидии.

Поэтому, как говорил премьер-министр Швеции Улоф Пальме, если доля нуждающихся велика, для государства дешевле применять не адресную, а автоматическую систему помощи - или оказывать ее всем на уравнительной основе (например, через цены или через дотации отрасли вроде теплоснабжения).

Но другая мысль Пальме гораздо более важна, и уж она-то, казалось бы, должна быть близка нашей культуре. Она заключается в том, что сама процедура оформления субсидии превращается в символический акт - на человека ставится клеймо бедного. Это - узаконенное признание слабости (и отверженности) человека, которое само по себе становится фактором консервации бедности и углубляет раскол общества. Тот факт, что элита нашей либеральной интеллигенции, даже та ее часть, которая пропагандировала "шведскую модель", не заинтересовалась и даже словом не обмолвилась о важной и многозначительной книге Улофа Пальме "Шведская модель". Разве это не признак иррациональности?

Наконец, совершенно иллюзорным, аутистическим, является и довод, посредством которого В.В.Путин отвергает политику государственного патернализма: "Отказ от нее диктуется... стремлением включить стимулы развития, раскрепостить потенциал человека, сделать его ответственным за себя, за благополучие своих близких".

Это социал-дарвинистская утопия, согласно которой погрузить человека в нищету и обстановку жестокой борьбы за существование означает "раскрепостить его потенциал, сделать его ответственным за себя, за благополучие своих близких". Это представление противоречит и данным антропологии, и историческому опыту. На деле все наоборот! Советский опыт показал, что спокойствие и уверенность в завтрашнем дне позволяют человеку плодотворно отдаться творческой работе и воспитанию детей - вот тогда и раскрывается потенциал человека. По этому же пути развития с опорой на государственный патернализм пошли Япония и страны Юго-Восточной Азии.

Столь же наглядно опыт РФ показал, что нынешний стресс и лихорадочная гонка ведут к небывалой смертности, заболеваемости и преступности - и потенциал человека съеживается. Данные американских социологов также показывают, что даже в США с их колоссальным накопленным богатством социал-дарвинистский подход к обществу и его сознательное превращение в арену борьбы за существование привело к большим потерям человеческого потенциала и аномально высокому уровню преступности381.


381 На конец 1999 года в тюрьмах и других исправительных учреждениях США находилось 2 054 694 человек (полную сводку можно получить на сайте ФБР в Интернете).


При этом В.В.Путин признает, что РФ переживает демографическую катастрофу, но уходит от того, чтобы выявить причинно-следственные связи этого явления. Он никак не связывает сокращение населения с проводимым его правительством курсом реформ. В своем первом Послании Федеральному собранию в 2000 г. он сказал: "Нас, граждан России, из года в год становится все меньше и меньше. Уже несколько лет численность населения страны в среднем ежегодно уменьшается на 750 тысяч человек. И если верить прогнозам,... уже через 15 лет россиян может стать меньше на 22 миллиона человек. Я прошу вдуматься в эту цифру: седьмая часть населения страны. Если нынешняя тенденция сохранится, выживаемость нации окажется под угрозой".

Выживаемость нации под угрозой, но курс реформ обсуждению не подлежит! И ведь сдвиг социальной политики к полному свертыванию государственного патернализма после прихода В.В.Путина вызвал новый рост смертности даже при очень благоприятной для РФ конъюнктуре цен на нефть. Сам В.В.Путин отмечает в Послании 2003 года: "В последние годы смертность населения продолжала расти. За три года она увеличилась на 10%. Продолжала снижаться и ожидаемая продолжительность жизни. Печальная цифра - с 67 лет в 1999 г. до 64 - в 2002 г.".

Признавать факт аномально высокой смертности и даже угрозу выживаемости нации - и уходить от выявления причин столь фундаментального явления - значит полностью выводить обсуждение проблемы за рамки рационального дискурса. При таком подходе выход из кризиса может произойти только случайно или через нахождение гениального решения в тайном кружке хунты просвещенных правителей. Но масштаб кризиса не таков, чтобы существовал хоть один шанс на такое счастье.

Первая сфера, в которой власти пытаются ввести "адресные" субсидии вместо субсидирования отрасли в целом, является ЖКХ. На этом примере видно, насколько иррациональными становятся рассуждения политиков, которые стремятся обосновать это изменение.

В конце ноября 2002 г., Госдума внесла в Закон Российской Федерации "Об основах федеральной жилищной политики" важные изменения и дополнения. Чтобы принять закон в Госдуме в третьем чтении, его пришлось четыре раза переголосовывать - и в итоге он был принят с перевесом всего в один голос.

Госдума уклонилась от того, чтобы внятно изложить смысл изменений. Упор был сделан на изменении тарифов по оплате жилья и коммунальных услуг. Такое восприятие нового закона - типичный случай нашего общего неумения различить за тягомотиной юридических формулировок важного изменения всего жизнеустройства в стране. Причем такого изменения, которое коснется каждой семьи.

Главное то, что реформаторы взяли за принцип переход от удовлетворения потребности в жилье на основе уравнительного (естественного и гражданского) права на жилье к обеспечению лишь платежеспособного спроса на жилье и коммунальные услуги. То, что является условием физического выживания людей, сделали предметом купли-продажи на рынке.

Стоит заметить, что превращение права на жилье в конституционное (то есть гражданское) право, что было безусловно высшим социальным достижением, с самого начала рассматривалось как важное препятствие перестройки и рыночной реформы. Идеологам пришлось вывернуть мозги наизнанку, ссылаться и на Маркса, и на жестокости капитализма, чтобы как-то обосновать необходимость лишения граждан права на жилье. В важной книге времен перестройки можно было прочитать такое рассуждение: "Для административной системы жилье - рычаг манипуляции, закрепощения работников, рычаг власти . Эта ситуация характерна не только для нашей административной системы, она в каком-то смысле является типичной. Еще задолго до появления советских чиновников "английские фабриканты, владельцы рудников и горнозаводчики практически убедились, какое давление могут они оказывать на бастующих рабочих, если они одновременно являются домохозяевами этих рабочих" /Ф.Энгельс. К жилищному вопросу. К.Маркс, Ф.Энгельс. Соч. Т. 18, с. 242/. Вот почему небезосновательна тревога за судьбу перестройки: действующая модель жилищных отношений - один из самых эффективных ее тормозов ...

