_Д_

Дауна синдром (монголизм) (Down syndrome (mongolism))

Д. с. вызван лишней хромосомой № 21, и потому др. название этой болезни - трисомия по хромосоме 21. В основе появления этой лишней хромосомы чаще всего лежит нерасхождение хромосом в процессе мейоза: при образовании гамет из родительской клетки с 46 хромосомами вместо 2 дочерних клеток, получающих по 23 хромосомы каждая, появляются 2 клетки, одна из к-рых получает 24, а другая - 22 хромосомы. Яйцеклетка с 24 хромосомами в случае оплодотворения производит клетку с 47, а не с 46 хромосомами, из к-рой, в конечном итоге, развивается ребенок с Д. с. Число случаев нерасхождения хромосом неуклонно растет с возрастом матери. У матерей моложе 30 лет на 1500 родившихся детей приходится 1 ребенок с Д. с., тогда как у матерей старше 45 - уже на 65 родившихся.

Основной симптом этой хромосомной аномалии - низкий интеллект. Большинство людей с Д. с. находятся на уровне резко выраженной умственной отсталости (имбецильности), с IQ около 30. Лишь у немногих оценки интеллекта соответствуют уровню слабо выраженной отсталости и, еще реже, пограничному уровню.

Существует множество морфологических признаков, позволяющих распознавать эту болезнь уже в начале жизни ребенка: общая гипотония мышц в младенчестве; восточный разрез глаз (из-за к-рого расстройство получило название "монголизм"); небольшой череп с уплощенным затылком; утолщенный, складчатый (с поперечными бороздами) язык; приземистая фигура; укороченные, похожие на обрубки пальцы и атипичное расположение складок на ладонях. В добавление к этому, у мн. детей с Д. с. встречаются врожденные пороки сердца и пониженная сопротивляемость респираторным инфекционным заболеваниям (пневмонии), и до изобретения антибиотиков лишь незначительная часть таких детей доживала до взрослости.

При Д. с. развитие обычно идет замедленными темпами и кривая умственного возраста может набирать "предельную" высоту вплоть до достижения больным 35-40-летнего возраста. Хотя люди с Д. с. существенно отстают в моторном, речевом и половом развитии, они часто достаточно развиты в соц. плане, по крайней мере, по сравнению с др. категориями умственной отсталости. В целом, они отличаются живостью натуры, готовы к сотрудничеству, дружелюбны, ласковы и легки в общении.

Хотя Д. с. неизлечим, новый метод амниоцентеза позволяет делать анализ хромосом плода. При обнаружении Д. с. родители могут принять решение об аборте.

См. также Хромосомные нарушения, Наследственные болезни, Умственная отсталость

М. Р. Денни

Двигательная терапия (movement therapy)

Д. т. представляет собой форму психотер., осн. на допущении существования прямых и реципрокных отношений между душой и телом. Нарушения двигательных функций и дыхания рассматриваются в качестве отражения нарушений психики и гомеостаза всего организма. Так как физиолог. и психич. деятельность доопределяют друг друга, Д. т. - это психотерапевтический подход, к-рый нацелен на снятие как мышечной зажатости и напряжения мышц, так и психич. сопротивления.

Диагностика, обследование и лечение направлены на снятие ограничений в подвижности, спонтанности и свободы с помощью движений и двигательной интеракции. Целью для каждого является обнаружение всей полноты собственных ресурсов и творческого потенциала.

Д. т. практикуется в качестве главного или вспомогательного метода лечения в стационарах, амбулаторных мед. учреждениях, в частной практике и в образовательных учреждениях. Метод с успехом используется как в терапевтических группах, так и в группах личностного роста.

См. также Музыкотерапия, Невербальные терапии, Психотерапия

Д. Г. Икстейн, С. Ф. Уоллок

Движение Кэмпхилл (Camphill movement)

Д. К. представляет собой международную сеть терапевтических сообществ, включающих школы для детей с психич. и эмоциональными проблемами, училища интернатного типа для молодежи и деревни для взрослых. Первая кэмпхиллская школа для детей, нуждающихся в специальном уходе, была осн. Карлом Кёнигом в 1940 г. в шотландском городе Абердине. Кёниг исходил из того, что жизнь вместе с "инвалидизированными" людьми окажется для "нормальных" в чем-то полезной. В его представлении "тремя большими ошибками" современности являются агностицизм, дарвиновское понятие "естественного отбора" и психол. теория измеряемого интеллекта.

Школы Кэмпхилл

Школы Кэмпхилл ставят целью воспитание детей в соответствии с их потенциальными возможностями. Проблемой детей инвалидов часто является то, что физ. деформации или несовершенства тела препятствуют их духовному росту или физ. развитию. Дети находятся в школах в домашней обстановке вместе с персоналом, к-рый живет там со своими семьями. Работа идет не по сменному расписанию, и персонал обычно не получает зарплаты. Их потребности удовлетворяются, пока они - члены сообщества. Экономические предпосылки исходят из представления Штайнера о том, что при здоровой соц. жизни люди работают потому, что любят свою работу и находят ее саму по себе вознаграждающей. В свою очередь, члены сообщества считают, что вправе рассчитывать на материальную поддержку.

Деревни Кэмпхилл

Деревни Кэмпхилл имеют целью помочь родителям, к-рые хотят, чтобы их дети-инвалиды вели социально значимую жизнь. Первая деревня Кэмпхилл 6ыла осн. в 1954 г. в усадьбе, подаренной издателем У. Э. Макмилланом, когда правительство США отказало его умственно отсталому сыну в эмиграции в Америку для вoccoединения с отцом.

Жители деревни имеют по возможности те же нрава и обязанности, что и персонал.. Задолго до появления Движения за права потребителей жители деревень Кэмпхилл участвовали в комитетах по управлению коммунальными службами и принимали участие в соц. и культурной жизни деревни.

Д.К. наиболее признано в Великобритании, где оно появилось и стало наиболее распространенной частной сетью учреждений, предоставляющих услуги лицам с особыми потребностями, получая наибольшее количество наград за качество обслуживания. За время, прошедшее с момента возникновения, эта сеть выросла во всемирное движение, охватившее Африку, Южную Америку и США.

См. также Антропософия, Вальдорфская педагогика

Т. Г. Поплавски

Движения глаз (eye movements)

Глаза почти всегда находятся в движении. Самому человеку кажется, что окружающий мир относительно неподвижен, а глаза движутся произвольно, но это не так. Даже когда мы пытаемся фиксировать взгляд на предмете или картине при их внимательном рассматривании, глаза прекращают выполнять размашистые движения всего на 250-300 мс, а мелкие движения продолжаются даже в этот период относительной неподвижности. В общем, Д. г. выполняют функцию обеспечения новой информ. центрального, или фовеального, зрения, чтобы рецепторы не адаптировались и не прекращали передавать информ. в зрительную кору. Нек-рые Д. г., в частности мелкое дрожание, объясняются мышечным напряжением плотной мускулатуры, обслуживающей зрительную систему.

Каждое глазное яблоко сохраняет свое положение в орбите и приводится в движение с помощью шести мышц. Анатомически глазные мышцы образуют три пары. Медиальная (назальная) и латеральная (височная) прямые мышцы обеспечивают горизонтальные Д. г. вокруг вертикальной оси. Верхняя и нижняя прямые мышцы составляют эффективную пару комплементов для обеспечения вертикальных Д. г., а тж содержат горизонтальный и вращательный элементы, делающие возможным косонаправленные Д. г. Нижняя и верхняя косые мышцы располагаются под углом друг к другу и контролируют вращательные движения совместно с верхней и нижней прямыми мышцами. Глазные мышцы не только обеспечивают значительную широту движений. Благодаря их плотности, на единицу веса подвижных органов приходится больше мускулатуры, чем это имеет место для любой др. структуры тела. Следствие этого - высокая скорость Д. г., устойчивость глазных мышц к динамическим нагрузкам и их способность быстро восстанавливать свои функции после утомления.

Обычно Д. г. совершается сопряженно, или параллельно. Единственное исключение - система вергентных движений: при рассматривании близких предметов происходит конвергенция глаз (сведение зрительных осей за счет поворота глазных яблок навстречу друг другу), а при переводе взгляда на более удаленные предметы происходит дивергенция глаз (разведение зрительных осей за счет отведения глазных яблок кнаружи от средней линии тела). И в том, и в др. случае глаза движутся в противоположных направлениях. Д. г. подразделяются на схватывающие, удерживающие и мелкие.

Схватывающие движения направлены на поиск и фиксацию стимула. Осн. движением этого типа является быстрое скачкообразное Д. г. - саккада. Ежедневно совершается приблизительно 230 000 саккадических Д. г. В общем, чем больше Д. г., тем с большей скоростью оно совершается: при углах вращения глаза в 5° и меньше скорость движения составляет примерно 200°/с, а более крупные саккады в 100° и более могут достигать скорости, превышающей 700°/с. Вместе с тем, 85% саккадических движений глаз ограничены 15°. Считается, что это баллистические движения: раз начавшись, они должны достичь мишени, прежде чем инициируется следующее движение и направление изменится. Саккады, по-видимому, чувствительны и адаптируемы к когнитивному входу и к мишени или насыщенности зрительной сцены. Маловероятно, что последовательные саккады произойдут в промежуток времени меньше 150 мс, поскольку зрительной системе требуется около 50 мс на программирование саккады в процессе фиксации, от 20 до 30 мс - на выполнение саккадического движения и 50 мс - на восстановление четкого восприятия. Во время чтения саккады организованы в относительно упорядоченную последовательность, однако во время визуального поиска или разглядывания объектов они возникают без всякой системы.

Быстрая фаза оптокинетического нистагма тж относится к схватывающим движениям. Когда чел. следит за вращающимся полосатым барабаном или кружится на карусели, через определенные интервалы происходит резкий скачок глазного яблока с фиксацией взгляда на новом и обычно несколько смещенном назад (относительно вращения) элементе барабана или визуальной сцены.

Удерживающие движения направлены на сохранение схваченной сцены или предмета в области нейтрального (фовеального) зрения. В настоящее время выявлены три вида таких движений. Вестибулярные движения происходят в тех случаях, когда вестибулярная система внутреннего уха дает по цепи обратной связи команду глазодвигательной системе удерживать взгляд на мишени независимо от движений головы. Тихое преследование, слежение или медленная фаза нистагма - примеры удерживающего движения, при к-ром глаза следуют за движущимся стимулом. Если скорость движения стимула нарастает слишком быстро, инициируются корректирующие саккады, обеспечивающие повторный захват движущегося стимула для продолжения слежения за ним до тех пор, пока не будет достигнут следующий критический уровень корректировки. Вергентные движения тж относятся к удерживающим, но выполняются они рассогласованно (глаза движутся в разных направлениях). К осн. вергентным движениям относятся конвергенция и дивергенция, проявляющиеся в виде перекрытия зрительного поля. Вергентные движения можно продемонстрировать с помощью карандаша, удерживаемого прямо перед собой на расстоянии вытянутой руки от глаз: сгибая руку в локте и приближая карандаш к носу, мы вызовем конвергенцию, а удаляя карандаш от носа - дивергенцию глаз. Эти движения произвольны. Они совершаются медленно и обычно имеют малую угловую величину.

Третья группа чрезвычайно мелких движений известна под названием физиолог. нистагма. Эти движения накладываются на более крупные движения и фиксации, обсуждавшиеся выше, и, по-видимому, имеют сходное происхождение, однако их назначение выяснить пока не удалось. Мелкий тремор имеет медианную амплитуду около 17 угловых секунд, а его частота составляет от 25 до 125 колебаний в секунду. Медленный дрейф происходит с амплитудой от 2 до 5 угловых минут и средней скоростью от 1 до 5 угловых минут в секунду. Это можно наблюдать, поместив небольшой источник красного света в темной комнате. Фиксация взгляда на этом источнике света создаст впечатление его движения по комнате. Микросаккады, или рывки, являют собой др. вид физиолог. нистагма. Они имеют амплитуду от 1 до 20 угловых минут и предельную скорость около 10°/сек. Строгие эксперим. исслед. показали, что мелкие движения физиолог. нистагма не играют существенной роли в повышении остроты зрения.

Два независимых исследователя - Басуелл и Тинкер, работавшие в период с 1920 по 1940 гг., внесли решающий вклад в наше понимание процесса чтения и рассматривания картин. Говоря коротко, они продемонстрировали, что длина саккад и продолжительность фиксации зависят от типографских параметров, контекста и трудности самого текста. Значение придавалось большей специфичности тех частей слов, на к-рых заканчивались Д. г., и приспособляемости Д. г. к изменению динамических отношений между предложениями в отрывках текста, в зависимости от способностей читающего к когнитивной обработке информ. (напр., в зависимости от субъективной важности того или иного участка текста). За прошедшее время появились более удобные средства регистрации Д. г., в том числе имеется возможность делать это незаметно для испытуемого. Это позволяет точнее оценить естественное поведение с минимальными ошибками. Регистрация Д. г. применяется при изучении поведения водителей, пилотов, наблюдающих за показаниями приборов и земными объектами, проявлений психопатологии и недостаточной специфической обучаемости, а тж во множестве др. областей исслед.

На протяжении почти 100 лет внимание экспериментаторов было направлено на доказательство правильности одного из четырех предположений о целях Д. г. Во-первых, благодаря Д. г. осуществляется функция зрения: в их отсутствие рецепторы адаптируются и зрительные сцены становятся менее яркими. Во-вторых, Д. г. и фиксации взгляда играют роль в восприятии зрительных образов: по-видимому, они реализуют психомоторную программу, имеющую прямое отношение к рассматриваемой сцене или картине. В-третьих, Д. г. и фиксации взгляда м. б. подчинены восприятию: поскольку фиксации происходят на тех участках зрительного поля, к-рые наиболее информативны, напр. на контурах, объектах и затенении, предполагается, что общее семантическое содержание задает паттерн Д. г. В-четвертых, последовательность Д. г. может служить средством кодирования, хранения и последующего реконструирования промежуточных ретинальных изображений деталей, обнаруженных на картине или в сцене: каждый индивидуум имеет собственный уникальный паттерн Д. г., к-рый отражает его интерпретацию данной сцены. Не исключена возможность, что каждая из этих альтернатив верна в тот или иной момент времени.

См. также Биологические ритмы

Д. Ф. Фишер

Двойная связь (double bind)

Понятие Д. с. характеризует устойчивый стиль коммуникации, ставящий ее жертву в тяжелое, мучительное и "безнадежное" положение. Это происходит потому, что, во-первых, на разных уровнях коммуникации предъявляются различные, противоречащие друг другу требования, а во-вторых, жертва лишена возможности выражать свое отношение к Д. с. или самоустраниться от взаимодействия. Поскольку впервые Д. с. была выявлена во взаимоотношениях взрослых, больных шизофренией, со своими семьями, считалось, что она имеет причинно-следственную связь с шизофренией, лишая больных способности получать в результате коммуникации ясные по смыслу сообщения и принимать участие в соц. взаимодействиях.

Группа клиницистов и ученых под руководством Бейтсона впервые применила теорию коммуникации в области охраны психич. здоровья, в частности для семейной психотер. Данная работа подтвердила наличие процессов гомеостаза и поддержания стабильности, действующих как в рамках семьи, так и во внутренней среде индивидуума, регулирующих функционирование и способствующих сохранению их жизнеспособности. В семьях эту функцию выполняет коммуникация.

Один единственный сложный коммуникативный акт может содержать множество сообщений, относящихся к различным логическим типам, по Бертрану Расселу, и часто включает разные модальности, к-рые могут противоречить друг другу или подкреплять друг друга. Агрессивный смысл сообщения можно смягчить, напр., соотв. движениями, позой или тоном, выражающими, что "все происходящее - шутка". Более того, смысл сообщения может сильно зависеть от окружающей обстановки или опыта прошлого взаимодействия участников коммуникации.

Коммуникационный подход подразумевает, что каждое вступление сторон в коммуникацию включает сообщение, предлагающее или подтверждающее тот или иной характер взаимодействия, а тж ответное сообщение, в к-ром данный характер взаимодействия может быть принят, модифицирован или отвергнут. Яростные перепалки подростков со своими родителями зачастую не имеют ничего общего с явным содержанием спора, а скорее отражают происходящие в их отношениях изменения, с к-рыми не согласна та или др. сторона.

Способность расшифровывать смысл коммуникативных актов требует специального научения, зачастую невербального, особенно при наличии явных противоречий между уровнями коммуникативного сообщения, как в случае, когда бранные слова произносятся со смехом. Когда смысл сообщения не очевиден, люди научаются переходить на более абстрактный уровень и начинают обсуждать такие двусмысленные сообщения, пытаясь прояснить их значение. Дети изначально не обладают такой способностью, и лишение их возможности учиться понимать смысл сообщений может сказаться уже во взрослом возрасте, приводя к серьезным расстройствам.

Стиль коммуникации при Д. с. особенно опасен наличием внутренних противоречий и блокированием научения. Исслед. семей больных шизофренией показали, что Д. с. часто проявляется во взаимодействии "мать-ребенок", когда мать, по-видимому, не стремится быть понятой ребенком. У такой матери отсутствует как принятие ребенка, так и принятие самого факта его отвержения. Д. с. описывает завуалированное стремление к поддержанию дистанции в отношениях, к-рое маскируется обоюдной демонстрацией любви и заботы. Такие родители фактически поощряют близость на одном уровне коммуникации, отвергая ее на другом.

См. также Процессы коммуникации, Отношения "родитель-ребенок", Шизофрения

Р. Энфилд

Двухпроцессная теория научения (two-process learning theory)

Центральная посылка Д. т. н. состоит в том, что законы классического и инструментального обусловливания не являются функционально эквивалентными. В течение всей первой половины этого столетия существовала общая тенденция обращаться с классическим и инструментальным научением как с базирующимися на едином наборе принципов. Тем не менее, даже на стадии ее формирования, в теории научения выражалась альтернативная точка зрения: уже в 1928 г. С. Миллер и К. Конорски проводили различие между двумя формами условной реакции. Реакция 1 типа являлась секреторной условной реакцией по Павлову (УР); она вырабатывалась на основе установления положительной корреляции между условным (УРЗ) и безусловным (БРЗ) раздражителями. Реакция II типа отличалась от классической УР тем, что ее возникновение определялось ее последствиями. Однако, невзирая на эту раннюю работу Конорски и др., затрагивавшую проблему адекватности однопроцессных теорий научения, до тех пор, пока теория редукции драйва не столкнулась с теоретич. проблемами при интерпретации научения избеганию, теория двухпроцессного научения не могла бросить серьезный вызов преобладающей т. зр. Согласно теории редукции драйва, мотив к осуществлению реакции избегания выводится из аверсивного безусловного стимула и подкрепления успешной реакции, прекращавшей действие аверсивного события. Но поскольку эта реакция избегания предотвращает возникновение самого БРЗ, эта теория не могла дать объяснение тому, как приобретается и поддерживается избегающее поведение.

О. X. Маурер предложил решение этой проблемы, высказав идею, что научение избеганию могло быть рез-том двух процессов. Страх провоцирует избегающее поведение, и это поведение поддерживается путем редукции страха. Само формирование этой реакции страха на УРЗ происходит на основе процедуры классического обусловливания путем сочетания УРЗ и БРЗ. Эта позиция резко контрастирует с мнением К. Л. Халла, утверждавшего, что подкрепляющим фактором является прекращение действия аверсивного БРЗ. Маурер рассматривал сочетание событий как решающий процесс в классическом обусловливании. В отличие от этого, подкрепление как общий процесс для инструментального научения определяет выбор реакций избегания. Представленная в такой форме Д. т. н. отводит классическому обусловливанию чрезвычайно важную роль; процессы, подключаемые при помощи этих процедур, функционируют соответственно или как мотиваторы, или как подкрепители, опосредующие инструментальное поведение.

Дж. Б. Трейполд и М. А. Овермайер выразили сомнение в том, что классическая и инструментальная процедуры обучения устанавливают различие между павловскими и инструментальными процессами. Они предложили использовать вместо этого нейтральные термины, а именно: независимое от реакции и зависимое от реакции научение. Одним доводом в пользу такой терминологии служит то, что независимое от реакции научение - не обязательно рез-т классического обусловливания; др. доводом служит существование известной реципрокности между этими двумя формами научения. Не только независимое от реакции научение может влиять на приобретение или поддержание зависимого от реакции научения, но и сама репрезентация, формируемая в ходе зависимого от реакции научения, может взаимодействовать с последующим формированием S-R связей.

Несмотря на то что в настоящее время концептуальный статус Д. т. н. находится в процессе своего становления, мн. теоретики считают, что независимое от реакции и зависимое от реакции научение подчиняются одним и тем же законам. Вместе с тем они проводят различие между типами связей, устанавливаемых в обеих обучающих процедурах. Классическое обусловливание способствует формированию S-R связей, тогда как инструментальное обусловливание приводит к установлению R-S репрезентаций. Эта концептуальная схема не имеет под собой прочной эмпирической основы.

См. также Теории научения

Э. Дж. Рикерт

Девиантное созревание (deviant maturation)

Средний возраст, в к-ром американские подростки достигают половой зрелости, бесспорно, снизился в XX в. Однако в рамках любой когорты рождения нек-рые подростки созревают раньше или позже среднестатистической нормы. Психол. и поведенческие эффекты, связанные с таким девиантным созреванием, были предметом значительного числа исслед. Поскольку в этих исслед. практически всегда обнаруживаются половые различия, дальнейшее обсуждение рез-тов ведется раздельно для подростков мужского и женского пола.

Что касается подростков-мальчиков, их раннее созревание связано с очевидными преимуществами. Вероятнее всего, рано созревающий мальчик почти полностью отвечает существующим в данной культуре экспектациям маскулинности - к примеру, обладает худощавым мезоморфным телосложением, преуспевает в занятиях спортом и выглядит в глазах взрослых и сверстников привлекательным, умелым и возмужалым. Как показывают исслед., сверстники, родители и учителя обычно реагируют на рано созревающих мальчиков повышенными ожиданиями и положительной обратной связью, что, в свою очередь, отражается в представлениях этих подростков о себе. Они видят себя уверенными, зрелыми, независимыми и принимаемыми родителями, сверстниками и др. взрослыми. В отличие от рано созревающих, поздно созревающие мальчики чаще имеют эктоморфное телосложение (выглядят долговязыми и узкоплечими), не столь успешны в атлетических видах спорта и кажутся взрослым и сверстникам менее привлекательными, менее мужественными и менее зрелыми. Эти негативные ожидания отражаются в Я-концепции поздно созревающих мальчиков, склонных считать себя зависимыми, беспомощными, несостоятельными и отвергаемыми.

В исслед., к-рое провели Массен и Джоунз, было установлено, что у поздно созревающих мальчиков неск. богаче воображение и они более интроспективны и экспрессивны. Пескин обнаружил, что эта тенденция приобретает более выраженный характер, когда сравниваемые группы подростков уравниваются по времени, прошедшему с момента наступления пубертата (пубертатному возрасту). Пескин сравнивал рано и поздно созревающих мальчиков в разных пубертатных возрастах, напр. в точке наступления пубертата (0), двумя годами раньше (-2), двумя годами позже (+2) и т. д. Оказалось, что после пубертата хронологически старший мальчик с отстающим созреванием более любознателен, склонен к поиску, экспериментированию и интеллектуальным занятиям, тогда как соотв. ему по пубертатному возрасту мальчик с опережающим созреванием больше ориентирован на общепринятые цели и обеспокоен соц. вопросами, а именно: как добиться признания и успеха (в частности, в учебе), как произвести благоприятное впечатление на др. и что надо делать, чтобы не потерять достигнутого.

В неск. лонгитюдных исслед. предпринимались попытки выяснить, насколько вероятны долговременные последствия различий в сроках наступления пубертата. Будут ли рано и поздно созревающие мальчики-подростки различаться тогда, когда они станут взрослыми? Установлено, что различия в частоте социализации сохраняются и во взрослости: рано созревающие мальчики, став взрослыми, остаются относительно более вовлеченными в жизнь об-ва и озабоченными созданием благоприятного впечатления о себе у окружающих. Однако, согласно Мэри Кавер Джоунз, поздно созревающие подростки мужского пола оказываются к концу четвертого десятилетия жизни более прозорливыми и легче приспосабливающимися к переменам, чем соотв. им возрастные когорты рано созревающих: поздно созревающие в целом терпимее относились к неопределенности, обнаруживали большую осведомленность в отдельных вопросах, были более склонны добиваться своих целей через независимость, а не через конформность, и менее склонны заниматься нравоучениями и проявлять высокомерное отношение к др.

Что касается девочек-подростков, то эффекты раннего и позднего созревания у них, в известной степени, противоположны тем эффектам, к-рые наблюдаются у мальчиков. В самом начале подросткового периода девочки, опережающие др. в физ. развитии, пользуются меньшим признанием сверстников, менее популярны и имеют меньший соц. вес, чем соотв. им возрастные когорты девочек с замедленным физ. развитием. Хотя сильная задержка созревания, конечно же, может оказаться источником проблем, небольшое отставание от графика созревания позволяет девочкам достичь максимального соответствия стереотипным экспектациям феминности, а именно: иметь эктоморфное телосложение (маленький рост и изящную фигуру), быть сдержанной, мягкой, отзывчивой и т. д. Исслед. показали, что, хотя соц. оценки эктоморфного мужского типа устойчиво стремятся к отрицательному полюсу шкалы, эктоморфный женский тип оценивается положительно. Что касается представлений о себе, исслед. Жуана Кортеса и Флоренс Гатти показало, что эктоморфы, независимо от их пола, считают себя интровертированными, отзывчивыми, тактичными, мягкими, скрытными и т. д. Однако полоролевые суждения об этих характеристиках меняются в зависимости от пола: женщины, обладающие этими качествами, оцениваются более положительно по сравнению с мужчинами.

