Когда я себя не любила

Я это время помню очень живо. Жуткие воспоминания о счастливом детстве либо моментально прячутся по темным углам, словно тараканы, либо так и лезут, так и лезут — опять-таки напоминая тараканов. Тараканов в голове… Теперь вышеупомянутое состояние сознания, кажись, наступило у Майки. Все признаки налицо: ведет себя точь-в-точь, как я в ее годы — то вертится перед зеркалом по полдня, то боится на себя взглянуть — пулей пробегает мимо, только что не зажмуривается и подол на башку не натягивает. А на днях я вынуждена была проявить себя как героическая защитница младшего поколения: отвесила здоровущую плюху Майкиной приятельнице. Похоже, у девчонок вышла разборка на лестничной площадке, обильно сдобренная необоснованными утверждениями, неполиткорректными высказываниями и ненормативной лексикой. Услыхав, что Маечкина оппонентка орет со всей дури, словно депутат Госдумы: «Ты, дебилка прыщавая!», я, сама не помню как, оказалась в коридоре и — блямс!!! Девчонка присела и закрылась ручонками. Я еще поработала ветряной мельницей, совмещенной с громкоговорителем, и только потом разглядела, на кого наезжаю — такая же малявка, с кожей, усыпанной дефектами. Я сразу остыла, даже слегка устыдилась и увела остолбеневшую сеструху в дом. И понеслось!

Вообще-то, моя подзащитная и раньше устраивала, как папуля выражается, «рыданчества» на тему: «Да-а-а, Лялечка! Тебе-то повезло! Ты у нас красивая! У тебя нос мамин, а глаза папины! А у меня нос папин, а глаза мамины, что дает совершенно не тот эффект! Счастливая! Все лучшее себе взяла, а мне — что оста-а-а-а-ало-о-о-о-ось!» Я, конечно, сперва посмеивалась, потом вскипала, а завершалось все взаимными воплями на тему «Сама дура». Вот и сейчас: Маечка постояла-постояла, красными щеками посветила — и взорвалась, словно первомайский салют. Вначале погромыхала «нехорошими словами» в адрес той засранки, потом замолчала. Молчание было затяжным, тягостным и чреватым. Я поняла, что меня ждет и приготовилась к испытанию. Через час Майку развезло, будто осеннюю дорогу. Сестрица заползла в комнату, словно побитый жизнью ужик и засипела: «Ляль, она ведь правду говорила, да? Я прыщавая, да? Ну скажи, чего молчишь!» Ну что тут скажешь? Да, есть у Майки угревая сыпь — на мой взгляд, вполне терпимая. Но я-то знаю: подобная вещь кажется незначительной, только если у тебя ничего такого не случается. А у меня ведь тоже было.

Ох, до чего же противная штука — подростковые проблемы с внешностью! Я, например, без конца мучила мамин тюбик тонального крема и пудру — боже, сколько дорогой косметики без толку извела! Спасибо, мамуля не брюзжала, относилась с пониманием. Все годы, что длилось мое неадекватное восприятие и болезненное реагирование. Наверное, когда все прекратилось, родители вздохнули с облегчением. И вот — снова здорово. И сразу всплыли воспоминания… Причем не одни, а в компании. У меня подружка косметологией плотно занимается. А я, как вы уже догадались, — психологией Так что воспоминания пришли вкупе с полезной, хоть и несколько запоздалой информацией. Я преодолела желание удушить комплексующую сеструху и попыталась разобраться в ситуации без рукоприкладства. Одним только умственным усилием.

Дисморфофобия. Вот как это называется. Дисморфофобия. Психологическая немочь, коей страдают дети и кинозвезды. Маечка, я так думаю, относится ко второй категории. Вообще, большинство девчонок лет с 12–13 ощущают невыносимый страх, переходящий в уверенность: у меня уродливая длинноносая физиономия; вместо груди мешок с картошкой или то, что полагается мазать зеленкой; не ноги, а телеграфные столбы, причем столбы кривые; и кожа, кожа, кожа! Просто личное стихийное бедствие. Ни предугадать, ни спастись, остается одно — терпеть. Как раз то, чего организм тинейджера не имеет — терпеж и удерж.9 В этом состоянии в психике малолетки доминирует Снифф — маленький зверек, который всего боится, вечно пребывает в состоянии столбняка или мечется в панике. Снифф не уверен ни в себе, ни в окружающем мире, и нет в мире вещи, которая избавила бы Сниффа от всяких треволнений. И убедить его в том, что он, хоть и маленький, но сильный, надежный и весьма, весьма привлекательный — тоже задача практически неразрешимая.


