Глава 18. Суфизм и исламская традиция.


. . .

Основные понятия.

Суфизм описывался как путь познания, а также путь любви. Как всегда, когда дело касается мистицизма, этот путь ведет и к переживанию духовных состояний, которые выходят за пределы нашего ограниченного состояния бодрствования. Люди, пережившие подобные состояния, описывают их как глубокое знание, связь с истиной.

Познание.

В "Книге Познания" ("The Book of Knowledge", 1966) Газали разделяет знание на две категории: ущербное знание и полезное. Ущербное знание не стремится к пониманию нашей духовной сущности или тормозит его. Суфизм традиционно рассматривал обычную учебу как нечто противоположное истинному познанию, и пройденный путь официального обучения сделал Газали особенно чувствительным к его ограниченности. Согласно Газали, три составляющих элемента учебного процесса ограничивают нашу способность к познанию. Логика ограничена, особенно в оценке духовных вопросов, поскольку обычно препятствует изучению чего-то необычного или информации, которая представляется противоречивой. Философия не считается с реальной ситуацией и сама себя ограничивает, поскольку не проверяет правильность своих выводов в реальности. Академическое знание - это тщеславное знание напоказ; оно ущербно, выставляя себя единственно возможной дорогой к знанию.

Полезное знание помогает личностному росту. Самой важной формой полезного знания является непосредственное знание, его нельзя описать, но можно пережить на собственном опыте. Ибн аль-Араби называл это знанием реальности. Обладая этим знанием, "человек может осознать, что правильно, что есть истина, выходящая за пределы мысли и ощущений" (Shah, 1970 а, р. 78). Сочинения суфиев и занятия суфизмом дают описание путей, которыми поколения суфийских наставников вели своих учеников, чтобы те смогли получить непосредственное знание в соединении с интуитивным пониманием. Развитая интуиция выходит за пределы разума и, следовательно, может помочь понять и интегрировать явления, которые отверг бы любой разум.

"Осел с грузом книг - это все тот же осел" (арабская поговорка).

Как говорится в одном из высказываний пророка, если вы духовно не изменились в течение двух дней, вы потеряли время. Мы должны учиться мудрости и становиться мудрее день ото дня; каждый день мы должны становиться лучше, чем были накануне.

Четыре стадии суфизма.

Ибн аль-Араби писал, что практика суфизма и его понимание имеют четыре стадии: шариат (экзотерический религиозный закон), тарикат (мистическая тропа), хакикат (истина) и марифат (gnosis) (Ozak, 1988). Три последних построены на предшествующей стадии или нескольких стадиях.

Первая - шариат - является фундаментом для трех последующих стадий. Шариат состоит из учений морали и этики, которые можно найти во всех религиях. Шариат помогает понять, как достойно жить в этом мире, пытаясь следовать суфизму.

Не следуя шариату, подобно попыткам построить дом на фундаменте из песка. Без упорядоченной жизни, основанной на солидных моральных и этических принципах, не может процветать какой-либо мистицизм. В арабском языке шариат означает "дорога". Это ясная дорога, хорошо проторенный путь, которым может следовать каждый.

Вторая стадия - это тарикат, которая относится к практическому суфизму. Тарика - это тропа в пустыне, следуя которой бедуины могут переходить от одного оазиса до другого. Эта тропа нечетко обозначена, ее даже не видно. Для того чтобы найти ваш путь в этой пустыне без дорог, вы должны хорошо знать местность или иметь проводника, который знает, куда идти, и которому хорошо известны местные ориентиры. Если шариат относится к внешним ритуалам религии, тарикат отражает духовную сущность суфизма. Проводник, который вам нужен, чтобы найти путь, - это наставник суфий или шейх. Шариат делает окружающее ясным и привлекательным, тарикат помогает нам стать ясным и чистым душой. Шариат и тарикат поддерживают одна другую.

Третья стадия - это хакикат, или истина. Она относится к личному пониманию каждым человеком духовного значения тех практических и руководящих советов, которые содержатся в шариате и тарикате. Без такого понимания мы обречены бродить в темноте, механически подражая тем, кто действительно обладает знанием, тем, кто обрел состояние хакиката. Обретение хакиката подтверждает правильность и укрепляет практику двух первых стадий. До хакиката все практики - имитация.

Четвертая стадия - марифат, или gnosis, - это глубокий уровень духовного знания, выходящего за пределы хакиката. Это знание реальности, полученное немногими посланниками, пророками, а также великими мудрецами и святыми.

