_З_

Заброшенные дети (neglected children)

Заброшенным можно назвать ребенка в том случае, когда "несущий ответственность за воспитание за ребенка взрослый либо сознательно, либо по причине исключительной небрежности заставляет его испытывать страдания, к-рых можно было бы избежать, и/или не способен обеспечить одно или более из условий, обычно необходимых для полноценного развития физ., интеллектуальных и эмоциональных качеств ребенка". Заброшенность детей следует отличать от жестокого обращения с ребенком. Несмотря на то, что невнимание к детям может рассматриваться в качестве одной из форм жестокого обращения, его причины, как правило, кроются в бедности или невежестве. Жестокое обращение, напротив, в большей степени обусловлено психол. особенностями самого воспитателя.

О причинах заброшенности детей известно не слишком много. К соц. факторам, к-рые, по-видимому, играют определенную роль в этой проблеме, относят семью без отца или семью с низким уровнем дохода. На способы воспитания и ухода за детьми тж влияют культурные ценности. Кроме того, важным фактором является уровень эмоциональной зрелости воспитателя. Родители З. д. зачастую сами были заброшены, что наводит на предположение о присутствии цикличности в подобном отношении к детям на протяжении поколений.

Осн. признаками заброшенности являются: частые пропуски занятий или опоздания в школу; неадекватная одежда или гигиена; наличие синяков или др. травм; высокая враждебность; изоляция от др. детей; неадекватный медицинский уход; недостаточное питание; частая сонливость; равнодушие родителей; соц. изоляция родителей; иррациональное или нетипичное поведение родителей.

З. д., как правило, характеризуются либо апатией и безразличием, либо чрезмерной агрессивностью. Их уровень физ. и интеллектуального развития находится ниже возрастных норм. Они часто обнаруживают аттитюды беспомощности и поражения, с подозрением относятся к др. и не верят в себя. При столкновении с жизненными проблемами З. д. склонны переоценивать их трудность и недооценивать свою собственную способность справляться с этими проблемами с помощью др.

См. также Жестокое обращение с ребенком, Отношения "родитель - ребенок"

Р. Р. Копп

Забывание в старости (late-life forgetting)

В обыденной психологии широко распространено мнение, что снижение мнемической функции свидетельствует о начале болезни Альцгеймера или сенильности. Ранняя диагностика, наряду с терапией и семейной поддержкой, может помочь пожилым людям со снижением памяти функционировать и справляться с задачами повседневной жизни в минимально ограничивающей обстановке.

Первой задачей специалистов здравоохранения при обследовании пациента с жалобами на ухудшение памяти является установление того, свидетельствуют ли эти симптомы о развитии деменции или они являются результатом нормального когнитивного дефицита, обусловленного процессом старения. Даже при диагностике деменции (к-рая определяется Американской психиатрической ассоциацией как потеря интеллектуальных способностей в степени, нарушающей социальное или профессиональное функционирование) важно определить, является ли она обратимой. Если причина выявлена своевременно, нек-рые формы деменции оказываются обратимыми, поскольку деменция может быть следствием широчайшего спектра заболеваний и нарушений поведения. Мюриель Лезак указывает на то, что ухудшение памяти является некой точкой отсчета, с к-рой начинается дифференциация людей на людей с нормальным забыванием и на тех, кто не гарантирован от диагноза деменции.

Для различения нормального и патологического забывания Асенат Ларю описал два типа нарушения памяти. Первонач. они были обозначены как доброкачественная и злокачественная забывчивость старения. Доброкачественная забывчивость старения характеризуется нарушениями памяти, ограниченными забыванием относительно неважных фактов при сохранении способности вспомнить их через нек-рое время. Большинство забываемого материала относится к давнему прошлому, а не к недавним событиям; индивидуум обычно осознает, что его память ухудшилась, и в состоянии компенсировать это. Этот тип забывчивости нек-рым образом напоминает стереотип рассеянного профессора. Напротив, при злокачественной старческой забывчивости наблюдается искажение воспоминаний, снижение времени удержания в памяти и затруднения в воспоминании недавних событий. Кроме этого наблюдается дезориентировка в месте, времени и собственной личности. При поверхностном рассмотрении это представляется прямым и ясным разграничением типов забывчивости. Критики такого дихотомического подхода предполагают, что доброкачественная и злокачественная забывчивость старения являются скорее не отдельными состояниями, а точками на едином континууме.

Предпринимались попытки определить изменения в памяти, связанные с нормальным старением. В 1986 г. была образована рабочая группа Национального института психиатрии, задачей к-рой была н.-и. работа в этой области и распространение полученных данных. Эта рабочая группа опубликовала диагностические критерии того, что было названо соответствующим возрасту нарушением памяти - СВНП (аде-associated memory impairment, AAMI). Критерии СВНП предполагают наличие жалоб на нарушения памяти, осн. на ее постепенном ухудшении начиная с 50-летнего вoзраста у лиц, функционирующих на приемлемом интеллектуальном уровне (специально определяемом на основе критериев). Соответствие критериям СВНП устанавливается в тех случаях, когда обследуемые лица получают оценки, отклоняющиеся на минус одно стандартное отклонение (SD) от среднего, установленного для молодых взрослых по тестам памяти на недавние события. Кроме того, ряд критериев исключает соответствие индивидуума категории СВНП. Это - наличие деменции, алкогольной зависимости, депрессии, нек-рых неврологических и/или др. соматических заболеваний. Прием психотропных препаратов тж исключает соответствие диагностическим критериям. Утверждалось, что диагностическая категория СВНП предназначена для характеристики лиц позднего возраста, имеющих нарушения памяти, но не страдающих от неврологических нарушений. Предполагается, что СВНП представляет собой нормальное следствие старения у лиц позднего возраста.

Ричард Блэкфорд и Асенат Ларю высказывают сомнения касательно аспектов измерения СВНП. Они считают, что в рамках СВНП должно быть две категории: соответствующее возрасту нарушение памяти (age-consistent memory impairment) и старческая забывчивость (late-life forgetfulness). Критерием СВНП является выполнение 75% использованных тестов памяти - результат, попадающий в интервал +1 SD от средней величины, установленной для возраста обследуемого.

Критерием старческой забывчивости является выполнение 50% или более данных тестов - результат, попадающий в интервал от 1 до 2 SD ниже среднего, установленного для такого возраста. Критерии исключения для каждой из этих субкатегорий неск. сходны с описанными выше для связанных с возрастом нарушений памяти. Все эти категории применимы к лицам в возрасте от 50 до 79 лет; лица 80 лет и старше не подлежат тестированию.

См. также Болезнь Альцгеймера, Расстройства памяти

Н. Эбелис

Забывание (forgetting)

З. - это потеря информации на любом этапе процесса запоминания или хранения данных в памяти. Уильям Джеймс высказал предположение, что в реальной жизни, за редким исключением, забывается большая часть того, что происходит. Сэр Фредерик Бартлетт указывал, что точных воспоминаний практ. не бывает.

Герман Эббингауз в работе "О памяти" (Memory) описал 3 основных теории З.: во-первых, ранние образы маскируются и затемняются более поздними; во-вторых, сохраняющиеся образы претерпевают изменения; в-третьих, образы дробятся на части с последующей утратой отдельных компонентов вместо общего затемнения.

Для оценки объема и/или скорости З. использовались различные методы измерения научения и запоминания, В качестве меры З. Эббингауз использовал количество попыток, необходимых для доучивания забытых элементов, выраженное в процентном отношении к количеству попыток, потребовавшихся для первоначального заучивания материала. Разность между этим процентным отношением и 100% была названа скоростью забывания. З. яв-ся скорее правилом, чем исключением. Теорет. разраб. породили исслед., результаты к-рых лишь отчасти объясняют этот процесс.

См. также Память, Кратковременная память

Н. С. Андерсон

Зависимая личность (dependent personality)

Придавая этому расстройству статус отдельного и существенного расстройства, DSM-IV включает в качестве его центральной характеристики пассивное предоставление др. права принимать на себя полную ответственность за значимые формы деятельности индивидуума, что связано с отсутствием у него уверенности в себе и сомнениями в способности к независимому функционированию.

