Вместо заключения.. «Я бы на вашем месте не пошел к психотерапевту!»

Идти к психотерапевту – это не к подруге на кухню, не в гараж к товарищу по несчастью. Идти к психотерапевту – значит встретить незнакомого человека, которому поневоле приходится доверять. А кто он такой, чтобы ему доверять?! Так что я бы на вашем месте не пошел к психотерапевту, а ну его…

Жизнь – это то, что люди больше всего стремятся сохранить и меньше всего берегут.

Ж.Лабрюйер

Да и потом, идти к психотерапевту – вы что больные, право? Кому сейчас легко? Да всем нелегко – факт! Что какой-то психотерапевт может сделать? Улучшением жилищных условий он не занимается, зарплаты не повышает, начальника вашего с должности снять не может. У него у самого – «условия», «псевдо-зарплата» и «начальники», прости господи! Я бы на вашем месте не пошел к психотерапевту.

Да и кто они, эти психотерапевты? У нас среди психотерапевтов и инженеры есть, и экстрасенсы, даже сектанты встречаются. А врач разве пойдет в психотерапевты? Да ни за что! Чтобы врачу официальную сертификацию по психотерапии получить, нужно сначала институт закончить, причем медицинский, потом психиатром стать да три года в этом качестве оттрубить, и еще сверх того два года психотерапии учиться – только после всего этого заветную корочку наконец дадут: «врач-психотерапевт». Но зарплата – та же, что и у любого врача, – тысячи две-три. А за два упомянутых года из собственного кармана тысячи 2– 3 зеленых рубликов – вынь да положь! Нет, в здравом уме и твердой памяти ни один врач не пойдет в психотерапевты, а я бы на вашем месте не пошел к психотерапевту, если он не врач.

Ну а если психотерапевт не врач, что тогда? Тогда вот что: если сосуды склерозированы или внематочная беременность – будет «лечить» он вас гипнозом и медитацией. Если же у вас психологические трудности в общении с противоположным полом (о чем вы и не догадываетесь, списывая возникающие проблемы на «самцовую черствость» и «бабскую тупость») – так все это он только усилит из половой солидарности или от бесполой глупости.

Если же у вас невроз, то совсем плохи ваши дела! Здесь нужны знания и опыт работы, причем в «полевых условиях», т.е. в медицинском учреждении, а эти знания и этот опыт имеют только врачи. Прочие же в деле лечения невроза – шарлатаны чистой воды! Усугубят дело до такого состояния, что потом и с семью пядями во лбу не разобраться. Я бы на вашем месте не пошел к психотерапевту, если он не врач!

А знаете, сколько практикующих врачей -психотерапевтов в славном городе Санкт-Петербурге? Во всех поликлиниках их 20, и еще 22 – в диспансерах, не скажу каких. Правда, должны быть в больницах, но это к вопросу об «исчезающих видах». Впрочем, в других городах российских дела не лучшим образом обстоят. Всего же в горемычной нашей стране их меньше двух тысяч – капля в море. Теперь о потенциальных пациентах врача-психотерапевта. Только не пугайтесь: считается (но это в научных кругах), что в той или иной профессиональной психотерапевтической помощи нуждаются 75% населения!

Теперь держитесь за стул. Из оставшихся 25% нужно вычесть тех, кому психотерапия не поможет, а именно: страдающих психическими заболеваниями (это до 7%), детей и стариков – одним еще не помочь, другим – уже (это 10%), остаются наркоманы и алкоголики (это свыше 45%), а также прочие группы (5%), итого: 67%. Вычитаем из 25 обещанные 67 и получаем минус 42% – это у нас избыток населения такой, перебор, так сказать. Теперь сопоставим: «исчезающий вид», с одной стороны, и 142% населения – с другой. Капля в море уже кажется при таком сравнении каплей в океане! И что могут эти психотерапевты сделать? Я бы на вашем месте не пошел к психотерапевту!

Впрочем, вернемся к означенным 75% – не завышают ли цифры друзья ученые? По большому счету, конечно, хватанули, нечего сказать. Впрочем, если учесть их выводы о психологическом, социальном, культурном, идеологическом и экономическом кризисах, то в целом, может быть, они и правы, а может быть, даже и поскромничали. И ведь что такое психотерапия? Психотерапия занимается повышением качества жизни, т.е., грубо говоря, должна сделать человека счастливым, несмотря ни на что.

В конечном счете, качество жизни определяется не «прожиточным минимумом» и даже не «прожиточным избытком», а тем, как человек эту жизнь ощущает. Если он «весь в шоколаде», а у него слезы в глазах да челюсть свело, то плевать хотелось на такой «шоколад»! А если у него, прошу прощения, одно место голое, но при этом в душе птички поют и жить хочется, так, в общем, можно и проветриться, вреда не будет.

Однако я бы на вашем месте все равно не пошел к психотерапевту. У нас ведь каждый сам себе психолог. Особенно хорошо мы можем другим помочь – посоветовать, растолковать, в положение войти, да вот только в своих проблемах ни черта не смыслим: «Мы и сами с усами!». Только вот по усам течет, да в рот не попадает. Не зря европейцы гордятся тем, что ходят к психотерапевту: это у них признак высокой культуры, самосознания и финансового благополучия. А у нас признак другой – «шизик». Ну что ж, как там в Европе эти «шизики» живут – известно, да и как наши «насмерть здоровые» – тоже ясно.

Человек никогда не должен стыдиться своих заблуждений, то есть, иначе говоря, того, что сегодня он мудрее, чем был вчера.

Джонатан Свифт

«Разруха сидит не в клозетах, а в головах!» – говаривал Филипп Филиппыч. Головой нужно думать: куда идти, к кому и зачем. Без этого проку не будет. Судить же о предмете, имея о нем лишь весьма абстрактное представление, – это не признак большого ума. Психотерапия же пока для россиян – большая загадка. Вот, собственно, почему я и стал писать сейчас все эти книжки: «Счастлив по собственному желанию! (12 шагов к душевному здоровью)», «Как избавиться от тревоги, депрессии и раздражительности», «С неврозом по жизни (инстинкт самосохранения человека)», «Чтобы не было мучительно больно (психотерапевтические техники, необходимые каждому)», «Самые дорогие иллюзии», «Красавица и чудовище» (тайны мужской и женской психологии) и другие аналогичные пособия для желающих выйти из того дурацкого положения, в котором все мы оказались.

Большая часть нашей жизни уходит на ошибки и дурные поступки: значительная часть протекает в бездействии, и почти всегда вся жизнь в том, что мы делаем не то, что надо.

Стендаль

Это у них там говорят: «У меня все ОК! – я хожу к психоаналитику». А у нас говорят: «Дело – труба! – хожу к психотерапевту». Я думаю, именно из-за того, что мы так относимся к психотерапии, мы так и живем, а их жизнь кажется несбыточным счастьем будущих поколений. Слишком долго нас уверяли, что у нас нет личного, что все кругом – «общественное», а потому и личных проблем у нас тоже не должно быть. В конце концов мы в это поверили, но наши «личные проблемы» от этого никуда не делись. Сейчас необходимо восстановить пробел в знаниях собственной психологии, ведь в конечном итоге это знания о собственной жизни, без которых качественной ее сделать нельзя.