Глава 3. Анна Фрейд и постфрейдисты: Мелани Клейн, Доналд Уинникотт, Хайнц Кохут и гештальт-терапия Фрица и Лауры Перлс.


. . .

Дальнейшее развитие психоаналитической терапии: гештальт-терапия Фрица и Лауры Перлс.

В отличие от Анны Фрейд, Клейн, Уинникотта и Кохута, Фредерик (Фриц) и Лаура Перлс (Fritz & Laura Perls) считали, что их вклад в психологию личности лежит преимущественно в области практики психотерапии, а не создания теории. Фактически отсутствие строгого теоретического акцента во многих поздних работах Перлсов отражает то направление, которым они пытались следовать в психологии. Фриц вынес теоретическую модель за рамки терапевтического кабинета, включив ее в общий поток движения за развитие человеческого потенциала (the human potential movement). Его агрессивный, конфронтационный стиль и его решение работать с людьми перед большой аудиторией сделало психотерапию известной и доступной. Позже гештальт-терапия стала менее драматичной в своем исполнении, но более широко понимаемой и применяемой терапевтами, придерживающимися самых разных убеждений.

Фредерик С. Перлс родился в 1893 году в Берлине, в еврейской семье, принадлежавшей к нижним слоям среднего класса. Несмотря на то что он испытывал трудности со старшими по положению на протяжении всей своей юности, он сумел тем не менее получить медицинский диплом, специализируясь в психиатрии. Заканчивая свою медицинскую подготовку, он служил санитаром в годы Второй мировой войны. После войны Фриц работал во Франкфурте, где он встретил Лауру. Оба они, вместе со многими из своих друзей, занимались психоанализом с первыми учениками Фрейда.

Лаура Перлс родилась в 1905 году. Она увлеклась психоанализом в ранний период своей жизни, прочитав в 16-летнем возрасте "Толкование сновидений" Фрейда. Позже она училась у теологов Пауля Тиллиха (Paul Tillich) и Мартина Бубера (Martin Buber) (Humphrey, 1986).

"Ни один из нас, вероятно за исключением самого Фрейда, не понимал преждевременности использования психоанализа при лечении... Мы не видели того, чем он в действительности был: исследовательским проектом" (F. Perls, 1969 c, р. 142).

В 1927 году Перлсы переехали в Вену, где Фриц начал проходить психоаналитическую подготовку. Он занимался анализом у Вильгельма Рейха (Райха) (Wilhelm Reich) и работал под наставничеством ряда других первых ведущих психоаналитиков: Карен Хорни (Karen Horney), Отто Фенихеля (Otto Fenichel) и Хелен Дойч (Helen Deutsch). В 1930 году Фриц и Лаура стали мужем и женой. Угроза прихода к власти Гитлера заставила Перлсов бежать в 1933 году в Голландию, а затем - в Южную Африку. Внеся элемент новаторства, Лаура начала садиться во время сеанса лицом к своим клиентам и уделять внимание их позам и жестам, пользуясь своим знакомством с лечебной гимнастикой и современным танцем (Serlin, 1992).

В 1946 году Фриц и Лаура эмигрировали в США, где продолжали развивать то, что стало затем гештальт-терапией. В 1952 году они основали сначала на своем факультете Нью-Йоркский институт гештальт-терапии. Позже Фриц переехал в Лос-Анджелес, а затем, в начале 1960-х гг., стал работать в Институте Исален (Esalen Institute) в Биг Сюр (Big Sur), Калифорния. Там он проводил семинары, преподавал и стал известен как выразитель новой философии жизни и метода психотерапии. Он умер в 1970 году на острове Ванкувер, местопребывании первого гештальт-терапевтического общества (общины) (Gaines, 1979; Shepard, 1975). Пока Фриц был жив, его ученикам было трудно примирить его персональный стиль, часто отличавшийся резкостью, с гештальт-терапией, которая, хотя и носит конфронтационный характер, предлагает человеку поддержку.