Современная модель жилищных отношений, как показал анализ, имеет полукрепостническую сущность и в корне противоречит социализму - обществу свободных ассоциированных производителей. Однако в массовом сознании конкретная жилищная политика 30-80-х гг. стала отождествляться с истинно социалистической"382.


382 О.Э.Бессонова. Механизм обеспечения жильем в СССР. - в кн. Постижение. Перестройка: гласность - демократия - социализм. М.: Прогресс. 1989. С. 289-298.


Поэтому самое главное в новом законе вовсе не тарифы, а перевод жилищно-коммунального хозяйства страны из положения сферы, ответственность за содержание которой несет государство, в ведение местных властей , которые будут продавать жильцам коммунальные услуги по законам рынка. Бедным, которым платить невмоготу, обещают на индивидуальной основе дать некоторое вспомоществование - пусть напишут заявление, соберут справки, подтверждающие их неспособность оплатить купленный товар, отстоят очередь в присутствии - и местная власть им что-нибудь подкинет по мере возможности. Это и называется адресная субсидия , то есть такая помощь, которая не дается автоматически каждому по его праву гражданина, а направляется по конкретному адресу конкретному человеку, доказавшему свою неплатежеспособность.

Политики, проталкивая нынешнюю реформу ЖКХ или, наоборот, требуя ее смягчения, сводят дело к финансовым тяготам людей. Греф говорит о полном возмещении жильцами расходов на услуги (с субсидиями самым несчастным), другие требуют увеличения субсидий. Но ведь дело-то не в этом! Главное - в превращении теплого крова из естественного права в рыночный товар. Цена этого товара - вопрос второстепенный. При этом трудно заподозрить всю массу депутатов, администраторов, журналистов в том, что они сознательно скрывают от людей суть (хотя и это есть). Главное, что они ее не видят, их сформированный за годы реформ интеллектуальный аппарат ее не может освоить.

"Адресные субсидии" - случай вообще из ряда вон выходящий. Как можно представить себе технически всю эту систему? Госстрой считает, что в РФ только 47 млн. человек будут нуждаться в субсидиях - в каких конторах может вместиться эта очередь? Сколько надо чиновников, чтобы разобраться во всех этих бумажках? Кто проверит эти миллионы справок? Все это чушь абсолютная, давно просчитанная и изученная на опыте.

В справочнике "Социально-экономические проблемы Российской Федерации" (2001) говорится: "Самим органам, выдающим субсидии, контролировать их не по силам. С таким объемом работ и наплывом претендентов на получение субсидий вряд ли справятся имеющиеся работники 3,5 тыс. служб жилищных субсидий, которые созданы во всех регионах. А увеличение их числа приведет к разбуханию затрат на содержание последних, которое может поглотить всю экономию бюджетных средств, ожидаемую от внедрения таких новшеств".

Понимая, что нереально создать эффективную службу для законной проверки обоснованности заявлений на получение субсидий, власти дошли до того, что выдвинут проект организации целой "тайной канцелярии", которая будет собирать анонимные доносы соседей о реальных доходах заявителей, и на основании этих доносов отказывать в предоставлении субсидии. По сообщениям из Красноярска, специально для выявления горожан, которые при заявке на субсидии занижают свои доходы, создано 8 "конфликтных комиссий". Как сказано, "власти также рассчитывают и на "общественный контроль" за злостными неплательщиками или людьми, подающими в центры субсидий неверные сведения. Тем более что опыт здесь имеется: взять те же "телефоны доверия" в милиции и некоторых других ведомствах".

Тут уж не о сбое рациональности идет речь, а о тяжелой форме бюрократической шизофрении и плевке в лицо российской демократической интеллигенции - вот что она вырастила, "грезя наяву".

Но вернемся к главному: чем обосновывают правительство и депутаты целесообразность перехода к адресным субсидиям? Трудно поверить, но никакого обоснования они не дают. Одни антигосударственные заклинания и вопли о "чувстве хозяина", которых мы наслушались в годы перестройки и в разгар приватизации. Вот как объясняет смысл этой акции зам. председателя Госстроя Л.Чернышов в недавнем интервью:

"Дотации из бюджета должны отдаваться потребителю, а не спускаться, извините, в канализацию через предприятия ЖКХ. Это основное. Для этого, по существу, уже принято постановление правительства по введению персонифицированных счетов граждан, для того, чтобы человек, открыв этот счет, мог получить государственные деньги, т.е. деньги из бюджета, и акцептировать эти деньги, внося плату за коммунальные услуги. Он платит свои, скажем, 5 руб. и 5 руб. оплачивает со своего персонифицированного счета".

Попробуйте из этого понять, почему деньги, полученные, скажем, на счет предприятия ОАО "Тепловые сети" из госбюджета через казначейство, "спускаются, извините, в канализацию", а деньги, полученные на тот же счет от Ивана Петровича Сидорова, который до этого получил их из госбюджета через казначейство, "спускаются, извините, не в канализацию"? Ведь и деньги прямо из госбюджета, и деньги, пропущенные через И.П.Сидорова, одинаково не пахнут (или одинаково пахнут). Где та невидимая рука реформы, что чудесным образом изменит судьбу денег, полученных "Тепловыми сетями"? Нет никакой руки, все это банальное надувательство. Просто сунут в зубы Сидорову его 37 руб. 96 коп. субсидий - и пусть он с ними делает, что хочет, но тепла от государства уже не требует, а покупает на рынке383. Он уже на ваучер от Чубайса получил две "Волги" и десять лет на них катается. Так же и греться будет.