Заметна тж готовность подчинить свои потребности требованиям лиц, от к-рых зависят больные, с тем чтобы избежать выполнения независимых и самостоятельных соц. ролей. Для этих больных характерны тенденция к самоуничижению, отсутствие инициативы, они не склонны предъявлять прямые требования к тем, от кого зависят, чтобы не подвергать риску обеспеченную безопасность. Мн. обнаруживают соц. инфантильность, представляющуюся окружающим приемлемой, если не приятной, благодаря их искренне услужливому и дружелюбному характеру. Характерными чертами являются склонность к умиротворению окружающих и к примиряющему подчинению им, а тж бросающаяся в глаза и часто причиняющая хлопоты склонность "цепляться" за поддерживающих их лиц.

Эмиль Крепелин отмечал "нерешительность воли" у этих больных и легкость, с к-рой их могут "соблазнить" др. люди. Психоаналитическая характеристика этих больных дается в соответствии с теорией стадий психосексуального развития. Они определяются как представители "орального" типа.

Используя биосоц. теорию научения для логического выведения типов личности, Теодор Миллон перечисляет следующие критерии для диагностики больных этого типа.

1. Мирный темперамент: обычно послушен и не склонен вступать в пререкания, избегает соц. напряжения и межличностных конфликтов.

2. Подчиняемость в межличностных отношениях: нуждается в более сильной, опекающей фигуре, без к-рой чувствует тревожную беспомощность; часто обнаруживает тенденцию к примирению, умиротворению и самопожертвованию.

3. Неадекватный Я-образ: воспринимает себя слабым, хрупким и неэффективным; демонстрирует неуверенность в себе, умаляя свои способности и компетентность.

4. Когнитивный стиль Поллианны (героиня рассказов Э. Портер) (Pollyanna cognitive style): демонстрирует наивное или снисходительное отношение к испытываемым трудностям в общении, сглаживает конфликтные события.

5. Дефицит инициативы: предпочитает подчиненный, не богатый событиями и пассивный стиль жизни; избегает самоутверждающего поведения и отказывается принимать на себя ответственность.

См. также Зависимость, Типы личности

Т. Миллон

Зависимость (dependency)

З. - это поиск идентичности, поддержки, защиты и/или разрешения извне. Объектом З. м. б. др. чел.; соц. единица, такая как расширенная семья или религиозная и общественная группа; некая неосязаемая пятью органами чувств сущность, такая как ангел-хранитель; или даже система убеждений, как, напр., философия ненасилия, к-рой исповедующий ее чел. предан и от к-рой, в свою очередь, получает поддержку.

По определению, З. предполагает реципрокность отношений. Зависимый чел. ищет, ожидает и получает З.: давать значит получать, а получать значит давать. З. тж предполагает обязательность: от зависимых ожидают, что они будут искать и получать ответную поддержку. Нарушение участия в этом круге обязательств может вызывать разнообразные ответные реакции сторон - от вербального неодобрения до остракизма.

З. отличается от родственного ей процесса взаимозависимости, при к-ром отдельные стороны обоюдно ищут идентичности, поддержки, защиты и/или разрешения друг от друга.

В "зависимых обществах", таких как Япония, новоявленное эго обучается подчинению в вертикальной системе власти. Предполагается, что идеал конформности усиливает чувство собственного достоинства каждого чел. В "независимых обществах", таких как совр. Америка, от только что образовавшегося эго ожидается не подчинение, а переход от обязывающих отношений к горизонтальной системе власти. Предполагается, что именно идеал индивидуализма усиливает чувство собственного достоинства каждого чел.

Осн. характеристиками З. являются связь, обязательство, реципрокность, доверие, преемственность и вовлеченность. Каждая культура или субкультура определяет "нормальную" З. на основе своей собственной системы ценностей.

В то время как зап. мышление минимизирует преемственность между живущим и его предками, зависимые культуры склонны расценивать нарушение преемственности как угрожающий фактор.

Несмотря на существующие культурные различия, в З. прослеживаются определенные универсальные характеристики. Эти определяющие характеристики делятся на 3 группы.

Первая группа может рассматриваться как "негативная" З., к-рая задерживает психосексуальное развитие, ухудшая способность справляться с различными жизненными ситуациями. Вторая группа может расцениваться как "позитивная", улучшающая процесс созревания за счет того, что помогает индивидуумам и группам функционировать т. обр., к-рый поддерживает их чувство благополучия. Третья группа характеризуется отсутствием или прекращением отношений З., что тж может задерживать развитие.

Трактовку З. полезно подразделять на 3 "культурно исторические" фазы: а) дописьменная родоплеменная - формирование народности (с начала челов. истории и до настоящего времени); б) совр. колониальная (1500-1945 гг.); в) постколониальная (с 1945 г. до настоящего времени).

Фаза дописьменных культур и обществ с родоплеменной организацией

В ранних этнологических исслед. З. рассматривалась как структурная сетевая орг-ция, осн. на родовых, общинных, народных и расширенных семейных паттернах взаимоотношений, к-рые расценивались в целом как позитивные. Считалось, что они обеспечивали защиту, безопасность и др. потребности в условиях жизни, характеризующейся донаучным видением мира и низким технологическим уровнем.

В таком об-ве люди определяют себя или определяются с позиций их связей с др., а не с т. зр. того, как они независимо реализуют или проявляют себя. Успешность во взаимодействиях такого рода считается наиболее важным показателем зрелого самовыражения.

Современная колониальная фаза

Нарушение традиционных паттернов З. стало важным и зачастую недооцениваемым рез-том колониальных контактов, начавшихся с XV в. Как показал Маннони, важнейшим фактором завоевания коренного населения послужила его собственная тенденция к переносу ожиданий З. с привычных властных фигур на европейских заместителей власти.

Агрессивные европейские культуры эксплуатировали эти ожидания З. коренных народов, одновременно экспортируя ценности независимости, индивидуализма и прогресса, к-рые ослабляли сопротивление коренного населения так же, как конница Кортеса или огнестрельное оружие англичан. Протестантская трудовая этика со своим жестким акцентом на соперничестве, нанесла сокрушительный психол. удар традиционным представлениям о взаимности, обязательстве и доверии. Думается, в условиях долговременной колонизации сама личность коренного жителя подвергалась жесткому давлению необходимости согласовывать несовместимые с З. системы убеждений.

В это же самое время в зап. мире состояние З. систематически низводилось до уровня "невротического поведения". Зигмунд Фрейд теоретически предсказывал, что беспомощность младенца является источником пожизненных оков З., против к-рых зрелое эго должно вести непримиримую борьбу.

Кроме того, Фрейд утверждал, что психол. структуры и функции об-ва соответствуют психол. структурам и функциям отдельных людей. С позиций совр. мышления каждый индивидуум, испытавший на себе сильное влияние теорий Фрейда, должен бороться за освобождение от разнообразных форм З., начиная с З. от матери и кончая З. от различных групп. То, что ранее считалось взаимностью, ныне расценивается как беспомощность.

Постколониальная фаза

Начиная примерно с 1945 г., в зап. мире начало проявляться убеждение, что чрезмерный акцент на независимости, переменах и соперничестве привел к росту массового отчуждения, аномии и даже увеличению показателей заболеваемости. Реакцией на такое положение стала наметившаяся тенденция к пересмотру роли З., к-рая проявила себя в разнообразных недавних событиях общественной жизни. Карл Роджерс своими работами по групп. динамике стимулировал развитие общественных движений и профессиональных подходов, акцентирующих роль зависимого взаимодействия. Еще позднее "формирование сети связей" стало важнейшим побуждением людей, к-рые осознают свою потребность в связи с др., особенно в условиях большого города.

Др. ил. видоизменения З. служат кооперированные семьи, в к-рых не находящиеся в отношениях кровного родства члены двух или трех поколений объединяют свои потребности и ресурсы в рамках одного жилища или, по крайней мере, в рамках одной общины.

См. также Потребность в аффилиации, Отчуждение (политическое), Связь и привязанность, Кросс-культурная психология, Просоциальное поведение

Дж. Гурьян

Зависимые переменные (dependent variables)

В научных исслед. З. п. яв-ся свойство или выполнение, к-рые измеряются для определения эффекта манипулирования независимой переменной. З. п. может включать поведенческие, физиолог. и соц. характеристики, в зависимости от характера исслед.