Лаура, разойдясь с Фрицем, оставалась в Нью-Йорке, возглавляла в течение многих лет Нью-Йоркский институт и обучала психотерапевтов. Ее взгляды часто резко контрастировали с тем, что Фриц излагал в своих последних трудах (Rosenfeld, 1978). Лаура умерла в 1990 году в Германии во время посещения своего родного города.

"Практический акцент на осознании тела стал частью гештальт-терапии благодаря не только Райху, но и моему продолжавшемуся всю жизнь увлечению современным танцем... и моему знакомству с системой Александра (Alexander) и Фельденкрайса (Feldenkrais) и другими видами лечебной гимнастики" (L. Perls, 1992, р. 52-53).

Краткая характеристика гештальт-терапии.

Слово гештальт, как его использовали Перлсы, имеет отношение к работе, проделанной первоначально в психологии восприятия и начатой в конце XIX века в Германии и Австрии. Хотя не существует точного английского эквивалента немецкого слова Gestalt, общий смысл его таков: "паттерн или конфигурация, т. е. определенная организация частей, которая образует нечто целое". Главный принцип гештальт-подхода заключается в том, что анализ частей никогда не может дать понимания целого, поскольку целое состоит из частей, дополненных взаимодействием и взаимозависимостью частей.

"Эта ручная работа вызывает у меня настоящее отчаяние. Я смотрю на гобелен, почти полностью вытканный, однако неспособный дать общую картину, общий гештальт" (F. Perls, 1969 b).

Один из аспектов этой идеи может быть понят, если обратить внимание на то, как человек в какой-то ситуации придает осмысленность своим восприятиям, как он делает различия между фигурой и фоном. На рис. 3.1 дан пример стимула, интерпретация которого зависит от того, что воспринимать в качестве фигуры, а что - в качестве фона. Если белое пространство рассматривать как фигуру, а черное - как фон, тогда появится чаша; если же рассматривать как фигуру черное, а белое - как фон, то можно увидеть силуэт двух голов в профиль. Согласно гештальтистам, феномен, представленный на этой картинке, показывает, как наш организм выбирает то, что ему интересно в какой-то определенный момент времени. Человеку, мучимому жаждой, стакан воды, помещенный среди любимых блюд, покажется фигурой на фоне пищи, тогда как голодному человеку бросится в глаза пища.

Рис. 3.1. Пример феномена фигура-фон

Гештальт-терапевты, исходя из такого рода данных, выступили против идеи, что исследование человеческого существа может быть сведено исключительно к рациональному, механистическому, научно-естественному подходу. Они настаивали на том, что опытный мир индивида может быть понят только через непосредственное описание этого индивида. Мир, с которым сталкивается человек, нельзя отделять от его личного опыта.

Единство души и тела.

Согласно Перлсам, разделение психики и соматики, производимое многими направлениями психологии, произвольно и обманчиво. Перлсы считали, что люди функционируют в виде некой совокупности, и описывали поведение в терминах, в которых упор делался на единстве, а не на разделении на составные части. Они твердо верили в мудрость организма (wisdom of the organism) и рассматривали здорового, зрелого человека как индивида, который сам себя поддерживает и регулирует. Тем самым они стремились в своем терапевтическом подходе помочь пациентам осознать себя и мир и установить прямой контакт с собой и миром. В качестве решающих аспектов жизни с повышенным осознанием они рассматривали организм как единое целое, бытие в "здесь и сейчас" и преимущество "как" перед "почему".

Организм как целое

Фриц Перлс предполагал, что любой аспект поведения индивида можно рассматривать как проявление единого целого - бытия человека (F. Perls, 1978). В терапии, например, действия пациента - то, как он двигается, говорит и т. д., - дают столько же информации, сколько и то, о чем он думает и какие слова произносит. Наше тело является прямым выражением того, что мы собой представляем. Просто наблюдая наши наиболее явные физические действия - позу, дыхание, движения - мы можем узнать о себе очень многое.

"В действительности ничто не вытесняется. Все релевантные гештальты проявляют себя, они - на поверхности, они очевидны, подобно наготе короля" (F. Perls, 1969 b, p. 272).