Вполне возможно, что позднее физ. развитие девочек-подростков дает им относительные преимущества только на небольшой срок. Напр., сравнения рано и поздно созревающих девочек, проводившиеся в середине и в конце периода отрочества-юности, практически не выявили устойчивых различий. Но в исслед., проведенном на взрослых женщинах, Харви Пескин получил доказательства того, что рано созревающие представительницы женского пола оказались более интеллектуальными, ответственными, открытыми и объективными по сравнению с поздно созревающими. В противоположность этому, поздно созревающие девочки, перешагнувшие на момент исследования свое 30-летие, были склонны "защищать хрупкое эго" (проявляли негибкость и противились изменениям), чувствовали себя обманутыми жизнью, легко уступали, были предрасположены к срывам в условиях стресса и к неадаптивным реакциям на фрустрацию. Как уже упоминалось выше, полностью противоположные тенденции были обнаружены у взрослых мужчин.

В заключение следует рассмотреть ряд ограничительных условий. Первое связано с тем, что слишком сильный стресс в отрочестве может задерживать созревание. Второе заключается в том, что, помимо типов телосложения, не вписывающихся в соц. стереотипы, существуют и др. факторы, к-рые могут инициировать кризисы идентичности и влиять на развитие личности, поскольку последнее гораздо богаче простого соответствия стереотипным ожиданиям. Третье касается того, что лонгитюдным планам, использованным в рассматриваемых выше исслед., свойственны определенные ограничения, к-рые необходимо учитывать при обсуждении рез-тов. Наконец, имеющаяся в нашем распоряжении база данных носит ограниченный характер, а изучаемые выборки состоят преимущественно из представителей белого населения, относящихся к среднему классу.

См. также Развитие в подростковом и юношеском возрасте, Формирование идентичности в подростковом и юношеском возрасте, Развитие человека, Раннее развитие

М. Д. Берзонски

Девиантность (deviance)

Изучение Д. основывается на двух различных т. зр. Первая рассматривает Д. как необычное, но при этом устойчивое отклонение от статистических норм. Др. словами, девиантным считается устойчивый образ действий, поведения или мышления, к-рый не типичен для общей популяции. Это определение сыграло заметную роль в психол. изучении Д.

Согласно др. распростр. позиции, Д. определяется через единичные критические события. Случаи необычного и крайне активного поведения, характеризуемого безумием и насилием, служат ил. этой т. зр. Взгляд на Д. как на критическое событие лежит в основе юридических определений Д.

Д. составила главное содержание мн. важных аспектов теории личности, клинической и соц. психологии Исслед. Д. можно классифицировать в соответствии с четырьмя осн. позициями. Первая предполагает взгляд на Д. как функцию внутренних факторов. Д. рассматривается в аспекте различий между индивидуумами. С т. зр. индивидуальных различий предполагается, что отдельные люди или группы людей, обладающие определенным уровнем специфичности, с большей вероятностью становятся девиантами. Предполагается тж, что индивидуальные различия и девиантность связаны причинно-следственными отношениями.

Второе важное объяснение Д. постулирует в качестве ее осн. предпосылок различия в социальной структуре. Официально классифицируемые формы Д. характеризуются непропорционально высокой представленностью среди населения, занимающего более низкое социально-экономическое положение в нашем об-ве. С т. зр. различий в соц. структуре, в доступе к законным возможностям, в доступе к незаконным возможностям, отчуждение или враждебность - это те критические ингредиенты, к-рые часто становятся причиной Д. Согласно этой позиции, Д. имеет индивидуальные компоненты, являющиеся рез-том воздействия различных соц. структур, и средовые аспекты.

Третье важное объяснение Д. опирается на интеракционистскую точку зрения. Согласно носящей формальное название "теории навешивания ярлыков", Д. порождается реакцией критически настроенных лиц на определенное деяние. Психол. расстройства, преступность и недостаточный уровень достижений официально и неформально маркируются как девиантные. С позиций "теории навешивания ярлыков" Д. представляет собой взаимодействие между поступками индивидуума и реакциями на них об-ва.

Четвертая важная т. зр. выражается теорией научения. Согласно ей, все действия, девиантные или нормальные, приобретаются в соответствии с законами моделирования, подкрепления и наказания. Те люди, к-рые проявляют девиантные паттерны поведения, получали ранее за такие поступки соотв. вознаграждение. С т. зр. теории научения, не существует врожденных различий между отклоняющимся и нормальным поведением. Преступное поведение, отклоняющееся от нормы поведение и недостаточная обучаемость приобретаются в процессе научения.

См. также Отчуждение (политическое), Теория навешивания ярлыков, Типы личности

У. С. Дэвидсон, II

Дееспособность (competency to stand trial)

Д. относится к нормам уголовного права, на основании к-рых обвиняемые м. б. признаны недееспособными, если окажется, что они не в состоянии отдавать себе полный отчет и участвовать в своей защите. Хотя критерии для определения недееспособности могут неск. различаться (в зависимости от штата), Верховным судом США в деле "Даски против Соединенных Штатов" (362 US 402, 1960) была установлена конституционная норма, гласящая:

"Недостаточно решения судьи местного суда о том, что "обвиняемый ориентируется во времени и месте и способен в той или иной мере вспомнить рассматриваемые события"; необходимо установить, обладает ли обвиняемый на данный момент достаточной способностью консультироваться со своим адвокатом с надлежащей степенью разумного понимания и, кроме того, обладает ли он пониманием предпринимаемых против него процессуальных действий, равно как и излагаемых в его деле фактов."

Несмотря на то, что критерии, заданные в этой норме, могут показаться четкими, их практ. применение изобиловало неправильными истолкованиями и путаницей. Важно заметить, что понятие Д. значительно отличается от понятий ответственности или защиты ссылкой на невменяемость. В то время как Д. относится к текущей способности обвиняемого участвовать в защите, ответственность адресуется к псих. состоянию обвиняемого в момент совершения инкриминируемого ему преступления и используется в качестве способа защиты в суде. Возможно быть дееспособным и при этом с успехом прибегать к защите ссылкой на невменяемость. И наоборот: обвиняемый, первонач. признанный недееспособным, но позднее вновь признанный дееспособным и привлеченный к суду, может расцениваться как ответственный за преступление.

Ходатайства о дееспособности. Процедуры установления Д. начинаются с подачи ходатайства в суд. В соответствии с определением Верховного суда ("Пейт против Робинсона"), осн. действующие лица в суде - судья, обвинитель и защитник - должны поднять вопрос о Д., если суду представлены свидетельства, к-рые порождают "сомнение bona fide" в способности обвиняемого отвечать перед судом. Судья обязан выслушать свидетельства - обычно представляемые в форме ходатайства об оценке Д. - и принять решение, существуют ли в них достаточные основания для того, чтобы оправдать проведение оценки обвиняемого.

Как только ходатайство удовлетворено, большинство судов передают обвиняемых в закрытое клиническое учреждение на сроки до 60 дней. Большинство судебных органов имеют право проводить оценку обвиняемых в тюрьме или амбулаторным способом, но используют его крайне редко. Психиатров, и в последнее время - психологов, просят провести оценку обвиняемого и обеспечить суд информ. о его психич. статусе.

Валидность связи между психозом и недееспособностью никогда не устанавливалась. Фактически, валидность решений в отношении Д. даже не подвергалась исслед. Не исключено, что нек-рые обвиняемые даже при наличии у них психоза могут оказаться вполне способными предстать перед судом. Возможности принятия неверных решений по большей части обусловлены использованием нечетких и неопределенных критериев для оценки Д.

Надежность оценок Д. оказывается довольно высокой. Оценки, выносимые опытными интервьюерами, обычно согласуются в 90% или более случаев. Однако высокие уровни надежности не обязательно означают, что такие решения яв-ся вместе с тем и валидными.

Др. спорным вопросом яв-ся релевантность амнезии в качестве критерия для установления недееспособности обвиняемого. На первый взгляд может показаться очевидным, что если обвиняемый не может припомнить обстоятельства предполагаемого преступления и не может сообщить факты или др. информ. защитнику, то это свидетельствует о его недееспособности. Но суды обычно руководствуются убеждением, что амнезия сама по себе может и не являться основанием для признания недееспособности. По мнению судов, факт влияния амнезии на ответы обвиняемого должны доказывать эксперты. Отказ признавать амнезию может отчасти отражать опасение судов, что амнезия может использоваться симулянтами как тактическое средство для того, чтобы избежать или отсрочить судебное разбирательство. В отношении амнезии суды заняли жесткую позицию, требуя подтверждающей информ., связывающей наблюдаемый симптом или поведение с возникшей юридич. ситуацией. В отношении др. клинических вопросов суды обычно не занимают столь жесткой позиции.

Важным шагом в разраб. стандартной процедуры измерения, на к-рую могли бы опираться специалисты при оценке Д., яв-ся Акт оценки правоспособности (Competency Assessment Instrument, CAI).

Решение о недееспособности обвиняемого. Теоретически вынесение окончательного решения в отношении недееспособности остается за судами. Судья может использовать вывод или показание эксперта в качестве основы для принятия такого решения, но не обязан соглашаться с ним. На практике, однако, суды почти всегда принимают заключения и рекомендации экспертов.

Как только установлена недееспособность, обвиняемый обычно передается в закрытое клиническое учреждение на неопределенный срок для последующего лечения. Если Д. восстанавливается, судебное разбирательство возобновляется. В прошлом такая передача обвиняемого осуществлялась на довольно длительные сроки. Этой практике был брошен вызов в деле "Джексон против Индианы", в к-ром было решено, что недееспособный обвиняемый "не может содержаться больше обоснованного периода времени, необходимого для определения того, существует ли реальная возможность, что он достигнет требуемой Д. в обозримом будущем". Такое решение привело в неск. штатах к изменениям в установленных законом предельных сроках лечения. Предполагается, что если существуют перспективы успешного лечения, оно будет происходить в сравнительно короткое время, зачастую с использованием лекарственных средств или сокращенной психотерапии.

Предлагаемые изменения. Рош и Голдинг предложили ввести нек-рые изменения в процедуры оценки и лечения. Во-первых, ходатайства о проведении оценки должны быть специфичными, конкретизирующими те сомнения, к-рые поддерживают данное ходатайство. Если ходатайство признается обоснованным, они утверждают, что большая часть экспертиз не должна происходить в условиях закрытого клинического учреждения. В обзоре из 10 исслед. они обнаружили, что в среднем лишь примерно у 30% оцениваемых обвиняемых была установлена недееспособность, во многом из-за несоответствующего применения процедур оценки Д. Отсюда следует, что мн. случаи могли бы оцениваться в самой тюрьме или амбулаторно. В одном из своих исслед. Рош и Голдинг обнаружили, что одно- и двухчасовое интервью, к-рое фокусировалось гл. обр. на правовых вопросах, могло бы служить основой для первичного решения. Более того, выводы, полученные в рез-те этих интервью, хорошо согласовывались с рез-тами более длительной процедуры оценки в условиях закрытого клинического учреждения, продолжавшейся в среднем в течение 17 дней.

Рош и Голдинг тж предложили, чтобы процедуры оценки проводили группы, составленные из специалистов по психич. здоровью и праву; в этом случае будет обеспечена более полная оценка как по юридич. вопросам, так и вопросам психич. здоровья. После завершения первичной оценки и принятия решения о судебном слушании обвиняемые с признанной Д. возобновили бы свое участие в процессуальных действиях. Что касается обвиняемых, признанных недееспособными, после рассмотрения в суде серьезности оснований и определения, что такое состояние достаточно доказано в данном уголовном деле, они были бы подвергнуты лечению. Если бы разбирательство привело к выводу, что обвиняемый имеет перспективы в излечении, он был бы направлен на стационарное либо амбулаторное лечение на период, не превышающий 3 месяцев.

Для тех обвиняемых, перспективы лечения к-рых представляются слабыми или лечение к-рых не привело к успеху по истечении 3-месячного периода, Рош и Голдинг предлагают проводить условное судебное разбирательство. Это было бы полноценное судебное разбирательство, в к-ром обе стороны, обвинение и защита, представляли свою аргументацию по данному делу. Такое судебное разбирательство обладает рядом преимуществ. Оно позволяет защите представить доводы, к-рые бы могли доказывать невиновность и ответить на доводы обвинения. Оно тж предоставляет возможность для длительного наблюдения и оценки обвиняемого, к-рый предположительно был признан недееспособным. И это послужило бы реальной проверкой валидности первоначального решения. Если бы в конце судебного процесса этот обвиняемый был признан виновным и была бы очевидной недееспособность обвиняемого, тогда этот вердикт можно было бы отменить. Эти обвиняемые могли бы тогда проходить лечение в менее ограничительных условиях и вернуться на судебное разбирательство впоследствии, если бы их Д. была восстановлена до того, как лимит лечения оказался исчерпанным. Однако если бы оказалось, что поведение обвиняемого свидетельствует о его Д., этот вердикт был бы утвержден. Такое условное судебное разбирательство, вероятно, увеличило бы наше понимание конструкта Д. и того, как она должна оцениваться.

См. также Уголовная ответственность, Показания экспертов, Судебная психология, Психологическая оценка, Психология и суды, Психология и закон

Р. Рош

Деиндивидуализация (deindividuation)

Густав Ле Бон ввел понятие групп. ума (group mind). Он высказал предположение, что при нек-рых обстоятельствах люди утрачивают свою индивидуальность и сливаются с толпой. Такая Д. связана с утратой запретов и с тенденцией людей вести себя нетипичным и противонормативным способом. В ист. плане, люди очень медленно освобождались от деиндивидуализированного существования, погруженного в широкие родственные, племенные и родовые отношения. Эрих Фромм изучал возникновение индивидуальности в челов. истории и то чувство уникальности и свободы, к-рое сопровождает это развитие. В соответствии с Фроммом, индивидуализация сопровождается ощущением изоляции, к-рое часто мотивирует людей присоединяться к разным группам.

Фестингер, Пепитоун и Ньюком предположили, что фокусировка чел. на группе, к-рая связана с его тяготением к группе, уменьшает внимание, уделяемое конкретным людям. Такая фокусировка на группе деиндивидуализирует ее членов, к-рые отодвигаются на второй план и в нек-ром смысле морально укрываются в данной группе. Поэтому Д. снижает запреты конкретного чел. в отношении вовлечения в противонормативные действия. В соответствии с этой формулировкой, тяготение к группе увеличивает Д., к-рая, в свою очередь, высвобождает поведение, в обычных условиях сдерживаемое запретами.

Зиллер высказал предположение, что люди научаются связывать индивидуализацию с вознаграждающими ситуациями, а Д. - с потенциально наказующими. Чел. научается ожидать вознаграждений за хорошее выполнение определенных заданий и хочет оказываться индивидуально ответственным за такие действия. Однако всякий раз, когда он оказывается в ситуации ожидания наказания, у него будет возникать тенденция скрыться или рассеять ответственность путем ухода на второй план в группе.

Зимбардо предположил, что многочисленные и разнообразные факторы могут вызывать Д., помимо фокусировки на группе или желания избежать отрицательной оценки моральной ответственности. К таким факторам относятся анонимность (в любой ее форме), размер группы, уровень эмоционального возбуждения, новизна и неопределенность ситуации, измененная временная перспектива (напр., вследствие употребления наркотиков и алкоголя), степень вовлечения в групп. деятельность и т. д.

Все эти факторы ведут к утрате индивидуумом чувства идентичности или самосознания, что, в свою очередь, вызывает снижение его восприимчивости к внешним стимулам и утрату когнитивного контроля над своими эмоциями и мотивациями. Рез-том становится поведение, к-рое обычно находится под контролем внутренних сил, как положительных (любовь), так и отрицательных (агрессия). Деиндивидуализированный чел. менее податлив к положительным или отрицательным санкциям со стороны агентов, не принадлежащих к данной группе, и потому его поведение в меньшей мере подчиняется внешним правилам и нормам.

Дайнер предпринял дальнейшую теорет. модификацию этого понятия, связав Д. с самоосознанием. Люди, утрачивающие индивидуальность, не уделяют должного внимания своему собственному поведению и плохо сознают себя в качестве отдельных существ. Рез-т - неспособность осуществлять текущий контроль или анализ своего поведения и неспособность извлекать соотв. нормы поведения из хранилища долговременной памяти. Деиндивидуализированным людям тж недостает предвидения, и их поведение страдает дефицитом продуманности или планирования.

С индивидуализацией и Д. оказался связанным довольно широкий спектр противонормативного поведения.

См. также Конформная личность, Индивидуализм, Неконформная личность

Дж. Т. Тедеши

Декортикация (decortication)

Термин кора (cortex) относится к любому наружному слою клеток головного мозга. Мозг млекопитающих имеет три вида коры: грушевидную кору (pyriform cortex), к-рая обладает обонятельными функциями; старую кору (архикортекс), составляющую осн. часть лимбической системы, или т. н. "эмоционального мозга"; новую кору (неокортекс), участвующую в реализации наиболее сложных видов поведения. Обычно термином "кора" обозначают новую кору - неокортекс или, как ее еще называют, изокортекс (isocortex). Развитие коры в процессе эволюции шло быстрыми темпами, в результате чего она превзошла по объему все остальные мозговые структуры; фактически отсутствуя у рыб, она составляет почти 80% мозга человека. Д., или удаление коры, производится у мертвых животных в целях изучения анатомии нижележащих структур, а у живых животных - для исслед. функциональных (поведенческих) возможностей оставшихся мозговых структур. Последняя процедура дает нам нек-рую информ. о функции самой коры, т. к. утраченные способности предположительно могут быть свойством утраченной мозговой ткани.

Первые Д. у живых животных были проведены с близкими указанным выше целями. В начале 1800-х гг. Пьер Флуранс вознамерился доказать, что душа (mind) едина и неделима, т. к. это предполагалось философом Рене Декартом и согласовывалось с религиозными представлениями того времени. Кроме того, эксперименты Флуранса задумывались для опровержения теории френологов, согласно к-рой каждая часть мозга выполняет специфическую функцию. Флуранс удалял мозговую кору у куриц и голубей и обнаружил, что независимо от того, какой участок коры удалялся, животные обнаруживали нарушения поведения, соразмерные количеству, а не локализации удаленной ткани. Эксперименты Флуранса оказались достаточно убедительными, чтобы обеспечить его взглядам господствующее положение в неврологической теории на протяжении полувека. К тому же, его эксперименты положили начало области психологии, названной физиолог. психологией Как оказалось, выбор Флурансом объекта экспериментирования был неудачным: мозг куриц и голубей фактически не имел неокортекса. Многие из наблюдаемых пробелов в поведении прооперированных птиц вполне могли быть вызваны послеоперационным шоком.

Клинические наблюдения Марка Дакса и Поля Брока показали, что центр речи у людей находится в лобной коре левого полушария, тогда как эксперименты на собаках, проведенные Густавом Т. Фритчем и Эдуардом Гитцигом в 1870 г., обнаружили, что электрическая стимуляция ограниченных зон лобного неокортекса вызывает движения различных частей тела животных. Гольц удалял мозговую кору у собак и показал, что сам по себе неокортекс не был необходим для выполнения мн. движений. Гольц неверно истолковал рез-ты своих экспериментов как опровержение идеи локализации функций - т. е. в пользу представления о том, что каждая часть мозга участвует в выполнении любой функции. Тем не менее его эксперименты продемонстрировали способность подкорковых структур поддерживать широкий репертуар сложного поведения.

Методика Д. сохраняет свою полезность в том, что касается получения ответов на вопросы о способности подкорковых структур поддерживать поведение, характера мозговой организации поведения и конкретного вклада в его организацию со стороны коры и подкорки соответственно. При Д. обычно проделывают отверстие в черепе и удаляют через него открывающийся участок мозговой ткани. Кроме того, животные, включ. и людей, могут рождаться без коры вследствие генетических или др. пренатальных воздействий, хотя обширные повреждения коры могут тж происходить в результате постнатальной травмы. В экспериментах, проведенных после 1900 г., было показано, что при удалении коры головного мозга животные способны вырабатывать классические условные и оперантные реакции, сохраняют большинство аспектов эмоционального и соц. поведения и выполняют большую часть движений, доступных животным с интактным мозгом. Однако, они обнаруживают дефицитарность в распознавании паттернов сенсорной стимуляции, выполнении сложных структур движений и в реализации нек-рых когнитивных функций, таких как использование окружающих конфигураций сенсорной стимуляции при перемещении в пространстве. Что касается людей, пассивная и активная речь - это как раз те образцы способностей, к-рые могут утрачиваться в результате повреждения коры больших полушарий мозга.

См. также Головной мозг

Я. К. Уишоу

Деменция (dementia)

В настоящее время признается, что старческая Д., считавшаяся когда-то почти неизбежным признаком нормального старения, представляет собой медленно развивающийся болезненный процесс, поражающий память, мышление, способность ориентироваться и иногда способность к самообслуживанию. Ясно, что нормальное старение не обязательно завершается одряхлением. Однако, от 5 до 10% населения старше 65 лет демонстрируют необратимые симптомы этого первичного дегенеративного заболевания мозга.

Существует много этиологических факторов, связанных с Д. Наиболее частые причины - это инфекции ЦНС, церебральная травма, различные неврологические заболевания, болезни сосудов головного мозга и токсические нарушения обменных процессов. Хотя симптомы более всего свойственны пожилым лицам, они могут встречаться и у детей, страдающих неврологическими расстройствами, связанными с Д. (напр. при хорее Гентингтона).

Болезнь Альцгеймера (БА) и сосудистая Д. представляют собой две наиболее часто встречающиеся формы Д. Сосудистая Д. обозначается еще иногда как мультиинфарктная Д. Оба этих болезненных процесса поражают кору головного мозга. Др. дементирующие заболевания могут быть вызваны дегенеративными процессами в различных подкорковых структурах. В начале процесса Д. в клинической картине больного представлены выраженные нарушения поведения, к-рые предшествуют более поздним интеллектуальной дисфункции и нарушениям памяти. Джойнт и Шулсон выделяют три поведенческих синдрома. При первом нормальные поведенческие черты могут акцентуироваться до уровня эксцентричности. Второй характеризуется неприятием новых соц. ситуаций. Наконец, ухудшаются требующие умственной нагрузки операции, приводя к более отвлекаемому поведению.

Интеллектуальные изменения и сочетанное ухудшение памяти являются характерными признаками Д. Память на недавние события или на назначенные в ближайшем будущем встречи - одна из первых областей жалоб на проблемы. Депрессия может усугублять снижение памяти. Быстро появляются затруднения при ориентировке на местности: вышедший на прогулку пациент может легко заблудиться, просто свернув за угол.

Несмотря на то что интеллектуальное снижение в течение обычно 3-8-летнего развития Д. может быть весьма выраженным, такие автоматизированные стереотипы поведения, как ходьба, принятие пищи и даже курение могут не затрагиваться вплоть до самых отдаленных этапов болезненного процесса. На заключительных этапах болезни пациент может утратить речь, способность к самообслуживанию, не узнавать своих близких и находиться в полной прострации. Смерть обычно наступает вследствие интеркуррентных заболеваний.

Согласно Американской психиатрической ассоц., мультиинфарктная Д. представляет собой отчетливо иной тип Д., поскольку известно, что ее этиология связана с патологией церебральных сосудов. Прогрессирование очаговых признаков Д. является не таким медленным, как при БА, но проявляется ступенчато продвигающимся образом. Симптомы могут начинаться внезапно, очевидными становятся очаговые неврологические знаки. Присутствуют тж церебрально-сосудистые расстройства. Характер нейропсихологического дефицита в каждом случае индивидуален, поскольку симптомы Д. появляются лишь в рез-те каждого очерченного инфаркта. В отличие от БА или мн. подкорковых дементирующих процессов, течение мультиинфарктной Д. является хаотичным, зависимым от патологии церебральных сосудов.

Морфологически Д., поражающая кортикальные структуры, характеризуется расширением желудочков, устанавливаемым при компьютерной томографии мозга. Корковая атрофия наиболее выражена в височной и лобной областях. В тканях образуются сенильные бляшки и нейрофибриллярные узлы.

Д. часто трудно диагностировать вследствие ее медленного начала и относительно длительного течения. Мультиинфарктная Д. легче поддается диагностике благодаря специфичности наблюдаемых клинических признаков цереброваскулярной патологии.

Наиболее распространенная и точная клиническая диагностика основана на данных, полученных при неврологическом и нейропсихологическом обследовании. Фрэнсис Пироззоло и Кэтрин Лоусон-Керр утверждают, что, в добавление к традиционному неврологическому осмотру с оценкой психич. статуса, нейропсихологическое обследование должно включать тесты оценки интеллекта, логической памяти, парного ассоциативного научения, называния предметов, личности, зрительного различения, пространственного мышления и ориентации, скорости перцептивно-когнитивных процессов, выполнения право- и левосторонних функций и сохранности речевых навыков. Поскольку симптомы, связанные с агнозией, апраксией и афазией, становятся очевидными на более поздних этапах болезни, важно оценить эти функции в качестве исходного уровня, с к-рым будут затем сравниваться данные последующих замеров.

Сосудистая Д., Д. при гидроцефалии с нормальным давлением и психогенная Д. (псевдодеменция) могут быть доступны лечению. Однако мед. вмешательство обычно не дает успеха в попытках задержать течение процесса при БА, болезни Пика, прогрессивном супрануклеарном параличе и болезни Паркинсона. Фармакологическая терапия обычно направлена на смягчение симптоматики, связанной с прогрессирующим снижением. Консультирование и предоставление систем соц. поддержки семьям больных являются, вероятно, наиболее продуктивными формами вмешательств с психол. т. зр.