Выбор подходящей З. п. чрезвычайно важен для результатов и интерпретации исслед. При выборе З. и. следует учитывать несколько соображений. Первое состоит в том, что З. п. должна отражать исследуемый конструкт. По возможности, исследователь будет выбирать наиболее чувствительную и надежную З. и. Единственным исключением из этого эмпирического правила яв-ся ситуации, когда такая мера является заметной, т. е., когда сама попытка произвести замер изменяет выполнение субъекта. Т. о., мера, связанная с выбором, может служить примером максимально чувствительной, надежной и незаметной меры. Еще одно соображение, кот. надлежит учитывать при выборе З. п., связано со стремлением избежать возникновения эффектов потолка или пола. Эффект потолка (ceiling effect) возникает в ситуации, когда диапазон выполнения задания настолько ограничен, что испытуемые достигают предельных результатов. Эффект пола (floor effect) отражает чрезмерную трудность задания, так что многие испытуемые вообще не могут с ним справиться. Эффекты потолка и пола приводят к получению искусственных результатов и к измерению пределов задания, а не способности испытуемых к его выполнению.

См. также Методология (научных) исследований

К. Дру

Зависящее от состояния научение (state-dependent learning)

Феномен З. с. н. связан преимущественно с употреблением наркотиков и их воздействием на память или исполнение. Если подопытных животных сначала обучить выполнять определенное задание, а затем в ходе проверочной сессии ввести наркотик или физиолог. раствор, любое ухудшение в последующем исполнении не обязательно оказывается связано с прямым воздействием этого наркотика на НС. Оувертон продемонстрировал это в простом эксперименте. Непосредственно перед обучением одной половине крыс вводился наркотик, а другой половине физиолог. раствор. Каждая из этих групп была затем разделена т. о., что одной подгруппе в ходе проверочной сессии вводился наркотик, а другой - физиолог. раствор. Крысы, которым в ходе обучающей сессии вводили наркотик, а в ходе проверочной - физиолог. раствор, обнаруживали определенное ухудшение результатов, как и крысы, которым в ходе обучающей сессии вводили физиолог. раствор, а в ходе проверочной сессии - наркотик. Наилучшие результаты демонстрировали крысы, получавшие физиолог. раствор или наркотик в ходе обеих, обучающей и проверочной, сессий. Иначе говоря, ухудшение результатов оказалось связанным не с воздействием наркотика на нервную систему, а с различиями в состояниях организма между двумя сессиями. Оувертон назвал этот феномен зависящим от состояния или диссоциативным научением (dissociated learning). Отсюда можно сделать следующий вывод: для вспоминания усвоенного навыка необходимо, чтобы организм находился по существу в том же самом физиолог. состоянии, что и во время его приобретения.

Одно из объяснений этого феномена связано с выводом Мак-Гока, что любое изменение в условиях предъявления стимула между приобретением и воспроизведением будет вызывать ухудшение в сохранении (навыка). Это утверждение справедливо как в отношении внутренних условий или установки, так и в отношении внешнего контекста. Предполагается, что данный эффект является просто еще одной иллюстрацией принципа убывания генерализации раздражителя (principle of stimulus generalization decrement), а именно: чем дальше раздражители располагаются вдоль градиента генерализации от исходного раздражителя, в отношении к-рого была сформирована данная реакция, тем больше будет снижаться их способность вызывать эту реакцию, т. е. для приобретенной реакции наиболее критическим компонентом из общего стимульного контекста оказывается внутреннее состояние организма, изменение к-рое будет приводить к забыванию.

Альтернативное объяснение З. с. н. получило название замещения подсистемы (subsystem replacement). Наркотики, которые оказывают влияние на ЦНС., обычно обладают избирательным воздействием, распространяющимся на определенную группу нейронов. При нормальных условиях научение конкретному навыку опосредуется конкретной популяцией нейронов, однако то же самое способны делать и др. нейроны. Т. о., если наркотик блокирует деятельность доминирующей группы нейронов, приобретение навыка может опосредоваться следующей популяцией нейронов. Проверка на сохранение субъектом навыка под влиянием данного наркотика должна приводить к успешному исполнению; однако сохранение навыка без данного наркотика должно ухудшаться, поскольку контролируемая при этом данная часть НС не участвовала ранее в приобретении этого навыка.

Несмотря на существование определенных экспериментальных свидетельств в поддержку объяснения замещением подсистемы, идея убывания генерализации по-прежнему сохраняет довольно прочные позиции; представляется вероятным, что могут иметь место обе интерпретации, только, по-видимому, в отношении разных ситуаций.

З. с. н. происходит также в ситуациях применения электрошока (electroconvulsive shock, ECS) и гипотермии, и здесь оно имеет довольно четкую связь со сходством стимулов или убыванием генерализации. Установлено, что вызываемая электрошоком ретроградная амнезия в отношении наказанной реакции может ослабляться в результате простого безусловного раздражения электрическим током ступни, к-рое придает ситуации вспоминания большее сходство с условиями приобретения. Амнезия выработанной реакции поиска пищи ослабляется предъявлением пищи, но не электрическим раздражением ступни, в то время как обратное являлось истинным при амнезии в отношении наказанной реакции.

Исслед. показывают, что для возникновения ранее выработанной реакции при ретроградной амнезии, вызванной гипотермией, подопытное животное должно достичь определенного критического уровня повторного охлаждения, т. е. внутренний стимульный контекст для приобретения и вспоминания должны в значительной степени совпасть.

Зависимость от прежнего состояния, по-видимому, может помочь также в объяснении эффекта Камина. При научении реакции избегания в клетке с чередованием участков подачи тока, исполнение демонстрирует тенденцию к ухудшению с течением времени и оказывается наиболее слабым после прохождения примерно часа по завершении научения (эффект Камина). Такого рода забывание может ослабляться путем введения определенных манипуляций непосредственно перед проверочной сессией. К таковым относятся напоминания (стрессоры), предназначенные для уменьшения контекстуальных "расхождений" между ситуациями приобретения и вспоминания. Так, инъекции АКТГ и безусловное раздражение электрическим током лапы улучшали исполнение крыс в ходе проверочной сессии.

См. также Центральная нервная система, Контекстуальные ассоциации, Полезависимость, Переменные в научном исследовании

М. Р. Денни

"Загрязнение" (статистическое) (contamination (statistical))

З. с. происходит в результате невозможности или неспособности учесть важные источники дисперсии, которые влияют на связь между изучаемыми переменными. Всякий раз, когда две или более независимых переменных в сочетании влияют на зависимую переменную иным образом, нежели любая из этих независимых переменных влияла бы сама по себе, возникает эффект взаимодействия. Если подобный эффект взаимодействия возникает вследствие присутствия непредусмотренной независимой неременной, становится невозможным определить, в какой мере экспериментальные результаты обусловлены этой посторонней переменной, а в какой - независимыми переменными, определенными исследователем. Для проведения такого разграничения потребовалось бы дополнительное исслед. Статистические процедуры могут применяться к данным с З. с., однако если установлено наличие "загрязнения", результаты статистического анализа не могут быть однозначно интерпретированы. Такой источник ошибок трудно исправить, потому что присутствие посторонней переменной обнаруживается лишь после установления факта "загрязнения", а данные, к-рые могли бы оказать помощь в устранении этого источника дисперсии, предварительно не собирались. Наилучшим способом защиты против этого типа ошибки служит предваряющий сбор данных тщательный обзор литературы, позволяющий исследователю получить информацию об основных известных источниках дисперсии.

Айзек и Майкл описывают два типа З. с., к-рые могут проистекать из непредусмотренных эффектов взаимодействия. Первый тип называется смешением (confounding). Оно происходит, когда дисперсия посторонней переменной смешивается с дисперсией независимой переменной.

Вторым типом З. с. является взаимная компенсация эффектов (cancellation of effects). В этом случае действительное различие в результатах укрывается от взгляда исследователя в силу присутствия посторонней переменной, которая нейтрализует эффекты независимых переменных.