Акцент на "здесь и сейчас"

Холистический взгляд Перлсов придавал особое значение связи непосредственного самовосприятия человека с его или ее окружением. Например, невротики неспособны жить в настоящем. Они постоянно носят с собой "неоконченные дела" из прошлого. Поскольку их внимание сфокусировано на том, что остается неразрешенным, они не обладают ни осознанием, ни энергией для того, чтобы в полной мере заняться настоящим. Они не ощущают себя способными успешно жить в настоящем. Гештальт-подход не исследует прошлое в поисках воспоминаний о травмах, а лишь просит пациента сосредоточиться на осознании своих текущих переживаний. Перлсы полагали, что осколки и фрагменты прошлых неразрешенных конфликтов в конце концов дадут о себе знать в виде составной части этих текущих переживаний. Когда эти неоконченные ситуации появляются, пациент заново их переживает, с тем чтобы их завершить и включить в настоящее.

Тревога - это разрыв в напряжении между "сейчас" и "тогда". Фриц Перлс приводит следующий пример: "Если бы я спросил: "Кто хочет выйти поработать сюда (перед группой)?", вы бы, вероятно, начали быстро повторять про себя: "Что я должен буду там делать?" и т. д. И разумеется, у вас мог бы возникнуть страх перед аудиторией в тот момент, когда вы бы покинули реальность настоящего времени и перескочили в будущее" (1969 в). Неспособность выдержать это напряжение заставляет людей заполнять разрыв планированием, повторением и попытками обезопасить будущее. Эти действия не только поглощают энергию и внимание, отбирая ее от настоящего (тем самым постоянно создавая незавершенные ситуации), - они также препятствуют своего рода открытости навстречу будущему, которую предполагают развитие и спонтанность.

"Я считаю, что это очень важная для понимания вещь: что осознание как таковое - уже само по себе - может быть целительным" (F. Perls, 1969 а, р. 16).

Значимость преимущества "как" перед "почему"

Естественный итог ориентации на "здесь и сейчас" - это упор на понимании своего опыта через его описание. Человек, понимающий, как он делает что-то, обладает возможностью понять само действие. Поскольку любое действие может быть следствием множества различных причин, фокусировка на той или иной из причин может уводить человека все дальше и дальше от наблюдения за самим действием. Занятость вопросами, почему происходят какие-то вещи, не позволяет людям ощутить, как они происходят; тем самым подлинное эмоциональное осознание блокируется в интересах отыскания объяснений.

"При полном осознании вы начинаете осознавать эту саморегуляцию организма, вы можете позволить организму взять власть в свои руки, не мешая ему не прерывая его" (F. Perls, 1969 b).

Центральная роль осознания

Взгляд на организм как на целое, акцент на "здесь и сейчас" и значимость преимущества "как" перед "почему" являются основой исследования осознания, фокусной точкой подхода Перлсов. Процесс роста - это, в терминологии гештальта, процесс расширения самосознания, а основной фактор, препятствующий психологическому росту, - это уход от осознания.

Невроз и здоровье.

Перлсы полагали, что сужение эмоций является коренной причиной всех невротических состояний. Если выражение эмоций подавлено, тревога усиливает тревогу. Охваченные тревогой люди пытаются десенсибилизировать свою сенсорную систему, с тем чтобы снять возникшее напряжение. В этот момент и развиваются такие симптомы, как фригидность или фобическая реакция - то, что Фриц Перлс назвал "дырами в нашей личности". Эта эмоциональная десенсибилизация ведет к уходу от осознания, что, в свою очередь, создает слои невроза (layers of neurosis), которые сохраняются с помощью нескольких типов невротических механизмов.

"Эмоции - это сама наша жизнь... Эмоции - это язык организма; они модифицируют базовое возбуждение в соответствии с ситуацией, которая должна быть разрешена" (F. Perls, 1973, р. 23).