383 По расчетам Госстроя, число граждан, имеющих право на субсидии, составит 47 млн. человек. В бюджете на льготы и субсидии выделено 20,5 млрд. руб., то есть на каждого выйдет по 37 руб. 96 коп. в месяц. Понятно, что эта величина может измениться.


А сколько еще маленьких нелепостей только в одном этом рассуждении Л.Чернышева! Как представлено дело: "он платит свои, скажем, 5 руб. и 5 руб. оплачивает со своего персонифицированного счета". Дескать, субсидии, в общем, будут составлять 50% затрат граждан на оплату счетов ЖКХ. Не стыдно чиновнику в ранге замминистра вместе с ведущим "Эха Москвы" А.Венедиктовым валять Ваньку? Не знают они, какова сегодня средняя оплата квартиры и коммунальных услуг в РФ и какую долю от нее составят 37 руб. 96 коп.?

Одним из наиболее впечатляющих - в силу своей очевидности - следствием реформы в социальном плане стало обеднение большинства граждан. В целом о бедности и программе борьбы с нею поговорим отдельно - с точки зрения рациональности и трактовки явления, и логики программы. Здесь отметим очевидную вещь - люди обеднели в силу целого комплекса причин, среди которых важное место занимает изменение типа распределения доходов .

Подавляющее большинство жителей России считает справедливым трудовой доход (хотя очень терпимо относится и к предпринимателям, если они знают меру). Поэтому и наши политики, говоря о доходах, употребляют слово "зарабатывать". В.В.Путин, связанный рамками рыночной доктрины, говорит в Послании 2003 г.: "Россия должна быть и будет страной с конкурентоспособной рыночной экономикой. Страной, где права собственности надежно защищены, а экономические свободы позволяют людям честно работать, зарабатывать. Зарабатывать без страха и ограничений".

Однако одно дело - применить слово "зарабатывать" как метафору, в которую включена мера, а другое дело - как программную формулу, из которой эта мера исключена. Зарабатывать без ограничений ! Это уже выходит за рамки рациональности. Здесь уже есть противоречие с очевидной реальностью и даже логикой: "честно зарабатывать" и "зарабатывать без ограничений" - вещи несовместимые. Не может такого быть.

Р.Абрамович "заработал" за пять лет 12 млрд. долларов. Считает ли В.В.Путин, что он "заработал" их честно? И можно ли столько "заработать", если права собственности всех граждан действительно будут защищены? Никак нельзя, тут экономическая свобода входит в противоречие с законом сохранения материи. А понятие "зарабатывать без страха" вообще не имеет смысла, ибо любое общественно приемлемое получение дохода предполагает ответственность. А ответственности не существует без санкций, то есть без страха. Ну как, например, может "зарабатывать без страха и ограничений" врач?

Поэтому в формуле В.В.Путина слово "зарабатывать" есть ложное обозначение, слово не соответствует сущности. Рыночная терминология более реалистична, в ней различаются заработок , предпринимательский доход и доход на капитал . Доходы Абрамовича - не заработок, а изъятие ресурсов из кладовых России, из народного хозяйства и карманов населения. И если государство допускает такие изъятия "без страха и ограничений", то ничего хорошего в этом нет, оно просто не выполняет своих функций даже "ночного сторожа".

Так мы и пришли к аномальному расслоению граждан по доходам. Немного истории: регулярный учет распределения рабочих и служащих по уровню доходов начал вестись с 1956 г. В России реальное, на уровне больших групп, различие в общественной ценности труда не превышает 3-4 раз, такова и разумная вилка между доходами самых богатых 10% населения и 10% самых бедных. Такая вилка и поддерживалась в СССР в течение 30 лет. При этом доходы росли, и основная масса трудящихся передвигалась в зону средних доходов. В ходе реформы стали быстро нарастать нетрудовые доходы . В официальной статистике они объединены под рубрикой "доходы от собственности, предпринимательской деятельности и другие".

В результате резкого снижения доли трудовых доходов началось глубокое расслоение населения по доходам. Фондовый коэффициент распределения доходов (отношение доходов самых богатых 10% населения к доходам 10% самых бедных) вырос в СССР в 1991 до 4,5, но уже к 1994 г. в РФ подскочил до 15,1. Сейчас он колеблется около уровня 14384. Улучшение экономической конъюнктуры с высокими ценами на нефть и газ на мировом рынке не привело к смягчению социального расслоения по доходам.


384 Согласно данным ученых РАН, которые учли скрываемые богатыми доходы, реально коэффициент фондов в России в 1996 г. был равен 23. А группа экспертов Мирового банка, Института социологии РАН и Университета Северной Каролины (США), которая ведет длительное наблюдение за бюджетом 4 тысяч домашних хозяйств (большой исследовательский проект Russia longitudinal monitoring survey), оценивает коэффициент фондов за 1996 г. как 36,3.


По доле нетрудовых доходов в общей сумме среднедушевых доходов стали резко различаться регионы. В 2000 г. в Москве среднедушевой доход составлял 9291,3 руб. в месяц, а средняя зарплата была 3229,3 руб. На каждый рубль зарплаты москвич в среднем получал почти два рубля нетрудовых доходов. Рядом, в Московской области, доход был 1908,3 руб., а зарплата 2269,3 руб. А в Усть-Ордынском Бурятском автономном округе средний душевой доход составлял в 2000 г. 595,8 руб., а зарплата - 1058,4 руб. Из этого видно, что нетрудовые доходы стекались со всей России в очень немногие точки.

Если следовать сложившимся в соответствии с нормами рациональности представлениям о функциях государства, то именно в отношении регулирования доходов государство РФ свои обязанности не выполняет. В РФ свобода "зарабатывать без страха и ограничений" не только проскочила оптимальное и приемлемое состояние, а просто "зашкалила", так что страна стоит перед угрозой рассыпания общества на несовместимые "расы" и перед угрозой рассыпания страны на конгломерат регионов с разным образом жизни. В этот момент говорить о дальнейшем освобождении доходов, то есть игнорировать ограничения и критерии оптимальности, неразумно. Даже если речь идет только о риторике, этого нельзя приветствовать в условиях, когда понимание ограничений и критериев так размыто в общественном сознании.