Ибн аль-Араби объяснял эти четыре стадии следующим образом: на уровне шариата есть "твое и мое". Таким образом, шариат защищает права индивида и регулирует этические аспекты взаимоотношений между людьми. На стадии тариката "мое - это твое и твое - это мое". Дервиши должны обращаться друг с другом как братья и сестры: открыть свои дома, свои сердца и свои кошельки друг для друга. На уровне хакиката "нет ни моего, ни твоего". Индивид понимает, что все сущее от Бога, а мы всего лишь сторожа всего, чем "обладаем". Мы должны использовать возможности, данные нам Богом, чтобы приносить пользу его творению. Люди, которые обрели хакикат, избавились от желания чем-то обладать, владеть чем бы то ни было, у них нет привязанности ко всему внешнему, включая славу и положение в обществе. Для тех, кто достиг стадии марифата, "нет ни меня, ни тебя". На этой финальной стадии индивид узнает, что все есть Бог, что нет ничего и никого отдельного от Бога. Это конечная цель суфизма.

То, что вполне закономерно на одном уровне понимания, может быть незакономерным на другом. Например, для шариат требуется соблюдать только внешние ритуалы поста. Однако, согласно тарикату, одной из главнейших причин необходимости поста является развитие самодисциплины и контроль своего эго. Если человек, строго соблюдающий пост, гордится собой - это шариат, но будет считаться недостатком на стадии тариката.

В качестве примера приведем еще одну известную историю, случившуюся с Мансуром аль-Халлаем (Mansur al-Hallaj), которого убили за то, что он во всеуслышание заявлял: "En al Hagg" - "Я есть истина". Одним из 99 атрибутов Бога является его истинность, а согласно шариату, людям строго запрещается называть себя Богом (говорить о своей Божественности). Традиционным наказанием за такую выходящую за пределы дозволенного ересь была смерть. Однако, согласно хакикату, каждый из нас имеет глубоко в душе нечто Божественное и каждого человека следует почитать как Божий храм. Джунаид Багдади (Junaid Baghdadi), когда его спросили, что он думает о Мансуре, ответил: "Что же ему следовало сказать? Я есть ложь?". Возможно, если бы Мансур достиг последнего уровня марифат, он сумел бы говорить правду таким образом, что смог бы избежать обвинения в ереси.

Для размышления. Ключ и свет

В этой главе мы приведем несколько поучительных историй, рассказанных учителями-суфиями, которые ставили своей целью не только развлечь слушателей (или читателей). Здесь приводится одна очень известная история, а также некоторые варианты того, как можно с ней работать (пересказано из Ornstein, 1972).

Один человек наблюдает за Насреддином, который что-то ищет на земле.

"Что ты потерял, мулла?" - спросил человек.

"Мой ключ", - ответил мулла.

И они оба опустились на колени и стали искать ключ.

Через некоторое время человек спросил: "Где точно ты выронил его?"

"В моем доме".

"Тогда почему ты ищешь здесь?"

"Здесь больше света, чем внутри моего дома".

Эта шутка популярна не только в суфизме, но и в американском мюзик-холле. Начав работать с ней, вы поймете, что это не просто смешная история про простака и в ней скрыто нечто большее.

Прочитайте этот рассказ несколько раз. Теперь представьте, что вы отчаянно ищете что-то. Подумайте, как бы вы ответили на такие вопросы:

1. Что вы ищете? (Пусть у вас сформируется ответ, неважно, насколько этот ответ будет необычным.) Где вы ищете? Достаточно ли там света? Какие ассоциации пробуждают у вас эти вопросы? Что вы теперь чувствуете?

2. Теперь подумайте о ключе. От чего этот ключ? Какой "ключ" необходим сейчас в вашей жизни? (Опять дайте сформулироваться ответу, образу или идее; не торопитесь.)

3. Теперь скажите себе: "Я потерял мой ключ". Какие ассоциации пробуждает в вас это утверждение?

4. Теперь скажите себе: "Мой ключ в моем собственном доме". Какие мысли и чувства у вас возникли?

5. Теперь сложите вместе всю вашу историю: "Я ищу мой ключ, который, как мне известно, на самом деле находится в моем собственном доме, в местах, где, я знаю, этого ключа нет, но где больше света". Поразмышляйте еще над этой историей.

В дополнение к личным ассоциациям, которые может вызвать эта история, я предлагаю еще одну... Две области разума противостоят одна другой: свет, или "день", и тьма, или "ночь". Ключ внутри дома, в темной, неисследованной части дома, разума или науки. Обычно нас привлекает и слегка ослепляет свет дня, поскольку при дневном свете легче искать потерянные предметы. Но то, что мы ищем, может просто быть в другом месте, и часто мы вынуждены на ощупь неуклюже шарить во тьме, чтобы найти потерянное. Когда мы наконец найдем то, что ищем в темноте, мы можем затем перенести это на свет и синтезировать все стороны разума (Ornstein, 1972, р. 174-175).

Растворение и возвращение.

Суфии описывают два высших состояния сознания: растворение и возвращение. Первое состояние единения, или растворения, - фана, в котором идентичность индивида сливается со всем сущим. В этом состоянии человек не воздвигает барьеров между собой и Богом, потому что совершенно ясно, что на самом деле никаких барьеров не существует. Человек становится подобным капле воды, которая сознает, что является частицей океана, или струе воздуха, сознающей себя частью ветра.

"Из-за того, что кто-то придумал слово "волна", должен ли я отделять ее от воды?" (Kabir, 1977, р. 29).