Слои невроза

Фриц Перлс предположил, что невроз можно в целом рассматривать в виде пятислойной структуры и что рост личности и конечное освобождение от невроза происходят посредством прохождения через эти пять слоев. Первый из слоев невроза - слой клише, или слой символьного существования (token existence). Он включает в себя такие символы контакта, как довольно бессодержательные выражения "доброе утро", "привет" и "хорошая погода, не правда ли?" Второй слой - ролевой (role), или игровой (game-playing). Это слой "как бы", где мы делаем вид, что являемся человеком, которым нам более всего хотелось бы быть, например неизменно компетентным руководящим работником, вечно милой молоденькой девушкой или очень важной особой.

Перлс полагал, что после того, как мы реорганизовали эти два слоя, мы достигаем тупикового (impasse) слоя, также называемого слоем антисуществования (antiexistence) или слоем фобического ухода (phobic avoidance). Здесь мы ощущаем пустоту, небытие. Избегая небытия, мы, как правило, прекращаем свое осознание и возвращаемся к игровому слою. Если, однако, мы способны сохранить самосознание в этой пустоте, то достигаем слоя смерти (death) или имплозии (implosion) (смычки). Этот слой напоминает смерть или страх смерти, потому что в нем происходит "паралич" противоположных сил. Но если мы сможем сохранить контакт с этой смертью, то достигаем последнего слоя - слоя эксплозии (explosion) (взрыва). Перлс считал, что осознание этого слоя являет собой развитие подлинного человека, истинного "я", человека, способного ощущать и выражать эмоции.

Существует четыре основных вида эксплозии, которые индивид может испытать после того, как он прошел слой смерти. Есть эксплозия печали, которая подразумевает проживание какой-то потери или чьей-то смерти, которые прежде не были ассимилированы. Есть эксплозия перехода в оргазм у людей сексуально заторможенных. Может иметь место эксплозия перехода в гнев, когда выражение этого чувства было подавлено. И наконец, есть эксплозия перехода в то, что Перлс назвал joie de vivre, - в веселье и смех, радость жизни.

"Имеются два пункта, являющихся для гештальта исключительно важными. Один из них состоит в том, что вы уже знаете все, что нужно для того, чтобы вести удовлетворяющую вас, счастливую, деятельную жизнь" (Enright, 1980, р. 17).

Основное заблуждение, сводящееся к тому, что эту энергию необходимо контролировать, проистекает из нашего страха пустоты и небытия (третий слой). Перлсы поняли, что восточные философские системы, в частности дзэн, могут рассказать нам многое о жизнеутверждающем, позитивном аспекте небытия и о важности непрерывного переживания небытия. Они придерживались мнения, что изменения нельзя вызвать насильно и что психологический рост - это естественный, спонтанный процесс.

Для размышления. Непрерывное осознание

Это упражнение по осознанию требует большой самодисциплины, однако, как это ни парадоксально, оно служит развитию нашей спонтанности.

Часть 1. Начните с наблюдения за своим дыханием. Ровное оно или нет? Глубокое или поверхностное? Обратите внимание на помещение, в котором вы находитесь, на температуру, освещение, обстановку и других людей. Просто осознавайте, секунда за секундой, что вы ощущаете, как вы ощущаете себя. В это мгновение. И в следующее. И в следующее.

Обратите внимание на то, как протекает ваше осознание. Не отвлекаетесь ли вы на построение планов, повторение в уме чего-то, фантазирование, воспоминания? Не оцениваете ли вы себя, вместо того чтобы предаться чистому осознанию? Что вам напоминает осознание?

Обратите особое внимание на то, как вы срываете собственные попытки непрерывного осознания. Не таким ли образом вы часто препятствуете полноценному контакту со своим собственным опытом?

Часть 2. Она более трудна. Попытайтесь не терять связь с тем моментом, в который вам захотелось уйти от непрерывного осознания. Можете ли вы почувствовать, от чего вы уходите? Не появляется ли ситуация, которая кажется вам незаконченной?

---

Невротические механизмы

Фриц Перлс описал четыре невротических механизма, препятствующих росту. Вот они: интроекция (introjection), конфлуэнция (confluence), ретрофлексия (retroflexion) и проекция (projection).

