Часть 2.. Невротические стили жизни

Глава 7.. Секс и сексуально озабоченные


...

Нестандартная сексуальность

Сексуальное поведение человека страдает исключительным многообразием форм и видов. Стандартным сексуальным поведением являются сексуальные отношения между лицами разного пола, не состоящими в близком родстве и находящимися в одной возрастной группе (последний критерий может варьировать, но и для него установлены рамки). Все остальное – это нестандартное сексуальное поведение, которое может быть и болезненным, и не болезненным, и преступным, и не преступным.

Например, гомосексуальные отношения не рассматриваются современной наукой как болезненные, а закон не считает их преступными. Насилие, конечно, уголовно наказуемо, а потому насильник и преследуется, но пол жертвы значения в этом случае не имеет. Вообще говоря, закон у нас не наказывает за сексуальные отклонения, единственным исключением является педофилия, да и то лишь в тех случаях, когда человек «это» делает, думать же не возбраняется.

Понятие «нормы», вообще говоря, весьма относительно. По большому счету, «нормальным» является то поведение, которое встречается чаще. Гомосексуалов, например, в популяции от 3% до 7%, а бисексуалов и того больше. Редкостью не назовешь, так что это почти норма. Далее встает вопрос о том, всегда ли болезненно то, что встречается действительно редко. Отнюдь. Строго говоря, единственным достоверным критерием «болезни» можно считать мучительность данного проявления для самого человека. Впрочем, если эта мучительность продиктована нарушением социальной адаптации, то зачастую «лечить» надо не сексуальную особенность, а способ человека реагировать на осуждение со стороны окружающих.

Мы считаем опасными тех, у кого ум устроен иначе, чем наш, и безнравственными тех, чья нравственность не похожа на нашу. Мы называем скептиками тех, кому чужды наши иллюзии, даже не задаваясь вопросом, не имеют ли они каких-нибудь других.

Анатоль Франс

Какие же формы сексуального поведения можно отнести к болезненным? Прежде чем ответить на этот вопрос, следует сразу оговориться: некоторые вкрапления некоторых проявлений нестандартных видов полового поведения в неболезненные формы сексуальной активности возможны и не являются признаком патологии. Даже в стандартной сексуальности есть элементы садомазохизма, педофилии, эксгибиционизма, вуайеризма, трансвестизма, фетишизма, транссексуализма и др.

Ну что это за звери? Диагноз садомазохизма, например, ставят в тех случаях, когда возможность сексуального удовлетворения у человека тесно сопряжена с проявлениями насилия – физического и (или) психологического В целом, агрессия и сексуальная активность взаимосвязаны биологически, а поэтому нет ничего странного в том, что какие-то элементы насилия в сексуальном действе могут возбуждать и нормального человека. Исследования сексуального поведения братьев наших меньших показали, что у самцов агрессия и сексуальность – взаимоусиливающие инстинкты, а вот у самок, напротив, усиливают друг друга сексуальность и страх.

Нестандартность сексуального поведения, как правило, называется в обиходе «извращением», но этот термин следует употреблять с осторожностью. На самом деле в случае большинства расстройств сексуального поведения пациенты просто оказываются заложниками, если так можно выразиться, неудачного условного рефлекса, специфического поведенческого стереотипа. Сексуальное поведение, шаблон сексуального поведения формируется у человека не сразу, есть некоторые узловые точки. Если возникновение первого сексуального возбуждения совпадает по времени и месту с какими-то определенными жизненными обстоятельствами, то некие элементы, характерные черты этих обстоятельств могут впоследующем рефлекторно приводить у этого человека к сексуальному возбуждению.

В жизни есть только две настоящие трагедии: одна – когда не получаешь того, что хочешь, а вторая – когда получаешь.

Оскар Уайльд

Вот пример. Если первое сильное сексуальное возбуждение возникло у подростка в ситуации, где значимым стимулом являлся какой-то предмет женского туалета, то впоследствии этот предмет может провоцировать у него сексуальное возбуждение больше, чем сама женщина. В этом случае врачи говорят о фетишизме. Если это возбуждение возникло в ситуации подглядывания за чьим-то сексуальным актом, то по итогу получится вуайеризм, если же в ситуации собственного раздевания, то возможен эксгибиционизм. Это, что называется, как карта ляжет…

Далее, после того как карта легла и соответствующий стереотип сексуального поведения сформировался, ситуация закручивается по спирали. Если для кого-то «первым делом, первым делом» стали самолеты, это не сильно обеспокоит общество – будет кому Родину защищать. Но если для кого-то «первым делом» стали садистические наклонности, страсть к подглядыванию или раздевание на людях, если кого-то стали возбуждать представители своего пола или другой возрастной группы, то здесь общество занимает воинственную позицию: «У нас места извращенцам нет!».

Какой реакции, интересно, на такую политику ожидают политизированные таким образом граждане? Они что, действительно думают, что заяви с высокой трибуны подобную бессмыслицу – и количество лиц, у которых сформирован соответствующий условный рефлекс сексуального характера, резко поубавится? Подобным образом подобные дела не решаются, это совершенно очевидно, но масло в огонь они подливают.

Нет на земле ничего прочного, есть только условности, и в каждом климате они различны.

Оноре де Бальзак

Далее возможны два варианта. Одни поверят в неправильность своей сексуальности, начнут этим делом мучиться, а потому только об этом деле и станут думать, что, конечно, только усилит их нестандартность. Другие, напротив, решат, что их притесняют, и «назло врагам» так начнут в избранном природой для них направлении двигаться, что мало никому не покажется. В результате и те, и другие создадут целую когорту невротиков специфического толка, стилем жизни которых будет невротичное нестандартное сексуальное поведение. Не будь такой реакции, возможно, это было бы просто нестандартное сексуальное поведение, а так оно в чистом виде невротическое.

Нам давно пора освобождаться от предрассудков, но не с тем, чтобы усиливать у всех и каждого отклонения от сексуальной нормы, а для того, чтобы быть более человечными. И гомофоб (человек, испытывающий ненависть к гомосексуалам), надо вам сказать, более психически ненормален, чем психически здоровый гомосексуал. Другое дело, что в условиях нашего подхода к человеку, когда все равняются по одной линейке, ожидать психического здоровья у гомосексуала не приходится. В целом, это его беда, но виновников следует искать не в нем, а в его окружении и в сексистской культуре, каковой наша пока и остается.