См. также Изменение поведения в процессе взросления и старения, Болезнь Альцгеймера, Головной мозг, Компьютерная томография, Хорея Гентингтона, Органические синдромы

Дж. Хинд

Депрессия (depression)

Понятие депрессии

Д. - термин, используемый для описания настроения, симптома и синдромов аффективных расстройств. Что касается настроения, Д. означает преходящее состояние, для к-рого характерны чувства грусти, уныния, покинутости, безрадостности, несчастья и/или подавленности. Как симптом, Д. означает жалобы, часто сопровождающие группу биопсихосоциальных проблем. Депрессивный же синдром, напротив, включает широкий спектр психобиологических дисфункций, варьирующих по частоте, тяжести и длительности течения. Нормальная Д. представляет собой преходящий период грусти и повышенной утомляемости, к-рый обычно наступает в ответ на идентифицируемые стрессовые события жизни. Настроения, связанные с нормальной Д., варьируют по продолжительности, но, как правило, не затягиваются дольше 7-10 дней. Если проблемы сохраняются более длительное время и если нарастает сложность и тяжесть симптомов, можно говорить о клинических уровнях Д. Клиническая Д. обычно проявляется нарушениями сна и аппетита, повышенной истощаемостью, чувством безнадежности и отчаяния. Иногда проблемы принимают психотические размеры, и больной может совершить суицидную попытку и/или демонстрировать галлюцинаторную и бредовую симптоматику, а тж сильную психол. и двигательную заторможенность.

Классификационные альтернативы

На протяжении мн. лет разраб. конкурирующие между собой системы классиф. Д., осн. на теорет. пристрастиях и ориентациях теоретиков и клиницистов. Эти системы представляют собой унитарные, дуалистические и плюралистические типы классиф. и диагностических концепций. С т. зр. унитарного подхода, существует один осн. тип Д., к-рый может меняться по степени тяжести. В рамках этого подхода Д. можно классифицировать как слабую, умеренную или тяжелую. Эта т. зр. не слишком популярна.

Дуалистический подход предполагает существование двух типов Д.: один имеет четкую психол. этиологию, непродолжительное течение и относительно благоприятный исход; др. - биологическую этиологию, затяжное течение и относительно плохой прогноз. В рамках дуалистического подхода противопоставлялись реактивный и автономный, невротический и психотический, экзогенный и эндогенный, оправданный и соматический типы Д.

Плюралистические системы классиф. включают много типов депрессивных расстройств. Гринкер с соавторами предложили 4 типа депрессивных расстройств, осн. на данных факторного анализа форм поведения, настроений и реакций на терапию. Это - дисфорический, пустой, тревожный и ипохондрический типы Д. Четвертое издание (1994) "Руководства по диагностике и статистической классификации психических расстройств" (DSM-IV) Американской психиатрической ассоциации тж поддерживает плюралистический взгляд на депрессивные расстройства. Система DSM-IV важна для понимания, поскольку она представляет собой официально принятую в США классиф., предназначенную для мед. и юридического применения.

Эпидемиология депрессии

Были проведены многочисленные эпидемиологические исслед. Д., однако опубликованные данные о ее распространенности и характере весьма различны в силу диагностических разночтений. В одном исслед., проведенном Национальным центром медицинской статистики США в 1981 г. на выборке, состоящей из 18,5 млн гражданских лиц, не находившихся в лечебных учреждениях, в к-ром использовался 20-пунктный контрольный список симптомов Д., было обнаружено, что депрессивные симптомы сильнее выражены у женщин, афро-американцев, разведенных и одиноких людей, у лиц с неполным средним образованием и у лиц с доходом менее $5000 в год. Однако мн. из этих статусов коррелируют между собой (напр., больше оказывается бедных необразованных афро-американцев). Тем не менее рез-ты указывают на положительную связь между Д. и нек-рыми соц. статусами, предполагающими подверженность более высоким жизненным стрессам.

Исторический экскурс

Ист. сведения о депрессивных расстройствах восходят к древней Греции, когда Гиппократ (ок. 330 г. до н. э.) дифференцировал 3 типа расстройств - манию, меланхолию и френит (психич. спутанность и делирий). За этим последовали работы Аретея Каппадокийского, к-рый рассматривал меланхолию и манию как проявления одной болезни и расширения нормальной личности. Он много писал о личностных типах больных манией и меланхолией. Последний термин охватывал множество расстройств, в к-рых Д. была лишь одной из сторон. В 1621 г. англичанин Роберт Бёртон опубликовал книгу "The anatomy of melancholia" ("Анатомия меланхолии"), ставшую классической в этой области. В 1684 г. французский врач Теофил Бонэ предложил термин "маниакально-меланхолическое помешательство". Это было первое мед. обозначение того, что сегодня называют биполярным расстройством (МДП).

Работу по совершенствованию диагностики Д. продолжил Франсуа Боссье де Соваж, опубликовавший нозологическую систему, включавшую 14 подтипов меланхолии. Идеи Бонэ позднее развивал Жан Пьер Фальре. В 1854 г. он опубликовал статью под названием "De le folie circulaire" ("О циркулярном помешательстве"), в к-рой отдельные клинические картины мании и Д. объединялись в единое заболевание. Примерно в это же время, в 1853 г., Жан Байарже предложил термин "помешательство двойной формы". Наконец, весомый вклад был сделан Эмилем Крепелином, к-рый в 1899 г. рекомендовал разделять раннее слабоумие и маниакально-депрессивный психоз. В 1905 г. он предложил термин "инволюционная меланхолия" для диагностики разновидности Д., возникающей в среднем возрасте. В последующие годы произошло много важных событий, связанных с дальнейшим развитием классиф., этиологии и лечения депрессивных расстройств. Тем не менее, ранний ист. материал предоставляет контекст для понимания того, наск. важной и спорной была проблема Д. в течение всего времени ее изучения.

Биологические теории депрессии

Генетика

Изучение роли генетических факторов в возникновении депрессивных расстройств принесло мало успехов гл. обр. из-за диагностических ограничений. Неосуществимость строгой категоризации разнообразных депрессивных проявлений делает невозможным использование типичных методов генетики поведения (напр., изучения родословных, исслед. близнецов и приемных детей). Однако исслед. биполярных расстройств оказались более успешными благодаря большей четкости диагностических критериев.

Данные исслед. близнецов и приемных детей свидетельствуют о том, что генетический фактор, по-видимому, играет главную роль в развитии биполярных депрессивных расстройств.

На данный момент нет убедительного ответа на вопрос, основано ли наследование на передаче одного гена (моногенная) или нескольких (полигенная передача). В исслед. народности амиш сообщалось, что предрасположенность к биполярным аффективным расстройствам может определяться доминантным геном на конце короткой ветви 11-й хромосомы. Но эта работа была подвергнута широкой критике, и контрольное исслед., проведенное теми же авторами, не подтвердило их исходного предположения. Др. исследователями высказывалось утверждение о несостоятельности гипотезы моногенного наследования аффективного расстройства. В рамках развивающегося сейчас взгляда на генетику депрессивных расстройств - теории стресс-диатеза - высказывается мнение о том, что генетическая предрасположенность может взаимодействовать со стрессогенными событиями жизни, и именно это взаимодействие служит причиной депрессивных расстройств.

Биохимия

Теория нейромедиаторов. В возникновении и течении депрессивных расстройств участвуют многие нейромедиаторы (или нейротрансмиттеры). Самой большой группой являются моноамины: эпинефрин, норэпинефрин, серотонин, допамин и ацетилхолин.

Первонач. считалось, что первопричиной депрессивных расстройств является дефицит норэпинефрина (NE). Это подтверждалось тем обстоятельством, что нек-рые антидепрессанты (ингибиторы моноаминоксидазы и трициклики) модулируют уровень эпинефрина в нейрональных синапсах. Последующие исслед. показали, что, хотя ингибиторы моноаминоксидазы (МАО) и трициклические антидепрессанты повышают уровень норэпинефрина и серотонина в начале приема, эти показатели возвращаются к прежнему уровню в течение последующих нескольких дней. То обстоятельство, что клиническое снижение симптомов Д. наступает через 1-2 недели после начала приема трициклических антидепрессантов и ингибиторов МАО, заставляет предположить действие и каких-то др. факторов. Было высказано предположение, что антидепрессанты могут изменять чувствительность постсинаптических нейрональных рецепторов, снижая чувствительность бета-адренэргических рецепторов и одновременно повышая чувствительность рецепторов серотонина. Новые антидепрессивные препараты (напр., флюоксетин [Prozac], сертралин [Zoloft]), вызывающие повышение уровня серотонина в синаптической щели нейрона, оказываются эффективными в лечении нек-рых типов депрессивных расстройств. Эта т. зр. согласуется с представлением о том, что дефицит серотонина может отчасти способствовать возникновению нек-рых типов депрессивных расстройств.

Однако опыт использования антидепрессантов обычно свидетельствует о том, что дефицит различных нейромедиаторов может коррелировать с различными типами Д. Нек-рые Д. возникают вследствие дефицита серотонина, в то время как др. - в рез-те дефицита норэпинефрина. Возможно также, что недостаток различных нейромедиаторов связан с разными этапами депрессивного процесса.

Теории нейроферментов, эндогенных опиатов и нейропептидов. Более современные биохимические теории Д. исходят из того, что в возникновении заболевания участвуют такие нейроферменты, как моноаминооксидаза, ацетилхолинэстераза и аденозинтрифосфатаза. Др. теории подчеркивают роль эндогенных опиатов и/или нейропептидов (таких аминокислот, как леуэнкефалин, метенкефалин и S-эндорфины) и простагландинов.

Теории обмена электролитов. Согласно старейшей теории депрессивных расстройств, причиной заболевания является нарушение баланса концентрации нек-рых клеточных электролитов (т. е. электрически заряженных ионов натрия, калия, кальция и хлоридов). Эти ионы играют важную роль в процессах клеточного электрохимического обмена при действии калиево-натриевого насоса.

Внутри нервных клеток выше концентрация ионов калия, в то время как вне клетки выше концентрация ионов натрия. При равновесии этих ионов клетка находится в состоянии покоя. При раздражении клетки потенциал покоя изменяется, поскольку клетка переходит в состояние возбуждения, требующее изменений ионного баланса, ведущих к нервному импульсу. Было высказано предположение, что при Д. повышено внутриклеточное содержание натрия. В рез-те этого требуется меньший уровень стимуляции для возбуждения нейронов, что вызывает хроническое состояние клеточной активности, объясняющее повышенную утомляемость и вялость депрессивных больных. Помимо возможной дисфункции калиево-натриевого насоса, данные исслед. указывают тж на возможное участие в возникновении Д. кальция, магния и фосфата.

Нейроэндокринные теории. Нейроэндокринные теории депрессивных расстройств осн. на анатомич. и физиолог. дисфункции гипоталамически-гипофизарно-адреналовой оси, представляющей собой основу реакции организма на стресс. Известно, что в состоянии стресса гипоталамус продуцирует кортикотропный гормон (КТГ), контролирующий выброс адренокортикотропного гормона (АКТГ) надпочечников. АКТГ стимулирует кору надпочечников, в рез-те чего повышается выброс двух осн. кортико-стероидных гормонов: минералокортикоидов и глюкокортикоидов. Осн. минералокортикоидом является альдостерон - вещество, контролирующее электролиты во внеклеточном пространстве; осн. глюкокортикоидом является кортизол (гидрокортизон) - вещество, воздействующее на иммунную систему. Химия кортизола может быть связана с Д. Недавно установлено, что секреция КТГ определяет концентрацию серотонина и норэпинефрина. Т. о., имеется сложная взаимосвязь между нейромедиаторами, нейроферментами и действием стресса, к-рая может приводить к возникновению и/или поддержанию депрессивного болезненного процесса.

В рез-те последних исслед. установлено, что при тяжелой Д. наблюдается гипертрофия (увеличение) надпочечников. Полагают, что это увеличение - следствие хронической гиперсекреции кортикотропина (гиперкортизолемии), а не повышения чувствительности коры надпочечников.

Световые циклы (шишковидная железа и мелатонин). Недавно установлено, что в нек-рых случаях возникновение Д. вызвано сезонными изменениями солнечного света и темноты. Этот вариант Д. был обозначен как сезонное аффективное расстройство (САР). Депривация солнечного света, к-рой подвергается население северных местностей, оказывает влияние на метаболизм мелатонина - гормона шишковидной железы. Исследователи обнаружили, что продолжительная экспозиция больных САР солнечному свету в зимний период способствует устранению симптомов Д. Точная связь между секрецией мелатонина и возникновением САР пока не установлена.

Психобихевиоральные теории

Когнитивные поведенческие теории

Выученная беспомощность. Идея выученной беспомощности как элемента Д. была выдвинута Мартином Селигманом на основе его исслед. обучения животных избеганию. Селигман установил, что животные, оказавшись в ситуациях, когда они больше не могут избежать повреждений или наказания, становятся невосприимчивыми, или "беспомощными". Селигман заметил, что этот паттерн реагирования во мн. отношениях напоминает Д., и придумал термин "выученная беспомощность" для описания этого явления. Выученная беспомощность м. б. для чел. больше, чем только аналогом, поскольку она точно описывает то, что происходит, когда люди оказываются в обстоятельствах, при к-рых не могут предотвратить неблагоприятные внешние события: возникает пассивность, чувство отчаяния и безнадежности. Предполагается, что этот паттерн может со временем привести к стойкому дефициту нейромедиаторов и гормонов, с к-рым связывается возникновение и сохранение депрессивных расстройств.

Когнитивное конструирование (истолкование) себя и реальности. Теория, выдвинутая психиатром Аароном Беком, осн. на его исслед. отношений между мышлением и эмоциональностью чел. Бек и его сотрудники предположили, что Д. вызывают ошибки в мышлении. Бек указывал на негативную триаду устойчивых представлений депрессивных больных, включающую: а) видение себя лишенными к.-л. достоинств и ни на что не годными людьми; б) видение окружающего мира как жестокого и вызывающего отвращение; в) безнадежность в отношении к будущему. Эта негативная триада представлений ведет к таким когнитивным искажениям у депрессивного больного, как: а) произвольный вывод - заключение, сделанное в отсутствие достаточной информ.; б) избирательная абстракция - вывод, сделанный на основе только одного из мн. признаков; в) чрезмерное обобщение (сверхгенерализация) - необоснованно широкое заключение, сделанное на основе отдельного, возможно, тривиального события; г) преувеличение и преуменьшение - грубые ошибки в оценке функционирования.

Согласно концепции Бека, Д. - причина ошибок мышления, а мышление может вызывать Д. Эти связи сложны, и каузальные направления не вполне ясны. Возможно, концепция Бека описывает то, что происходит с чел., уже страдающим Д., а не механизм развития депрессивного расстройства. Однако вполне вероятно, что ошибочное мышление может формировать такой образ поведения, к-рый приводит к определенным тинам депрессивных переживаний. Необходимы дальнейшие исслед. роли дефектного мышления как в этиологии, так и в поддерживающей терапии депрессивных расстройств.

Теория обусловленного обстоятельствами положительного подкрепления реакции (Response Contingent Positive Reinforcement Theory [RECONPOSRE]). Эта теория Д. была развита Левинзоном, к-рый выдвинул гипотезу о том, что Д. у людей развивается из-за ощущаемого ими недостатка положительного подкрепления поведения. Это может происходить вследствие того, что: а) мало событий, к-рые потенциально могут быть положительным подкреплением для данного чел.; б) окружающая среда бедна возможностями получения положительного подкрепления; в) данный чел. не обладает соц. навыками, необходимыми для того, чтобы добиться положительного подкрепления. Исслед. нормальных людей подтверждают эти положения. Однако теория RESCONPOSRE не позволяет объяснить более тяжелые состояния при депрессивных расстройствах. Остается открытым вопрос, ведет ли депрессивное состояние к такому поведению, или же подобное поведение обусловливает возникновение депрессии.

Психоаналитические теории

Существует много различных психоаналитических теорий Д., различия между к-рыми определяются взглядами и пристрастиями отдельных теоретиков. Согласно одной теории, Д. возникает в случае потери значимого др., к-рый был одновременно объектом любви и ненависти. В рез-те отрицания ненависти или гнева возникает чувство вины, выливающееся в направленную на себя враждебность. Др. теории усматривают истоки Д. в оральной фиксации и зависимости, регрессии к инфантильному состоянию беспомощности и незащищенности, конформной структуре личности и т. д.

Кросс-культурные аспекты

В последние гг. проводится все больше работ по изучению кросс-культурных аспектов Д., особенно в областях сравнительной эпидемиологии и культуроспецифичного проявления симптоматики. Согласно данным эпидемиологических исслед., Д. в зап. странах встречается чаще, чем в др. странах мира. Однако точность получаемых при этом данных во мн. случаях ограничивают трудности диагностики вследствие обусловленных культурой особенностей постановки диагноза и коммуникативных проблем. Рез-ты кросс-культурных исслед. свидетельствуют о том, что мн. из симптомов, связываемых в зап. мире с Д., не обязательно расцениваются как депрессивные проявления в др. странах, в частности, чувство вины, экзистенциальное отчаяние и негативная самооценка. В незападных странах Д. чаще проявляется через соматизацию. Культура тж играет важную роль в лечении Д., поскольку она оказывает влияние на процесс обследования и диагностики, а тж на ожидания врача и больного, на стиль коммуникации и концепции здоровья и болезни.

Серьезный источник Д. среди групп этнических меньшинств в зап. странах - расизм и подавление национальных меньшинств. Расизм ведет к депривации возможностей самоутверждения, бесправию и униженному положению значительной части населения, относящегося к национальным меньшинствам. Все эти факторы соответствуют таким теориям возникновения Д., как теория выученной беспомощности, теория RECONPOSRE и когнитивная теория. Ясно, что мн. из концепций этиологии, классиф. и лечения Д. могут носить отпечаток этноцентрической предубежденности.

Измерение депрессии

Необходимость оценки депрессивных расстройств в клинических и н.-и. целях привела к разраб. многочисленных психол. и биолог. мер и средств измерения. Особое значение придавалось методам самоотчета, интервью, семейным оценкам и показателям биолог. функционирования (напр., метаболитам, определяемым в церебральном ликворе или моче). Ниже приводится детальное обсуждение этих методов.

Психологические методы оценки

Для оценки Д. могут использоваться такие стандартизованные самоотчеты, как Опросник депрессии Бека (BDI), Шкала депрессии Зунга (ZDS), Контрольный список прилагательных для описания депрессии (DACL) и подшкалы MMPI. Нек-рые клиницисты предпочитают использовать проективные методики - тест Роршаха (напр., к признакам Д. относят скудное количество ответов и низкое число цветовых и двигательных детерминант) и тест тематической апперцепции (ТAT). В последние гг. приобрели популярность оценочные (рейтинговые) шкалы, с помощью к-рых специалисты в области психич. здоровья оценивают пациентов по целому комплексу поведенческих и психол. шкал и их комбинациям ("индексам"). К их числу относятся такие методики, как Шкала депрессии Гамильтона, Обследование текущего состояния и Структурированное клиническое интервью (Structured Clinical Interview).

Биологические методы диагностики

Биолог. методы диагностики Д., включая анализ нейрохимических метаболитов в моче, крови и спинномозговой жидкости, не подтвердили свою надежность и валидность, несмотря на большие усилия по их разработке в последние гг. Осн. внимание в этих методах уделялось использованию метаболитов нейромедиаторов ЦНС в качестве показателей уровней нейромедиаторов. Напр., 5-гидроксииндолацетиловая кислота (5-ГИАК) является промежуточным продуктом метаболизма серотонина в ЦНС. Определение уровня 5-ГИАК в спинномозговой жидкости или крови делает возможным получение показателя серотонинэргической активности и концентрации серотонина в мозге. Однако эти тесты оказались проблематичными и пока не получили широкого признания.

Распространенным методом биолог. диагностики Д. является тест подавления дексаметазона (ДМТ). Дексаметазон - это глюкокортикоид, к-рый подавляет секрецию кортизола, что важно для функционирования гипоталамически-гипофизарно-адренокортикальной оси (ГПАК). Было обнаружено, что уровень кортизола при Д. часто повышен. При назначении дексаметазона на ночь у нек-рых депрессивных больных снижения уровня кортизола не происходит. Считается, что это отражает повышенную активность оси ГПАК - проблему, связанную с Д. Это позволяет использовать ДМТ для диагностики Д. у нек-рых больных. Однако рез-ты этого теста противоречивы, поскольку исслед. показали, что на рез-ты ДМТ оказывают влияние тж др. разнообразные факторы: питание, утомление, лекарственные препараты, сон и аллергия. В силу проблем, связанных с надежностью и валидностью методов биолог. диагностики, наиболее распространенными средствами оценки Д. остаются стандартизованные самоотчеты и клинические оценочные шкалы.

См. также Антидепрессанты, Опросник депрессии Бека, Электросудорожная терапия, Культуроспецифичные расстройства, Эпидемиология психических расстройств, Гуморальная теория, Выученная беспомощность, Маниакально-депрессивная личность, Нейрохимия, Психоэндокринология, Психофармакология, Стресс

Э. Дж. Марселла

Депрограммирование (deprogramming)

Дж. Кларк установил, что для экстремистских религиозных культов характерно следующее: а) состоятельные живые лидеры, считающие себя мессиями или обладателями особой силы (дара и пр.); б) философия, осн. на системе догматических и абсолютистских убеждений; в) тоталитарная система управления; г) требование беспрекословного подчинения уставу культовой группы; д) сильный акцент на накапливании богатства для культа и е) почти полное отсутствие заботы об индивидуальном благополучии членов культа.

Вероятных новообращенных редко ставят в известность об этих особенностях культа, но, наоборот, предоставляют им сильно отличающуюся или даже прямо противоположную реальному положению дел информ. М. Сингер и Р. Дж. Лифтон утверждают, что как только новички вовлекаются в культ достаточно глубоко, чтобы на них можно было оказывать групповое давление, они подвергаются процедурам промывания мозгов.

Конечным продуктом процесса идеологической обработки является упрощенческое и стереотипное мышление. Как и в гипнотических состояниях, содержание мышления контролируется гл. обр. извне, а не изнутри, что приводит к слепому повиновению лидеру культа.

Экстремистские религиозные культы могут производить полное изменение личности новообращенного за период от неск. дней до неск. недель, хотя, по сообщению Дж. Кларка, такие изменения становятся необратимыми обычно после 4-7 лет жизни в культовой группе.

Д. состоит из фасилитации критического, гибкого, творческого и независимого мышления и коррекции ложных представлений относительно культовой жизни. Этот процесс завершается стимулированием члена культа исследовать культовую идеологию в свете логики и эмпирических фактов. Такое исслед. можно ускорить с помощью серии наводящих вопросов, посредством к-рых новичка нацеливают на систематический анализ противоречий на основе фактов из его личного жизненного опыта.

Полезно тж прямое, открытое заполнение информационных лакун. Напр., новички могут просто не знать, что группа, к к-рой они примкнули, весьма своеобразна; что "проекты творческой общины" не имеют никакого отношения к жизни той общины, членами к-рой они стали; что они должны посвятить свою жизнь этой группе или что их будущий супруг(а) и дата бракосочетания будут выбраны за них лидерами культа. Особую пользу дает описание и объяснения процесса идеологической обработки, к-рой они были подвергнуты.

На протяжении процесса Д. любопытство, вопросы и рассуждения новообращенного создают импульс, сила к-рого нарастает до тех пор, пока не достигается точка перелома. В это время новичок может внезапно прекратить обсуждение, стать тихим и задумчивым или обнаружить признаки шока, после чего он обычно "ломается". Этот момент характеризуется такими ощущениями, как нервная дрожь и озноб. На аффективном уровне произошедший перелом может выражаться в рыданиях и панической растерянности, а на когнитивном уровне он сочетается с резким изменением мировоззрения и решением порвать с культом.

Работа не заканчивается с наступлением момента перелома, т. к. затем наступает "неустойчивая фаза" ("floating phase"), когда случайная встреча, телефонный звонок или даже слово могут столь же быстро вернуть бывшего члена к мировоззрению культа. Для предотвращения обратного перехода таким людям, как правило, необходима постоянная поддержка и руководство до тех пор, пока их способность критически мыслить не окрепнет настолько, чтобы они могли обрести независимость.

См. также Групповое давление, Убедительные сообщения

Дж. К. Локвуд

Дерматит (dermatitis)

Д. - это воспаление кожи, проявляющееся зудом, покраснением и иногда изъязвлением, при к-ром кожа мокнет и покрывается пузырями. В группу Д. включены мн. кожные заболевания, два наиболее распростр. из них - контактный Д. и атопический Д.

Контактный Д. представляет собой воспаления, вызванные внешними факторами - химическими аллергенами и токсинами. Причина предполагаемого контактного Д. определяется обнаружением аллергена при помощи специальных кожных тестов. После идентификации сенсибилизатора Д. становится доступным лечению.

Атопический Д., известный тж как нейродермит, представляет собой воспаление кожи, вызванное постоянным расчесыванием. Существенным признаком атопического Д. является интенсивный зуд. Хотя истинная причина атопического Д. неизвестна, его возникновение связывают с наличием в роду таких аллергических заболеваний, как астма или сенная лихорадка, что указывает на наследственную предрасположенность. Появлению этого типа Д. способствуют психол. стрессы и изменения климата. В отличие от контактного, атопический Д. представляет собой хроническую, рецидивирующую проблему. Атопический Д. доступен как медикаментозному, так и психол. лечению.

См. также Психосоматические расстройства

Т.-И. Мун

Десенсибилизация и коррекция переработки информации с помощью движений глазных яблок (eye movement desensitization and reprocessing)

Десенсибилизация и коррекция переработки информ. с помощью движений глазных яблок (EMDR) - это предложенный Фрэнсин Шапиро метод быстрого лечения последствий психотравмы: ночных кошмаров, "флэшбек" и фиксации на травматическом событии. Шапиро наблюдала быстрое снижение интенсивности дистресса у себя самой и участвовавших в исслед. добровольцев после мультисаккадических боковых движений глазных яблок. Она применила эту процедуру с использованием контрольных групп при лечении жертв сексуального насилия и ветеранов Вьетнамской войны и обнаружила существенный эффект, сохранившийся при катамнестическом исслед. через три месяца.