Интроекция (включение). Интроекция, или "проглатывание целиком", - это механизм, посредством которого люди усваивают нормы, установки и способы действия и мышления, которые не являются их собственными и которые они ассимилируют или усваивают недостаточно полно для того, чтобы сделать их своими собственными. Интроецирующим людям трудно провести грань между тем, что они в действительности чувствуют, и тем, что другие хотят заставить их почувствовать, - или, говоря попросту, тем, что чувствуют другие. Поскольку концепции или установки, которые они "заглатывают", несовместимы друг с другом, интроецирующие люди испытывают внутренние конфликты.

Конфлуэнция (слияние). При этом механизме люди не ощущают границ между собой и своим окружением. Конфлуэнция делает невозможным здоровый ритм контакта и его прерывания, потому что и контакт, и прерывание предполагают способность адекватного восприятия другого человека как другого.

Ретрофлексия. Этот термин означает буквально "поворачиваться резко назад навстречу чему-то". Ретрофлексирующие люди поворачиваются лицом к себе и, вместо того чтобы направить свою энергию на изменение своего окружения и манипулирование им, направляют эту энергию на себя. Они расщепляют себя и становятся одновременно и субъектом, и объектом своих поступков; они являются "мишенью" всех своих действий.

Проекция. Это стремление сделать других ответственными за то, что исходит из "я". Проекция подразумевает отказ от собственных импульсов, желаний и поступков, так как человек помещает то, что принадлежит "я", за пределы последнего.

Фриц Перлс так описывает взаимодействие между этими четырьмя механизмами:

"Интроецирующий делает то, что другие хотели бы заставить сделать его; проецирующий совершает по отношению к другим то, что, как ему кажется, они делают с ним; человек с патологической конфлуэнцией не знает, кто совершает какие действия и по отношению к кому; а ретрофлексирующий делает с собой то, что он хотел бы делать с другими... Как интроекция проявляет себя в использовании местоимения "я", когда реально подразумевается "они"; как проекция проявляет себя в использовании местоимений "оно" и "они", хотя реально подразумевается "я"; как конфлуэнция проявляет себя в использовании местоимения "мы", хотя реальный смысл остается под вопросом; так ретрофлексия проявляет себя в использовании рефлексирующего [sic] "меня"" (F. Perls, 1973, р. 40-41).

Проекция имеет решающее значение при формировании и понимании сновидений. На взгляд Фрица Перлса, все составляющие сна - это спроецированные, отброшенные фрагменты нас самих. Каждый сон содержит, по крайней мере, одну незавершенную ситуацию, которая включает в себя эти спроецированные фрагменты. Работать над сном - значит снова овладеть этими спроецированными элементами, тем самым придав законченность незавершенному гештальту.

"Любое нарушение баланса организма представляет собой какой-то неполный гештальт, какую-то незавершенную ситуацию, вынуждающую организм заняться созиданием, изыскать средства и способы восстановления этого баланса" (F. Perls, 1969 b, p. 79).

Для размышления. Проекция

Попытайтесь выполнить это упражнение по проекции в небольшой группе, чтобы послушать, как ее члены описывают друг друга, и поразмышлять над этими описаниями. Осмотрите взглядом помещение; выберите какой-нибудь объект, который привлекает ваше внимание. Попытайтесь идентифицировать себя с этим объектом; опишите себя в характеристиках объекта. Описывая объект, вместо "он" говорите "я". Спустя несколько минут обсудите с группой, что ваши описания могут сказать о вас самих.

Например, женщина, которая идентифицировала себя с потолочной балкой, описала ее следующим образом: "Я очень старомодная и бессмысленно украшенная... Я несу на себе огромную нагрузку" (Adapted from: Enright, 1977).

---

Здоровье

Перлсы определяют психологическое здоровье и зрелость как способность заменить внешнюю поддержку и регуляцию самоподдержкой и саморегуляцией. Основная идея гештальт-теории состоит в том, что каждый организм обладает способностью достигать оптимального баланса внутри себя и по отношению к своему окружению. Регулирующие и поддерживающие себя индивиды осознают собственную способность выбирать средства удовлетворения потребностей, когда эти потребности дают о себе знать.