9 Корректорам: просьба это выражение не менять.


Психологи вычислили: треть девчонок мечтает о пластической операции — да к тому же действенно мечтает — деньги ищут, в интернете рыщут, книжки читают про пластическую хирургию! А еще треть на диеты садится, причем для похудания выбирает самые травмоопасные методы, граничащие с анорексией. В принципе каждая женщина, не исключая дамочек весьма преклонного возраста, трепетно хранят в себе уже упомянутую фрекен Снорк. Правда, иногда она бывает больше похожа на фрекен Бок. Те способы, которыми женщина стремится себя продемонстрировать, зависит от ее системы ценностей. Одни ищут, о чем бы «поведать миру», другим — было бы что миру показать. Второй вариант осеняет своим крылом главным образом миловидных дам и девиц. Страшненькие предпочитают брать интеллектом. Именно неуверенность в собственных силах — в своем уме, в своей привлекательности — толкает наш пол на всякого рода «повседневный героизм» типа косметических процедур вплоть до пластических операций (а в другом случае — обделенные внешними данными штудируют Большую Британскую энциклопедию, равно как и все прочие энциклопедии, монографии, хрестоматии…). В общем, в жизни всегда есть место подвигу. Особенно, если не хватает ума держатся подальше от этого места.

Весь этот кошмар демонстративности проходит — если проходит — годам к 23–25. И лечится исключительно мужским вниманием. Дозировка не ограничена. Вот уж на самом деле, «лекарство страшнее болезни». Хотя действенное. Еще Джина Лоллобриджида отмечала: «Любовь — лучшая косметика». Ага. И лучшая метода для создания психологический зависимости или для получения психологической травмы. Тем более что мальчишки-однолетки все такие отморозки! А из дяденек постарше, всегда готовых, гм, проявить внимание к Лолиткам в стадии созревания, в нашей стране можно составить контингент зоны строгого режима — и не одной, а нескольких… десятков. Но, несмотря на многочисленность, такие кавалеры не важны и не нужны. Потому что супер-хахаль, способный вылечить растущий организм от дисморфофобии — товар другого рода.

Он не мешковатый пацан с соседней парты и, уж конечно, не лысый папик с умильным взором — это принц. Желательно невероятный, нездешний, неземной — принц, но не Датский и не, прости господи, Монакский, а киношно-литературный. Ох уж эти идеалы, созданные смертным искусством под влиянием коммерческих вливаний! На их фоне даже вполне приличные ребята выглядят уродами преестественными. Как говорил Берти Вустер миляге Дживсу примерно столетие назад: «Знаете, бывают этакие красавцы с печальным, неизъяснимым взором, с тонкими, выразительными пальцами и в сапогах для верховой езды».10 Непременные условия: элегантность, сдобренная хорошей порцией неизъяснимости с невыразимостью, а также краса немеряная плюс талант неистощимый. И если подобное чудо в сапогах спускается с небес (вариант: выпадает из седла) и обращает внимание на твою сестру — у девочки проходит подростковое недовольство собственной внешностью! «Маэстро! Урежьте марш!!», как скомандовал дирижеру варьете Бегемот, и последовал «ни на что не похожий по развязности своей марш» с «мало понятными, полуслепыми, но разудалыми словами»:


10 Цитата взята из рассказа П.Вудхауза «Дживс и старая школьная подруга». По телевидению несколько раз прошел «Дживс и Вустер» — великолепный английский сериал по Пэлему Вудхаузу.


«Его превосходительство

Любил домашних птиц

И брал под покровительство

Хорошеньких девиц!!!»11


11 М.Булгаков «Мастер и Маргарита».