См. также Дисперсионный анализ, Методология (научных) исследований, Статистика в психологии

Д. Боуэн

Задание (task)

Переменная З. в эксперименте относится к малым или большим единицам поведения испытуемого, к-рые испытуемый должен выполнить на основе инструкций, полученных от др., или самостоятельно поставленной цели. С субъективной т. зр., задача связана с представлением испытуемого о том, что должно быть сделано, и с намерением исполнить это. Как практ. цель З. ориентирует внимание испытуемого и регулирует деятельность испытуемого в целом. Термин "открытое" в противовес "закрытому" З. был введен Наттином. В закрытых З. испытуемые считают, что после первого ответа на стимул З., это З. по отношению к стимулу завершено или завершается; в открытых З. испытуемый предполагает, что после ответа те же самые стимулы или ситуация будут повторены, и каждый раз на них следует отвечать снова. Открытые З. являются повторяющимися З.

Открытое задание и информационная ценность вознаграждения

При классиф. З. на открытые и закрытые в поведенческих экспериментах был введен новый фактор - когнитивно-динамическая направленность испытуемого по отношению к будущей цели, или устойчивость З. в противовес снижению потребности, фактор, к-рый бихевиоризм игнорирует. Манипулирование переменной открытых и закрытых З. предоставляет экспериментатору возможность исследовать влияние этого фактора на текущие поведенческие процессы. Наряду с устойчивостью задачи, был введен второй осн. фактор посредством концепции открытого З. - информ. ценность поощрения и наказания в обучающих экспериментах. Помимо его аффективного значения, поскольку испытуемый поощряется за данный ответ, она поставляет когнитивную информ. о полезности или инструментальности этого ответа для завершения последующих З. В экспериментах с закрытыми З. поощрение и наказание не обладают информ. ценностью (потому что дальше не нужно выполнять никаких З.), в то время как их аффективное значение полностью сохраняется. Т. о., информативное поощрение м. б. отделено экспериментально от неинформативного поощрения, и их соотв. влияние можно исследовать. В рез-те подобных исслед. зачастую возникает представление, что влияние усиления на выполнение опосредовано информ. процессами, а устойчивое З. - или более высокий уровень активности испытуемого - по-видимому, помогает запоминать затронутые вопросы. В рамках проблемы мотивация-изучение в целом введение фактора З. акцентирует необходимость варьирования мотивационной переменной, исходя из таких когнитивных составляющих мотиваций, как З., цели намерений, планы и поведенческие проекты.

Открытые задания и мотивированное обучение

Парадигма "открытое З. против закрытого З." не тождественна проблеме обучения "мотивированное против случайного". Действительно, в повседневной жизни, помимо школьной ситуации, большая часть обучения имеет случайный характер. Тем не менее, большинство поведенческих ситуаций в повседневной жизни относятся к открытым З., так как люди, по крайней мере, неявно "заинтересованы" - т. е. когнитивно мотивированы - собирать информ. о своем мире и об эффективности своих поведенческих реакций в общении с этим миром. Однако ситуации и реакция, полностью выходящие за сферу поведенческих интересов личности, - такие как большинство лабораторных экспериментов - являются "закрытыми" по отношению к жизни испытуемого в целом.

Ориентация открытых заданий и успешность выполнения

В концепции открытого З. заложена важность ориентации испытуемого по отношению к будущим целям и З. для текущего выполнения и мотивации. На ранней стадии теории мотивации успешности сила стремления испытуемого достичь успеха в определенном виде деятельности рассматривалась как функция ожиданий успеха в этом виде деятельности. Тем не менее, кажется, что важные рез-ты поведения зависят от того, рассматривает ли испытуемый текущее выполнение в качестве инструментального для последующих целей (открытое З.). Действительно, представляется, что мотивы испытуемого, связанные с успешностью, более сильно обусловлены рез-тами З., к-рые открывают возможность для будущих успехов, по сравнению с З., не имеющими никакого значения для будущего (закрытое З.). В первом случае о будущих успехах говорят, что они "обусловлены" предшествовавшими успехами.

Историческая заметка

Концепция З. в эксперим. психологии введена Вюрцбургской школой в начале XX в. для дополнения чисто ассоциационных законов психол. функционирования. Она называлась Aufgabe и вводилась испытуемому посредством "инструкций", создавая Einstellung, или психич. состояние с динамичным и регулирующим рез-том - определяющую тенденцию. В совр. психологии подобная необходимость в когнитивных и динамичных процессах ощущалась нек-рыми психологами в отношении коннекционизма [Т. зр., считающая, что в основе всего поведения лежит связь между стимулом и ответом.] и ассоцианизма. Необходимы опосредующие процессы когнитивно-динамичной природы (выбор и решение как функция информ., З., постановка целей и т. д.). Концепция открытого З. относится к подобным процессам.

См. также Мотивация достижения, Познавательная мотивация

Дж. Наттин

Заикание (stuttering)

Из истории известно, что Аристотель и Демосфен страдали З. (дисфемией). Последний, как утверждают, избавился от него, пытаясь с камушками во рту говорить громче, чем шумит морской прибой. Хотя историки не могут с уверенностью судить о природе его дисфемической речи, нек-рые формы З., ранее называвшиеся запинанием, вполне могли встречаться в древности. Это универсальный феномен, обнаруживаемый во всех возрастах, расах и культурах всего мира. Он встречается у лиц обоего пола, у мужчин в 4-5 раз чаще, чем у женщин. Причины этой диспропорции до сих пор не ясны. З. не испытывает почтения к социоэкономическому статусу или положению в об-ве, как показывает пример короля Англии Георга VI, к-рый страдал выраженным заиканием. Опубликованные на настоящий момент данные систематических исслед. поддерживают т. зр., согласно к-рой З. - это расстройство, связанное с тревожностью и Я-концепцией. Его суть - блокировка и судорожные попытки произнести высказывание. Описательно его можно определить как дезинтеграцию вербальной экспрессии, характеризующуюся невольными звуковыми или беззвучными повторениями и удлинениями произнесения коротких речевых элементов. С т. зр. традиционной классиф. расстройств речи, З. определяется как расстройство ритма. Оно отделяется от трех др. категорий расстройств речи: нарушений артикуляции (напр., шепелявость, детский лепет), фонации (напр., фальцет) и символизации (напр., афазии).

Ранние авторы предложили ряд теорий этиологии З., к-рые позднее были отвергнуты. В качестве причин рассматривалось множество факторов: неадекватная доминантность полушарий, пониженный уровень лейкоцитов, повышенное потребление двуокиси углерода, повышенный уровень кальция сыворотки и отклонения рН слюны. Один из теоретиков, живший в XIX веке, исходил из предположения, что З. связано с большим размером языка и предлагал лечить его путем хирургического вмешательства. Идея о неправильной доминантности полушарий связана с наблюдением, что переучивание леворукости может усилить З. Эта концепция осн. на представлении о том, что наличие конкурентных нейронных импульсов в мозге передается челюстным мышцам, вызывая т. о. З.

Данные исслед., пытавшихся объяснить З. воздействием неврологических, биохимических либо физиолог. этиологических факторов, в лучшем случае противоречивы. Хотя Линдсли нашел, что у заикающихся более выраженное блокирование и десинхронизация бета-волн по сравнению с нормой, Скарборо не выявил различий в ЭЭГ заикающихся и нормально говорящих испытуемых из контрольной группы. Пытаясь установить связь наследственности с заиканием, Нельсон сравнил 204 заикающихся (эксперим. группа) с контрольной группой такой же величины и обнаружил преобладание случаев З. в семьях эксперим. группы. Эти данные, однако, не доказывают причинно-следственную связь между наследственностью и З. или его наследственного происхождения, поскольку др. факторы не были полностью учтены. Члены семьи невольно оказывают давление на заикающихся, вызывая у них стрессовое состояние. Они часто настаивают на том, что такой человек может говорить лучше и просят его говорить медленнее и делать глубокие вдохи, тем самым сообщая ему о неадекватности его состояния. Психоаналитики связывали З. с оральными или компульсивными фиксациями. Эти теоретики утверждали, что З. представляет собой продолжение орального эротизма у инфантильных нарциссических лиц, к-рые компульсивно удерживают ранние оральные эквиваленты кормления и кусания. Джонсон подразделял З. на первичный и вторичный типы. Первый свойствен маленьким детям и характеризуется слабым осознанием эффектов, оказываемых З. на окружающих. Вторичный тип характеризуется такими признаками, как борьба, избегание и гримасы. Это свидетельствует о том, что воспринимаемые реакции окружающих вызывают тревогу, ведущую к тяжелым вторичным симптомам. Инхэм, однако, считает, что роль тревожности как таковой в развитии З. преувеличена.