Процедура

Процедура начинается с установления достаточного терапевтического контакта (раппорта), делающего возможным для пациента адекватный самоотчет о внутренних переживаниях. Пациент получает полную информ. о том, чего следует ожидать во время и после процедуры, так что ощущаемые при этом сильные вспышки аффекта не производят ошеломляющего впечатления. Для заблаговременного выявления лиц с расстройством множественной личности (MPD) используется такой скрининговый инструмент, как Шкала диссоциативного опыта (Dissociative Experiences Scale). При наличии у пациента такого диагноза используется специальный EMDR-протокол. Проведение EMDR без специального протокола у больных с нераспознанным расстройством множественной личности сопряжено с риском спровоцировать активацию агрессивной чередующейся личности в ходе процедуры, что значительно ухудшает терапевтический контакт.

Перед использованием EMDR психотерапевт оценивает память больного о травматическом событии, являющемся мишенью психотерапии, учитывая ее визуальные, когнитивные и кинестетические компоненты. Уровень дистресса измеряется в субъективных единицах дистресса. Пациент тж излагает желаемые когниции о травматическом событии. Уверенность в этих когнициях перед лечением оценивается с помощью шкалы семантического дифференциала.

Проведение EMDR начинается с того, что пациент получает инструкцию вызвать в памяти чувственные аспекты воспоминания, в то время как психотерапевт производит латеральные движения пальцем, вызывая у больного движения глазных яблок. После каждого сеанса чувственный опыт больного подвергается пересмотру, при этом продуцируются разнообразные отчеты об образах, мыслях или телесных ощущениях по мере того, как происходит коррекция переработки мнестической информ. Часто наблюдается катарсическое отреагирование, при к-ром пациент детально оживляет событие в сферах разных чувственных модальностей. За этой частью процедуры непосредственно следует период повышенной внушаемости, в к-ром спонтанно появляются или же м. б. относительно легко вызваны желательные когниции пациента. Этот спонтанный сдвиг или иная заключительная процедура делают возможным снижение субъективного дистресса до уровня, позволяющего благополучно завершить сеанс. Пациенту сообщается, что спонтанная коррекция переработки мнестической информ. продолжится и после EMDR. Дневниковые записи больных, отражающие этот материал, обсуждаются на катамнестических сеансах, на к-рых м. б. дополнительно использована EMDR применительно к возникшим вопросам или новым воспоминаниям.

Теория

В своей концепции Шапиро постулирует, что травма вызывает аффективную перегрузку, нарушающую баланс возбуждения/торможения при переработке информ. Это вызывает блокаду переработки мнестической информ. о травме, к-рая остается изолированной в нейронной сети с полным зарядом визуального, когнитивного и аффективного значения. Этот заряд прорывается через диссоциативный барьер, отделяющий воспоминания от нормального плана текущего сознания, и переживается в виде навязчивых мыслей, ночных кошмаров или феномена "флэшбек". Проникая через диссоциативный барьер, EMDR восстанавливает равновесие и сообщение между нейронными сетями. При правильном проведении EMDR достигается полная переработка травматического материала, что вызывает устранение симптоматики и переход к более адаптивному мышлению. После проведения EMDR пациенты описывают изменения в своем воображении, мышлении, аффективной сфере и поведении, свидетельствующие о том, что интеграция материала осуществляется на уровне базисных когнитивных схем. Эти изменения могут сопровождаться генерализацией эффекта относительно др. психотравматизирующих эпизодов, к-рые не были специфическими мишенями при проведении терапии ЕМDR.

Предостережение

Существенным для безопасного и эффективного проведения процедуры яв-ся уровень подготовки психотерапевта. Клиницистам, не прошедшим специальное обучение, не следует пытаться проводить EMDR в порядке эксперимента. Это сопряжено с риском повреждения глаз, ретравматизации и активизации суицидных тенденций у больного.

См. также Головной мозг, Канализация, Эффективность психотерапии, Идиодинамика, Умственные образы, Множественная личность, Последствия стресса, Зрительные представления

С. Паулсен

Детерминизм / индетерминизм (determinism / indeterminism)

В философии понятие детерминизма несет в себе элемент необходимости: все вещи в этом мире должны происходить именно так, как будто они происходят в силу предшествующих им причин. Эта идея является центральной для науки, утверждающей, что если бы нам были известны все факторы, причастные к некоему грядущему событию, его наступление можно было бы точно предсказать; и наоборот, если событие происходит, значит оно неизбежно. Каждая вещь и каждое событие во вселенной определяются - и всегда будут определяться - законами природы, к-рые можно установить посредством научных методов.

Что касается челов. поведения, то здесь сложилась интересная система альтернативных утверждений, к-рая обладает несомненной значимостью за пределами психологии как науки или профессии и имеет отношение к повсеместному челов. поведению и общественным институтам, включ. законы об-ва и религиозные догмы. Прежде всего приходит на ум ряд занятных противоречий. Как уже отмечалось, ученые рассматривают жизнь как детерминированный процесс и обычно верят в неизбежность определенной линии поведения: если бы мы знали о конкретном чел. все, мы могли бы предсказать каждый его шаг. Однако, на протяжении всей истории об-ва т. зр. здравого смысла была представлена позицией индивидуальной ответственности.

Как принято считать, индетерминизм исходит из того, что индивидуум имеет свободу выбора, что люди способны предсказывать последствия своих поступков и решать, как именно им действовать, напр. добиваться ли им собственных эгоистических целей даже в ущерб окружающим. Чистейший пример индетерминизма - вера в свободу воли, согласно к-рой за все сознательное поведение ответственность ложится на людей. Законы большинства об-в и догматы мн. религий, в первую очередь иудаизма и христианства, базируются на идее индивидуальной ответственности. Последствия поступков в виде наказания - на этом свете или на том - трактуются с позиций моральных принципов и поведения индивидуума.

В этом старом как мир споре детерминистов и индетерминистов психологи занимали разные позиции. Последовательные бихевиористы склонны к безоговорочному детерминизму, а приверженцы экзистенциализма - к индетерминизму. Однако, хоть это, возможно, и противоречит логике, большинство психологов сочетают в своем творчестве элементы обоих подходов: они отдают должное детерминизму как необходимому элементу научного метода, что не мешает им, тем не менее, действовать с позиций индетерминизма.

Безусловно, недавние события, произошедшие в мире физики, заставляют усомниться в научной легитимности детерминизма. Говоря так, мы имеем в виду невозможность одновременного определения импульса и положения электрона. Судя по всему, всегда будут существовать зоны неопределенности. Исходя из таких наблюдений, физик-теоретик Вернер Гейзенберг, удостоенный Нобелевской премии в 1932 г., сформулировал принцип, известный под названием принципа неопределенности Гейзенберга, и показал, что классическая (ньютонова) физика просто не применима на уровне атомов. Если приравнять отдельного чел. к атому, можно сказать, что хотя принцип детерминированности (или определенности) справедлив в отношении чел. как вида, приводя к детерминистической номотетической позиции, принцип неопределенности столь же справедлив применительно к чел. как индивиду, чье поведение оказывается лишь частично объяснимым на основе предшествующих событий. Иными словами, полностью предсказать поведение конкретного чел. невозможно.

См. также Эмпиризм, Логический позитивизм, Объективная психология, Физика и науки о поведении

У. Саттон

Детская и подростковая делинквентность (juvenile delinquency)

Д. и п. д. обычно определяется как запрещенное законом поведение, совершаемое малолетними. Точный возраст, в отношении к-рого квалифицируется делинквентность, зависит от закона конкретного штата. Детей до 8 лет, как правило, не заключают под стражу в арестный дом или в дом предварительного заключения для малолетних правонарушителей, а обычно помещают в приют. В зависимости от серьезности делинквентного поведения, ребенок может рассматриваться либо как несовершеннолетний преступник, либо как JINS (малолетний, требующий надзора - juvenile in need of supervision). Поведение из разряда последней категории - такое как праздношатание, прогулы уроков, убегание из дома, нарушение границ чужих владений и неисправимость - не считалось бы преступным, если бы оно совершалось взрослым. Преступность несовершеннолетних включает такие уголовные преступления, как взлом и проникновение, противоправное проникновение в чужое помещение с умыслом совершить в нем фелонию или кражу, магазинные кражи, поджоги, изнасилования и убийства.

Специальный отчет 1981 г. констатировал, что одна треть всех серьезных преступлений совершается людьми в возрасте до 20 лет. Нет таких этнических, религиозных, расовых групп или социально-экономических уровней, к-рые бы оказались не затронутыми этим стремительным ростом проблем несовершеннолетних.

См. также Преступность, Девиантность

Д. Н. Ломбарди

Детская психология (child psychology)

Д. п. изучает личность и поведение детей, обычно с того момента, как родители дают жизнь ребенку, и до достижения им половой зрелости (пубертата). Хотя нек-рые теоретики и исследователи включают в определения Д. п. еще и юность, большинство совр. авторов рассматривают период юности как отдельную область изучения. В прошлом Д. п. имела отношение и к нормальному, и к аномальному поведению, и за свою историю вобрала в себя как различные теории, так и рез-ты исслед. в области развития, воспитания и обучения детей, а тж в сфере детской психотерапии и консультирования.

В сферу исследовательских интересов детских психологов входят соц. и эмоциональное развитие, физ. рост и совершенствование моторного поведения, научение и интеллектуальный рост, языковое развитие и развитие личности. Одни исследователи ограничивают свою работу рамками конкретного возрастного периода, такого как младенчество, пренатальный период, новорожденность или школьные гг. Др. сосредоточиваются на происходящих с возрастом изменениях в таких психол. конструктах, как познание, социализация, агрессия, зависимость, нравственное поведение, научение или достижение. Нек-рые темы - скажем, языковое развитие, - изучались как в аспекте возрастных особенностей конкретного поведения (напр., словарный запас, характерный для данного возраста, употребление определенных частей речи и т. д.), так и в аспекте психол. конструктов (напр., языковая социализация, язык и познание).

В дидактических целях период детства обычно делят на неск. подпериодов, или стадий. Пренатальный период можно разделить на стадию зиготы (от 0 до 2 недель), стадию эмбриона (от 2 недель до 2 месяцев) и стадию плода (от 2 месяцев до рождения). Аналогично, постнатальный период можно разделить на младенчество, дошкольный возраст (раннее детство), среднее детство и позднее детство.

История детской психологии

В связи с Д. п. можно рассматривать, по меньшей мере, 4 вида истории. Онтогенетическая история - история организма от зачатия до смерти - составляет основу данных о челов. развитии. Филогенетическая история относится к эволюционному развитию вида.

Третий вид истории касается изменений понятия "детство", происходящих со временем. Данное понятие связано с социокультурной историей семьи. Филип Мюллер выделил 4 периода в культурной истории семьи, соотнеся их с меняющимися взглядами на ребенка.

Первый период: до 1750 г. Рождение и смерть ребенка были "естественными". Не существовало ни системы родовспоможения, ни достаточно эффективной медицины для поддержания жизни новорожденных. Поскольку процент младенческой смертности был весьма высок, к детям относились как к чему-то временному и легко заменимому, а потому не придавали им особого значения. Предполагалось, что в такой суровой обстановке дети быстро вырастают, и потому с ними обращались в значительной мере как с маленькими взрослыми.

Второй период: с 1750 по 1880 гг. На детство стали смотреть как на период невинности: детей начали оберегать от суровых реалий взрослой жизни и считать их, как предлагал Руссо в своем "Эмиле", особыми существами, со своими собственными потребностями, специфичными для каждой стадии возрастного развития.

Третий период: с 1880 по 1930 гг. К концу XIX в. начал резко падать уровень рождаемости. С появлением нуклеарной семьи как осн. воспроизводящей, общественной и культурной единицы родители стали больше заниматься воспитанием и обучением своих детей. Поощрения и наказания определялись желанием внушить детям строгие моральные принципы.

Четвертый период: с 1930 г. по настоящее время. Согласно Мюллеру, семья наконец-то достигла в своем развитии стадии, на к-рой ребенку позволили занять привилегированное положение. На ребенка больше не смотрят как на легко заменимый, временный предмет потребления, и его больше не эксплуатируют как дешевую рабочую силу. Если продолжать сравнение, то теперь ребенок приобрел влиятельное положение "маленького принца", вокруг к-рого крутятся представители разных профессий, значительная часть рынка услуг и, естественно, большое количество законов. Т. о., характеристики семьи и наши представления о том, что значит быть ребенком, изменялись вместе с изменением демографической структуры населения нашей планеты.

Четвертый вид истории, имеющий отношение к Д. п., - это ее собственная история развития. Большинство исслед. процессов развития касалось переменных или логических конструктов, интеллектуальный интерес к к-рым зародился еще в античной философии. Зачатки психологии сложились в философии и физиологии, и Д. п. не составляет исключения. Древнегреческие авторы описывали стадии развития и процесс социализации, а тж рассматривали такие практ. вопросы, как правильное воспитание (и обучение) детей. Однако начало Д. п. как науки можно связать с появлением "детских биографий", представлявших собой записи точных наблюдений (к-рые часто велись родителями) за развитием конкретного ребенка.

Совр. влияния на Д. п. связаны с прогрессом в тестировании, а тж с развитием клинических центров помощи детям и родителям и крупных университетских центров исслед. детского поведения.

Теории в детской психологии

Поначалу теории Д. п. были преимущественно имплицитными. Поскольку на детей смотрели как на маленьких взрослых, то не было необходимости и в особых логических конструктах для объяснения их поведения. Вплоть до конца XIX в. и приобретения психологией статуса официальной дисциплины никаких широко известных теорий поведения ребенка не существовало. Одним из первых детских психологов был Гренвилл Стэнли Холл, предложивший биогенетическую теорию, согласно к-рой поведение, в основном, определяется биолог. развитием и генетической предрасположенностью.

Создатель психоан. Зигмунд Фрейд придавал важное значение средовым и особенно соц. факторам в развитии поведения и личности ребенка. Фрейд одним из первых подчеркнул влияние раннего опыта на последующее поведение и роль бессознательного в объяснении поведения. Он постулировал, что люди в своем развитии проходят ряд психосексуальных стадий, к-рые определяются специфическим способом выражения либидо, или психич. сексуальной энергии.

Жан Пиаже создал, вероятно, главную теорию, претендующую на объяснение когнитивного развития. Подход Пиаже к когнитивному развитию можно назвать стадиальным, поскольку каждая последующая ступень развития соотносится со все более сложным способом регистрации и обработки информ. индивидуумом, а тж ассимиляцией ее в ранее развитые ментальные структуры.

Представители теории научения склонялись к тому, чтобы рассматривать поведение детей как базирующееся на средовых факторах, а не на факторах организма, и, подобно Фрейду, отводили организму скорее пассивную, чем активную роль в собственном развитии. Появление теории социального научения было в известном отношении рез-том стремления объединить психоаналитические понятия с понятиями классической теории научения.

Методы исследования в детской психологии

С того времени, когда Д. п. была представлена "детскими биографиями", ее теория и методы достигли значительного прогресса. Если дело касалось возрастных изменений к.-л. черты или поведения, для их изучения использовались два подхода. При лонгитюдном подходе исследователи наблюдают одних и тех же испытуемых на протяжении интересующего их отрезка времени и отмечают происходящие с возрастом изменения. При применении метода поперечных срезов исследователь производит замеры у испытуемых разного возраста. У каждого из этих подходов свои преимущества и ограничения. Нек-рые авторы предложили использовать комбинацию этих двух подходов в качестве более действенного метода, обладающего меньшим количеством недостатков.

В Д. п. использовалось и используется множество конкретных методов исслед., в т. ч. анкеты, интервью, различные виды оценок (даваемых учителями, сверстниками и родителями), наблюдение, проективные методики, тесты личности и интеллекта и эксперименты.

Спорные вопросы психологии развития

Противоположные взгляды на ребенка как на субъекта действий или объект воздействий продолжают оставаться в Д. п. предметом острых разногласий и барьером, разделяющим теоретиков и экспериментаторов. Важным аспектом для детских психологов яв-ся тж относительное влияние на поведение ребенка средовых и генетических факторов. Наконец, детские психологи расходятся в отношении важности выделения стадий развития: одни теоретики понимают развитие как прохождение дискретных стадий, тогда как др. предполагают непрерывное развертывание личности и поведения с возрастом.

См. также Стадии развития поведения ребенка, Развитие в раннем детстве, Развитие младенца, Неонатальное развитие

Дж. П. Мак-Кинни

Детские психозы (childhood psychoses)

Д. п. представляют собой смешанную группу тяжелых расстройств с грубыми отклонениями от ожидаемых соц. и интеллектуальных возрастных норм. Детский аутизм и детская шизофрения - два наиболее распространенных психотических расстройства детского возраста.

Почти каждый аспект проблемы психозов детского возраста - от названий и критериев определения до интерпретации механизмов и тактики лечения - отмечен разногласиями. Несмотря на существующие противоречия, проявления психотических расстройств всеми описываются как "глубокие", "всепроникающие" и "тяжелые". Не подвергается тж сомнению, что эти заболевания длятся на протяжении всей жизни, хотя небольшой процент больных и демонстрирует существенные улучшения. Неблагоприятные исходы болезни связывают с низкими (соотв. умственной отсталости) показателями теста интеллекта, проводимого во время постановки диагноза, отсутствием речевых навыков до 5-летнего возраста, проявлением признаков психоза в возрасте до 10 лет и обнаружением у детей интроверсии, робости и заторможенности еще до появления трудностей.

Симптомы аутизма и детской шизофрении в значительной мере перекрывают друг друга. Группа британских психиатров предложила девять признаков, характеризующих эти и др. формы Д. п.:

1. Серьезные устойчивые нарушения межличностных отношений. Они приобретают форму ухода в себя при аутизме и обсессивной привязанности (часто к матери) при детской шизофрении.

2. Видимое отсутствие сознания личной идентичности, проявляющееся в гротескных позах и нанесении себе увечий.

3. Повышенный интерес к неодушевленным объектам и необычные действия с ними, часто без понимания их обычной функции.

4. Крайнее сопротивление к переменам любого рода и ритуалы, направленные на поддержание однообразия.

5. Патологическое восприятие, приводящее к преувеличенным, дефицитарным или непредсказуемым реакциям на сенсорную стимуляцию. У мн. пациентов имеются нарушения концентрации внимания и отсутствие реакций на окружающую обстановку.

6. Повышенная, острая, неадекватная тревога; в нек-рых случаях - панический страх обычных предметов домашнего обихода.

7. Тяжелые нарушения речи - обычно потеря или задержка развития речевых навыков. Речь нек-рых пациентов неадекватна, напр. они неправильно используют местоимения или не пользуются флексиями.

8. Нарушения моторики, в т. ч. судорожные спазмы, обездвиживание, гиперактивность и манерные стереотипии. Часты попытки аутостимуляции в виде вращения корпуса, хождения на цыпочках, хлопанья в ладоши и раскачивания, в особенности в условиях относительной моторной депривации в мед. учреждениях.

9. Общая задержка развития интеллектуальных навыков. Свыше 50% больных постоянно остаются на сниженном уровне развития. Однако дети с аутизмом иногда демонстрируют нормальное или даже высокое интеллектуальное функционирование в специфических областях, таких, напр., как память, музыка или арифметика - способности, редко наблюдаемые у детей с шизофренией.

Эти девять признаков наблюдаются не исключительно при психозах и не у всех детей с диагнозом психоза. На практике часто трудно отличить психотические расстройства от задержки умственного развития, органического повреждения мозга и симптомов, сопровождающих слепоту или глухоту.

Помимо нарушений соц. приспособления и интеллекта есть и др. ключевые признаки дифференциального разграничения аутизма и детской шизофрении. Симптомы аутизма типично выражены с самого начала жизни, в то время как ребенок с шизофренией обычно выглядит нормальным до определенного момента, к-рый наступает после первых 30 месяцев жизни (вплоть до 12-летнего возраста). Аутичный ребенок прилагает немало усилий, чтобы сохранить сложившийся распорядок жизни, тогда как ребенок, больной шизофренией, иногда совершенно не заинтересован в этом. У ребенка с аутизмом развита моторика, в то время как при шизофрении наблюдаются нарушения координации и равновесия. Ребенок с аутизмом демонстрирует повышенный интерес к механическим объектам, к-рые не вызывают аналогичного отношения у пациентов с шизофренией. Окружающую обстановку больные аутизмом скорее игнорируют, тогда как больные шизофренией обнаруживают спутанность в ее восприятии.

Существует также характерная разница в социальном происхождении больных аутизмом и шизофренией. Дети с аутизмом - выходцы из семей, принадлежащих к относительно высоким слоям общества, в роду у них низкая представленность случаев шизофрении. Дети с шизофренией - преимущественно выходцы из бедных семей и имеют повышенный уровень наследственной отягощенности шизофренией.

Этиология

Этиология этих психотических состояний неизвестна. Однако этиологические теории исходят из предположений о многофакторном генезе этих расстройств. Данные исслед. подтверждают роль физиол. механизмов.

Согласно большинству теорий, детская шизофрения имеет сходство со взрослым вариантом, что предполагает действие одних и тех же этиологических факторов в обоих случаях. Совр. теории подчеркивают роль биохимических отклонений (в особенности, церебрального обмена допамина). В нек-рых случаях решающую роль играет генетический фактор, запускаемый стрессом. Хотя не все пациенты с детской шизофренией имеют признаки повреждений мозга в процессе родов, у них выявляется более высокий процент родовых осложнений и др. признаков патологии нервной системы по сравнению с их сиблингами и здоровой контрольной группой. Все же данные в поддержку наличия специфических дефектов ЦНС являются недостаточно убедительными.

При аутизме - особенно в случаях, где симптомы выражены с младенчества, - исследователи предполагают церебральную патологию вследствие наследственной отягощенности или осложнений при родах. Не все согласны в том, что это за патология, присутствует ли она во всех случаях, вовлечены ли одновременно неск. областей мозга. Тем не менее, есть данные об участии таких факторов, как пренатальные инфекции (например, краснуха), наследственные неврологические расстройства, кровотечения во время беременности и неизвестные генетические расстройства.

Исследователи факторов внешней среды редко различают между собой аутизм и шизофрению в детстве, считая их в принципе одним и тем же расстройством.

Родители психотических детей представляют собой далеко не гомогенную группу. У родителей больных шизофренией часто выявляется патология, включающая психозы, шизоидность и интроверсию. Однако нет очевидного подтверждения того, что расстройства у родителей предшествуют нарушениям у их потомства и провоцируют именно эти нарушения. У родителей детей с аутизмом не выявляются шизофрения и шизофренные симптомы. Имеющиеся у них психол. расстройства, по-видимому, чаще всего вызваны рождением аутичного ребенка или отношением работников здравоохранения, возлагающим вину за болезнь ребенка на родителей.

Лечение

Авторы, считающие, что это проблема гл. обр. органическая, основываются и на соматическом, и на психопедагогическом лечебных подходах. Гормоны типа тиреоидных, мощная витаминотерапия и др. лекарства могут обеспечить облегчение симптомов, особенно бессонницы, гиперактивности и агрессивности. Программы перевоспитания, часто поведенчески ориентированные, имеют целью развитие навыков копинга и устранение симптомов дезадаптации. Такие высокоструктурированные психопедагогические программы превосходят по эффективности др. формы психосоциальной терапии.

См. также Детский невроз, Наследуемость, Личность, Психоэндокринология, Шизоидная личность, Аномалии половых хромосом

Л. Л. Давидофф

Детский невроз (childhood neurosis)

Невроз представляет собой неглубокое психическое расстройство, обычно включающее: а) недостаточное понимание причины проблем; б) чрезмерную тревогу; в) импульсивное поведение, причем причины такого поведения часто вступают в конфликт друг с другом. Невроз может тж включать симптомы соматической болезни, обсессивное или компульсивное поведение и специфические страхи или фобии. Единой классиф. невротических расстройств нет, но в основном предлагаемые версии включают: истерию с эмоциональной лабильностью и конверсионными симптомами, представляющими собой превращение психич. проблем в физ.; генерализованную тревогу с недостаточным пониманием ее причин; обсессивно-компульсивные паттерны поведения - побуждения к нецелесообразному поведению или навязчивым ритуалам; фобии.

Изучая поведение ребенка, следует спросить себя, почему дети ведут себя так, почему их поведение встречает неодобрение и какие существуют соц. процессы для контроля их поведения. Как показывают Пруденс Рейне и ее сотрудники, с момента, когда поведение детей отмечено как девиантное, они становятся частью особой статусной группы в нашем об-ве. Для тех, кого отнесли к этой категории, это определение часто становится детерминистским или самоисполняемым: они продолжают быть плохими (девиантными), поскольку такими их видят значимые для них лица.

Поэтому, вероятно, правильнее считать, что у детей есть проблемы развития, и сосредоточивать усилия на оказании им помощи в формировании потенциала для решения задач обучения и для жизни в рамках культурной и соц. терпимости об-ва.

См. также Тревога, Стадии развития поведения ребенка, Личность, Самоисполняемые пророчества

Т. Александер

Детский церебральный паралич (cerebral palsy)

ДЦП - собирательный термин для обозначения двигательных расстройств (сочетающихся с ослаблением мозговых функций), к-рые развиваются в рез-те статического - не поддающегося лечению, но и не прогрессирующего - поражения головного мозга, возникшего внутриутробно, во время родов или на первом году жизни. Этиология, клинические проявления и прогноз ДЦП характеризуются большой вариабельностью. Проявления ДЦП могут включать задержку умственного развития, неспособность к разным видам научения, судорожные припадки, сенсорную и речевую недостаточность, а тж ослабленную способность поперечно-полосатых мышц. Распространенность случаев ДЦП составляет от 1,3 до 5 на 1000 родившихся живыми детей.

Эти синдромы проявлений ДЦП могут быть вызваны как генетическими, так и приобретенными факторами, хотя конкретные причины часто бывают неясны или носят множественный характер.

В основание классиф. синдромов ДЦП обычно кладется доминирующий тип двигательной недостаточности, и тогда она включает в себя следующие его формы.