"Нет никакой необходимости сознательно планировать, вызывать или сдерживать позывы аппетита, сексуальности и так далее... Если оставить их в покое, они спонтанно себя отрегулируют" (F. Perls, R. Hefferline & P. Goodman in: Stoehr, 1994, p. 44).

Акцентируя внимание на самоподдерживаемой и саморегулируемой природе психологического благополучия, Перлсы вместе с тем не считали, что человек может существовать в каком бы то ни было отрыве от своего окружения. В действительности баланс организма предполагает постоянное взаимодействие со средой. Крайне важно то, чтобы мы могли выбирать, как нам относиться к среде; мы поддерживаем и регулируем себя потому, что осознаем свою способность определять, как мы осуществляем самоподдержку и саморегуляцию в мире, который включает в себя, помимо нас, многое другое.

Психотерапия и работа со снами.

Во время работы со своими клиентами Перлсы установили, что их теоретические идеи начинают отклоняться от фрейдистских концепций. По мере того как они все дальше уходили от Фрейда, их терапевтическая практика изменялась, и в конце концов они разработали совершенно новый способ работы со снами и их понимания.

"Устарели не открытия Фрейда, а его философия и практические приемы" (F. Perls, 1969 b, p. 14).

За рамками психоанализа Фрейда

Первая книга Фрица Перлса Ego, Hunger and Aggression ("Эго, желание и агрессия) должна была явиться продолжением трудов Фрейда, а вовсе не предлагать какую-то новую теорию личности. Разногласия Перлсов с Фрейдом касались главным образом методов психотерапевтического лечения Фрейда, а не его теоретических толкований.

Сначала новаторство Перлсов выразилось в их отношении к созданной Фрейдом теории импульсов и либидо. Для них импульсы были не основополагающими влечениями, управляющими человеческим поведением, а выражением биологических и эмоциональных потребностей. Перлсы предположили, что психоаналитические методы интерпретации и свободных ассоциаций позволяют избежать непосредственного опыта и, следовательно, являются нерациональными и зачастую неэффективными методами самоизучения.

Они также не были согласны с предположением Фрейда, что наиболее важной терапевтической задачей является высвобождение вытесненного материала, после чего проработка и ассимиляция последнего может произойти естественным образом. Перлсы полагали, что каждый индивид лишь в силу своего существования обладает обилием материала, с которым можно работать в терапии. Труднейшей и важнейшей задачей является сам процесс ассимиляции - интегрирование ранее интроецированных качеств, привычек, установок и моделей поведения.

"Когда я работаю, я уже не Фриц Перлс. Я превращаюсь в ничто - становлюсь своего рода катализатором и наслаждаюсь своей работой. Я забываю о себе и вхожу в ваше состояние. А когда мы заканчиваем сеанс, я возвращаюсь к аудитории, словно примадонна, ждущая оваций. Я могу работать с каждым. Но я не могу добиваться успеха в работе с каждым" (F. Perls, 1969 b, p. 228-229).

Роль психотерапевта

Перлсы считали, что психотерапевт является по сути экраном, на котором пациент видит свой нереализованный потенциал. Терапевт - это прежде всего фрустратор. Пациент добивается внимания и одобрения терапевта. В то же время терапевт должен фрустрировать пациента, отказываясь предоставить поддержку, которой пациенту внутренне не хватает. Терапевт действует в качестве катализатора, помогая пациенту перестать уходить от чего-то и выйти из тупиковых положений (Wheeler, 1991). Первичное катализирующее средство терапевта - это помочь пациенту увидеть, как он или она систематически прерывают себя, уходят от осознания, играют роли и т. д. (Wheeler, 1993).

Согласно Фрицу Перлсу, индивидуальная терапия устарела, оказавшись как нерациональной, так и зачастую неэффективной. Он считал, что работа в группах может дать гораздо больше, независимо от того, предполагает ли она участие всей группы или представляет собой лишь взаимодействие между терапевтом и одним из членов группы. К примеру, нынешние теоретики гештальта расширяют рамки своей практики, включая в нее работу с супружескими парами (Wheeler and Backman, 1994).