З. не является однородным феноменом и не имеет какой-то единственной причины. Большинство недавно проведенных исслед., в к-рых обеспечивался высокий уровень контроля переменных, свидетельствуют в пользу того, что З. является приобретенным расстройством, обычно возникающим в детстве. Фредерик изучал влияние вознаграждения и наказания на динамику З. Испытуемые должны были читать списки слов (равные по количеству слов) при двух условиях: сильно интенсивных и слабо интенсивных ударов током. Высокотревожные испытуемые при наказании заикались больше, тогда как испытуемые с низкой тревожностью больше заикались при вознаграждении. При комбинировании групп эти различия стираются. Обнаружены значимые личностные различия, указывающие на то, что люди заикаются по разным причинам, независимо от наличия общего симптома.

Среди совр. теорий научения выделяется теория конфликта приближения-избегания, предложенная Шиэном, к-рый успешно преодолел свое собственное З. Тенденции к приближению и избеганию достигают состояния равновесия, при к-ром наличествуют два конкурирующих побуждения: имеются соперничающие побуждения - высказаться и воздержаться от этого, чтобы не обнаружить своего З. Человек начинает заикаться, когда желание плавно говорить и страх З. уравновешивают друг друга. Соответственно, для разрешения конфликта используется негативная практика как подход модификации поведения. Страх перед З. снижается, когда человек начинает заикаться добровольно и преднамеренно, без усилия растягивая первый слог слова. Сначала произносятся слова, не вызывающие тревоги, затем постепенно к ним добавляются слова, сопровождающиеся опасениями. Поскольку З. уже имеет место и бояться нечего, напряжение и тревога снижаются, речь становится более плавной.

Большинство логопедов и психологов сходятся во мнении, что для заикающихся крайне важно принять свое состояние и перестать пытаться скрыть блокаду речи иллюзорным представлением о ее беглости. З. рассматривается как расстройство ложной роли. Попытка представить речь беглой является саморазрушительной. Развивается порочный круг, З. вызывает чувство стыда и отвращения, ведущее к усилению страха, что оно повторится. Из-за усилившегося чувства страха З. возобновляется. Чем больше человек пытается не заикаться, тем более вероятно, что это произойдет.

Ряд методов лечения ориентированы на снижение или устранение З. как такового, напр., обратная связь о замедленной речи и изменение выдыхаемого потока воздуха. Однако эти технические приемы дают лишь кратковременный эффект. Эффективное лечение должно быть нацелено не на само З., а на страх и стыд, связанные с ним. Якобсон отметил, что он испытал облегчение, когда З. стали воспринимать не как монолитное, а как многогранное поведение, требующее самопринятия. Избегание ситуации, вызывающей страх, придает ей силу, и поскольку поведение, уменьшающее страх тж подкрепляется, возникает сдвоенный эффект, поддерживающий проблему. Сочетание поведенческой речевой терапии и психотер. рассматривается как наиболее эффективное средство преодоления этого расстройства. Даже если З. полностью не устранено, оно не должно восприниматься как недостаток, негативно влияющий на жизнь человека.

См. также Потребность в достижении, Тревога, Блокировка, Совладание, Кибернетика, Альтернативные методы терапии

К. Фредерик

Закон Вебера (Weber's law)

Эрнст Генрих Вебер на основе экспериментов по различению силы давления на кожу, веса поднимаемых на ладони грузов и видимой длины линий, а тж на основе опубликованных др. учеными наблюдений, вывел важную закономерность. Вместо того чтобы просто воспринимать разницу между сравниваемыми раздражителями, мы воспринимаем отношение этой разницы к величине исходного раздражителя. Аналогичный вывод уже был сделан французским физиком и математиком Пьером Бугером в отношении такого качества зрительных ощущений, как яркость. Густав Т. Фехнер выразил сформулированную Вебером закономерность в привычной для нас мат. форме. Т. о., З. В. обычно записывают либо как DI / I = k, либо как DI = kI, где DI - изменение раздражителя, необходимое для обнаружения едва заметного различия (ЕЗР) в стимуляции; I - величина раздражителя и k - константа, значение к-рой зависит от вида ощущений. Конкретное числовое значение k называют отношением Вебера.

Через неск. лет после публикации этой формулировки З. В. обнаружилось, что величина k не остается постоянной во всем диапазоне интенсивностей раздражителя, а увеличивается в области низких и высоких интенсивностей. Тем не менее, З. В. справедлив для средней области диапазона интенсивностей раздражителей, вызывающих практически все виды ощущений.

См. также Психофизика

Дж. Г. Робинсон

Закон дочерней регрессии (Law of filial regression)

Было установлено, что для многих непрерывных признаков, таких как рост и интеллект, взрослое потомство данного родителя отклоняется в меньшей степени от среднего значения для данной популяции, чем родитель, т е. потомки "регрессируют" к среднему для популяции. Фрэнсис Гальтон этому наблюдению дал название "закон дочерней регрессии к посредственности". Он считал его фундаментальным законом наследственности. Но, по всей видимости, автор переоценил важность данного закона, и сейчас мы знаем, что данное им теоретическое объяснение этого явления было неверным.

Значение закона регрессии Гальтона для психологии вытекает из утверждения его автора о том, что общая умственная способность, которая, как он считал, почти полностью наследуется, проявляет дочернюю регрессию точно так же, как рост и другие наследуемые физ. признаки. Действительно, эмпирические доказательства, полученные в ходе тестирования родителей и детей, подтверждали аргумент Гальтона: потомство выдающихся родителей (при любом направлении отклонения от среднего для популяции) уступало своим родителям; величина отклонения от среднего у них составляла некоторую постоянную долю от величины родительского отклонения.

Чтобы правильно понять явление регрессии, необходимо четко разграничить его статистический (описательный) и сущностный (каузальный) аспекты. Коэффициент регрессии (т. е. наклон линии регрессии) просто количественно описывает сам факт регрессии, но ничего не объясняет. Поскольку коэффициент регрессии, рассчитываемый на основе стандартизированных показателей для обеих переменных, представляет собой коэффициент корреляции r, то будет простой тавтологией сказать, что в том случае, когда две любые коррелированные переменные, х и y, коррелируют не полностью (т. е., rx,y < 1), наклон линии стандартизованной регрессии будет меньше 1, и соответствующая величина у для любого данного значения х будет отклоняться от среднего по популяции у меньше, чем х отклоняется от среднего по популяции x, и наоборот. Статистически, регрессия и коэффициент корреляции описывают или определяют количественно одно и то же явление, которое легче всего представить себе как неполную корреляцию двух переменных. Следовательно, теоретическим объяснением регрессии является, по сути дела, объяснение того, почему две обсуждаемые переменные (напр., рост "отцов" и "детей") не полностью коррелируют. В случае любого отдельного признака генетические факторы могут быть (а могут и не быть) частью объяснения. На этот вопрос можно получить ответ лишь с помощью эмпирических исслед., специально спланированных для проверки определенной генетической модели.

Возможные причины регрессии, наблюдаемой у родителей и потомства (или любых иных родственников) можно разделить на 3 осн. категории: а) ошибки измерения, б) генетические факторы и в) факторы окружающей среды.

1. Недостоверность или ошибки измерения ослабляют корреляцию и таким образом вносят свой вклад в уменьшение наклона линии регрессии. Эффект ослабления можно скорректировать, если нам известна надежность измерений.

2. Генетический аспект регрессии, предполагающий, что вариация признака связана с наследственными факторами, проистекает из того факта, что каждый из отпрысков получает по наследству только случайную половину генов родителя. Чем сильнее отклонения у родителя, тем выше вероятность того, что они вызваны относительно редкой неаддитивной комбинацией генов, такой как доминирование, рецессивность и эпистаз. Более редкие комбинации родительских генов переходят с меньшей вероятностью к потомкам, которые, следовательно, будут отличаться от своих родителей меньшими отклонениями от среднего для популяции. Хорошо известный метод генетики для оценки "узкой наследуемости" (narrow heritability) признака (т. е. доли дисперсии признака, относимой на счет аддитивных эффектов генов) представляет собой регрессию потомства на усредненного родителя (on the midparent). Но этот метод является строго валидным лишь в том случае, если родители и дети не живут в одной и той же среде; необходимо, чтобы потомство выращивали в окружающей среде, выбранной случайно в популяции.