А. Спастические формы составляют примерно 75% всех случаев, обусловлены поражением мотонейронов верхнего уровня двигательной системы и характеризуются повышенным тонусом связанной с ними мускулатуры, ритмическими подергиваниями отдельных мышечных групп, аномальными рефлексами и тенденцией к развитию контрактур (снижению подвижности в суставах). Различают спастическую гемиплегию, при к-рой страдают обе конечности с одной стороны тела, и спастическую тетраплегию, предполагающую поражение (спастичность) - примерно одинаковой степени тяжести - всех четырех конечностей. Спастическая параплегия характеризуется поражением обеих ног, но полной сохранностью функций верхних конечностей.

Б. Дискинетические церебральные параличи имеют следствием снижение произвольной деятельности в рез-те неконтролируемых и бесцельных движений, к-рые исчезают только во время сна.

В. Атаксический церебральный паралич связан со статическим очагом поражения мозжечка или его проводящих путей. Страдающие им дети ходят, широко расставив ноги, и испытывают трудности, когда необходимо резко повернуться или выполнить ряд быстро повторяющихся движений. Этот тип паралича имеет наилучший прогноз функциональных улучшений.

Г. Смешанные формы могут обнаруживать клинические проявления более чем одного типа.

Лечение

Лечебный подход варьируется в зависимости от возраста ребенка, типа и тяжести поражения, наличия или отсутствия припадков и сохранности интеллекта. Двигательные расстройства можно в определенной степени смягчить. Развитию контрактур у детей со спастическими формами ДЦП можно препятствовать, используя как хирургические, так и нехирургические средства. Врач-физиотерапевт способен добиться хороших рез-тов, возвращая эластичность отвердевшим сухожилиям посредством пассивных и активных упражнений и применения специальных механических устройств.

См. также Повреждения головного мозга, Нервно-мышечные расстройства, Нейропсихология

Р. Т. Джубилато

Дзэн-буддизм (zen-buddhism)

Дзэн (медитация, школа Махдидны (Mahdydna), Северный буддизм) стал известен на Западе в первое десятилетие после Второй мировой войны. Его парадоксальные учеб. задачи (коаны) поставили в тупик и заинтриговали зап. ученых. Открыто признаваемая цель этих задач - завести отвлеченное, логическое мышление в тупик (или вызвать его остановку) и ввести учеников в состояние непосредственного восприятия своей неповторимой эссенциальной природы. Буддизм возник из проповедей индийского мудреца, Гаутамы Сиддхартхи, к-рого люди называли Буддой ("Ясновидящим") как воплощение высшей мудрости и добродетели.

Будда учил, что страдание и неудовлетворенность - неотъемлемые элементы состояния человека, что все явления постоянно изменяются и что никто не обладает обособленным и неизменным Я. Игнорирование этих "признаков бытия" приводит к тщетным попыткам удержать ускользающие явления ("видимость"), что приносит страдания. Мудрость, заключающаяся в отказе от этих попыток и являющаяся следствием ясного восприятия, уменьшает страдания. Будда учил методу, названному "8-членным путем благородных", как средству достижения этой цели. Он состоит в практике правильно понимать, ставить цели, говорить, поступать, добывать средства к жизни, делать усилия, осознавать происходящее и концентрироваться. По поводу существования Бога Гаутама отказался высказать свое мнение, заявив, что это "вопрос, не приносящий дохода" ("unprofitable question").

Буддизм вобрал в себя более древнюю индийскую концепцию кармы (в самом общем и широком смысле это слово означает "причину и следствие"), в к-рой особое внимание уделяется ответственности чел. за его деяния и принятию их последствий. Есть в нем и учение о возрождении (rebirth). Понятие возрождения интерпретировалось по-разному и относилось либо к процессу изменения, происходящему от момента к моменту, либо к изменению, происходящему на протяжении череды жизней. Буддизм не предполагает веры в существование "сущего" или "души", но утверждает, что импульс нереализованных желаний дает начало др. явлениям - следствиям таких желаний. В Индии возрождение сравнивали с зажиганием одной свечи от пламени другой: пламя второй свечи нельзя назвать тождественным пламени первой, но и сказать, что два пламени совершенно разные, тоже нельзя. Вопреки распространенному на Западе мнению, в буддизме возрождение считается нежелательным, т. к. оно реактивирует тягостную цепь страданий. Д.-б. разделяет эти базовые принципы буддизма, но подчеркивает необходимость жить как Бодхисаттва, или личность, бескорыстно посвятившая свою жизнь служению другим и помогающая им продвигаться по пути к Просветлению.

Можно с уверенностью сказать, что Д.-б. в том виде, в каком он известен сегодня, имеет много общего с китайским даосизмом. Дюмолен показал, что учения даосизма связаны с неск. рукописями сутр Махдидны (Mahdydna sutra), в к-рых большое внимание уделено тождественности формы и пустоты.

Благодаря деятельности буддистов-миссионеров Д.-б. внес важный созидательный вклад в становление культуры Китая, Кореи, Манчжурии, Вьетнама и Японии. Сказанное прежде всего относится к Японии, где Д.-б. повлиял не только на подготовку воинов, правителей, поэтов, архитекторов, мастеров чайной церемонии, икебаны и каллиграфии, но и на развитие таких видов спорта, как дзюдо и карате, а тж на разные виды боевых иск-в, в т. ч. и на кендо - иск-во владения мечом. Он тж оказал глубокое влияние на манеры японцев и на их соц. установки.

Традиционная практика дзэн сосредоточена вокруг зазен (Zazen) (медитации в сидячем положении). Поза - прямая спина, скрещенные ноги - благоприятствует алертности. Вся сила сосредоточена в нижней части живота. Молчание обязательно. Нередко сначала все внимание сосредоточено на подсчете вдохов и выдохов. Дальнейшее течение процедуры может быть разным, однако часто это - концентрация на коане. Ученик может тж практиковаться в Шикан Таза (Shikan Таzа) (безмолвное, интенсивное тотальное сознавание - состояние, напоминающее встречу лицом к лицу с опасным врагом). От ученика требуется многократное участие в беседах с главой храма или монастыря, чтобы продемонстрировать свое понимание коана или свой опыт Шикан Таза. Такие встречи вызывают сильный стресс, а ученика побуждают "стать одним" ("become one") с задачей, чтобы совершить прорыв к Просветлению. По мере того как ответы ученика снова и снова отвергаются, он впадает в отчаяние. В конце концов, собрав все силы, удачливый ученик может пережить то, что называется кеншо (Kensho) ("первое видение"), форму прямого, неопосредованного восприятия, вкус того самого сатори (Satori), или освобождения, к-рое и составляет цель данной практики.

Западные комментаторы Д.-б. рассматривали его как средство прорыва сквозь соц. и личные условности и ограничения абстрактных категорий. Эрих Фромм (1960) в своем эссе "Дзэн-буддизм и психоанализ" (Zen Buddhism and psychoanalysis) писал об интеграции интеллектуального и аффективного знания, на к-рую нацелены обе эти дисциплины.

Д.-б. интересовались такие зап. психологи и психиатры, как Карл Юнг, Карен Хорни, Фриц Перлз, Клаудио Нараньо и Дэниел Гольман.

В заключение уместно напомнить, что учителя дзэн характеризовали свою практику как особое средство исцеления "от болезни слова и блуждания разума". Для совр. психологов Д.-б. является потенциальным источником эффективных дополнительных методов, к-рыми они могут пользоваться в работе с людьми, попавшими в трудные жизненные ситуации.

См. также Медитация, Религия и психология

Р. Дж. Хирн

Диагнозы (diagnoses)

Д., или более специфически - психодиагноз, означает: а) процесс классиф. информ., значимой для эмоциональной сферы и поведения индивидуума; б) обозначение состояния, обычно взятое из общепринятой системы классиф.

Процедура психодиагностики подвергалась критике, поскольку она навешивает на чел. ярлык. Будучи идентифицированным в качестве пациента, индивидуум может почувствовать себя жертвой болезни и не суметь взять на себя ответственность за решение проблем.

Нек-рые диагностические категории несут в себе соц. стигму или даже политическую подоплеку. Диагностические ярлыки могут вызвать соц. проблемы для больного, поскольку они могут указывать на причину расстройства и, следовательно, на связанные с этим оценочные суждения. Д. понимается в разных культурах единообразно, даже если с ним связываются совершенно различные представления об этиологии.

Эриксон и Хайерстэй отметили, что история попыток чел. понять психич. патологию м. б. лучше понята в виде трех отдельных историй: а) естественнонаучного и эмпирического способа концептуализации причин психол. расстройств; б) эффективности решения лечебных проблем; в) гуманности обращения с душевнобольными людьми. Под этим углом зрения легче рассматривать сложную историю и культурные особенности психодиагноза.

Разработка диагностических категорий

Используемая в настоящее время обширная диагностическая система зародилась в работах немецкого психиатра Эмиля Крепелина, к-рый проводил детальные наблюдения за больными. Он разделил диагностические единицы раннего и позднего слабоумия и предложил 4 формы первой: простая, гебефренная, кататоническая и параноидная. Выделенная нозологическая единица - раннее слабоумие - подвергалась критике на протяжении почти 50 лет. Критики отмечали, что предполагавшееся необратимое снижение поведенческого функционирования при этом состоянии в действительности обратимо. Вскоре Эйген Блейлер принял 4 диагностических подтипа Крепелина, предложив для обозначения раннего слабоумия термин "шизофрения", ставший сейчас общепринятым. Однако 4 подтипа Крепелина (и Блейлера) подверглись критике, и во время Второй мировой войты в мед. службе армии США был разраб. пересмотренный вариант классификационной системы, в к-рой больных шизофренией уже не нужно было укладывать в прокрустово ложе "подтипов" Крепелина.

Работа, проделанная во время Второй мировой войны Меннингером и др., привела к созданию "Руководства по диагностике и статистической классиф. психич. расстройств" (DSM-I), опубликованного Американской психиатрической ассоц. в 1952 г. Эта классификационная схема подверглась дальнейшему совершенствованию, став DSM-II. После обширной проверки на широком контингенте больных по всем США появились новые версии - DSM-III и DSM-IV, что привело к повышению надежности Д. благодаря использованию четких операционально определяемых критериев.

Валидность диагноза

Валидность Д. определяется тем, насколько его точность подтверждается независимыми критериями.

При установлении валидности психиатрического Д. возникают сложные проблемы. Напр., трудно определить "правильные" критерии для шизофрении, по к-рым можно было бы судить о точности Д. Эти проблемы можно решать разными способами. Общепринятым подходом является сравнение Д. при поступлении с Д. при выписке. Но такое сравнение - сомнительный критерий валидности. Оно представляет собой определение того, насколько согласовываются между собой мнения двух психиатров, высказанные в разное время и предположительно на основе различной информ. Даже если оба эксперта высказываются в пользу одного Д., все еще остается важным вопрос - является ли Д. верным (валидным с т. зр. внешних критериев).

Др. способ оценки валидности Д. - использование операциональных определений, напр. тщательно разраб. критериев DSM-IV или таких систем, как симптомы первого ранга Шнайдера (Schneiderian first-rank symptoms). После установления, что шизофрения в действительности м. б. диагностирована по этим критериям, вторым шагом будет оценка того, до какой степени оказываются согласованными между собой суждения экспертов при их независимом обследовании больного. Валидность может тж устанавливаться на основе сравнения течения и исхода заболевания.

При разраб. психол. тестов их авторы используют различные типы валидности. Однако при диагностике, осн. на беседе с больным, наиболее важна прогностическая валидность (возможность предсказать различные типы течения, исхода и реакции на терапевтическое вмешательство).

Диагностика в ходе беседы с больным усовершенствована структурированием задаваемых вопросов. Диагностическое интервью Ренарда (Renard Diagnostic Interview [RDI]) и Программа диагностического интервью (Diagnostic Interview Schedule [DIS]) представляют собой инструменты, предназначенные для использования профессиональным клиницистом или лицом без мед. образования с последующим подсчетом шкальных показателей, в т. ч. с помощью компьютера, для определения диагностических категорий. Шкалу аффективных расстройств и шизофрении (Schedule of Affective Disorders and Schizophrenia [SADS]) Эндикотт и Спитцер разраб. специально для использования клиницистами.

Использование стандартизованных интервью важно для повышения уровня надежности и валидности диагностики. Эти инструменты позволяют затронуть широкий ряд важных вопросов. Диагностические интервью предоставляют хорошо выверенную форму задавания потенциально сложных или смущающих больного вопросов. Важность тщательной, полной диагностической беседы, предопределяемой использованием структурированного инструмента, трудно переоценить.

Клинический диагностический процесс обычно начинается в диадной обстановке отношений врача и больного. Пациент - главный источник информ. Клинические данные, доступные на этом этапе, заключаются гл. обр. в сообщениях больного о своих ощущениях, эмоциях и мыслях. Больной может не испытывать симптомы (поведенческие или эмоциональные) непосредственно в момент беседы, в этом случае они воспроизводятся по памяти.

Диагностические суждения часто ограничены информ., получаемой в процессе беседы. Здесь есть много возможностей для потенциальной ошибки вследствие как сложностей взаимодействия, так и вероятности неверного выбора Д.

К сожалению, мн. пациенты искаженно воспринимают действительность. Такие искажения очевидны в случаях симуляции, ипохондрии и у больных с синдромом Мюнхгаузена. Во мн. др. случаях пациенты тж отрицают имеющиеся заболевания или признают наличие несуществующих.

Повысить валидность Д. часто позволяет использование независимой оценки данных самоотчета больного лицами его ближайшего окружения, чаще всего родственниками. Получение такого рода данных часто экономически эффективно, поскольку ведет к более точному соответствию нуждам больного.

Использование дополнительных источников информ. о больном для валидизации Д. имеет свои ограничения. Не всегда очевидно, какое лицо дает самые правильные сведения в тех случаях, когда возникают разногласия относительно полученной информ.

Возможности классификации

Зубин считает, что назначением Д. является предоставление информ. об этиологии (причине), прогнозе (течении и исходе) и терапии (лечении). Цели Зубина трудно достижимы. Принятие системы, дающей выигрыш в одной области, обычно приводит к потерям в др. Проблемы возникают на каждом шагу. Возьмем, напр., цель определения этиологии. Были идентифицированы этиологические факторы для таких расстройств, как психозы при пеллагре, фенилкетонурия, синдром Дауна и болезнь Паркинсона. Однако наше понимание расстройств может измениться. Поэтому Эшер считает, что диагностические обозначения должны быть описательными (напр., фобии), а не указывать на этиологию или лечение.

Большинство патологических состояний в действительности более сложное, чем это когда-то предполагалось. Монокаузальные модели обычно оказываются недостаточными, для большинства расстройств в настоящее время принята полиэтиологическая модель. Эти сложности дали толчок к развитию "биопсихосоциальной модели", концепций поведенческой медицины и поведенческого здоровья.

Зубин, Блэшфилд, Драгунс и др. предложили признаки идеальной психодиагностической системы, но жизнеспособной альтернативы используемой на настоящий момент классиф. пока не появилось.

Нек-рые бихевиоральные психотерапевты считают, что диагностический процесс должен включать глубокий анализ поведения и обстановки, в к-рой оно происходит. В рамках такой системы традиционный диагностический ярлык может не оказаться необходимым. В статье Канфера и Заслоу описано, как знание о поведенческих отклонениях, дефиците, помехах и резервных возможностях поведения может помочь лечению пациентов в традиционном психиатрическом учреждении.

В ходе дальнейших исслед. мн. диагностические категории получат более четко очерченные параметры. Об этом свидетельствует прогресс в нейропсихологических исслед. Нейропсихологические тесты в руках высококвалифицированного клинициста могут дать детализированную и клинически значимую информ. о резервных возможностях и препятствиях на пути их осуществления у больных с органическим поражением головного мозга.

Нек-рые психологи не придают важности диагностическому обследованию, считая, что не должно быть дифференциального диагноза без дифференцированного лечения. Сейчас существует много различных методов лечения, включая эффективные психофармакологические и психотерапевтические подходы.

См. также Клиническая оценка, Клиническое суждение, Надежность диагнозов

Дж. Д. Матараццо, Л. Д. Панкрац

Диалектика (dialectic)

"Д." - обобщающий термин, охватывающий неск. различных значений, причем все они имеют отношение к противоположности, противоречию и двойственности смысла.

Д. не ограничивается ни терминологией Сократа, ни терминологией Гегеля и Маркса, поскольку она имеет длинную и запутанную историю, уходящую вглубь веков. Как отмечал Фрейд в работе "Антитетическое значение первобытных слов" (Antithetical meaning of primal words), антропологическое и филологическое изучение таких древних языков, как египетский, показывает, что мн. слова в употреблении имели два диаметрально противоположных значения. Складывается такое впечатление, что "Д. пришла в челов. мышление" через осознание того факта, что нечто одновременно и яв-ся, и не яв-ся чем-то. Значения взаимосвязаны, и во мн. случаях эта связь яв-ся связью противоположностей. Вторым ист. подтверждением значимости диалектического мышления - мышления, осн. на категориях Д., - яв-ся школа диалектического мышления, созданная в Древнем Китае Мо Ди (Mo Ti) (ок. 470- ок. 391 до н. э.). Этот философ был современником Сократа (ок. 470 - ок. 399 до н. э.) - замечательная параллель в истории философии, поскольку ни о каких культурных контактах в то время не могло быть и речи.

В то время как восточная философия отнеслась к диалектике благосклонно, о чем свидетельствует проникновение последней в буддизм, ее судьба на Западе сложилась явно неудачно. Диалектические махинации становятся опорой софистских диспутов - вовсе не неизбежное последствие, от к-рого предостерегал Сократ, предлагавший для получения точного знания использовать вместо этого доказательную (demonstrative) форму мышления. Доказательное мышление исходит из "первичных и истинных" предпосылок, т. е. из таких предпосылок, к-рые не подлежат исслед. через диалектическое противопоставление.

Доказательное мышление укрепилось в зап. философии, в к-рую оно проникло через английский эмпиризм. Совр. кибернетические или информационные модели познания опираются исключительно на доказательные концепции значения (meaning) и рассуждения (reasoning). Развитие математики в новое время привело к тому, что мат. объяснения оттеснили Д. на задний план. Математика наживает капитал на сингулярности, линейности, однонаправленности и непротиворечивости, предлагаемых доказательным рассуждением. Но даже и в этих условиях философы континентальной Европы, прежде всего в лице Гегеля и особенно Канта, обеспечили условия для выживания диалектических концепций разума. По Канту, чел. способен путем рассуждения прийти к противоположности нек-рых данностей, достигая тем самым трансцендентальной способности и "рефлектирующего" интеллекта, к-рые придают активности действующему организму. В известном смысле, каждый конкретный человек "разрешает" противоречия жизни путем подтверждения одного значения из множества открывающихся перед ним возможных значений.

Именно на этот последний тип объяснения и опирались сторонники психоан. при конструировании своих теорий, хотя сам Фрейд не считал себя диалектиком. Юнг, напротив, признавал состоятельность Д. в том, что касается понимания природы чел. Более совр. теории в экзистенциальной традиции, напр. теории Л. Бинсвангера и Р. Д. Лэйнга, тж проникнуты духом Д. Ж. Пиаже в своих поздних работах (напр. "Структурализм") подчеркивал важность Д. в его понятии формальных операций.

Ричлак полагает, что совр. психология должна воскресить Д., если хочет создать действительно полную картину челов. опыта. Ригель в значительной степени опирается на диалектические концепции в своих оригинальных теориях развития. Тж отмечается быстрый рост числа эмпирических исслед. социально-исторических аналитических работ, опирающихся на диалектические концепции. Диалектические теории и полученные на их основе данные заставляют психологов задуматься а том, что составляет основу челов. природы.

См. также Усвоение понятий и развитие, Эпистемология, Галилеево и аристотелевское мышление, Обработка информации

Дж. Ф. Ричлак

Диахронные модели в сравнении с синхронными (diachronic versus synchronic models)

Психол. теории различаются в отношении продолжительности объясняемых ими периодов активности. Теории, ограничивающиеся объяснением коротких временных циклов, называют синхронными; они фокусируются на кратковременных действиях, происходящих в данный момент времени. Теории, охватывающие более продолжительные последовательности действий, называются диахронными. В строгом формальном смысле такое различие между типами теорий может проводиться скорее по степени, нежели по существу. Поскольку о любой челов. активности можно сказать, что она обладает длительностью, теории различаются в отношении пределов расширения рассматриваемой длительности. Не существует какой-то фиксированной точки, относительно к-рой теорию можно было бы однозначно классифицировать как синхронную или диахронную. Однако вследствие особого интеллектуального контекста (ethos), в к-ром это разграничение приобрело широкое употребление в психологии, этими терминами стали обозначать широко расходящиеся ориентации в отношении характера челов. активности и в отношении самой науки.

Традиционная эксперим. психология обычно пользовалась теориями синхронного ряда. Т. е., преимущественная задача заключалась в том, чтобы уложить протекание явлений в сравнительно короткие промежутки времени. Наиболее известным примером здесь может служить рефлекторная дуга.

Во-первых, такое изучение обычно, хотя и не с необходимостью, приводит к использованию механистических объяснительных понятий. Т. е. для объяснения отношений между наблюдаемыми паттернами стимулов и реакций используются устойчивые психол. структуры (напр. сети ассоциаций, схемы, аттитюды) или процессы (напр. ассимиляция и контраст, уменьшение диссонанса, поиск равновесия). Во-вторых, преимущественной методологией в традиционном синхронном исслед. яв-ся экспериментирование. Считается, что идеальным методологическим инструментом для прослеживания точных связей между стимулом и реакцией яв-ся контролируемый эксперимент. Наконец, для традиционного синхронного исслед. характерна тенденция к усвоению взгляда на науку, согласно к-рому челов. активность должна объясняться путем установления причинно-следственных отношений. Считается, что челов. активность эквивалентна предмету любой др. науки и поэтому поддается исчерпывающему объяснению в терминах необходимых и достаточных условий, в к-рых появляются разнообразные виды активности.

Понятие диахронной теории стало служить в качестве своего рода интеллектуального пароля. Оно в первую очередь сигнализирует об интересе исследователя к кросс-временным паттернам активности. Однако эта позиция обычно сопровождается критикой традиционных S-R и S-O-R ориентации. Как утверждается, для индивидуума неестественно реагировать на стимулы, вырываемые на время из их ист. контекста; само поведение тж нельзя правильно понять без учета его прошлой истории. То, почему индивидуум реагирует на данный стимул улыбкой, невозможно, с этой т. зр., надлежащим образом понять вне рамок той культурной истории, в к-рую вплетены такие события. Эта форма критики часто сопровождается отрицанием механистических форм объяснения, экспериментирования как оптимальной методологии и т. зр., что наука должна опираться на логику установления причинно-следственных отношений.

К наиболее активным защитникам синхронной теории относятся представители психологии развития - в особенности исповедующие эпигенетический подход к когнитивному развитию. В качестве альтернативы этим механистическим формам объяснения Овертон и Риз выдвинули концепцию организмической (organismic) теории, к-рая рассматривает траектории развития не просто как историю стимульных условий, в к-рые попадал индивидуум в ходе своей жизни, но скорее как результат внутренних, генетически обусловленных индивидуальных предрасположенностей к развитию. Поскольку изменения в различные периоды жизни носят качественный характер, предпочитаются скорее обсервационные, чем эксперим. методы. Еще более радикальный взгляд выражается мн. соц. психологами и сторонниками идеи развития на протяжении всей жизни (life-span development). В частности, К. Герген утверждал, что большинство индивидуальных траекторий не определяются генетикой. Происходящие со временем изменения целиком зависят от тех правил и планов, к-рым следуют люди, и от таких правил и планов можно отказаться в любое время. Это мнение, т. о., восстанавливает возможность волюнтаристских объяснений.

К. Герген

Дилемма заключенного (prisoner's dilemma)

Д. з. - это название интерперсональной игры, широко использовавшейся в исследованиях соц. психологов, интересовавшихся природой и разрешением соц. конфликта. Под "игрой" в этом смысле понимается соц. ситуация с принятием взаимозависимых решений, т. е. ситуация, в к-рой благополучие каждой стороны зависит не столько от того, что делает она сама, сколько от конкретного сочетания реакций обеих сторон. Д. з. - самая известная в психологии игра с разнородными мотивами. На рис. 1 представлен простой вариант дихотомической игры для двух лиц, в к-ром каждая из двух сторон имеет по две альтернативы и благополучие каждой стороны зависит от результирующего сочетания выборов.

Рис. 1. Матрица игры

Буквы внутри матрицы игры (или платежной матрицы) обозначают выплаты двум игрокам за каждое сочетание выборов. Левой буквой в каждой клетке обозначена выплата игроку, чьи варианты выбора отражены на вертикальной оси (Р); правой буквой в каждой клетке обозначена выплата игроку, чьи альтернативы отражены на горизонтальной оси (О). Игра будет отвечать минимальным критериям дилеммы заключенного, если для обеих сторон будут выполняться следующие условия: U < Т < S < R (критерии, используемые в математической теории игр, являются более строгими). Игра имитирует ситуацию, в к-рой оказываются двое заключенных, задержанных полицией за совершенное ими преступление. В полиции их рассадили по разным камерам и сообщили каждому, что если один из них даст показания против др., то будет отпущен на свободу. Заключенные осведомлены о том, что если показания даст лишь один из них, то др. получит макс. срок, напр. 20 лет; но если показания дадут оба, то каждый получит умеренный срок, напр. 10 лет. Если же никто из них не даст показаний, каждый может обойтись наименьшими потерями - денежным штрафом и менее чем 1 годом заключения. Каждый из узников предпочел бы свободу, но если показания дадут оба, и тот и др. окажутся в тюрьме на долгие годы. С др. стороны, выбор наименьшей потери путем отказа от дачи показаний может в действительности повлечь за собой наиболее суровое наказание, если показания даст другой. Отказ давать показания определяется как кооперативная реакция (cooperative response), т. к. именно т. о. должны вести себя и тот, и др. игрок при выборе варианта, влекущего макс. выгодные последствия для обеих сторон. Дачу показаний можно рассматривать либо как конкурентную реакцию (competitive) - попытку достичь наилучших последствий для себя самого за счет другого, либо как оборонительную реакцию (defensive) - попытку воспрепятствовать соперничающему намерению другого. Участники экспериментов, игравшие в эту игру, как правило, принимают конкурирующие решения, несмотря на совокупно низкие выплаты, к-рые дает эта стратегия. Широкое использование соц. психологами Д. з. в качестве эксперим. модели объясняется ее очевидными параллелями с периодически обостряющимися конфликтами, такими как гонка вооружений.