Причем не он один. Привлекательная внешность привлекала не только всяких там превосходительств, орнитологов-надомников, но и куда более презентабельных ухажеров.

Я-то в Майкины годы мечтала про всех красавцев, коих доводилось узреть. Главным образом на широком экране. Если составить список моих «умозрительных», ежедневника не хватит. От Фанфана-Тюльпана до Руперта Эверетта — даром, что душка-актер гей безальтернативный. Меня, собственно, и не интересовали вкусы воображаемого предмета страсти в реальном измерении. Главное, чтоб был недосягаемо крут и неподражаемо роскошен. Я представляла себе та-а-акие картины! Нет, на сексуальные фантазии я, признаться, не расщедрилась. Скорее уж на социальные (или исторические): я и Фанфаны всех мастей на выпускном, я и они захожу к Людке, Катьке, Марке (к Людовику, к Норфолку, к герцогине Мальборо) в гости, я с ними на пикнике, на гулянье, на дискотеке (на коронации, на вручении Нобелевской, на поле Ватерлоо)… Этакое сокровище одним фактом своего присутствия должно было реабилитировать все мои фиаско, все недостатки, все проблемы. Не только дефекты кожи, но и навороты сознания в период созревания.

Вот, пожалуйста, самый что ни на есть симптом такого наворота: если никакой предмет тайного обожания всех знакомых девиц, классный парниша, в действительной жизни на тебя не западает, его надо придумать! С появлением компьютерной техники все упростилось: берешь фотку из интернета, обрабатываешь фотошопом до неземного совершенства, печатаешь на принтере, подписываешь левой рукой «Воплощенному блаженству трепещущей души моей — дарю навек вместе с неизбывной страстью. Твой котик» — и готово. Считай, что ты замужем — до первого истинного чувства. Можно врать и врать: уехал, мол, в Сорбонну, у тамошних профессоров уму-разуму учиться. Если выживет — вернется. И честным пирком да за свадебку! Главное — наворотить сорок бочек арестантов и не сбиться ни разу. Подруженьки, гадюки, тебя, разумеется, вовсю экзаменуют, а ты, словно на допросе, отпираешься и отрицаешь: да, не познакомила — вас только познакомь! Вы бы на него всем курятником насели! Да, не рассказывала — была охота перед вами исповедоваться! Да, родители не в курсе — я уже взрослая особа, отчитываться не стану!

Зачем он, спрашивается, нужен, геморрой с мнимыми хахалями? Да ведь мы, представительницы слабого (на всю голову) пола издревле хахалями соревнуемся. Качественный гардероб, качественный экстерьер, качественный интерьер и качественный амант — а лучше муж — это и есть полный-преполный набор уважающей себя, благополучной по всем статьям бабы-дуры. Заменяет все, что хочешь: индивидуальность, карьеру, счастье в труде и успехи в личной жизни. Чудная вещичка — самооценки повышения для и сохранения видимости успешности ради. И взрослые-то бабы на эту примочку попадаются — а уж малышня наивная и подавно!

Беда еще и в том, что у Майки богатое воображение (кажется, это свойство наследственное), а оно подростка только в еще большую мнительность приводит. Возникает и укрепляется уверенность, что все твои достоинства лежат во внешних обстоятельствах. В романах с отпадными мужчинками, в частности. К тому же в ее возрасте «на ура» идет всякое слюнявое чтиво с участием невыразимо длиннопалых любителей сапог для верховой езды с псевдоэротическими экскурсами типа «Он длинно и страстно обнял ее всю». Тьфу! А в результате в башке у юной библиоманки все смещается. Или вовсе отлетает в тридцать третье измерение. Она, с одной стороны, не чувствует себя достойной и обыкновенного «парня из нашего города», а с другой — меньше чем на принца с проникновенным взором и пышной шапкой кудрей не согласна. Складывается абсолютно безвыходная ситуация: требования кинематографической сверхкрасоты довлеют и над потенциальным избранником, и над нею, мечтательной бедняжкой на грани нервного расстройства. Внешность становится какой-то красной кнопкой из фильма про Джеймса Бонда: все зависит от нее, а потому она — главная и единственная цель, средство, метод и перспектива.