3. Поскольку на индивидуальные различия в развитии признака могут оказать воздействие факторы окружающей среды, и поскольку родители и их потомство (а также сиблинги, близнецы или др. родственники) не обитают в идентичной окружающей среде, корреляция между родственниками может уменьшаться из-за различий между условиями среды. Более отклоняющиеся от среднего родители, напр., могли сталкиваться в более редкой и необычной среде, чем та, к-рую они обеспечили для своего потомства; следовательно, потомство будет меньше отклоняться от среднего, чем родители. В явлении регрессии per se не существует ничего, что доказывало бы наличие генетических причин, или причин, обусловленных окружающей средой, или какой-то комбинации обеих этих групп причин.

См. также Наследственность и интеллект, Наследуемость, Статистика в психологии

А. Р. Дженсен

Закон Фехнера (Fechner's law)

Густав Теодор Фехнер, профессор физики Лейпцигского ун-та, стремился отыскать способы количественного измерения душевных явлений. В частности, он пытался установить, как изменение ощущения связано с изменением стимуляции. При выведении закона, названного впоследствии его именем, Фехнер опирался на закон Вебера, согласно к-рому едва заметное различие (ЕЗР) в стимуляции есть нек-рая постоянная часть величины исходного раздражителя (т. е. ЕЗР = kI), и на собственное допущение о том, что ощущение (R) раздражителя представляет собой накопленную сумму равных приращений ощущения. Выразив все это в дифференциальной форме как dR = adI / I, а затем проинтегрировав (принимая R = 0 при интенсивности раздражителя, равной абсолютному порогу (I0)), он получил следующее уравнение: R = с log (I / I0), где R - величина ощущения, с - константа (величина которой зависит от основания логарифма и от отношения Вебера), I - интенсивность раздражителя и I0 - абсолютный порог интенсивности. Это и есть З. Ф., согласно к-рому ощущения описываются кривой уменьшающегося прироста (или логарифмической кривой). Напр., увеличение яркости, ощущаемое при замене одной лампы десятью, будет таким же, как и в случае замены десяти ламп сотней. Иначе говоря, возрастанию величины раздражителя в геометрической прогрессии соответствует прирост ощущения в арифметической прогрессии.

См. также Психофизика, Закон Вебера

Дж. Г. Робинсон

Закон "все или ничего" (all-or-none law)

Типичный нейрон, или нервная клетка, состоит из клеточного тела, дендритов и аксона. Аксон обычно представляет собой сравнительно длинный отросток, тянущийся далеко от тела клетки и служащий той линией связи, по к-рой сигналы от данной клетки могут передаваться на большие расстояния в др. части мозга и остальной НС. Чтобы переносить информ. от начала к концу аксона, большинство нейронов генерируют потенциалы действия (или спайки). Закон "все или ничего" относится к потенциалу действия, характеризуя особенности передачи нервного импульса по аксону.

Согласно этому закону, величина, форма и скорость распространения потенциала действия не зависят от силы раздражителя, к-рый его инициирует. Др. словами, для нейрона не имеет значения, будет ли вызывающий потенциал действия раздражитель очень слабым (напр., легкое касание кожи) или очень сильным (напр., глубокий укус). Пока раздражитель достаточно силен для того, чтобы инициировать потенциал действия, спайк передается от одного конца аксона до др. без затухания (т. е. без ущерба для величины, формы или скорости импульса).

Потенциалы действия нейрона аналогичны сигналам, производимым телеграфным ключом; нейрон не может посылать более мощных или быстрее распространяющихся потенциалов действия, как и телеграфист не может посылать более мощных или быстрее распространяющихся сигналов, нажимая на ключ. Что нейрон действительно может, так это посылать больше сигналов за единицу времени, кодируя т. о. силу раздражителя. Так, мягкое касание кожи, возможно, вызвало бы разряд из 10 импульсов в секунду, тогда как укус мог бы вызвать у того же нейрона разряд из 200 импульсов в секунду.

Закон "все или ничего" был впервые продемонстрирован в 1871 г. американским физиологом Генри П. Боудичем при исслед. сердечной мышцы. В 1902 г. английский физиолог Ф. Готч обнаружил эффект "все или ничего" при передаче сигналов по нервам, однако этот эффект был надежно установлен только в исслед. Эдгара Дугласа Эдриана. В 1932 г. за эту работу Эдриану была присуждена Нобелевская премия по физиол. В действительности, работе Эдриана предшествовала целая серия исслед., проведенных К. Лукасом. Именно Лукас дал название этому закону в своей статье The All or None Contraction of the Amphibian Skeleton Muscle Fibre ("Сокращение волокна скелетной мышцы амфибии по принципу "все или ничего"").

Подобно большинству "законов" НС, закон "все или ничего" имеет исключения. Нек-рые нейроны могут генерировать серии последовательно уменьшающихся потенциалов действия, нарушая тем самым этот закон.

См. также Потенциал действия, Химическая стимуляция мозга, Электростимуляция нервной системы, Электроэнцефалография, Нейрохимия

Б. М. Торн

Законы научения Торндайка (Thorndike's laws of learning)

Торндайк начал свою длинную карьеру в Колумбийском ун-те, где наблюдал поведение различных видов животных в т. н. "проблемных ящиках".

Животное, скажем кошка, помещается в ящик, из к-рого оно может выбраться только единственным путем, напр., потянув за шнур, поднимающий дверцу. В такой ситуации кошка поначалу предпринимает разнообразные действия (обнюхивает, царапает когтями, взбирается на стены и т. д.), пока она случайно не зацепится когтями за шнур и не потянет его, что приводит к благополучному исходу - открыванию дверцы. При повторном помещении в ящик кошка опять будет совершать множество случайных действий до тех пор, пока к.-н. образом снова не зацепит шнур с последующим успешным рез-том. После серии таких эпизодов кошка в конечном итоге будет зацеплять шнур все раньше и раньше, демонстрируя то, что Торндайк назвал постепенным улучшением времени избавления.

Сам Торндайк довольствовался тем, что его исслед. продемонстрировали те осн. операции в научении, к-рые м. б. описаны как постепенное усиление нек-рых стимульно-реактивных "связей", возникавших поначалу чисто случайным образом и оказывавшихся в конечном итоге "успешными". В теории Торндайка не находилось места для чего-то подобного "инсайту", интеллектуальному или разумному анализу. Научение было делом слепой удачи. Рано или поздно, перебирая одну вещь за др., можно было наткнуться на правильный ответ. Поскольку правильная реакция приводит к "удовлетворению", "связь" между стимулом и этой реакцией будет постепенно усиливаться и в рез-те окажется достаточно сильной для того, чтобы данная реакция стала возникать первой или одной из первых в тестовой ситуации. Торндайк был настолько убежден, что он открыл осн. правило, или принцип научения, иллюстрирующий исключительно важную роль нек-рого удовлетворяющего положения дел, возникающего вследствие случайной реакции, что сформулировал это свое убеждение в виде так называемого "закона эффекта".

Закон эффекта

Стимульно-реактивная ассоц. или связь усиливается, когда за реакцией следует удовлетворитель. Торндайк приписывал снижение числа ошибочных реакций воздействию вызывающих неудовольствие стимулов или неудовлетворительному положению дел. Поэтому состоящий из двух частей закон эффекта приобрел свою окончательную формулировку в утверждении, что индивидом будут приобретаться или сохраняться любые реакции, за к-рыми следуют удовлетворители, и отвергаться те реакции, за к-рыми следуют вызывающие неудовольствие события.

Другие законы научения

Торндайк рассматривал закон эффекта в качестве осн. руководящего принципа научения, но недостаточного для того, чтобы учесть все ситуации, в к-рых происходит или не происходит научение. Поэтому им были тж предложены 2 частных закона, рассматривавшиеся в качестве необходимых дополнений закона эффекта: законы упражнения и готовности.