См. также Разрешение конфликта, Сотрудничество/соперничество

У. П. Смит

Динамическая психология (dynamic psychology)

Термин "динамический" относится к воздействующим на систему силам. Эти силы охватывают процессы, происходящие как внутри самой системы, так и внешние по отношению к ней. В психологии под динамикой принято понимать взаимодействие мотивирующих или движущих сил, служащее детерминантой поведения организма. Т. о., этот термин отражает интерес к подробному описанию мотивов и принципов мотивированного функционирования. Этот термин тж часто связывается с определенными теориями, делающими упор на взаимодействии между сознательными и бессознательными силами - драйвами, мотивами, потребностями, инстинктами и желаниями - в направлении поведения. Эти теории известны под названием психоаналитических, или психодинамических, теорий личности.

Теории мотивации касаются, следовательно, конкретизации мотивационных характеристик организмов и принципов действия мотива, к-рые определяют возникновение, поддержание и прекращение поведения.

За прошедшие годы было разраб. большое количество теорий мотивации. Их можно разделить на три широкие категории: а) гедонистические, или теории удовольствия; б) когнитивные, или теории потребности в знании; в) теории роста или актуализации. Можно тж обозначить четвертую категорию, к-рая касается роли мозговых структур в мотивированном поведении и его нервных механизмов. Относящиеся к этой категории исслед. можно встретить в областях, определяемых как психобиология, биопсихология и нейробиология.

Гедонистические теории мотивации, или теории удовольствия

Гедонистические теории, или теории удовольствия, образуют наиболее широкую категорию теорий мотивации. В той или иной форме эта группа теорий подчеркивает ведущую роль удовольствия в организации активности. К этой категории можно отнести множество различных классов теорий. Пожалуй, наиболее крупная подгруппа гедонистических теорий включает те из них, к-рые делают акцент на совершаемых организмом усилиях в направлении снижения напряжения. Такие теории акцентируют внимание на нарушениях привычного состояния дел и удовольствии, возникающем в рез-те снижения напряжения путем энергетической разрядки, выражения инстинкта или снижения уровня драйва (внутреннего побуждения).

Вудвортс заимствовал понятие драйва из области механики и употреблял его в значении источника движущей силы, или энергии, в функционировании организма. С тех пор и до 1960-х гг. это понятие активно использовалось психологами, занимающимися проблемами поведения чел. или животных. При этом часто проводились различия между врожденными и приобретенными драйвами, первичными и вторичными драйвами, висцерогенными и психогенными драйвами.

В области поведения животных понятие драйва играло важную роль в теории научения Кларка Л. Халла. Согласно стимульно-реактивной (S-R) теории Халла, в процессе научения участвуют такие мотивационные переменные, как драйвы. Организм обладает первичными, или врожденными, драйвами, такими как боль и голод, а тж приобретенными, или вторичными, драйвами, такими как желание денег и страх - последние организм приобретает в процессе своего развития. Несмотря на то что понятие драйва относится к внутренним процессам, его могли использовать психологи бихевиористской ориентации, поскольку оно увязывалось со специфическими внешними условиями, к-рыми манипулировал экспериментатор. Изменения в уровне драйва, вызываемые манипуляциями экспериментатора, соотносились впоследствии с объективно определяемыми и измеряемыми внешними реакциями.

Работы Халла продолжили в числе др. исследователей Миллер и Доллард. Они, в частности, внесли вклад в описание роли приобретенных, вторичных драйвов в челов. поведении. Напр., тревога рассматривалась как вторичный драйв, осн. на первичном драйве боли. Драйв тревоги имеет важное значение, поскольку он может быстро приобретаться, превращаясь в мощную мотивирующую силу и приводя к разнообразию форм реакций, характерных как для нормального, так и для патологического поведения. Большое внимание Миллер и Доллард уделили взаимосвязи между фрустрацией и агрессией, а тж значению конфликтов драйвов в клинических феноменах. Так, конфликт "приближения- избегания" между двумя драйвами рассматривался как базовый ингредиент в развитии невротического поведения. Доллард и Миллер попытались объединить достижения теории научения, представленной в работах Халла, с достижениями психоанализа, представленными в работах Фрейда.

Понятием из области мотивации, связанным с понятием драйва и использовавшимся мн. создателями теорий личности, является понятие потребности. Виднейшим представителем такого подхода был Курт Левин, к-рый рассматривал все поведение как приводимое в движение состояниями потребности или напряжения в организме. Как у Халла, потребности м. б. первичными и биологически детерминированными или вторичными и приобретаться в процессе накопления жизненного опыта. Левин рассматривал существование потребности как вызывающее напряжение; она являлась силой, к-рая толкала организм к действиям. Организм представлялся как динамическая система, в к-рой обычно задействовано множество потребностей. Ассоциируемые с этими потребностями силы обладают качествами интенсивности, направления и точки приложения.

Функционирование этих сил, по мнению Левина, происходит в динамическом поле, состояние любой части к-рого зависит от др. его частей и, в свою очередь, само оказывает на них влияние. Валентность объектов, в сочетании с состояниями потребности или напряжения организма, "тянет" индивидуума в различных направлениях и подготавливает почву для удовлетворения, фрустрации или конфликта. Там, где существует множество потребностей и окружающих объектов, организм может переживать конфликт "приближения-приближения", конфликт "избегания-избегания" или конфликт "приближения-избегания".

Др. представителем гедонистического взгляда, подчеркивающего роль снижения напряжения, был Генри Мюррей. Осн. мотивационное понятие в системе Мюррея - потребность. Потребности м. б. первичными и висцерогенными, или вторичными и психогенными, и репрезентировали силы к действию. Мюррей проводил различие между потребностями и чертами личности; если черты определялись в терминах актуального поведения, то потребности представляли собой потенциал к действию. Мюррей тж уделял внимание роли окружающих объектов, считая что окружение может определяться в терминах давления, или характеристик, связанных с возможностью удовлетворения потребности.

Важное, и при этом вполне самостоятельное по отношению к теории драйва, понятие (внешнего) стимула, или побуждения, формирует вторую подкатегорию гедонистических теорий мотивации. В теориях побуждений акцент делается на ассоц. стимулов с удовольствием или болью и целенаправленном стремлении организма достигать разнообразных последствий. Т. о., эти теории яв-ся гедонистическими, поскольку в них, как и в теориях драйва, акцентируется удовольствие, но в отличие от большинства теорий драйва, в них делается упор на ориентации организма в направлении будущих целей или конечных рез-тов. Мак-Дугалл отвергал механистический, рефлекторный, опирающийся на стимул, взгляд на поведение, подчеркивая значение активных усилий организма в направлении предвосхищаемых целей, ассоциируемых с удовольствием.

Теории мотивации, делающие акцент на целях, часто подвергались критике за телеологизм. Однако цели функционируют в настоящем в виде мысленных репрезентаций желаемых последствий или конечных рез-тов. Совсем недавно понятие целей возвратилось, чтобы сыграть важную роль в моделях челов. поведения, осн. на когнитивных процессах переработки информ.

Третий вариант гедонистической модели мотивации опирается на понятие аффекта. Здесь акцентируются усилия организма на максимизации доставляющего удовольствие аффекта и минимизации неприятного аффекта, при этом не предполагается необходимой связи аффекта с физиолог. потребностью или драйвом. Одним из самых первых известных психологов, подчеркивавших роль эмоции в мотивации, был П. Т. Юнг. Согласно Юнгу, стимулы (внутренние или внешние) приобретают побудительную силу путем своей ассоц. с эмоциональным возбуждением, к-рое переживается гл. обр. как положительное или отрицательное по своему характеру. В процессе постепенного накопления жизненного опыта, путем ассоц. разнообразных стимулов с эмоциональным возбуждением, чел. вырабатывает систему ценностей. Аффективные процессы играют центральную роль в орг-ции, актуализации, регулировании и поддержании приобретенных форм поведения.

Представляется важным сознавать пересечения между этими группами теорий. Так, напр., мн. авторы теорий драйва подчеркивали значение аффекта; Мак-Дугалл подчеркивал роль аффекта в продвижении к цели; а мн. авторы аффективных теорий подчеркивают важность аффектов в формировании и поддержании функционирования системы целей.

Когнитивные теории мотивации, или теории потребности в знании

Фактически уже в 1950-х гг. понятие драйва практически полностью исчезло из литературы в силу целого ряда причин: проблемы в разраб. надежных измерений драйвов, особенно у людей; накопление данных, не согласующихся с мотивационной моделью снижения напряжения; возросший интерес к теориям обработки информ., связанный с начавшейся в психологии когнитивной революцией. В ряде случаев для решения ранее относившихся к области мотивации важных вопросов стали привлекаться познавательные процессы. Нек-рые когнитивные теории напоминали все те же модели снижения напряжения.

Др. когнитивные теории, однако, придавали особое значение мотивации, внутренне присущей активности организма, связанной с обработкой информ. Напр., Дж. М. Хант, на к-рого оказал влияние Жан Пиаже, считает, что организм постоянно стремится интегрировать новую информ. с уже имеющейся. Поступающая информ. может соответствовать или не соответствовать той, что имеется в наличии. Хант приводит свидетельства того, что несогласующаяся или новая информ. стимулирует возникновение приближающегося типа поведения, но когда расхождение между поступающей и уже имеющейся информ. становится слишком большим, может возникать поведение избегающего типа. Хант не только подчеркивал значение внутренней мотивации, но тж предполагал, что различные степени несоответствия между новой и старой информ. приводят к различным уровням возбуждения, характеризующимся положительной или отрицательной гедонистической окраской. Так, совсем незначительное несоответствие может вызывать скуку, слишком сильное - приводить к отрицательной гедонистической окраске, а умеренный или оптимальный уровень несоответствия - способствовать умеренным уровням возбуждения, положительной гедонистической окраске и приближающемуся типу поведения. Когнитивная модель мотивации оказалась, т. о., связанной с гедонистической.

Джордж А. Келли являет собой пример наиболее последовательного сторонника чисто когнитивного подхода к теории мотивации. Келли, в частности, отвергал те теории мотивации, в к-рых, по его словам, доминирует идея "кнута и пряника": акцент делается либо на внешних побуждениях, к-рые "тянут" организм в своем направлении, либо на драйвах, к-рые его "толкают". Вместо этого Келли исходил из представления, согласно к-рому каждый чел. может рассматриваться по аналогии с ученым, пытающимся добиться лучшей прогнозируемости интересующих его событий. По его мнению, люди всегда активны, поэтому теория мотивации не нужна для объяснения активности как таковой. Что касается направленности поведения, то люди предпочитают действовать способами, к-рые сулят наибольшие перспективы в плане усовершенствования их системы конструктов, что, в свою очередь, позволяет улучшать качество их прогнозов. Люди могут переживать негативный аффект в форме тревоги, когда они оказываются не в состоянии прогнозировать события, или ощущать угрозу, когда нарушается целостность их прогностической системы конструктов. Более того, этот негативный аффект будет вызывать с их стороны соот. корректирующие действия.

Акцент на познавательных процессах побудил мн. психологов переключиться на изучение процессов обработки информ. с оттеснением рассмотрения мотивационных аспектов на второй план. На сегодняшний день исслед. в области познавательных процессов по большей части остаются не связанными с исслед. эмоций и мотивации.

Теории роста, или актуализации

Третий важный подход фокусирует внимание на идее роста, или актуализации. Его представители - такие психологи, как Андраш Ангьял, Курт Гольдштейн, Абрахам Маслоу и Карл Роджерс. Объединяющей темой здесь является отрицание утверждения, что вся челов. активность продиктована стремлением к снижению напряжения. Вместо этого упор делается на активности, стимулирующейся тенденциями роста или реализации своих способностей, к-рые, в свою очередь, могут иногда сопровождаться увеличением напряжения. Эти психологи, к-рых часто рассматривают вместе в контексте движения за челов. потенциал, не отрицают полностью идеи, что определенная активность может объясняться тенденцией к снижению напряжения. Однако считается, что наиболее важное и фундаментальное стремление организма направлено на переживание чувства собственной актуализации и усиления возможностей. Маслоу, напр., предлагает иерархию потребностей, включающую как биолог. (голод, сон, жажда), так и психол. потребности (самоуважение, привязанность, принадлежность группе). Когда биолог. потребности оказываются удовлетворены, начинают доминировать психол. потребности. Однако в действительности психол. потребности могут даже превосходить по своей важности биолог. В частности, по мнению Роджерса, базисная тенденция актуализации является единственным мотивом, к-рый необходимо постулировать, и что люди в наибольшей степени являются людьми, когда их поведением движет этот мотив. Хотя эти теории как часть движения за челов. потенциал сыграли важную роль в психологии личности и были довольно популярны в 1960-х и 1970-х гг., понятие актуализации оказалось слишком абстрактным и сложным для его измерения к.-л. систематическим образом.

Психоаналитическая теория

Наконец, мы можем коснуться специфической теории, к-рая чаще всего связывается с Д. п., а именно психоаналитической теории. Психоаналитическая теория является динамической в том смысле, что в ней подчеркивается важная роль половых и агрессивных влечений, а тж дериватов этих влечений, в челов. поведении. Однако она яв-ся динамической теорией еще и в силу внимания, к-рое в ней уделяется взаимодействию между влечениями в том виде, как оно отражается в понятиях конфликта, тревоги, механизмов защиты, катексисов и антикатексисов и компромиссных образований. В соответствии с таким подходом, одни и те же феномены могут возникать в рез-те различных комбинаций сил, и незначительный энергетический сдвиг может привести к драматическим изменениям в характере функционирования всей системы.

Фрейд основывал свою теорию на клинических феноменах, проявлявшихся в поведении его пациентов, и на принципах совр. ему биолог. науки. Последующие теоретики психоан., такие как Альфред Адлер и Карл Юнг, отошли от Фрейда из-за разногласий в трактовке фундаментальных мотивов челов. поведения, хотя большинство продолжало придерживаться Д. п. в смысле системы, подразумевающей взаимодействие между мотивами или силами. Совсем недавно в этой области начали предприниматься попытки повторного анализа клинических наблюдений Фрейда и переформулирования теории в терминах, к-рые бы не были столь метатеоретическими и привязанными к тому, что сегодня признано устаревшим энергетическим подходом. Вместо прежних понятий инстинкта, влечения, силы и энергии вводятся в употребление понятия когниции, намерения, смысла и действия.

Общая теория систем

Рассмотрев различные теории мотивации, мы можем обратиться к наиболее широкому значению термина "динамический", в том виде, как он трактуется в общей теории систем. Возникшая первонач. в области биологии и связываемая с именем Людвига фон Берталанфи, общая теория систем представляет собой попытку сформулировать принципы функционирования, к-рые бы были универсальными для всех биолог. систем. Система состоит из взаимосвязанных частей или элементов, действие каждого из к-рых имеет последствия для действий др., наряду с определенными процессами, характеризующими систему в целом. Общая теория систем проводит различие между открытыми системами, включенными в процесс непрерывных обменов с внешней средой, и закрытыми системами, не подверженными влиянию со стороны внешних сил. Вместе с этим тж делается различие между живыми системами, представляющими собой открытые системы, способные к регенерации и росту, и неживыми системами, могущими быть как открытыми, так и закрытыми, но неспособными к регенерации или росту.

Определенные понятия и принципы могут оказаться полезными в понимании любых живых систем. Такие понятия и принципы, в частности, относятся к динамическим аспектам функционирования организма. Например, понятие обратной связи подчеркивает способность организма использовать информ., возникающую в рез-те своих собственных действий. С этим понятием напрямую связаны целесообразные или целенаправленные аспекты функционирования организма, в частности процесс адаптации. Наконец, с таким качеством поведения, как целенаправленность, связано понятие эквифинальности - возможности достижения одной и той же цели или рез-та множеством различных путей или способов.

Динамические аспекты общей теории систем выражаются в акцентировании непрерывности процессов, протекающих внутри организма и между организмом и его внешним окружением. Но она ничего не говорит нам о специфических силах, воздействующих на организм, или о принципах, по к-рым действуют такие силы. С т. зр. более узкого значения термина "динамический", общая теория систем нам мало что может сказать о мотивах, к-рые побуждают и направляют действие.

Заключение

Мы рассмотрели Д. п. гл. обр. со стороны ее связи с челов. поведением, и в частности с теорией личности. Однако не стоит забывать, что интерес к проблемам мотивации существует тж в областях исслед. мозга, физиолог. психологии и психологии животных (этологии). Так, в последней проявляется все больший интерес к взаимодействию мотивов, нежели к функционированию отдельных мотивов, и орг-ции процессов поведения во времени, нежели к специфическим факторам, к-рые обусловливают поведение в специфический момент времени. Это как раз те самые процессы, к-рые попыталась охватить общая теория систем и к-рые находятся в центре внимания Д. п.

См. также Общие системы, Мотивация, Теории личности, Намеренное поведение, Телеологическая психология

Л. А. Первин

Дисперсионный анализ (analysis of variance)

Дисперсионный анализ (ДА), в том смысле как он обычно понимается и широко используется в качестве статистического метода, был развит в значительной мере Р. А. Фишером. Несмотря на то, что этот метод представляет собой анализ различных оценок изменчивости, его назначение - оценка различий групповых средних. Он делает возможным статистический анализ воздействия факторов и их комбинаций на зависимую переменную или, на статистическом языке, главных эффектов и эффектов взаимодействия (определения этих терминов см. в статье Факторные планы).

Чтобы проиллюстрировать логику ДА, рассмотрим простой план эксперимента, включающий одну независимую переменную (или фактор А) и, скажем, 3 группы испытуемых. Целью такого плана обычно яв-ся выяснение того, изменяется ли зависимая переменная как функция фактора А. Однако из-за случайной изменчивости (например, индивидуальных различий, ошибки измерения) мы вряд ли ожидаем, что во всех группах средние показатели будут совершенно одинаковыми, даже если фактор А не оказал никакого воздействия на испытуемых. ДА позволяет нам проверить нулевую гипотезу об отсутствии действительных эффектов данного фактора - и тогда различия в показателях вызваны исключительно случайной изменчивостью.

Предполагая, что нулевая гипотеза верна, можно получить две разные оценки дисперсии генеральной совокупности. Одна из этих оценок вычисляется на основе изменчивости групповых средних, а другая - на основе дисперсии показателей внутри каждой включенной в план группы.

Если нулевая гипотеза и в самом деле верна, то обе оценки яв-ся, по существу, оценками одной и той же генеральной дисперсии. Как следствие, эти оценки будут иметь одинаковую величину, за исключением случайной изменчивости, а их отношение будет иметь известное теоретическое распределение (F-pacпределение, названное в честь Фишера).

Если нулевая гипотезе не верна, то наши выборочные оценки не яв-ся оценками дисперсии одной и той же генеральной совокупности, т. к. на первую будут влиять любые реальные эффекты фактора, а на вторую - нет. В этом случае отношение первой оценки (межгрупповой дисперсии) ко второй (внутригрупповой дисперсии) имеет тенденцию быть больше, чем можно было ожидать, если бы это отношение действительно подчинялось F-pacпределению. Если оно достаточно велико, то нулевая гипотеза может быть отвергнута.

См. также Ковариационный анализ, Статистика в психологии

А. Д. Велл

Диспозициональные наборы (dispositional sets)

Каждого чел. можно рассматривать с т. зр. обладания им определенным набором базовых личностных черт, к-рые объединяются в кластеры, наз. "диспозициональными наборами". В повседневной жизни мы склонны классифицировать людей, используя для этого к.-н. единичную характеристику, например, "дружелюбный", "добрый", "посредственный", "общительный" и т. д., и обычно такие единичные характеристики позволяют слушающему составить себе довольно сносное представление о чел. в целом. Попытки выделить универсальный набор таких характеристик или концепцию личности, опираясь при этом на определенные систематические принципы, предпринимались многими людьми. Существуют два основных способа достижения этого: первый - клинический (интуитивный), опытный, а второй - математический, обычно реализуемый средствами факторного анализа.

Обзор математических попыток, опирающихся на факторно-аналитические исслед., показывает низкую степень согласия между исследователями. Френч обнаружил в результате анализа 70 факторно-аналитических исслед., что аспектам личности было дано не менее 450 названий факторов; когда он попытался их объединить, то в конечном итоге получилось 50 общих факторов - гораздо больше, чем в любом из этих оригинальных исслед. Э. Ф. Богатта, предпринявший более или менее сходную попытку, выделил лишь 5: ответственный (responsible), напористый (assertive), эмоциональный (emotional), разумный (intelligent) и коммуникабельный (sociable). P. Корсини, разработавший инструмент для измерения личности - "Чикагский набор для Q-сортировки" (Chicago Q sort), получил 7 факторов: стиль жизни (интровертированный / экстравертированный), интеллект, эмоциональная устойчивость, доминирование, активность, социальная сензитивность и настроение.

Как бы ни рассматривать сложившуюся ситуацию, не существует надежных факторов, которые бы можно было выделить на основе работ отдельных специалистов по факторному анализу или разработчиков тестов. Однако несколько иная картина вырисовывается, когда мы обращаемся к работам философов и клиницистов; если сделать поправку на языковые различия, мы обнаружим у них поразительную степень согласия.

Обратившись к типологиям Гиппократа, А. Адлера, К. Хорни, К. Левина и У. Шелдона, можно заметить, что Хорни, Шелдон и Левин говорят о 3 факторах, тогда как двое остальных - о 4. Трудно усомниться в том, что эти исследователи пришли к взаимному согласию.

Их позиции удобнее всего проиллюстрировать, воспользовавшись треугольником Хорни, так как представляется, что она наиболее четко очертила эти аспекты личности.

Вершина треугольника теперь называется Согласие (accord) и подразумевает попытку людей ладить с другими. Чел., "принадлежащий" к этому углу, может быть личностью, расположенной к сотрудничеству, но также и зависимой. Нижний левый угол обозначен термином Конфликт (conflict) и представляет людей, которые идут против окружающих. Правый нижний угол называется Уклонение (evasion). Четвертым аспектом, который, вероятно, лучше всего расположить в центре этого треугольника, яв-ся Нейтральная позиция (neutral). Например, если чел. не находится ни в согласии с другими, ни в конфликте, и не уклоняется от взаимодействия, следовательно он занимает нейтральную или, возможно, безразличную позицию.

См. также Принятие роли

Н. Кефир

Дисциплина в классе (classroom discipline)

Существуют значительные разногласия по поводу того, что понимать под Д. в к. Обычно ее определяют как участие родителей, учителей и учеников в процессе формирования у последних самоконтроля, волевых черт характера, самоуважения, уважения к другим и подчинения правилам. Дисциплина должна быть позитивной и конструктивной, а не негативной, не связанной с наказанием, хотя наказание может применяться в дисциплинарном процессе. В качестве синонима поддержания Д. в к. часто используют термин "управление классом" (classroom management). К управлению классом относятся все действия и взаимодействия, планируемые или спонтанные, к-рые осуществляются учителем в классной комнате. В последние годы отмечалось усиление интереса к различным подходам в управлении классом.

Возрастающая обеспокоенность низкой дисциплиной в сочетании с широким распространением др. связанных с дисциплиной школьных проблем, таких как насилие, вандализм и преступность, заставляет учителей уделять все большее внимание этой проблеме, к-рую до недавних пор педагоги-теоретики обходили стороной. Проведенные на сегодняшний день исслед. указывают на то, что дисциплина зависит от множества факторов, и что родители, учителя и администраторы по-разному понимают ее причины.

См. также Классная динамика, Ободрение, Школьная адаптация

Л. В. Парадайз

Дифференциальная психология (differential psychology)

Д. п. занимается изучением характера и истоков индивидуальных и групповых различий в поведении. Измерение таких различий породило громадный объем описательных данных, к-рые сами по себе представляют большой научный и практ. интерес. Более существенно, однако, что Д. п. представляет собой единственный в своем роде путь к пониманию поведения, ибо отличающий ее подход состоит в сравнительном анализе поведения при различных биолог. и средовых условиях. Соотнося наблюдаемые поведенческие различия с известными сопутствующими обстоятельствами, можно изучать относительный вклад различных переменных в развитие поведения.

Как самостоятельная область психол. науки Д. п. начала оформляться в последней четверти XIX в. Большой вклад в исслед. индивидуальных различий внес Фрэнсис Гальтон, создав тесты для измерения сенсомоторных и др. простых функций, собрав обширные данные в разнообразных условиях тестирования и разработав статистические методы для анализа такого рода данных. Американский психолог Джеймс Маккин Кеттелл, ученик Вильгельма Вундта, продолжил начатую Гальтоном разраб. тестов и применил дифференциальный подход в экспериментальной психологии, начавшей оформляться в самостоятельную область психол. науки.

Первое систематическое описание целей, сферы интересов и методов психологии индивидуальных различий - статья Альфреда Бине и Виктора Анри "Индивидуальная психология" (La psychologic individuelle) - появилось в 1895 г. Более полное раскрытие релевантных тем и краткое изложение накопленных к этому времени данных было сделано в работе Уильяма Штерна, опубликованной в 1900 г. Термин дифференциальная психология, впервые появившийся как подзаголовок его книги, в дальнейшем, при ее переиздании, был включен в название, которое звучало как "Методологические основы дифференциальной психологии" (Die differentielle psychologie in ihren methodischen grundlagen). Дальнейший прогресс в изучении индивидуальных и групповых различий тесно связан с развитием психол. тестирования, а также с достижениями в смежных областях, особенно в генетике, психологии развития и кросс-культурной психологии, которые внесли существенный вклад в разработку методологии, накопление фактов и развитие понятий Д. п.