А в результате? Тотальная непримиримость, крепко замешанная на неуверенности в себе. Никакого снисхождения к обычным человеческим слабостям, никакого предварительного общения для взаимного узнавания, никакого психологического долгостроя и многомесячной тягомотины типа налаживания отношений. Сплошное ожидание чуда: чуда незабываемой встречи, чуда любви с первого взгляда, чуда мигом возникшего эффекта слияния душ. Максимум, на что способны девчонки, ждущие чуда — это на подготовку «благоприятных условий для встречи со своей половинкой». И практически вся подготовка лежит в сфере современной косметологии — вывести прыщи, исправить фигуру (форму ног, носа, ушей), покрасить волосы в золотистый цвет, а глаза — в желтый. Или в фиолетовый. Аэлиты несчастные.

Что, вообще, может предложить ученица какого-нибудь десятого «А» неземному придурку, у которого три имени вместо одного, куча хобби, связанных с лошадьми и яхтами, а вместо прошлого — сплошные разочарования в женской неверности (несмотря на все его достоинства, этого принца постоянно бросали гордые, подлые и страстные любовницы — и хотя одно это должно было послужить поводом к размышлению для бедной дурочки, но увы!)? Ответ напрашивается сразу: свою непреходящую верность, свою необозримую чистоту и круглосуточную свежесть, но главное — еще один пример красоты выдающейся. Как писал один американский журналист по имени Генри Луис Менкен: «Любовь — это торжество воображения над интеллектом». Хорошо сказано! И вот, подстрекаемая шулерскими приемами воображения, дурнушка готовится к участи всех Золушек: ко встрече с имиджмейкером, желательно, обладателем волшебной палочки. Ну, пусть он будет не совсем волшебник, а всего-навсего хороший мальчик, который сочиняет плохие стихи, но которому дружба помогает делать настоящие чудеса! Лишь бы сработал как надо: преобразил, усовершенствовал, обул и к принцу на бал отвез.

А пока вся эта лабуда в перспективе, соплячке ничто не мило: ни отражение в зеркале, ни окружение в реальности, ни радости в повседневности. Черно-белое кино про сталеваров, а не жизнь. На что наша Синдерелла ни взглянет — кругом серость и мерзость. Бедная моя сестрица! Но в одном ей повезло — у нее такая грамотная родня! Мы, по крайней мере, не позволяем себе благоглупостей вроде: «Ничего, деточка, прыщики и полнота пройдут, как только начнешь жить половой жизнью». Если нашему папульке ненароком сообщить, что Майка задумала зажить половой жизнью согласно медицинскому заключению, он всему медперсоналу в городе бошки поотрывает! И правильно сделает. Обычно врачи и родичи именно такими фразами загоняют подрастающее поколение в угол безысходности. Дескать, ты, любимое чадо, соглашайся на какого попало партнера, пока ты еще «некондишен малолетний» — поживешь с первым, кто и на прыщавую толстушку западет, подлечишься, а там и принц подвалит. Лет через — надцать. От подобной участи и заболеть недолго. Ну никакой деликатности в отношении подрастающего поколения! И дальновидности тоже никакой.

Удивительно, до чего люди забывчивы! И вдобавок плохо образованы. Кажется, они или телик не смотрят, или не видят, что там показывают — всякие там бибиси, дискавери и прочие образовательные программы на тему дикой природы. Там все очень доступно разъяснено. Ведь не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: человек в детстве (а кое-кто — вплоть до самой старости) ориентируется на инстинктивное поведение. Ну, не отличается он от представителей дикой природы. Нечем ему отличаться — интеллектуальных кладезей покуда не накопил. И, грубо говоря, молоденькая самочка выбирает самца по роскошному оперенью, развесистым рогам и трудному гласу. Человеческие детеныши юного возраста поступают в том же духе. Девица лишь когда подрастет, тогда и допетрит: рога, перья, песни и танцы есть примитивные примочки и приманки. Под ними ни натуры, ни мозгов, ни хрена. Может, допетрит, а может, и нет. Не всем дано.