Закон готовности, по сути, является констатацией существования потребности, к-рая присутствует там, где происходит научение. Торндайк попытался сформулировать свою идею в квазиневрологических терминах, высказав предположение о том, что НС должна настроиться или оказаться "готовой" для оперативного управления определенными связями.

В большинстве случаев закон эффекта в силу своей слепоты не позволяет достичь полного научения в рез-те всего лишь одной попытки. Для установления нек-рых связей может потребоваться большое количество таких попыток. Каждая успешная попытка будет усиливать связь.

Несмотря на то, что законы упражнения, готовности и эффекта, как поначалу казалось, охватывали всю область научения, Торндайк находил полезным время от времени вводить дополнительные законы. Напр., в 1931 г. он модифицировал свой закон эффекта, удалив из него отрицательную часть. Выяснилось, что наказание не оказывало влияние на уменьшение количества неправильных реакций. В лучшем случае наказание создавало временную ситуацию, в к-рой могла вознаграждаться и усиливаться правильная реакция. Торндайк тж ввел закон соответствия. Этот закон выражал идею, что определенные виды материала способствуют более быстрому научению по сравнению с др.; нек-рые вещи, казалось, сочетаются друг с другом более естественным образом, чем с др. Еще один закон, закон ассоциативного сдвига, был введен в ответ на вызов последователей Уотсона, горячо отстаивавших представление о том, что все научение происходит путем обусловливания. Закон ассоциативного сдвига предназначался для включения обусловливания в закон эффекта. В соответствии с этим законом, стимулы, ассоциирующиеся с оригинальной связкой S - R, могут приходить со временем к участию в инициировании этой реакции даже в отсутствие оригинального стимула.

См. также Теории научения, Наказание

Б. Р. Бугельски

Застенчивость (shyness)

Отличительным признаком З. является боязнь соц. взаимодействий. З. - распространенный феномен, с к-рым почти всякий сталкивался в своей жизни. Как правило, застенчивые люди чрезвычайно робки и поглощены мыслями о возможных негативных оценках со стороны др. Концентрируясь на собственных недостатках, застенчивые люди обычно переживают сильное чувство тревоги и зачастую реализуют свои худшие ожидания.

З. - сложное состояние, охватывающее широкий психол. континуум; она может варьировать от периодического ощущения неловкости в соц. ситуациях до невроза, к-рый может полностью разрушить личную жизнь. В целом, незнакомые ситуации и люди, воспринимаемые как непохожие, влиятельные или оценивающие, по-видимому, вызывают З. Вследствие З. люди переживают различные степени одиночества, депрессии, низкой самооценки и неуверенности в себе. Большинство застенчивых людей воспринимают З. как неприятную и нежелательную черту.

Хотя специфические корни З. варьируют от чел. к чел., важную роль в формировании З. играют культурные ценности, соц. нормы и др. факторы среды. Филип Зимбардо приводит обзор кросс-культурных исслед., показывающий, что соц. ценности одних культур в большей степени способствуют З. в сравнении с др. В порождающих застенчивость об-вах любовь ставится в зависимость от достижений, неудачи преувеличиваются и интернализуются, вознаграждения редки, а свободное выражение идей и чувств практически не получает одобрения. У большинства застенчивых людей З. м. б. преодолена путем принятия на себя обязательства измениться, овладения соц. умениями и укрепления уверенности в себе.

См. также Тревога, Уклоняющаяся личность, Чувство неполноценности

Т.-И. Мун

Защитные механизмы (defence mechanisms)

З. м. - это психол. стратегии, с помощью к-рых люди избегают или снижают интенсивность таких негативных состояний, как конфликт, фрустрация, тревога и стресс.

Поскольку предполагается, что большинство людей мотивировано к сокращению и ослаблению этих негативных состояний, теоретики уделяли значительное внимание идентификации З. м.; рез-том стало широкое множество предполагаемых механизмов защиты. Авторы большинства теорий о З. м. - исследователи, ориентированные на психоан., начиная с Зигмунда Фрейда. В последнее время, однако, теоретиками разных направлений были предложены альтернативные объяснения соотв. паттернов поведения.

Хотя существование и влияние различных З. м. широко признаются, во многом это основывается лишь на изучении отдельных случаев или казуистике, а не на рез-тах научных исслед. с должным контролем переменных.

Относительно защит в целом следует учитывать три момента. Во-первых, З. м. используются, чтобы редуцировать отрицательные эмоциональные состояния или избежать их. Во-вторых, большинство З. м. предполагает искажение реальности. В-третьих, люди обычно не сознают использование большинства З. м. Если бы они сознавали искажения реальности, то эти искажения не смогли бы эффективно редуцировать отрицательные эмоциональные состояния.

Вытеснение

Вытеснение - это избирательное забывание материала, связанного с конфликтом и напряжением. Вытеснение служит защитой, поскольку, если человек не знает о конфликтном и эмоционально нагруженном материале, конфликт и напряжение перестают для него существовать. Следует отметить три важные вещи, касающиеся механизма вытеснения. Во-первых, вытеснение есть мотивированное избирательное забывание. Это - потеря, имеющая целью избирательное удаление из сознания воспоминаний или связанных с ними ассоциаций, вызывающих у индивидуума чувство конфликта или напряжения. Во-вторых, вытесненный материал не теряется, а хранится в бессознательном. Если по к.-л. причине окажется затронутой связанная с этим материалом отрицательная эмоция, то вытесненный ранее материал может вернуться в сознание, причем его не нужно заучивать заново. В-третьих, Фрейд постулировал два типа вытеснения. Первый тип - первичное вытеснение, обеспечивающее "отказ в доступе в сознание" угрожающего материала. При этом типе вытеснения чел. как будто и вовсе не воспринимал этот материал. Фрейд называл второй тип вытеснения собственно вытеснением, или вторичным выталкиванием. Будучи уже в сознании, материал вытесняется, и чел. перестает что-либо знать о нем.

Вытеснение, несомненно, - одно из наиболее важных понятий в теории личности и психопатологии. В самом деле, существование вытеснения служит предпосылкой для формирования сферы бессознательного, поскольку, если оставить в стороне понятие коллективного бессознательного по Юнгу, материал, предположительно, поступает в бессознательное благодаря вытеснению.

Первичное вытеснение изучалось в лабораторных условиях. Испытуемым предлагалось вслух прочесть провоцирующие напряжение или нейтральные слова, проецируемые на экран в течение очень коротких промежутков времени. Было обнаружено, что вызывающие напряжение слова, по сравнению с нейтральными, требуют более длительной экспозиции, для того чтобы их можно было прочесть. На основании этого заключили, что участвующие в эксперименте люди не позволяли провоцирующим напряжение стимулам регистрироваться в сознании. Последующие исслед. показали, однако, что различия во времени чтения/ распознавания между вызывающими напряжение и нейтральными словами вызваны, гл. обр., тем обстоятельством, что слова, провоцирующие напряжение, были менее знакомы испытуемым, что снижало вероятность их распознавания за короткий промежуток времени. Кроме того, провоцирующие напряжение слова вызывали у испытуемых замешательство; им требовалось время, чтобы убедиться, что они правильно прочли слово, прежде чем произнести его. Подобные эмпирически обоснованные альтернативные объяснения ослабляют убедительность первоначальных экспериментальных исслед. первичного вытеснения.

В исслед. собственно вытеснения использовали в основном модификации следующего подхода: участников эксперимента сначала проверяли на способность вспомнить серию нейтральных стимулов, затем у одной половины испытуемых вырабатывалась ассоциация экспериментально вызванного напряженного состояния с этими стимулами, тогда как состояние напряжения у др. половины испытуемых с ними не связывалось. Вслед за этим опять проверялась их способность вспомнить данную серию стимулов. Затем напряжение снималось, и еще раз тестировалась способность испытуемых воспроизвести по памяти серию стимулов. Рез-ты этих исслед. обычно показывали, что ассоциация стимулов с напряжением затрудняла их воспроизведение по памяти - эффект, приписываемый действию вытеснения. Было тж обнаружено, что при устранении напряжения вспоминание стимулов улучшалось, - и это интерпретировалось как рез-тат возвращения вытесненного материала. Недавно, однако, были высказаны предположения, что ухудшение вспоминания м. б. обусловлено интерференцией, вызванной эмоциональным возбуждением, а не вытеснением. В этой связи было обнаружено, что ассоциирование самых положительных эмоций со стимулами может тж ухудшать воспроизведение последних по памяти - эффект, к-рый невозможно приписать действию вытеснения. По-видимому, происходит избирательное вспоминание, однако этот процесс не вполне соответствует тому, что определяется термином "вытеснение".