Мы не можем охватить всю социальную сферу и рассмотрим лишь пару примеров - с точки зрения рациональности доктрины реформирования советского уклада и трактовки происходящего.

Экспорт продовольствия. В результате реформы на наших глазах происходит важное изменение жизнеустройства России, но мы его не замечаем. Состоит оно в том, что в стране почти вдвое сократилось производство продовольствия и, соответственно, ухудшилось питание большинства населения - и в то же время из РФ начался экспорт зерна.

Упор на экспорт заявлен в документе правительства "Основные направления социально-экономического развития Российской Федерации на долгосрочную перспективу" (т.н. "программа Грефа"). В нем сказано: "Поддержание экспортной ориентации этих секторов [производство зерна и картофеля] будет одним из основных приоритетов в структурной политике в области АПК".

Член Президентского совета при Ельцине О.Лацис, оценивая реформу, сказал: "И наконец, важнейший результат - впервые за 30 лет Россия приступает к экспорту зерна, радикальным образом сократив импорт зерна, одновременно сократив импорт мяса"385.


385 В кн. "Куда идет Россия?... Альтернативы общественного развития". М.: Интерпракс. 1994. С. 46.


Все мы учились в школе и можем свести в систему пару величин. Если производство сельского хозяйства упало почти вдвое и при этом "радикальным образом сокращен импорт" и начат экспорт зерна, то это значит, что население испытывает массовое недоедание. Хвастаться этим - признак патологии сознания, нарушение норм рациональности.

Во время перестройки нам постоянно капали на мозги, что "Амеpика нас коpмит" - и мы принимали этот нелепый тезис. И мало у кого тогда возник вопрос: "Почему покупать продовольствие для своего населения ставится хозяйству в вину?" В середине 80-х годов РСФСР собирала до 120 млн. т зерна в год - и при этом еще ввозила. Это было признаком благосостояния страны, мы могли за машины прикупать зерно для животноводства, чтобы люди лучше питались. Теперь РФ собирает в среднем 65-70 млн. т зерна в год - и его экспортирует . А у детей, согласно докладу Минздрава за 2000 г., массовая нехватка веса от недоедания. Выше цитировался один из выводов этого доклада: "Непосредственными причинами ранних смертей является плохое, несбалансированное питание, ведущее к физиологическим изменениям и потере иммунитета".

Похожая ситуация сложилась в конце ХIХ века, что и привело к революции. Капитализм раскрыл границы России, а помещики и правительство арендными платежами и налогами заставляли крестьян продавать зерно скупщикам, и оно потекло за границу. А.Н.Энгельгардт в "Письмах из деревни" писал в 1880 г.: "Американец продает избыток, а мы продаем необходимый насущный хлеб... У нашего мужика-земледельца не хватает пшеничного хлеба на соску ребенку, пожует баба ржаную корку, что сама ест, положит в тряпку - соси. А они об путях сообщения, об удобствах доставки хлеба к портам толкуют, передовицы пишут! Ведь если нам жить, как американцы, так не то, чтобы возить хлеб за границу, а производить его вдвое против теперешнего, так и то только что в пору самим было бы. Толкуют о путях сообщения, а сути не видят... Тому, кто знает деревню, кто знает положение и быт крестьян, тому не нужны статистические данные и вычисления, чтобы знать, что мы продаем хлеб за границу не от избытка... Пшеницу, хорошую чистую рожь мы отправляем за границу, к немцам, которые не будут есть всякую дрянь. Но мало того, что мужик ест самый худший хлеб, он еще недоедает ".

А сегодня наши либералы восхищаются тем, что крестьяне ели лебеду, а хлеб вывозили ("недоедим, а вывезем" выразился тогда министр финансов Вышеградский). В 1911 г. был сильный голод, который затронул 32 млн. крестьян, а на экспорт отправили больше половины товарного зерна.

Во время НЭПа доля экспорта в производстве зерна снизилась по сравнению с 1913 г. в 4,5 раза. Потом экспорт был еще сокращен (в 1932 г. он составил всего 1,8 млн. т), а в 1934 г. вообще прекращен - лучше было продать, по крайней необходимости, яйца Фаберже. И вот, теперь Россия опять экспортер зерна (а олигархи за эти деньги покупают на аукционе золотые яйца386).


386 Причем и покупают-то на украденные деньги. В прессе можно было прочесть: "Вкладчики Первого городского банка намерены найти в Швейцарии весомые аргументы в пользу того, что яйца Фаберже были куплены в США этим предпринимателем на украденные у них деньги".


Понятно, что за этим стоит интерес и алчность. Но разглядеть их и найти приемлемый компромисс мешает деформация сознания. Правящие круги РФ и значительная часть интеллигенции убеждены, что свобода торговать, в том числе зерном, есть одна из главных либеральных ценностей. Это типичное гипостазирование. В.В.Путин заявил: "Наша стратегическая линия такова: меньше администрирования, больше предпринимательской свободы - свободы производить, торговать, инвестировать".

К "свободе производить" наши собственники холодны, а инвестировать они предпочитают на Западе. Больше всего им по душе свобода торговать , и прежде всего вывозить богатства страны за рубеж. Это касается и хлеба. Первым результатом такой свободы является дороговизна хлеба в самой России - цены тянутся к мировым.

18 декабря 2003 г. В.В.Путину задали по телефону вопрос о росте цен на хлеб на Ставрополье: люди не понимают, как такое может быть при вполне приличных урожаях. В.В.Путин отвечает: "Цены [на зерно] выросли. Они выросли на мировых рынках. И, разумеется, предприниматели, работающие в области сельского хозяйства, стараются извлечь максимальную прибыль".