Диапазон и распределение индивидуальных различий

Индивидуальные различия в поведенческих характеристиках присущи не только людям, но и всем представителям животного мира. Результаты изучения поведения различных животных - от одноклеточных организмов до человекообразных обезьян - свидетельствуют о том, что разные особи значительно отличаются друг от друга как по способности к научению, так и в том, что касается мотивации, эмоциональности и других поддающихся, измерению отличительных особенностей. Эти различия столь велики, что частичное перекрытие распределений индивидуальных результатов наблюдается даже при сравнении далеко отстоящих друг от друга биолог. видов.

Хотя в расхожих описаниях людей часто помещают в четко различающиеся категории, напр. делят их на сообразительных и тупых, возбудимых и спокойных, фактическое измерение любой психол. черты обнаруживает сильную вариацию индивидов вдоль непрерывной шкалы. Распределения измерений большинства черт приближаются к колоколообразной нормальной кривой распределения вероятностей, с наибольшим скоплением случаев около центра диапазона вариации и постепенным уменьшением числа случаев по мере приближения к его краям. Впервые выведенная математиками в их исслед. по теории вероятностей, нормальная кривая получается всякий раз, когда на измеряемую переменную действует большее количество независимых и имеющих одинаковый вес факторов. Вследствие огромного количества наследственных и средовых факторов, вносящих вклад в развитие большинства психол. черт, нормальная кривая обычно признается в качестве наиболее подходящей модели распределения черт, а психол. тесты, как правило, конструируются т. о., чтобы соответствовать этой модели.

Наследственность и среда

Понятия

Истоки индивидуальных различий в поведенческих характеристиках нужно искать в бесчисленных взаимодействиях наследственности и среды на протяжении всей жизни чел. Наследственность каждого чел. состоит из генов, полученных от обоих родителей в момент зачатия. Гены представляют собой соединения сложных хим. веществ, передаваемые по наследству в хромосомах яйцеклетки и сперматозоида, кот. соединяются, чтобы образовать новый организм. Если в одном из этих генов возникает хим. недостаточность или несбалансированность, следствием может стать появление дефективного организма с физической патологией и глубокой умственной отсталостью (как в случае фенилкетонурии). Однако, за исключением подобных патологических случаев, наследственность устанавливает широкие пределы для развития поведения, и эти пределы у чел. значительно шире, чем у находящихся ниже на эволюционной лестнице видов. Чего именно достигнет чел. в отведенных ему пределах - зависит от среды, в к-рой он живет.

Среда представляет собой всю совокупность стимулов, воздействующих на индивидуум от момента зачатия до смерти, начиная от воздуха и пищи и кончая интеллектуальным и эмоциональным климатом в семье и ближайшем окружении, а также убеждениями и аттитюдами тех, с кем индивидуум тесно общается. Средовые факторы начинают оказывать действие еще до рождения индивидуума. Неполноценное питание, токсичные вещества и прочие пренатальные средовые факторы оказывают глубокое влияние как на физ., так и на умственное развитие, и последствия этого влияния сказываются в течение продолжительного периода времени. Такие термины, как врожденный (inborn), прирожденный (innate) и присущий от рождения (congenital), нередко используются не по назначению теми, кто придерживается неверной т. зр., будто все, с чем индивидуум рождается, получено им по наследству от родителей. Второе распространенное заблуждение заключается в смешении наследственных и органических состояний. Например, об умственной отсталости, являющейся следствием повреждения мозга на ранних этапах развития, вполне можно сказать, что она имеет не наследственное, а органическое происхождение.

Методология

Многочисленные методы, используемые для изучения влияния наследственности и среды на развитие поведения, можно разбить на 3 группы в соответствии с тремя основными подходами: отбирающее выведение (selective breeding), контроль опыта (experiential control) и статистическое исследование семейного сходства (statistical studies of family resemblances). Отбирающее выведение для получения определенных поведенческих характеристик было успешно применено к неск. биолог. видам. Так, была доказана возможность выведения от одной исходной группы двух линий крыс, хорошо и плохо научающихся проходить лабиринт (т. е., условно говоря, "умных" и "тупых" соответственно). Однако эти линии не отличались друг от друга по уровню общей обучаемости, поскольку оказалось, что и "умные", и "тупые" крысы одинаково хорошо справлялись с др. задачами на научение. Еще одно исслед. этих специально выведенных линий снабдило нас ясным примером взаимодействия наследственности и среды. Когда крыс выращивали в ограничивающих условиях, особи из обеих линий столь же плохо научались проходить лабиринт, как и генетически "тупые" крысы, выращенные в естественной среде. Напротив, обогащенная среда, обеспечивающая многообразие стимулов и возможностей для двигательной активности, улучшала научение особей из "тупой" линии, и обе группы теперь проходили лабиринт примерно на уровне достижений "умных" крыс в естественной обстановке.

В дальнейшем эксперименты по отбирающему выведению были распространены как на другие биологические виды, так и на другие типы поведения. Особое значение имела разработка методик для определения индивидуальных различий в поведении таких организмов, как плодовые мушки Drosophilae. Это дало возможность извлечь немалые выгоды из массы доступной генетической информации о морфологии дрозофилы, а тж из таких важных преимуществ плодовых мушек, как быстрая смена поколений и многочисленное потомство. В результате были выведены две линии плодовых мушек: дрозофилы, к-рые летели на свет, и дрозофилы, улетавшие прочь от источника света.

Второй подход к изучению наследственности и среды имеет дело с поведенческими эффектами систематических, контролируемых изменений опыта. Экспериментальные исслед. данного вопроса связаны либо со специальным обучением, либо с блокированием нормального выполнения конкретной функции. Этот метод часто использовался в опытах с животными для изучения широкого круга поведения, начиная от плавания головастиков и пения птиц и кончая половым поведением и заботой о потомстве. Значимые эффекты таких контролируемых манипуляций опытом были обнаружены почти для всех типов поведения, включ. перцептивные, моторные, эмоциональные и соц. реакции, а тж научение. Благодаря таким экспериментам удалось установить, что действия, к-рые прежде считались исключительно "инстинктивными", не требующими никакого научения, напр. строительство гнезда и чистка шерсти у детенышей крысами, зависят от предшествующего опыта животных. Даже тогда, когда у животного нет возможности научиться какому-то конкретному действию, интересующему исследователя, на его поведение может повлиять исполнение иных, связанных с ним функций.

При проведении исслед. на младенцах и маленьких детях в одной группе экспериментов использовался метод парного близнецового контроля (method of co-twin control), суть к-рого заключается в том, что одного из двух идентичных близнецов активно обучают чему-то, напр. карабкаться по лестнице, а второй играет роль "контрольной группы". Большинство результатов свидетельствует о том, что если обучение начато в тот момент, когда ребенок физически готов к нему, он прогрессирует быстрее, чем в тех случаях, когда обучение начато преждевременно. В др. исслед. сравнивались дети, воспитывавшиеся в ограниченной среде, напр. в сиротских приютах, и дети, растущие в более стимулирующей среде. Было установлено, что разительные различия между ними зависели от объема общения со взрослыми, степени физ. стимуляции и наличия возможностей для двигательной активности. Есть, однако, свидетельства в пользу того, что соответствующие образовательные программы, особенно если дети начинают заниматься по ним в раннем возрасте, могут нейтрализовать отрицательное воздействие подобной обедненной среды на интеллектуальное развитие.

Третий основной подход базируется на статистическом анализе семейного сходства. Была исследована степень сходства в выполнении тестов способностей и личностных тестов родителями и детьми, сиблингами, а тж монозиготными и дизиготными близнецами. В общем, чем теснее наследственная связь, тем более сходными оказываются показатели тестов. По большинству тестов интеллекта, напр., корреляции монозиготных близнецов приближаются к 0,90, являясь почти столь же высокими, как корреляции между показателями первичного и вторичного тестирования одних и тех же лиц. Корреляции дизиготных близнецов группируются около 0,70, а корреляции сиблингов - около 0,50, так же, как корреляции между родителями и детьми. Следует, однако, отметить, что семья - не только биолог., но и культурная общность. В целом, чем теснее два человека связаны родственными узами, тем более сходными будут их условия жизни и степень их влияния друг на друга. Специальные исслед. приемных детей и идентичных близнецов, воспитываемых порознь, позволяют провести раздельную оценку вкладов наследственности и среды, однако отсутствие в них контроля некоторых условий не позволяет сделать окончательных выводов.

Природа интеллекта

Структура

Интеллект чаще всего отождествлялся с коэффициентом интеллекта - IQ, полученным по стандартизованному тесту интеллекта. Такие тесты отражают - по крайней мере отчасти - концепцию интеллекта, сложившуюся в той культуре, в которой они разрабатываются. Начало современному тестированию интеллекта было положено Альфредом Бине, разработавшим тест для выявления среди школьников умственно отсталых детей. Критериями валидизации тестов интеллекта нередко служили такие академические критерии, как школьные отметки, учительские рейтинги учеников по интеллекту, данные переводных и выпускных экзаменов, а также уровень образования. По содержанию большинство тестов интеллекта являются преимущественно вербальными, с той или иной степенью охвата арифметических навыков и количественных рассуждений. Однако разные тесты интеллекта могут выборочно оценивать несколько различающиеся сочетания способностей. Неречевые тесты и тесты действия, например, часто предъявляют более высокие требования к оперированию пространственными представлениями, к скорости и точности перцепции, а также к невербальному рассуждению, чем обычные вербальные тесты.

По мере возрастания участия психологов в профориентационном консультировании и в отборе персонала для различных организаций пришло осознание потребности в дополнительных тестах для измерения способностей, не охватываемых традиционными тестами интеллекта. В результате были разработаны так называемые тесты специальных способностей для отбора людей, способных работать клерками, механиками, а также обладающих др. способностями, полезными с т. зр. ряда специальностей. Одновременно с этим проводились фундаментальные исслед. природы интеллекта методами факторного анализа. По существу, эти методы заключаются в статистическом анализе интеркорреляций между показателями тестов в целях определения наименьшего числа независимых факторов, к-рыми можно объяснить данные интеркорреляции. К способностям, или факторам, выявленным подобным образом, относятся вербальное понимание, беглость речи, арифметические навыки, количественное рассуждение, перцептивная скорость, оперирование пространственными образами и понимание механических закономерностей. Сами функции, измеряемые тестами интеллекта, посредством факторного анализа были разделены на относительно не зависимые друг от друга вербальные и числовые способности. Эти способности - в сочетании с теми, которые лежат в основе тестов специальных способностей, - позволяют в настоящее время создать более полную картину чел. способностей. Некоторые из них включены в то, что обычно называют комплексными батареями способностей.

С др. стороны, неуклонно возрастающий массив данных кросс-культурных исслед. свидетельствует о том, что в разных культурах под интеллектом могут пониматься разные качества чел. И составляющие интеллект качества, и относительный уровень развития этих качества отражают требования и условные подкрепления со стороны культуры, в к рой чел. функционирует. Проведенные в современных дописьменных культурах исслед. показывают, что те представители этих культур, к-рые испытали на себе заметное влияние европейского образования, более склонны реагировать на задания теста, опираясь на абстрактные понятия, и менее зависимы от контекста, чем их ровесники, получившие традиционное воспитание. С кросс-культурных позиций, доступные в настоящее время тесты интеллекта могут быть наиболее верно охарактеризованы как средства измерения академического интеллекта или способности к обучению. Эти умения и навыки представляют лишь ограниченную часть интеллекта, но ту его часть, к-рая находит широкое применение и чрезвычайно востребована в современных, промышленно развитых об-вах. В таких об-вах академический интеллект значимо коррелирует не только с учеб. достижениями, но и с достижениями в большинстве профессий и в др. важных сферах общественной деятельности.

Интеллектуальные функции, выявляемые традиционными тестами интеллекта, исследовались тж когнитивными психологами в рамках изучения процессов обработки информации и машинного моделирования человеческого мышления. Хотя эти исслед. находятся только на начальной стадии, они вносят свой вклад в понимание того, что именно измеряют тесты интеллекта, потому что в центре их внимания находится сам процесс решения задач, а не его конечный результат. Что делает тестируемый, отвечая на вопросы теста? Анализируя выполнение интеллектуального теста с т. зр. составных элементарных процессов, можно в конечном счете способствовать выявлению источников сильных и слабых сторон интеллекта каждого человека. Подобный анализ способен усилить диагностическую функцию тестов и облегчить разработку индивидуальных обучающих программ, отвечающих потребностям конкретного человека.

Развитие на протяжении жизни

Лонгитюдные исслед. возрастных изменений уровня выполнения традиционных тестов интеллекта обнаруживают его медленное повышение в младенчестве, сменяемое в детстве более быстрым прогрессом, продолжающимся до наступления зрелости, когда начинается постепенное снижение показателей. Следует, однако, отметить, что на разных этапах развития чел. уровень его интеллекта оценивается по разному набору свойств: IQ младенцев определяется преимущественно по уровню их сенсомоторного развития, a IQ детей - по уровню развития вербальной и др. абстрактных функций. В период обязательного школьного обучения содержание тестов интеллекта близко отображает то, что изучается в школах. В дальнейшем возможны ситуации, при к-рых изменяющиеся паттерны интеллектуального развития индивидуума, связанные с повышением образовательного уровня и приобретением определенной специальности, не выявляются с помощью широко применяемых тестов интеллекта: для этого может потребоваться более широкий спектр тестов и иных оценочных процедур.

Средний уровень выполнения традиционных тестов интеллекта обнаруживает непрерывное повышение с возрастом вплоть до третьего десятилетия жизни. Среди групп с высокими тестовыми показателями, в первую очередь это относится к выпускникам колледжей и к людям, занятым умственным трудом, такое повышение может происходить на протяжении всей жизни. В выборках лиц, показатели к-рых приближаются к среднему для популяции, тенденция к снижению тестируемых способностей проявляется после достижения ими 30-летнего возраста, причем наибольший спад отмечается при выполнении задач на скорость, зрительное восприятие и установление абстрактных пространственных отношений. В исслед. методом поперечных срезов, где используются разные выборки на разных возрастных уровнях, возрастные различия, по всей вероятности, смешиваются с культурными изменениями в популяции, поскольку разные возрастные группы отличаются тж и по уровню образования и другим изменяющимся условиям жизни. Хорошо спланированные лонгитюдные исслед. взрослых показывают, что снижение показателей тестов интеллекта, приписываемое возрасту, значительно меньше тех различий, которые связывают с происходящими со временем образовательными и культурными изменениями.

Интеллектуальные девианты

Умственно отсталые и одаренные люди представляют нижний и верхний края распределения интеллекта. Поскольку это распределение является непрерывным, между этими группами и статистической нормой нет четких границ. На основе выполнения теста интеллекта умственная отсталость обычно отождествляется с IQ ниже 70, представленного примерно 2-3% всего населения. Решения по поводу окончательного диагноза и возможного лечения для каждого конкретного случая основываются не только на величине IQ, но на всестороннем изучении интеллектуального развития индивидуума, истории его обучения, соц. компетентности, физ. состояния и ситуации в семье. Хотя немногие редкие формы умственной отсталости являются следствием дефектных генов, подавляющее большинство случаев вызвано воздействием средовых условий до или после рождения, оказывающих неблагоприятное физ. и психол. влияние.

Располагающихся на противоположном полюсе шкалы интеллектуально одаренных людей изучали с помощью различных процедур и с различных т. зр. Одно крупное лонгитюдное исслед. было выполнено в Стэнфордском ун-те Льюисом М. Тёрменом и его коллегами. В этом исслед. приняли участие 1000 детей, IQ которых по шкале Стэнфорд-Бине был равен не менее 140; дети были тщательно обследованы, и в дальнейшем обследование проводилось на нескольких этапах жизни. Столь высокий IQ имеет чуть больше 1% населения. Результаты Стэнфордского исслед., подтвержденные и работами др. ученых, показали, что одаренный ребенок, как правило, успешно учится в школе, здоров, эмоционально устойчив и имеет разнообразные интересы. Достигая зрелости, эти дети в целом сохраняют свое превосходство и во взрослых занятиях.

Благодаря исслед. одаренности понятие интеллекта было расширено, чтобы включить в него ряд творческих способностей, в частности, идеаторную беглость и оригинальность. Установлено, что в творческих достижениях важную роль играют мотивация, интересы и др. личностные переменные, а тж психол. климат той среды, в к-рой индивидуум вырос и в к-рой он, став взрослым, работает.

Групповые различия

Половые различия

Изучение любых групповых различий в поведенческих характеристиках ставит перед исслед. ряд проблем, связанных как с методологией, так и с интерпретацией полученных рез-тов. При проведении групповых сравнений индивидуальные различия внутри каждой группы оказались гораздо больше средних различий между группами. Распределения различных групп в значительной степени перекрываются. Даже когда имеются большие, статистически значимые различия между средними показателями двух групп, в группе с низкими показателями всегда можно найти таких людей, которые по своим показателям превосходят членов группы с высокими показателями. Из этого следует, что групповая принадлежность индивидуума не может служить надежным индикатором его положения в распределении психол. черт.

Вторая проблема возникает в связи с использованием нерепрезентативных выборок, в которых выборочные факторы могли действовать по-разному в исследуемых популяциях. Напр., поскольку, как показывает практика, мальчики бросают школу чаще, чем девочки, сравнение показателей интеллектуального теста учеников и учениц старших классов покажет различие средних в пользу мальчиков. Однако это различие, скорее всего, исчезло бы, если бы мы могли включить в группу мальчиков тех, кто в свое время ушел из школы, поскольку их показатели имеют тенденцию группироваться в области нижнего края распределения. Аналогичная по смыслу, но противоположная по направлению ошибка интерпретации иллюстрируется данными обследований умственно отсталых лиц, помещенных в стационары, среди к-рых, согласно опубликованным отчетам, в целом больше мужчин. Хотя поначалу эти выводы были восприняты как доказательство того, что среди мужчин больше умственно отсталых, чем среди женщин, позднее истоки таких данных были прослежены до принципов отборочных процедур (selective admission policies). В силу различных соц. и экономических причин умственно отсталые женщины чаще остаются жить в общине (community), чем мужчины с тем же интеллектуальным уровнем.

Использование в групповых сравнениях суммарных показателей по тестам интеллекта тж может привести к неверным выводам. При разработке ряда тестов, таких как шкала Стэнфорд-Бине, половые различия исключались путем отбрасывания или уравновешивания заданий, к-рые легче было выполнить лицам мужского либо женского пола. Даже когда разработчики тестов не придерживались этой практики при отборе заданий, суммарный показатель по разнородному тесту может замаскировать существующие групповые различия в специальных способностях.

Обзоры психол. тестов показали значимые различия средних показателей между полами по ряду способностей и черт личности. Женщины как группа превосходят мужчин в ловкости пальцев, скорости и точности восприятия, беглости речи, а также в выполнении других заданий, связанных с механикой речи (mechanics of language) и механической памятью на разного рода содержание. Мужчины превосходят женщин в скорости и координации грубых телесных движений, пространственной ориентации, понимании механических закономерностей и мат. рассуждении. Среди различий в чертах личности одним из наиболее убедительно доказанных различий яв-ся большая агрессивность представителей мужского пола. Это различие проявляется в раннем возрасте и обнаруживается во всех культурных группах. Выявлено оно и у животных, в первую очередь у человекообразных обезьян и большинства др. млекопитающих. В ряде исслед. сообщалось о более сильной потребности в достижении у лиц мужского пола, однако впоследствии было доказано, что это различие зависит от условий, в к-рых оценивается мотивация достижения: не исключено, что рез-ты отчасти отражают то, в какой степени условия являются проблемно- или субъектно-ориентированным. Существуют веские доказательства в пользу большей соц. направленности женщин и их большей потребности в соц. одобрении; женщины тж менее уверены в себе, чем мужчины, и обнаруживают более высокий уровень тревожности в разных ситуациях.

Большинство исслед. половых различий снабжают нас только описательными данными о существующих в рамках данной культуры различиях. Их истоки нужно искать в сложных взаимодействиях биолог. и культурных факторов. С биолог. т. зр., различные роли, к-рые мужчины и женщины исполняют в репродуктивной функции, безусловно способствуют половой дифференциации психол. развития. Материнские функции, отведенные природой женщине, включая длительный период вынашивания и вскармливания младенца, оказывают огромное влияние на половые различия в интересах, аттитюдах, эмоциональных чертах, профессиональных целях и достижениях. Половые различия в агрессивности связаны с большими размерами тела, большей мышечной силой и физ. выносливостью мужчин. Существуют тж веские экспериментальные доказательства связи агрессивного поведения с уровнем половых гормонов. Др. важное половое различие можно обнаружить в акселерации возрастного развития девочек. Девочки не только достигают пубертата раньше, чем мальчики, но на протяжении всего детства они по всем физ. характеристикам оказываются ближе к своему взрослому телосложению. В младенчестве акселерация возрастного развития девочек может быть важным фактором, определяющим более быстрое овладение языком, и может дать им преимущество в вербальном развитии в целом.

Нетрудно проиллюстрировать и вклад культуры в половые различия. В большинстве обществ мальчики и девочки, хоть и живут в одном доме, в действительности растут в разных субкультурах. И родители, и др. взрослые, и сверстники - все во мн. случаях относятся к ним по-разному. Личности матери и отца сами по себе оказывают большое влияние на формирование у ребенка представлений о половых ролях и о том, чего ждет от мужчин и женщин определенная культура. Весьма вероятно, что полоролевые стереотипы влияют на половую дифференциацию мотивации, интересов и аттитюдов. Есть данные, частично подтверждающие, что выполнение когнитивных заданий, таких как решение задач и тестов достижений по чтению и арифметике, значимо связано со степенью полоролевой идентификации индивидуума и его собственной оценкой приемлемости для своего пола различных занятий. Большинство описательных данных, касающихся половых различий в психол. чертах, было собрано в США и в западноевропейских странах до начала соврем. феминистского движения. Изменения в образовательной, профессиональной и общественной сферах, произошедшие под влиянием этого движения, могут отразиться на относительном развитии лиц мужского и женского пола как в когнитивной области, так и в других областях.

Расовые и культурные различия

Раса - это биолог. понятие, относящееся к подразделениям вида. Оно соответствует таким классиф., как порода, племя или линия у животных. Челов. расы образуются тогда, когда группа людей становится относительно изолированной благодаря действию географических или соц. барьеров, в результате чего спаривание внутри группы становится более частым явлением, нежели спаривание членов группы с "чужаками". Должно смениться много поколений, прежде чем начавшийся т. о. процесс приведет к образованию популяций, различающихся относительной частотой определенных генов. Однако поскольку эти различия относительны, а не абсолютны, любая расовая группа обнаруживает некоторую вариацию в наследственных расовых характеристиках и частично пересекается с др. популяциями по таким характеристикам. По этой причине понятие расы, в строгом смысле слова, применимо к популяциям и не применимо к отдельным людям.

Когда людей классифицируют по таким категориям, как социоэкономический уровень, национальность, или этническая идентичность, часто обнаруживаются значимые групповые различия в практиках воспитания детей, сексуальном поведении, эмоциональных реакциях, интересах и аттитюдах, а тж в выполнении многих тестов способностей. Во всех таких сравнениях направление и степень различия между группами зависит от конкретной черты, интересующей исследователей. Поскольку каждая культура (или субкультура) поощряет развитие своего собственного типичного паттерна способностей и черт личности, сравнения на основе таких глобальных мер, как IQ или общая эмоциональная адаптация, практ. лишены смысла.

Изоляция групп приводит как к культурной, так и к расовой дифференциации. Отсюда, трудно раздельно оценить вклад биолог. и культурных факторов в расовые различия по психол. чертам. В поисках ответа на этот вопрос тестируют "полукровок", детей от смешанных браков. Считалось, что если в силу генетических факторов одна раса более интеллектуальна, чем другая, интеллектуальные способности "полукровки" должны быть промежуточными. Однако, по общему мнению, эта гипотеза весьма сомнительна, поскольку предполагает абсолютную связь между генами, определяющими цвет кожи (или иные расовые признаки), и генами, определяющими интеллект. При неполной связи корреляция между расовыми признаками и интеллектом исчезнет через неск. поколений, если будут продолжаться смешанные браки. Интерпретация рез-тов еще более осложняется тем обстоятельством, что смешивание рас обычно является выбираемым в рамках одной или обеих рас, а тж тем, что "полукровки" имеют тенденцию к ассимиляции в той культуре, к к рой принадлежит большинство населения. В группах, к-рые яв-ся довольно однородными по своей ассимиляции культурой большинства, и в к-рых люди относились к определенным расам скорее по документам, составленным со слов их родителей, нежели по их внешности, корреляция между тестовыми показателями и степенью расового смешивания была пренебрежимо мала.

Др. подход представлен изучением происходящих с возрастом изменений в сравнительном выполнении тестов расовыми группами. Напр., в США изучение чернокожих младенцев и детей дошкольного возраста либо вовсе не выявило у них отставания в умственном развитии, либо выявило лишь незначительное отставание от норм для детей белого населения. Однако тестирование школьников, проведенное в тех же регионах и в то же самое время, обнаружило заметную разницу в средних показателях, к-рая с годами увеличивалась. Эти рез-ты аналогичны данным, к-рые были получены и для других групп детей, росших в ограниченной образовательной и культурной среде. В данном случае возрастное снижение интеллекта было приписано кумулятивным эффектам ограничений опыта детей и усиливающемуся несоответствию обедненной среды расширяющимся интеллектуальным потребностям растущего ребенка. Рассматривая эту проблему с более широкой т. зр., можно сказать, что такое возрастное снижение показателей относительно тестовых норм происходит в тех случаях, когда тест оценивает когнитивные функции, развитие к-рых не стимулируется в конкретной культуре или субкультуре.

Третий подход заключается в сравнении выборок представителей одной и той же расы, выросших в разных условиях. Как правило, подобные исслед. выявляют большие различия в выполнении теста между подгруппами одной и той же расы, живущими в разных условиях, чем между разными расовыми группами, живущими в более сопоставимых условиях. То, что региональные различия, выявленные в пределах одной и той же расовой популяции, связаны скорее с культурными особенностями этих регионов, нежели с избирательной миграцией, было доказано в нескольких исслед.