В любом случае, предлагать малышне, вступающей на скользкий путь полового размножения, удовольствоваться чем бог послал — самое последнее дело. Воплощенный идиотизм. Впрочем, чего и ждать от взрослых с их снисходительным склерозом. Ну не помнят они собственных подростковых амбиций! И оттого в массе своей полагают, что детские фобии и комплексы вполне излечимы добрыми увещеваниями в духе: «Подожди, походи страшилкой, потрахайся с отморозками-однолетками, а еще лучше — похорони мечты о собственном принце и о собственном преображении знаешь где?» Психологи, маму их в Закопане.

Нет, пока в женской натуре бушует кокетка фрекен Снорк, успокаивать ее нотациями или предлагать альтернативные варианты: подумай об учебе, о поступлении в институт, пойди на курсы вязания — это тебя отвлечет, а там, глядишь, и угревая сыпь сойдет на нет. Маразм. Лично у меня все подобные предложения вызывали — да и сейчас вызывают — глубокое отвращение. Хочется, соответственно, отправить чирикающую идиотку на курсы кулинарии, домоводства, кройки и шитья — авось таким образом она избавится от целлюлита, от кариеса, от седины, от морщин и от мочекаменной болезни. Ах, не-е-ет? Тогда какого черта вместо того, чтобы лечить подростковые проблемы с кожей, эти тетки норовят сделать вид, что нет никаких проблем, переждать норовят, запустить болячку? Сейчас, главное, поставить диагноз, да подобрать диету и режим. А лет через десять придется лечить все подряд — кожу, психику, несчастливую личную жизнь и загаженную карму.

Я, конечно, не очень-то нуждаюсь ни в чужом мнении, ни в дурацких советах, а вот Майка… Как и все девчонки ее возраста, она ищет свое отражение в глазах окружающих. Сама себя она пока оценить не может, да и трудно оценить все, что растет и поминутно меняется. Сама Кассандра сейчас не напророчит, какое будущее ждет сегодняшних тинейджеров. Старые системы, устои, стандарты если не рухнули, то изрядно поизносились. Похоже, крошке сыну пора опять подваливать к папаше с вопросом «Что такое «хорошо» и что такое «плохо»?» Какие качества сегодня «в цене», какие образцы в ходу, какие социальные нормы в фаворе — и непонятно, и тем более трудно прогнозировать. Мы живем по инерции, используя старые правила — это касается вообще всех лиц, обремененных высшим образованием, но не обремененных опытом работы. Конечно, квартет «аттестат-абитура-диплом-аспирантура» греет душу молодежи. Но даже молодежь понимает: жизнь начнется за пределами этих рамок. То есть этих бумажек, вставленных в рамочки. Работа, карьера, семья — все лежит за пределами дипломов-аттестатов. И тем более красота, здоровье, успехи в личной жизни и счастье в труде. Так что своеобычные благоглупости на тему «трудись — и да обломится тебе» будем пресекать. Сейчас у Майки формируется самооценка. Если ее убедить, что на внешность лучше плюнуть и всю себя посвятить интеллектуальной деятельности, через двадцать лет мы получим старую деву с запретом на секс, с недописанной диссертацией, с нереализованными амбициями и с тайной — или не слишком тайной — обидой на несовершенство мироздания.

Психология bookap

Все. Будем действовать нетрадиционными методами. Шаг первый: созваниваемся с косметологически-образованной Мулькой, у которой маманя работает в соответствующем заведении. Шаг второй: уговариваемся с хорошим, умелым специалистом, не имеющим дурной привычки к утешительному словоблудию на тему спонтанной стабилизации половых гормонов. Шаг третий: берем мою сопливую дуреху Маюху под мышку и везем к специалисту. Шаг четвертый: выясняем причину гормонального дисбаланса. Наверняка сестрица ест не то, моется не тем, поры не чистит, а за ушами у нее можно картошку разводить. Плюс витамины, бифидобактерии, скраб, очиститель, увлажнитель и все, чем некогда пользовали меня. Время пришло. Не дай сестре засохнуть!

Вдобавок все сладкое, жирное и острое достанется мне! А Майке-обжорке — дулю! Пускай морковку лопает и верит в светлое будущее. Господи, какая я добрая и великодушная! Просто Деларю какая-то! В смысле, какой-то.