Таким образом, подчинение хлеботорговли принципу максимальной прибыли В.В.Путин считает вещью вполне законной, само собой разумеющейся . Так же, видимо, считают и его советники. Это - никакой не либерализм, а просто неадекватное реальности представление. Хлеб как первое жизненное благо уже на исходе Средних веков даже на Западе был выведен из числа других товаров, и торговля им перестала быть свободной. Она стала строго регулироваться властью. А вне Запада так было всегда (о торговле хлебом в империи Чингис-хана можно прочитать у Марко Поло - уроки ХIV века для нас и сегодня актуальны).

Хлеботорговля - одна из самых драматических глав истории. Как писал один историк ХIХ века, "к хлебу приковано больше глаз, чем к тайнам инквизиции". Цена хлеба так сильно влияла на народ, что ее не повышали, а уменьшали вес буханки или булки. Это было общее правило всех европейских городов.

О свободе экспорта не было и речи, лицензии на вывоз даже небольших партий зерна давались высшей властью, при этом таможенная пошлина была очень высокой - 50% цены зерна. Повсюду частыми были полные запреты на его вывоз. В августе 1557 г. инквизиторы Барселоны умоляли короля Филиппа II разрешить выслать им немного хлеба из другой области, хотя бы для их личного пользования.

В ХVI веке в каждом крупном городе была Хлебная палата, которая контролировала движение зерна и муки. Дож Венеции ежедневно получал доклад о запасах зерна в городе. Если их оставалось лишь на 8 месяцев, выполнялась экстренная программа по закупке зерна за любую цену (или даже пиратскому захвату на море любого иностранного корабля с зерном - с оплатой груза). Историк пишет: "Как только возникает малейшая угроза снабжению Венеции, ни один корабль, груженый хлебом, не может чувствовать себя в безопасности в Адриатическом море".

Если нехватка зерна становится угрожающей, под звуки труб объявляется запрет на вывоз хлеба, в городе производятся обыски и учитывается все зерно; из города изгоняются чужеземцы, университет закрывается, и студенты разъезжаются по домам. Понятно, что когда где-то в Европе была нехватка хлеба, отправлять туда зерно было выгодно - прибыль купцов была 300%. Так что получение лицензий было делом большой коррупции и бедой для населения.

Если купцы запаздывали с поставками, вводился уравнительный минимум. В Венеции около собора Св. Марка каждый горожанин по хлебным карточкам получал в день два каравая хлеба. Если уж нашим реформаторам так нравится Запад, то почему же они этого не видят? Ведь это - один из важнейших его устоев и источник силы. Почему проклинали СССР за дотации на продукты питания? Эти проклятия были предельно неразумными - должны мы наконец-то сказать это вслух!

В 1585 г. был неурожай в Испании, и неапольские купцы сумели продать туда много зерна. В городе возникла нехватка, в хлеб стали добавлять каштаны и горох. Когда возмущенная толпа пришла к дому спекулянта-экспортера Джованни Сторачи, он ей нагло ответил: "Ешьте камни!" Его изуродованный труп протащили по всему городу и разрубили на куски. За это были повешены и четвертованы 37 человек и 100 отправлены на галеры. Зато и лицензии на экспорт, наверное, отобрали. В документах отражены тысячи подобных городских бунтов - и именно с такого бунта началась Французская революция (нечто похожее было и у нас в Феврале 1917).

В.В.Путин дает нам образ светлого будущего, когда в России "экономические свободы позволяют людям зарабатывать без страха и ограничений". Так вот, на хлебе насущном нельзя "зарабатывать без страха и ограничений" - пусть пошлют Гайдара за консультацией к Джованни Сторачи (заодно он там и погреется, пообвыкнется).

Так что вот первый вывод: наши реформаторы учатся у Запада приватизации , захвату общинной собственности крестьян, но в упор не видят того, как на Западе богатые научились уживаться с народом. Наши либералы не привержены очень важным либеральным ценностям - или не вникли в их смысл. Ибо либерализм, как выразился сам Адам Смит, отвергает "подлую максиму хозяев", которая гласит: "Все для нас и ничего для других".

Вторая сторона этого дела - политика власти в отношении цен на хлеб. В.В.Путин считает, что если в Амстердаме цены на зерно подскочили, то, разумеется , и на Ставрополье торговцы имеют право вздуть цены. Откуда же это следует? Тут не выполняются критерии подобия, нет ни логики, ни исторических аналогий. Цены на хлеб нигде не являются свободными, тем более на Западе.

Уже в ХVI веке в городах Европы цены жестко контролировала власть, и на это из казны выделялись огромные средства. Историк Ф.Бродель пишет: "Все это было чрезвычайно обременительно, но ни один город не мог избежать подобных тяжелых расходов. В Венеции огромные потери списывались со счетов хлебной палаты, которая должна была, с одной стороны, поощрять крупными выплатами купцов, а с другой - продавать приобретенные таким образом хлеб и муку ниже себестоимости"387. В неурожайный год на Мучном подворье у Св. Марка и на Риальто ежедневно выдавали муку из городских запасов. По продовольственным карточкам можно было получить два каравая хлеба в день на человека.


387 Ф.Бродель. Средиземное море и средиземноморский мир в эпоху Филиппа II. Т. I. М.: Языки славянской культуры. 2002. С. 452; См. также: Ф.Бродель. Структуры повседневности. М.: Прогресс, 1986.


Кстати, житницей Европы была Сицилия, и здесь вошла в норму свобода экспорта, что и привело к социальной катастрофе - в неурожайный год зерно продавали на вес золота, и "повсюду на улицах валялись тела умерших от голода".

Так и складывалась рациональность Просвещения - а мы отказались от ее самых элементарных норм. Из-за этого страдаем, но этого не замечаем.

Обоснование пенсионной реформы . Рассмотрим рассуждения, с помощью которых политики обосновывают необходимость резко сократить масштабы государственной системы пенсионного обеспечения (а в перспективе и ликвидировать ее, передав в ведение частного капитала).