Работа со снами в гештальте

Фриц Перлс рассматривал сны в качестве сообщений о наших незавершенных ситуациях, включая то, чего мы не замечаем в своей жизни, чего мы избегаем делать и как именно мы игнорируем и отрицаем какие-то стороны своей личности. Этот подход значительно отличается от того, как работал со сновидениями Фрейд.

"Я особенно люблю работать со сновидениями. Я считаю, что в сновидении мы имеем ясное сущностное (экзистенциальное) сообщение о том, чего мы не замечаем в своей жизни, чего мы избегаем делать и чем избегаем жить" (F. Perls, 1969 b, p. 76).

В гештальт-терапии мы не истолковываем сны. Мы делаем с ними нечто более интересное. Вместо того чтобы анализировать и затем расчленять сновидение, мы стремимся вернуть его к жизни. А вернуть его к жизни - значит заново пережить сон, как если бы он происходил сейчас. Вместо того чтобы пересказывать сон как какую-то историю из прошлого, проиграйте его в настоящий момент, так чтобы он стал частью вас, так чтобы вы в нем по-настоящему участвовали.

"Если вам ясно, что вы можете сделать со сновидениями, значит, вы способны самостоятельно сделать для себя очень много. Просто возьмите любой старый сон или фрагмент сна. Когда сон вспоминается, он по-прежнему жив и доступен и он по-прежнему содержит какую-то незавершенную, неассимилированную ситуацию... И если вам ясна значимость каждого момента, когда вы идентифицируете себя с некоторой частицей сна, каждого момента, когда вы переводите "оно" в "я", значит, вы увеличиваете свою жизненную силу и свой потенциал" (F. Perls, 1969 а, р. 68-70).

"Новаторский способ, который Перлс разъяснил и перенес на сновидения, сделал работу с ним или наблюдение за теми, кто с ним работал, часто волнительным, однако вносящим ясность опытом."

"Если вы имеете ясное представление о событиях вашей жизни, тогда ваша жизнь протекает нормально, без волнений и ненужных огорчений... За счет осознания вы можете свести к минимуму боль и довести до максимума жизненные радости и удовольствия" (Stevens & Stevens, 1977, p. X).

Для размышления. Работа со снами

Часть 1. Запишите свой сон и составьте перечень всех его деталей. Вспомните каждого человека, каждый предмет, каждое ваше переживание, а затем поработайте над ними, став каждым из них. Проиграйте их и по-настоящему перевоплотитесь в каждый из этих разнящихся элементов. По-настоящему станьте им, чем бы он ни был в сновидении. Воспользуйтесь своими магическими способностями. Превратитесь в уродливую лягушку или во что бы там ни было еще - в неодушевленный объект, живое существо, демона - и перестаньте думать. Забудьте о своих мыслях и перейдите к своим чувствам. Каждая маленькая частица - это кусочек картинки-загадки, которые вместе образуют какое-то намного более крупное целое - намного более сильную, счастливую, более законченную и реальную личность.

Часть 2. (Обратите внимание: эта часть намного более важна.) Затем возьмите каждый из этих разных элементов, персонажей и частей и дайте им возможность общаться друг с другом. Напишите сценарий. Придумайте диалог между двумя противостоящими частями - и вы обнаружите (особенно если вы правильно определили противные стороны), что они обязательно начнут враждовать друг с другом. Все разнящиеся части, любая часть сна - это вы сами, это ваша собственная проекция, и если существуют какие-то непримиримые стороны и вы заставляете их вести борьбу друг с другом, то вы ведете вечную конфликтную игру, превращающуюся в самоистязание. По мере того как процесс общения продолжается, происходит взаимное узнавание, до тех пор пока вы наконец не придете к единству и интеграции этих двух противоположных сил. После чего эта "гражданская война" завершится, и вы сможете направить свою энергию на борьбу с внешним миром.

---