Исслед. т. н. уравненных групп (equated groups) разных рас обычно показывают существенное сокращение различий средних значений IQ, хотя нек-рая разница все же остается. Проведение подобных исслед. связано с рядом трудностей методологического характера. Одна из них заключается в статистической регрессии к среднему, к-рая проявляется всякий раз, когда эксперим. план с попарным уравниванием выборок (matched-sample experimental design) применяется в исслед. популяций, различающихся по уравнивающей переменной (equating variable), напр. по социоэкономическому уровню. В результате этого обнаруживаемые при сравнении подобранных выборок различия средних показателей, напр. IQ, представляют собой всего лишь статистический артефакт процедуры отбора. Др. трудность связана с использованием очень широких категорий для классиф. таких переменных, как социоэкономический или образовательный уровни. Когда имеешь дело со столь крупными категориями, всегда есть вероятность того, что индивиды из одной популяции сгруппируются на нижнем уровне внутри каждой категории, а индивиды из др. популяции - на верхнем уровне той же категории, даже если отбор производился т. о., чтобы суммарное число индивидов во всех категориях было одинаковым.

Аналогичная трудность возникает и при использовании таких традиционных уравнивающих переменных, как профессия и образование родителей, ибо связь этих переменных с психол. развитием ребенка может быть весьма косвенной и отдаленной. Все более заметной становится тенденция к созданию шкал домашней среды (home enviroment scales), к-рые более детализированы и имеют более непосредственное отношение к развитию надежно определяемых свойств, таких как способность к обучению. Использование подобных шкал для сравнительного изучения чернокожих и белых дошкольников и учащихся средних школ оказалось плодотворным: были получены доказательства зависимости групповых различий в интеллектуальном развитии от релевантных характеристик домашней среды.

Опираясь на накопленные к настоящему времени знания, с уверенностью можно сделать лишь неск. выводов. Во-первых, биолог. основа любых наблюдаемых психол. расовых различий до сих пор не установлена. Во-вторых, получено немало доказательств - как из сравнительного изучения рас, так и из др. исследований в области Д. н. - того, что роль культурных факторов в формировании поведенческих различий, преимущественно выявляется при изучении разных расовых групп. Наконец, в отношении всех психол. черт и качеств, диапазон индивидуальных различий внутри каждой расы значительно превышает различие средних показателей между расами.

Что же касается групповых различий вообще, можно сказать, что эмпирически установленные групповые различия превращаются в групповые стереотипы, если: 1) различия групповых средних приписываются всем без исключения членам группы; 2) наблюдаемые различия воспринимаются как жестко закрепленные, не поддающиеся изменению и передаваемые по наследству.

См. также Приемные дети, Генетика поведения, Одаренные и талантливые дети, Наследуемость, Интеллект человека, Индивидуальные различия, Психологическая оценка, Расовые различия, Половые различия

А. Анастази

Дифференциальные тесты способностей (Differential Aptitude Tests, DAT)

Д. т. с. - комплексная батарея из восьми тестов, предназначенная для использования в образовательном и профессиональном консультировании уч-ся старших классов средней школы. В состав батареи входят следующие тесты: вербальное рассуждение (Verbal Reasoning), числовая способность (Numerical Ability), абстрактное рассуждение (Abstract Reasoning), канцелярская скорость и точность (Clerical Speed and Accuracy), механическое рассуждение (Mechanical Reasoning), пространственные отношения (Space Relations), правописание (Spelling) и словоупотребление (Language Usage). Девятый показатель - мера способности к обучению (или академической способности), яв-ся производным, получаемым путем объединения показателей по тестам "Вербальное рассуждение" и "Числовая способность". В качестве дополнения в батарею тж входит Опросник планирования карьеры (Career Planning Questionnaire).

Существующие формы этого теста (S и Т) были стандартизованы на национальной выборке из 60 000 уч-ся и имеют нормативные данные по классам и полу.

Представленные в руководстве данные по валидности свидетельствуют о том, что показатели Д. т. с. прогнозируют успеваемость по различным предметам в средней школе и дифференцируют уч-ся в отношении их будущей профессиональной деятельности. Вместе с тем, однако, имеется мало свидетельств в поддержку дифференциальной валидности паттернов показателей по различным тестам этой батареи.

См. также Педагогическая оценка, Измерение

Ф. Г. Браун

Дневные дошкольные центры (day-care centers)

Д. д. ц., дневные ясли (day nursery) или детские ясли (cruche), определяемые как "организованное оказание услуг по присмотру за детьми вне дома в течение определенной части дня", впервые появились во Франции.

В США Д. д. ц., обеспечивающие внедомашний присмотр за детьми, специально создавались для преодоления экономических трудностей посредством высвобождения женщин для участия в производительном труде и особенно распространились в период Великой депрессии, Второй мировой войны и Войны с бедностью. Из др. групп населения, помимо работающих женщин, к услугам дневных центров чаще обращались одинокие родители, представители меньшинств, бедные или находящиеся на грани бедности семьи. Преобладающей формой вспомогательного ухода за детьми при этом оставался присмотр няни в своем собственном или же в к.-н. др. доме.

Большинство программ Д. д. ц.: а) придерживаются фиксированного граф. - 8 или более часов ежедневно; б) обслуживают детей не старше 6 лет; в) имеют лицензии; г) реализуются специалистами. В пользу дневных центров говорят неск. аргументов, осн. на предположении, что такие условия и программы обладают определенными качественными преимуществами, к-рые не может обеспечить домашний уход, а именно: а) контролируемые стандарты для таких факторов, как количество персонала на одного ребенка, пространство и оборудование; б) специализированные услуги в соответствии с потребностями и интересами обслуживаемых клиентов; в) более эффективные услуги в обеспечении и контроле (напр., здоровье и питание) вследствие концентрации детей в одном месте. Однако существуют три аргумента против Д. д. ц.: а) более высокая стоимость услуг по сравнению с домашним присмотром; б) ограниченная открытость к изменению после того, как центр начинает функционировать; в) невозможность набрать в нек-рых местах проживания достаточное количество детей для организации центра.

Условия в дневных дошкольных центрах

Исследовательская литература группируется вокруг четырех осн. ситуационных измерений: а) количество детей, б) размеры физ. пространства; в) количество персонала на одного ребенка; г) характеристики детей. Напр., данные свидетельствуют о том, что в небольших по количеству детей (приблизительно от 15 до 20) дневных центрах персонал чаще их хвалит, успокаивает и задает вопросы и в меньшей степени акцентируется на правилах и рутинных процедурах. С возрастанием количества детей на каждый квадратный фут возрастает частота проявлений негативного поведения, такого как агрессивность, разрушительность и изолированность. Кроме того, в однородных по возрасту группах воспитатели менее ласковы и реже прибегают к прямым формам обучения, а дети демонстрируют большую конфликтность и соперничество по сравнению с разнородными по возрасту группами.

Эффекты дневных дошкольных центров

Программы групп. воспитания в дневных центрах влияют на когнитивное, эмоциональное и соц. развитие детей. Представляется очевидным, что 1-2-летняя качественная программа в сочетании с эффективной домашней программой может вызывать устойчивые положительные изменения в когнитивных способностях детей, в особенности IQ. У вырастающих в экономически неблагополучных условиях детей опыт пребывания в дневных центрах заметно ослабляет снижения IQ, часто наблюдаемые у детей из аналогичных семей, живущих в условиях высокого риска и нестабильности. Что касается эмоционального развития, то Д. д. ц. не наносят ущерба отношениям привязанности между матерью и ребенком, даже когда такой уход за ребенком начинается уже с первого года жизни, и не снижают предпочтения ребенком матери в сравнении с др. опекуном. Дети, проводящие определенную часть своего дня в детском центре, больше взаимодействуют со сверстниками, приобретая опыт как позитивных, так и негативных отношений.

Количество исслед. резко сокращается, а рез-ты оказываются более неоднозначными, когда рассматривается влияние детских дошкольных центров на семью и др. системы. Матери, принимающие участие в программах обучения, формируют сети поддержки (supportive networks), распространяя информ. и оказывая помощь друг другу в воспитании детей. Имеются тж данные о том, что по мере роста удовлетворенности родителей организацией присмотра за их детьми возрастает и удовлетворенность работой и супружескими отношениями.

К интерпретации этих данных следует относиться с осторожностью. Для понимания потенциальных оптимизирующих воздействий на детей родителей, семей, поставщиков услуг по уходу за детьми и соц. сетей поддержки необходимы дальнейшие исслед., как фундаментальные, так и прикладные.

См. также Обучение в раннем детстве

Ф. Дойч

Дневные стационары (day hospitals)

Д. с. и центры дневного пребывания начали широко распространяться в 1970-е гг. в ходе движения деинституционализации. Д. с. предотвращают тотальную изоляцию больного от семьи и здорового окружения, требуя при этом меньших финансовых затрат как со стороны государства, так и со стороны пациента, по сравнению с полностью укомплектованной мед. персоналом больницей, круглосуточно обслуживающей стационированный контингент. Пациенты Д. с. обычно находятся в переходном периоде от полной госпитализации к самостоятельному проживанию, они прибывают в Д. с. прямо из мест проживания для избежания эффектов полной институционализации. Переходный характер обстановки Д. с. или центра дневного лечения снижает стигматизацию и зависимость, часто сопровождающую период во время и после долгосрочной госпитализации. Главная цель этих учреждений - подготовка клиентов к решению задач повседневной жизни. Реабилитационные службы обычно используют адаптированные к индивидуальным задачам групп. программы, включающие терапию развлечениями, занятостью и средой, а тж производственную реабилитацию. Разнообразие видов активности, предоставляемых пациентам в Д. с. и центрах дневного лечения, предполагает наличие мультидисциплинарного персонала при участии психиатров, клинических психологов, психиатрических соц. работников, психиатрических медсестер, специалистов по терапии занятостью и развлечением и консультантов по производственной реабилитации.

См. также Дома "на полпути", Программы психического здоровья

Р. Д. Фелнер

Добрачное консультирование (premarital counseling)

Только в самом широком смысле этого термина можно рассматривать Д. к. в качестве "консультирования". Из функций консультирования в нем остаются обсуждение проблем и образовательное вмешательство, имеющее главной целью снабжение жениха и невесты типичными для таких случаев сведениями.

Выдающимся пионером в осуществлении образовательного инструктивного метода подготовки к браку являлся Эрнст Р. Гровс, который в 1924 г. в одном из колледжей Университета Бостона ввел учебный курс под названием "Подготовка к браку и семейной жизни".

Др. событием, оказавшим большое влияние на Д. к., был переход в психологии от строго интрапсихического рассмотрения проблем к расширенному взгляду на межличностные системы и культурные аспекты проблемных ситуаций. Это побудило специалистов в области психич. здоровья и пасторских консультантов начать обращать повышенное внимание на переменные отношений в браке и в процессе подготовки к браку.

Начиная с 1950-х г. "Журнал пасторской психологии" (Journal of pastoral psychology) стал отражать более широкий интерес к аспектам взаимоотношений Д. к., выразившийся в увеличении числа статей по данному предмету. Рост количества курсов по пасторскому консультированию во многих учеб. заведениях США явился дополнительным свидетельством того, что религиозные организации расширяют свое влияние на сферу межличностных отношений.

Благодаря усилиям Службы здравоохранения США, нацеленным на выявление и контроль венерических заболеваний, к проведению добрачного обследования изначально были привлечены профессиональные медики. Хотя большинство физ. осмотров проводились поверхностно и регламентировались (существенно различавшимися) законами штатов, нек-рые врачи ощущали потребность выйти за рамки рутинных процедур и снабдить молодые пары необходимыми сведениями и рекомендациями. Большая часть консультаций, предоставлявшихся врачами, были сосредоточены на вопросах пола и сексуальности.

Накапливается все больше данных, что по крайней мере нек-рые из тех, у кого не сложились отношения в первом браке, строят более конструктивные отношения во втором браке. Проведенное после неудачного брака консультирование может помочь новой супружеской паре избежать тех проблем, которые привели к несостоятельности предшествовавшего брака. От людей, к-рые ранее состояли в браке, тж будут ожидать достижения определенного понимания тех требований, к-рые к ним предъявляет брак, и принятия более разумного подхода к новым отношениям.

В совр. литературе по вопросам Д. к. говорится о том, что брачных и семейных консультантов поощряют помогать намеревающимся вступить в брак реалистично оценить многие из романтических иллюзий и мотивов, связанных с браком. Они могут исследовать соц.-психол. аспекты динамики брака и процесс формирования супружеской привязанности и верности. Кроме того, многими осознается необходимость исследовать причины образования семьи и болезненный процесс разделения и расставания.

См. также Консультирование, Сексуальность человека, Выбор супруга/супруги

Р. Берг

Доверительные границы (confidence limits)

Д. г. имеют отношение к интервальному оцениванию и связаны со стандартными ошибками статистик: выборочных средних, коэффициентов корреляции, предсказанных значений переменной и т. д. При интервальном оценивании главной задачей яв-ся определение такой области значений или такого числового интервала, к-рые позволяют с высокой степенью вероятности предполагать, что истинное значение оцениваемого параметра заключено в их границах. Если применить это понятие к определенной статистике, напр. выборочному среднему, то становится очевидным следующее: независимо от способа выборки и ее размеров, у нас нет никаких оснований рассчитывать на то, что выборочное среднее будет в точности равно генеральному среднему (параметру). Любое выборочное исслед. связано с ошибками выборки вследствие действия случайных факторов, вызывающих флуктуации от выборки к выборке. Отсюда возникает необходимость точно оценить интервал, предположительно включающий истинное среднее. Такое оценивание предполагает выбор уровня достоверности, аналогично тому, как это происходит при проверке гипотезы. Д. г. являются дополнительными величинами относительно уровней значимости, используемых при проверке гипотезы. Выборочное распределение средних принимает вид нормального распределения со средним, равным среднему выборочных средних (X), и со стандартным отклонением (Sm), равным стандартной ошибке среднего. Если число выборок стремится к бесконечности, верны следующие условия:

-1,96 sm £ - £ +1,96 sm (95% доверительные границы);

-2,58 sm £ - £ +2,58 sm (99% доверительные границы);

-3,29 sm £ - £ +3,29 sm (99,9% доверительные границы).

Смысл этих формул заключается в том, что на заданном уровне достоверности построенный интервал будет включать соотв. процент всех возможных средних, нормально распределенных относительно генерального среднего m.

Д. г. полезны при оценивании интервала, в к-ром на заданном уровне достоверности предположительно лежит "истинное" значение тестового балла, полученного конкретным чел. Выборочная ошибка коэффициента надежности (rit) равна se = s0. Отсюда, напр., 95% Д. г. для "истинного" значения IQ у испытуемого, получившего оценку IQ = 110 по тесту, надежность к-рого равна 0,84, будут соответственно 98 и 122 (при s0 = 15, se = 15 = 6).

Д. г. тж используются в предсказаниях () осн. на критериях заданной степени валидности. Стандартная ошибка, связанная с предсказанным баллом (), есть не что иное, как стандартная ошибка оценки (sу, х).

П. Ф. Меренда

Дома "на полпути" (halfway houses)

Дома "на полпути" (ДП) представляют собой небольшие групп. жилища, предоставляемые выписанным из психиатрического стационара пациентам на переходном периоде их приспособления к самостоятельной жизни в об-ве. ДП различаются между собой по локализации, размеру, назначению и контингенту больных. Однако большинство из них располагается в населенной зоне, вмещает 15-30 жильцов, служит переходной инстанцией между психиатрическим стационаром и средой здорового проживания и выполняет функцию осн., хотя и временного места жительства пациентов. Большинство ДП предоставляется пациентам с диагнозом наркомании, с наличием психич. расстройств и проблем, вызванных антисоциальным поведением. Хотя ДП первоначально имели целью заполнение пустоты между психиатрической больницей и здоровой средой проживания, мн. из них сейчас служат источником поступления пациентов в стационары.

Неск. факторов способствовали развитию движения ДП. Произошел переход от длительного содержания больных в психиатрических стационарах к их помещению в минимально ограничивающие условия лечения. Кроме того, определенные соц. и юридич. акции способствовали выписке большого числа стационарных больных. В то же время прогресс в психофармакологии привел к снижению проявлений симптоматики у мн. больных и сделал возможной их выписку из психиатрического стационара. Параллельное развитие судебной системы утвердило необходимость создания мест временного проживания для того, чтобы помочь лицам, освобожденным после длительного заключения, адаптироваться к жизни в об-ве.

Главная цель ДП - помощь в развитии навыков, необходимых для успешной жизни в об-ве. Более специфические цели - помощь жильцу в контроле над проблемным поведением, улучшение навыков соц. поведения, установление соц. отношений, помощь в трудоустройстве, приобретение финансовых навыков и развитие навыков самообслуживания.

ДП выполняют тж филос., соц. и пед. функции, включая предотвращение или снижение числа госпитализаций, снижение затрат на лечение, использование минимально ограничивающей лечебной среды и минимизацию разрыва соц. связей в здоровой среде, обусловленного поступлением в стационар. ДП выполняют тж образовательную функцию, знакомя население с характеристиками, специальными проблемами и нуждами своих обитателей.

Большинство ДП используют непрофессиональный персонал и стремятся создать для своих обитателей атмосферу соц. поддержки. Специфические программы часто включают плановые развлечения и соц. мероприятия, собрания жильцов, групп. терапию, распределение ответственности за ведение домашнего хозяйства и консультирование больных. В большинстве домов приняты строгие правила, касающиеся должного поведения; жильцы принимают участие в системе домового самоуправления.

Мн. ДП используют определенные типы ситуационных программ для стимуляции и вознаграждения зрелого, ответственного поведения больных. В административном аспекте ДП чаще всего аффилиированы или финансируются церковными и частными орг-циями, больницами или центрами психич. здоровья.

ДП стремятся к постепенному восстановлению соц. статуса выписанных больных, к ступенчатой реинтеграции пациентов в об-ве, к приобретению ими навыков, необходимых для успешной жизни в здоровой среде. Акцент на успешном приближении к независимой жизни в об-ве обусловлен полученными данными о том, что первые неск. месяцев после выписки из больницы сопряжены с наиболее высоким уровнем стресса и риском рецидива.

Хотя обоснование существования ДП и их цели привлекательны и обладают очевидной валидностью, эффективность этого подхода еще недостаточно подтверждена эмпирическими исслед. В большинстве исслед. не использовались контрольные группы или авторы стремились лишь сформулировать предикторы успешного рез-та терапии. Предикторами, от к-рых чаще всего зависит рез-т, являются признаки алкоголизма, число предыдущих госпитализаций, трудовая занятость в период проживания в ДП, сохранность соц. связей и возраст. Методологические недостатки и противоречивость данных опубликованных исслед. заставляют сделать вывод о том, что терапевтические преимущества ДП все еще остаются недостаточно доказанными.

Одно из препятствий для проведения оценки эффективности - концептуальная и организационная неоднородность таких учреждений. Можно ожидать различий в эффективности функционирования ДП в зависимости от их теорет. концепции, специфических программ, подготовки и характеристик персонала, уровня поддержки со стороны общественных учреждений и типа размещаемых пациентов.

Поражает отсутствие эмпирической основы специфических программ, используемых в ДП. Напр., растет число солидных публикаций, посвященных методам обучения больных соц. навыкам, навыкам супружеских взаимоотношений и способам трудоустройства. Однако в большинстве программ ДП продолжают использоваться устаревшие и интуитивно обоснованные методы достижения этих целей.

ДП - это прежде всего концепция лечения, к-рая совершенно не обязательно предусматривает наличие определенного учреждения. Успешная реинтеграция в об-ве выписанных из стационара больных м. б. осуществлена путем моделирования, обучения, тренинга и постепенного приближения к жизни в здоровой среде без специальной институциональной структуры, посвященной решению этих задач.

С. Н. Хейнс

Домашние любимцы (pets)

На всем протяжении истории имели место межвидовые соц. взаимодействия - отношения хищника и жертвы; любопытство - товарищеские отношения - игра; кооперация или контакты. Собаки, прирученные ок. 10 тыс. лет тому назад, стали, возможно, первыми Д. л., помогая людям охотиться, охраняя их поля и амбары, а тж служа источником мясной пищи. Связь между человеком и домашним животным представляет собой уникальные взаимоотношения. Д. л. позволяют почти полную свободу отношений, они предлагают искренний и близкий союз, лишенный духа конкуренции и к.-л. оценок. Они могут успокоить, оказать помощь и защитить от вторжения, темноты, физ. нападения, скуки и, возможно, одиночества. Д. л. может выступать в качестве молчаливого собеседника. Он может стимулировать проявления спонтанности и творчества; высвобождать сдерживаемую энергию и напряжение, выступая в качестве товарища по играм; помочь воспитать чувство ответственности и челов. ценности, выступая в качестве зависимого существа. А, самое главное, Д. л. служат доступным и понятным средством выражения ответных реакций - получение любви и ее отдача идут рука об руку, в то время как дурное обращение и пренебрежение влекут за собой избегание и отторжение. Кроме того, осуществляя свои биолог. функции и половые отношения, Д. л. помогает научить детей понимать явления природы.

См. также Антисоциальная личность, Одиночество

Ф. Дойч

Доминантные и рецессивные гены (genetic dominance and recessiveness)

По иронии судьбы, о наследственности животных нам известно гораздо больше, чем о наследственности чел.

Наследственность является результатом комбинаций генов. Гены - это биохимические функциональные элементы хромосом, определяющие потенциальный пол и др. признаки у зародыша. Хромосомы представлены парами в ядре каждого сперматозоида и каждой яйцеклетки. У чел. имеется 23 пары, или 46 хромосом, причем одну пару называют половыми хромосомами, потому что они определяют пол будущего организма. Клетки женского организма несут две Х-хромосомы, тогда как клетки мужского содержат одну Х- и одну Y-хромосому. Y-хромосома мельче по размеру и содержит меньше генов на своей поверхности, чем Х-хромосома.

В рез-те клеточного деления в яичниках все яйцеклетки содержат одну Х-хромосому, тогда как клеточное деление в яичках приводит к тому, что половина сперматозоидов содержит Х-хромосому, а др. их половина - Y-хромосому. Т. о., в половине случаев челов. яйцеклетка оплодотворяется сперматозоидами, несущими Х-хромосому, и еще в половине - сперматозоидами, несущими Y-хромосому, так что половина рождающихся в популяции детей должна бы иметь мужской пол, а половина - женский. (Мальчиков все же рождается чуть больше, но среди них и смертность выше, а потому соотношение полов быстро уравнивается; по мере того как дети становятся старше, соотношение полов сдвигается в сторону преобладания представительниц женского пола вследствие большей устойчивости женского организма к болезням.)

Несмотря на то что мы очень мало знаем о локализации генов в половых хромосомах (X и Y) и аутосомах (определяющих все признаки организма за исключением половых), если судить по сложности строения челов. организма и тому, что нам известно о наследственности животных, в каждой хромосоме должно находиться громадное множество генов. Ибо ген является не чем иным, как биохимическим определением местоположения определяющего фактора, к-рый служит причиной появления конкретного признака или состояния (напр., голубых глаз или гемофилии) либо вызывает развитие определенной части тела (напр., эпидермиса большого пальца).

Карта расположения генов в хромосомах называется генотипом индивида, тогда как фенотип - экспрессия этих генов в конкретном живом организме. "Доминантный" ген способен вызвать свой эффект даже в гаплоидном (единственном) числе, поскольку он сильнее рецессивного аллеля (гена, находящегося в том же месте парной - гомологичной - хромосомы). Когда признак определяется рецессивным геном, для фенотипического проявления этого признака (или дефекта) необходимо диплоидное число хромосом (оба аллеля или гена в одном и том же локусе на паре хромосом). Индивида, имеющего рецессивный ген какого-то наследственного дефекта или заболевания на одной хромосоме, но нормальный аллель на др. - гомологичной - хромосоме, наз. "носителем", потому что этот потенциальный родитель несет ген дефекта в гаплоидной форме и не может обеспечить его экспрессию до тех пор, пока этот ген не объединится с др. рецессивным геном этого дефекта от второго родителя при зачатии ребенка. Исключение из этого правила составляет сцепленный с полом рецессивный ген, локализованный в Х-хромосоме носителя женского пола. При объединении такой Х-хромосомы жены с Y-хромосомой мужа у сына с генотипом XY наследственная болезнь (обусловленная действием рецессивного гена матери) будет проявляться так, как если бы Y-хромосома в его генотипе вообще отсутствовала.

Доминантный ген всегда блокирует действие рецессивного, но два рецессивных гена в одном и том же локусе гомологичных хромосом обладают достаточной силой, чтобы контролируемый ими признак (или дефект) мог проявиться в фенотипе. Впрочем, и одного рецессивного гена Х-хромосомы индивида мужского пола достаточно, чтобы определяемый им признак (или дефект) проявился в фенотипе или при формировании тела ребенка.

В состав доминантных признаков у чел. входят темные и вьющиеся волосы; наличие непигментированных участков волосяного покрова; облысение у мужчин; карие, каре-зеленые или зеленые глаза; нормально пигментированная кожа; сросшиеся или лишние пальцы на руках и на ногах; брахидактилия (укорочение пальцев из-за отсутствия фаланги); ахондроплазия (форма карликовости, при к-рой голова и туловище достигают обычных размеров, а конечности сильно укорочены); невосприимчивость к яду сумаха (Rhus radicans); положительный резус-фактор; факторы нормального свертывания крови; группы крови A, В и (по системе АB0). Рецессивные признаки включают прямые, светлые или рыжие волосы; облысение у женщин; голубые или серые глаза; отсутствие пигментации кожи (альбинизм); нормальные пальцы; восприимчивость к яду сумаха (Rhus radicans); куриную и цветовую слепоту; глухонемоту; отрицательный резус-фактор; гемофилию и группу крови 0 (по системе AB0).

См. также Хромосомные нарушения, Наследуемость

X. К. Финк