Как известно, имеющая в Госдуме большинство "партия президента" приняла соответствующие законы, и с 1 января 2002 года пенсии стали начисляться по новому законодательству - пенсия была разделена на базовую часть, страховую и накопительную. Затем в СМИ последовала жесткая пропагандистская кампания, в которой обосновывалась необходимость сокращения базовой части пенсии с перенесением упора на накопительную часть.

Иными словами, правительство постепенно перекладывает пенсионное обеспечение с плеч государства на самих будущих пенсионеров. При этом деньги, которые люди должны копить себе на старость, будут использовать около полусотни частных компаний для своих коммерческих проектов - брать у пенсионеров их накопления взаймы, выплачивая потом людям некоторый процент от полученной прибыли, или, что вполне вероятно, заставляя пенсионеров расплачиваться за свои убытки или хищения - кому как повезет. Можно, впрочем, отдать накопления и в управление государственному банку, но дела это не меняет.

Надо, однако, сказать немного о первом шаге этой реформы, предпринятом еще при Горбачеве. Большинство людей уже забыло или вообще не заметило его, а он исключительно важен. Этот шаг был сделан незаметно, а затем несколько лет внимание людей отвлекали от него шумными дебатами по другим проблемам - невыплаты пенсий, их индексации и пр. Между тем, уже в 1990 г. в пенсионную систему было внесено фундаментальное изменение. При советском строе пенсии были государственными , и выплачивались они из госбюджета. На обеспечение пенсий шли все доходы и все достояние государства. Никаких вычетов из доходов граждан на финансирование пенсий не производилось.

Верховный Совет СССР горбачевского созыва отменил советский тип пенсии и учредил Пенсионный фонд - что-то среднее между налоговым ведомством и банком. Сколько сумеют собрать в этот "фонд" с ныне работающих людей - столько и разделят между пенсионерами. Это назвали распределительной системой - мол, собрали и распределили. А госбюджет уже за пенсии не отвечает. Что с этими деньгами творят в "фонде", кто и как их "прокручивает", кто запускает в него лапу - нам к тому же неизвестно. Но об этой стороне дела даже не будем говорить, это не так существенно для нашей темы.

Таким образом, первым шагом в реформе было возложение обязанности формировать денежный фонд для выплаты пенсий только на ныне работающую часть населения. Когда эту обязанность несло государство, то деньги старикам на пенсию собирали все поколения нашего народа, включая наших предков и потомков. Это было наше "общее дело". Речь идет о фундаментальном изменении. Не заметив и не осмыслив его, мы не можем рационально рассуждать о последующих шагах. Формирование пенсий старикам - не политика и не экономика, это тип бытия и отношений между поколениями. Вопрос о том, как кормятся старики, определяется всей культурой народа и корнями уходит в религиозные представления.

Народ вечен, пока в нем есть взаимные обязательства поколений. Одно из них заключалось в том, что трудоспособное поколение в целом кредитует потомков - оно трудится, не беря всю плату за свой труд. Иногда эта его лепта в благополучие потомков очень велика. Так это было, например, у поколений, которые создавали советское хозяйство в период индустриализации и защищали страну в Отечественной войне. Обязательство потомков - обеспечить достойный кусок хлеба тем людям из предыдущего поколения, кто дожил до старости.

В СССР это воплощалось в государственных пенсиях. Часть данного предыдущим трудоспособным поколением кредита возвращалась ему в виде пенсий. Эта часть распределялась, в общем, на уравнительной основе. Доля тех, кто до пенсии не дожил, оставалась в общем котле.

В тех культурах, где человек посчитал себя обособленным индивидом, возник либерализм, который отвергает вмешательство государства в хозяйственную жизнь. Когда такая философия довела до "Великой депрессии", на какое-то время на Западе возобладала социал-демократия с социальными правами и обязанностями, за которыми следило государство. В 70-е годы пошла "неолиберальная волна" - откат к истокам, отмена государственного вмешательства. И неолибералы сразу начали поход против государственной пенсионной системы.

Можно говорить о рациональности неолиберализма - в рамках специфической культуры Запада и его экономической реальности. Но это вовсе не значит, что постулаты и доводы неолиберализма являются рациональными и в существенно иной реальности, например, в России. Даже напротив, перенесение их социальной модели в иную экономическую и культурную среду практически наверняка лишает "их" обоснование рациональности. Это - почти очевидное и почти элементарное правило.

К.Леви- Стросс, изучавший контакты Запада с иными культурами, писал "Тpудно пpедставить себе, как одна цивилизация могла бы воспользоваться обpазом жизни дpугой, кpоме как отказаться быть самой собою. На деле попытки такого пеpеустpойства могут повести лишь к двум pезультатам: либо дезоpганизация и кpах одной системы -или оpигинальный синтез, котоpый ведет, однако, к возникновению тpетьей системы, не сводимой к двум дpугим"388. Такой синтез мы видели и в России (СССР), и в Японии, и в Китае. Такую дезоpганизацию и кpах мы видим сегодня в РФ.


388 Levi-Strauss C. Antropologia estructural: Mito, sociedad, humanidades. Mexico: Siglo XXI Eds. 1990. Р. 335 (есть и русский перевод).


Но вернемся на момент к рациональности неолиберализма. Рассуждают его философы так: государство, чтобы выплачивать в старости пенсии, в трудоспособном возрасте удерживает у людей часть их доходов. Это ущемляет экономическую свободу индивида. Ведь если бы эта часть доходов оставалась у него, он мог бы сам ею распорядиться, возможно, гораздо удачнее, чем государство. Он мог бы накопить себе на старость больше, чем получит потом от государства. Конечно, многие при таком подходе вложили бы эти деньги неудачно и разорились. Но это были бы их личные проблемы. Это была бы ошибка "свободного человека"! Он умер бы без куска хлеба, но - свободным.