Второй вид высшего сознания - это состояние возвращения, или устойчивости, - бака, пребывая в котором, каждый является частицей вселенной, но не интересуется собственным положением в мире или благами. Осознанность Божественного элемента во всем сущем проявляется столь сильно, что личные цели представляются чем-то вторичным и неважным по сравнению с заботой о творении Господа (Arberry, 1966, р. 131-145; Ibn 'Arabi, 1981). Индивид пребывает в мире, но отделяет себя от всего сущего.

"Я смеюсь, когда слышу, что рыба в воде испытывает жажду" (Kabir, 1977, р. 9).

Следующая история, которую мы здесь приведем, показывает могущество человека, который осознал как фана, так и бака, который одновременно ощущает себя как все и ничто.

"На придворном пиру все сидели соответственно своему рангу в ожидании султана. Вдруг в зал вошел какой-то бедно одетый человек и занял место, предназначенное для персоны более знатной, чем кто-либо из присутствующих. Премьер-министр рассерженно потребовал, чтобы этот человек назвал себя.

"Ты визирь какого-нибудь султана?"

"Нет, мое положение выше, чем у визиря".

"Ты премьер-министр?"

"Нет, я выше и премьер-министра".

"Ты переодетый султан?"

"Нет, мое положение еще выше".

"Тогда ты, должно быть, пророк?" - саркастически предположил премьер-министр.

"Нет, мое положение даже выше, чем у пророка".

Премьер-министр закричал: "Тогда ты Бог?"

"Я еще выше", - спокойно заявил человек.

"Что может быть выше Бога? Ничто!"

Незнакомец сказал: "Теперь ты узнал меня. Я и есть ничто"" (Пересказ старых преданий).

Можно сказать, что по сути суфизм является тропой самопреображения, заканчивающейся в фана и бака. Арастех (Arasteh) и Шейх (Sheikh) описывают фана и бака с помощью психологических терминов. Фана - это распадение узкого понятия интеллекта. Бака - это реинтеграция универсального "я", или активация целостности индивида.

Любовь.

Согласно Газали, знание в конце концов приводит к любви. А любовь подобным же образом ведет к мудрости. Для Газали и то и другое - одно, только подходы разные. По той и другой тропе следовали различные учителя-суфии. Путь знания наиболее ясно описан Газали, а тропа любви - персидским поэтом Руми (Rumi, 1207-1273).

"Что видит глаз - это знание.

Что знает сердце - то несомненный факт" (Dhun'nun in: Shah, 1971 а, р. 195).

С точки зрения Руми, любовь - единственная сила, способная преодолеть границы реальности, различие знаний, изолированность обычного сознания. Для него любовь не была чувственным удовольствием. Ее правильнее описать как любовь ко всему сущему, к творению Господа. Любовь - это постоянно расширяющаяся способность любить, достигающая своей высшей точки в ощущении уверенности, в узнавании того, что в мире или в духе нет ничего, что не было бы одновременно любимым и любящим.

"Ты придумал это "я" и "мы" для того,

Чтобы играть в игру обожания самому с собой,

Чтобы все эти "я" и "ты" смогли стать одной душой

И наконец слились бы с Возлюбленным." (Rumi in: Arasteh, 1972, p. 146).

Восприятие Бога как Возлюбленного, общее как для христианских, так и для суфийских литературных произведений, имеет корни в мистических переживаниях. Когда вы направляете свою энергию на любовь к Богу, вы чувствуете ответную любовь. Это как в личных отношениях, когда любовь усиливает или пробуждает любовь в другом человеке. Согласно старинной суфийской мудрости, если ты делаешь два шага к Богу, он бежит к тебе.

Современный учитель суфизма пишет: "Сущность Бога в любви, и тропа суфиев - это тропа любви... Любовь заключается в том, чтобы видеть во всем хорошее и красивое. Это означает учиться у всего и всех, во всем видеть дары Бога и щедрость Бога. Это значит быть благодарным Богу за все, что он дает" (Ozak, 1987, р. 7).

Психология bookap

"Глаза дервиша, который воистину любит, ничего не видят, кроме Бога; сердце его никого не знает, кроме Него. Бог - это глаз, которым он видит, рука, которой он может что-то держать, и язык, которым он разговаривает... Если бы дервиш не любил, он бы умер. Если бы любовь покинула сердце дервиша всего на один миг, дервиш не смог бы жить. Любовь - это жизнь дервиша, его здоровье, его утешение. Сначала любовь губит дервиша, заставляет его рыдать, но единение с Богом, подобно брачному союзу с возлюбленной, возвращает его к жизни, и сердце дервиша расцветает" (Ozak, 1981, р. 60-61).

Когда, следуя тропой любви, мы доходим до определенной точки, Бог начинает помогать нам, приближая нас к себе. Когда это происходит, мы перестаем прилагать какие-либо усилия, а просто подчиняемся его воле, позволяя себе получать помощь и чувствовать свое единение с Господом.