У неолибералов есть и еще один резон. В молодости доходы у всех разные. Значит, государство удерживает у людей разные суммы для создания общего пенсионного фонда. А пенсии выдает примерно равные. Это же проклятая уравниловка! Кроме того, вдруг я умру раньше соседа - он что же, воспользуется моими пенсионными отчислениями? Поэтому неолибералы стараются заменить государственные пенсии накопительными пенсионными фондами: кто сколько накопил, столько и получит, а остаток пойдет его наследникам.

Значит ли это, что эта логика является рациональной и для России? Вовсе не значит - иные у нас условия и иные ограничения. Чтобы можно было рационально эту логику перенять, надо сначала установить, выполняются ли необходимые критерии подобия между Западом и Россией. Этой работы не было не только сделано, о ней даже никогда не упоминалось.

У нас без всяких рассуждений реформу начали с того, что переложили бремя собирания денег на пенсии старикам со всего народа, со всех его поколений, лишь на малую частицу народа - на ныне живущих работающих граждан. Отстранив народ от этой обязанности, власти тем самым лишили пенсионеров права ожидать пенсии от всего народа, представленного государством.

Следующим шагом этой реформы становится отстранение от этого дела (пока что частичное) уже и нынешнего поколения как части народа - теперь каждый индивид должен будет копить себе на часть пенсии сам. Он теперь не должен надеяться на своего товарища по поколению и не должен поддерживать его из своих накоплений, как все-таки было и при распределительной системе. В этом плане народ полностью расчленяется на "атомы", в чем и заключается неолиберальная доктрина, давшая философское основание этой реформы.

Каковы же были аргументы наших реформаторов? Давайте рассмотрим самое четкое и краткое обоснование, данное В.В.Путиным в его первом Послании Федеральному собранию РФ 8 июля 2000 г.: "Важнейшей национальной задачей является обеспечение финансовой устойчивости пенсионной системы. Государство обязано предотвратить ее кризис, вызываемый быстрым старением населения России. Для этого необходимо внедрять механизмы накопительного финансирования пенсий. Аккуратно надо переходить к этой системе, поэтапно, но двигаться в этом направлении нужно обязательно".

Разделим большое утверждение В.В.Путина на конкретные частные тезисы, чтобы увидеть структуру проблемы, из которой исходит власть:

- В РФ назревает кризис пенсионной системы , который "государство обязано предотвратить".

- Этот кризис настолько глубок, что спасение от него является важнейшей национальной задачей .

- Причиной кризиса является быстрое старение населения России .

- Единственный выход для предотвращения этого кризиса заключается в отказе государства от финансирования пенсий и возложении этой обязанности на самих будущих пенсионеров - внедрение механизма накопительного финансирования пенсий .

Начнем с первого пункта. Он является постулатом и не сопровождается никакими рациональными доводами. Сказано кризис , и мы обязаны просто верить - или не верить. Эта часть доктрины рациональной не является, и обсуждать ее бесполезно. Возможно, этот постулат неверен и пенсионная реформа нанесет вред независимо ни от каких других ошибок. Но спорить о постулатах бесполезно.

Второй пункт также является постулатом и служит лишь для усиления первого. Мне он представляется совершенно неправдоподобным. Почему организацию пенсионного обеспечения пятой части населения вдруг посчитали "важнейшей национальной задачей"? Тем более, что среднестатистический мужчина в РФ вообще не доживает до пенсионного возраста. Неужели эта задача важнее, чем вымирание населения или паралич хозяйства? Никаких разумных доводов для придания этой проблеме такого ранга в национальных приоритетах России слышать не приходилось.

Самый главный тезис третий, в нем дается объяснение причин постулируемого кризиса. Причиной кризиса пенсионной системы президент называет быстрое старение населения. Это объяснение совершенно лишено логики. Каким образом старение человека может помешать выплатить ему деньги, которые он уже заработал и отчислил государству , будучи молодым? Это может произойти только в том случае, если тот, кому он этими деньгами доверил управлять, их украл, присвоил. Вот где следует искать причины кризиса.

Уж если на то пошло, то кризис возник именно вследствие того, что в 1990 г. был учрежден Пенсионный фонд. При советской пенсионной системе выплата пенсий представляла собой отдельный раздел бюджета, ничем в принципе не отличающийся от любого другого раздела. Ничего чрезвычайного в старении населения нет, этот процесс не при Горбачеве и Ельцине был открыт, он надежно прогнозируется, реагировать на него и госбюджет, и хозяйство страны должны как целое. Ведь не придет же в голову ни президенту, ни журналистам заявить о том, что в стране складывается критическое положение в водоснабжении вследствие быстрого старения населения России. Каждый бы удивился: какая, мол, связь? Но ведь деньги на ремонт водопроводов и на выплату пенсий берутся из одного и того же котла и между собой как статьи расходов бюджета ничем не различаются.

"Эксперты" и обозреватели телевидения, которые в РФ уполномочены истолковывать туманные высказывания власть имущих, приводят такой аргумент - стариков становится якобы слишком много по сравнению с молодыми, а деньги для пенсий берутся из зарплаты молодых. Это - чистейшая демагогия и подмена понятий. Тот факт, что граждане, в том числе весьма образованные, ее принимают всерьез, говорит о глубоком поражении общественного сознания.

Деньги на пенсии берутся из производимого общественного продукта , а в его производстве "работают" ресурсы, созданные трудом большого числа поколений - и предыдущих, и нынешнего. Пенсию себе нынешние старики заработали сами, создавая производственные мощности, выплавляя сталь, прокладывая дороги, обучая детей и т.д. Более того, в их пенсии - труд их отцов и дедов. Причем здесь зарплата нынешних работников? Она является лишь формальным средством учета, причем неадекватным сути дела.

Чтобы увидеть, как "труд дедов" формирует пенсии нынешних стариков, никаких ухищрений не надо. Братская ГЭС строилась в 1955-1967 гг. и сегодня исправно дает электроэнергию, принося доход и государству, и "алюминиевым королям". Почему пенсия строителя Братской ГЭС - а ее строителем было все советское поколение тех лет - должна зависеть от зарплаты какого-то балбеса, служащего сегодня охранником в казино? То, что в 1990 г. незаметно прекратили финансирование пенсий непосредственно из госбюджета, есть просто социальное мошенничество политиков, промежуточный шаг в уходе государства от ответственности за судьбу своих пожилых граждан. Мошенничество - вне норм рациональности, оно основано на "законе джунглей".

Действительная причина кризиса пенсионной системы в РФ лежит на поверхности и заключается в глубоком обеднении государства вследствие передачи почти всей его собственности и источников дохода в руки ничтожного меньшинства, которое к тому же оказалось несостоятельным в управлении хозяйством. Так что весь бюджет государства сократился настолько, что оно стало во многих отношениях неплатежеспособным. Если рассматривать хозяйство как источник средств для пенсий, то видеть причину кризиса в старении людей вообще абсурдно. На покупку в массовом масштабе недвижимости на Французской Ривьере, яхт и футбольных клубов деньги в РФ есть, а на пенсии старикам нет? Это же явная аномалия и позор для государства.

А если уж говорить о связи между пенсией стариков и числом нынешних работников, то катастрофой для Пенсионного фонда является как раз не увеличение числа стариков, а выведение из сферы производства миллионов молодых людей (на 9 млн. работников сократился только промышленный персонал, на 5 млн. - число работников сельскохозяйственных предприятий). Безработные, олигархи и охранники не производят материальных ценностей, которые можно обратить в пенсии для стариков.

Второй аргумент реформаторов в пользу перехода к накопительным "пенсиям" прост, как мычание - все та же ссылка на Запад. Если в ФРГ переходят от государственной пенсионной системы к накопительной - значит, и нам надо! Но никакой аналогии в данном вопросе между ФРГ и Россией нет и быть не может. Как получают свой кусок хлеба старики - можно сказать, интимный вопрос каждой культуры. А если "культурные" доводы не убеждают, обратимся к экономическим: в ФРГ при средней месячной зарплате в 2000 евро за сорок лет работы можно без всякой натуги накопить нормальную пенсию на десять лет старости. В России же большинство работников имеет зарплату, позволяющую семье жить на уровне бедности или чуть ниже. О какой возможности копить можно вести речь? Поэтому в российских условиях ссылка на опыт ФРГ при отказе от государственной системы пенсионного обеспечения - это уход от здравого смысла и совести.

А копить деньги на старость люди умели и могли без всякого государства испокон веку. Пенсионная система СССР нисколько не мешала тем, кто в молодости неплохо зарабатывал и был бережлив, откладывать на старость в сберкассе - советская власть вкладов не воровала.

Сейчас государство РФ просто отказывается от просуществовавшей в России 70 лет обязанности выплачивать пенсию старикам. Именно в этом суть реформы - в уходе государства от ответственности за определенную сферу жизнеустройства народа. Государство теперь берется только следить за тем, чтобы человек сам откладывал деньги на старость, сколько сможет, - и отсылал их для использования в какую-нибудь компанию. Сказать, что это пенсия, а старик, накопивший себе денег на старость, - пенсионер, есть эвфемизм , то есть "более мягкое слово или выражение вместо грубого или непристойного".

Еще одно ограничение для введения в РФ накопительной системы - затяжной экономический кризис, при котором значительная доля хозяйственной деятельности уходит в "тень". Одно дело, когда пенсии начислялись из всех обобщенных доходов государства, а иное дело, когда их фонд складывается из отчислений малой части граждан, тех, что работают "на свету". Нагрузка на них становится непомерной, а пенсии все равно будут малы.

Вот, например, в Аргентине недавно вынуждены были отказаться от накопительной пенсионной системы, введенной там в ходе реформы, похожей на нашу. Оказалось, что уже через несколько лет после ее введения и люди, и их работодатели стали уклоняться от выплаты пенсионных взносов. Они вполне разумно сомневались в их сохранности - насмотрелись на своих реформаторов. Из 9,3 млн. будущих пенсионеров только 3,8 млн. пополняли свои пенсионные счета. Нынешний министр экономики Аргентины Роберто Лавана назвал введенную в 1994 г. накопительную пенсионную систему "абсолютным недоразумением". Сейчас там намерены вернуться к прежней распределительной системе пенсионного обеспечения.

Подводя итог, можно применять "рыночную" терминологию и сказать, то нынешние пенсионеры в свое время заключили с обществом "контракт". Они работали весь свой срок за скромную зарплату, а государство взялось обеспечить им старость с определенным уровнем потребления. Этот уровень постоянно повышался в течение четырех послевоенных десятилетий и уже воспринимался как естественное право человека. Подчеркиваю, что "контракт" предусматривал именно уровень потребления, а не число бумажек или других средств платежа, которыми манипулирует правительство.

Что же делает правительство, начиная с Гайдара? Оно самым бесцеремонным образом нарушает этот "контракт". Оно отказывается отдавать старикам заработанное! Если при советской власти (в 1990 г.) на среднюю месячную пенсию по старости можно было купить 402,7 кг молока или 431,4 кг пшеничного хлеба, то в 2001 г. - 110,4 кг молока или 91,7 кг хлеба, т.е. покупательную способность средней пенсии реформаторы снизили по сравнению с советским временем примерно в 4 раза.

Психология bookap

А теперь государство вообще сбрасывает с себя обязанность служить посредником между поколениями. Оно заявляет: пусть каждый накапливает себе на старость сам, добивается от работодателя перечислений, не берет от него зарплаты "черным налом" и т.д. И это нам представляют как "пенсионную реформу"!

Суть эта выражается достаточно ярко, и не о ней речь. Мы говорим о том, что вот уже пятнадцать лет на общественное сознание безотказно воздействует абсолютно ложная и лишенная логики установка - и никакой реакции ее отторжения не возникает. И дело не только в политиках, задающих нам ложную структуру проблемы и ложные аргументы, а о массовом сознании, которое, пройдя "школу перестройки и реформы", легко принимает подобные аргументы, не видя в них логических неувязок.