Подавление

При подавлении чел. избегает вызывающих эмоциональное напряжение мыслей, стараясь не думать о них. Поскольку трудно вообще не думать, подавление обычно предполагает размышление о др., не связанных с напряжением, вещах, замещающее связанные с напряжением мысли. Некоторые авторы называют это избегающим мышлением или отвлечением внимания. Подавление отличается от вытеснения тем, что при нем вызывающая напряжение мысль в принципе доступна, но игнорируется и блокируется др. мыслью, тогда как при вытеснении она полностью недоступна. Важно заметить, что, в отличие от др. З. м., в нек-рых случаях чел. сознательно прибегает к подавлению. При неоднократном использовании этой защиты реакция избегания может стать привычной и использоваться вне рамок сознания. Есть много подтверждений тому, что люди действительно используют подавление и что оно оказывается эффективным в снижении уровня напряжения.

Отрицание

При отрицании чел. не реагирует на провоцирующие угрозу аспекты ситуации, меняя свое толкование ситуации т. о., чтобы воспринимать ее менее угрожающей.

Отрицание отличается от вытеснения тем, что чел. избирательно воспринимает и по-другому интерпретирует переживаемое, а не стирает его следы в сознании. Поскольку отрицание включает избирательность внимания, этот процесс предполагает какое-то использование подавления. В силу того, что реинтерпретация играет главную и уникальную роль в отрицании, нек-рые исследователи используют для обозначения этой защитной стратегии термины "переопределение" и "переоценка".

Лабораторные исслед. дают в целом непротиворечивые данные в пользу того, что люди спонтанно используют эту защиту и что она эффективна в снижении как субъективного, так и физиолог. возбуждения перед лицом угрозы.

Проекция

Проекция представляет собой приписывание личностных характеристик или мотивов др. людям в зависимости от собственных личностных характеристик и мотиваций чел. Было выделено три типа проекции. При атрибутивной проекции чел. сознает наличие у себя определенной черты и только затем приписывает ее др. чел. Напр., чел., сознающий свою боязнь, может проецировать страх на др. (Следует отметить, что использующий этот тип проекции сознает свое чувство, однако не сознает использования проекции.) Имеются достаточные эксперим. подтверждения существования атрибутивной проекции. Относительно ее защитной функции предполагается, что, если человека гнетет осознаваемое обладание нежелательной чертой личности, проекция этой черты на любимых или уважаемых людей дает ему возможность переоценить эту черту и тем самым сделать обладание ею менее гнетущим. Хотя есть определенные доказательства того, что нек-рые люди имеют склонность проецировать свои личностные особенности скорее на любимых или уважаемых людей, чем на кого-то др., пока нет достаточного подтверждения того, что проекция снижает субъективное или физиолог. напряжение.

При комплементарной проекции чел. сознает какую-то свою особенность или свое чувство и видит причину этого в др. чел. Напр., некто, испытывающий страх, может считать др. людей опасными или враждебными. Существование комплементарной проекции экспериментально подтверждено. Считается, что защитная функция комплементарной проекции состоит в том, что она помогает чел. видеть мир более созвучным своим чувствам и действиям и оправдывать их. Пока нет, однако, достаточного подтверждения тому, что комплементарная проекция эффективно снижает субъективное или физиолог. напряжение. Наконец, при проекции сходства или классической проекции чел., не сознающий у себя определенной черты, проецирует ее на др. Фрейд рассматривал этот тип защиты как помощь вытеснению. Чел. не только вытесняет знание о нежелательной черте, но и перемещает ее за пределы самого себя - на др. Хотя этот вариант реакции считается наиболее типичным для тех случаев, когда речь идет о проекции, эмпирическое подтверждение его существования полностью отсутствует.

Смещение

Выделяются два типа смещения. Первый, известный как смещение объекта, происходит в тех случаях, когда чел. проявляет к одному лицу или объекту чувство, к-рое в действительности испытывается им к др. лицу или объекту. Напр., чел., к-рый разозлился на своего начальника, может прийти домой и вести себя агрессивно по отношению к жене; или чел., потерявший любимую жену, может щедро одаривать любовью своих детей. Считается, что обычно смещение объекта происходит при невозможности выразить чувство в адрес первичной фигуры или первичного объекта, и потому возникает необходимость выразить это чувство по отношению к вторичной фигуре или вторичному объекту. В приведенных выше примерах агрессия не м. б. выражена по отношению к начальнику, поскольку это было бы опасно, а любовь невозможно было выразить жене, потому что ее больше нет в живых. Существование смещения объекта экспериментально подтверждено, хотя в большинстве случаев исследовательские данные свидетельствуют о смещении одной только агрессии.

Защитная функция смещения объекта может иметь два компонента. Во-первых, не выражая агрессию в отношении опасной первичной мишени, чел. избегает угрозы возмездия. Во-вторых, принято считать, что выражение чувства или побуждения имеет следствием приятный катартический эффект. Т. о., в случае смещения объекта агрессии опасность избегается, а побуждение ослабляется. Имеются нек-рые эксперим. доказательства катартического эффекта. Конкретнее, смещение объекта, видимо, снижает последующую агрессию, но не ослабляет физиолог. возбуждение.

При втором типе, смещении влечения, чел. перемещает энергию, связанную с одним чувством, на др. чувство и тем самым выражает чувство, отличное от вызванного у него первонач. В отличие от смещения объекта, при к-ром чувство остается прежним, а меняется мишень, при смещении влечения прежней остается мишень, меняется же чувство. Наиболее типичным примером является смещение сексуального и агрессивного драйва. Энергия, связанная с сексуальным возбуждением, перемещается, выражаемая в качестве агрессии, в то время как энергия, ассоциированная с агрессивными импульсами, начинает проявляться в сексуальной активности. Изменение чувств позволяет чел. ослабить базовое влечение, выражая его приемлемым образом. Рез-ты эксперим. исслед. смещения влечения неоднородны, малодоказательны и доступны альтернативной интерпретации, поскольку недостаточно подтверждают существование этого явления.

Есть целый ряд объяснений изменения эмоциональных мишеней и эмоций, помимо перемещения. Напр., то, что выглядит как смещение объекта, м. б. следствием генерализации стимула. Реакция, связанная с определенным стимулом (лицом), м. б. вызвана др., сходным с ним стимулом (лицом). Предполагается тж, что физиолог. возбуждение первонач. психологически неспецифично и становится таковым лишь благодаря маркировке сигналами окружающей среды; т. о., при смене сигналов произойдет перенос возбуждения. Эти интерпретации исключают наличие защитной основы в понятии смещения.

Регрессия

Понятие регрессии предполагает, что при столкновении с конфликтом, напряжением и особенно с фрустрацией, чел. может вернуться к более ранней стадии жизни, в к-рой он чувствовал себя в безопасности, и т. о. избежать актуального конфликта или стресса. Фрейд выделял два типа регрессии. При регрессии объекта фрустрированный индивидуум, оказавшийся перед невозможностью получения удовлетворения от объекта (или лица), может вернуться назад, чтобы получать удовлетворение от объекта (или лица), от к-рых он получал его ранее. Напр., покинутый любовник может искать внимания своих прежних партнерш или даже своей матери. При регрессии влечения индивидуум, фрустрированный при попытке получить удовлетворение от реализации одного влечения, может получить удовлетворение посредством деятельности, нацеленной на реализацию др. влечения (побуждения).

Хотя регрессия часто приводится в качестве объяснения "незрелого" или "примитивного" поведения, наблюдаемого у больных неврозами и психозами, в литературе нет убедительных данных, подтверждающих эффективность регрессии.

Идентификация

Используя идентификацию, чел. принимает личностные характеристики (особенности поведения, аттитюды и т. д.) др. лица. Защитная идентификация может служить двум целям. С одной стороны, если удовлетворение к.-л. потребности представляется чел. слишком опасным, он может отождествлять себя с кем-либо, кому это удается, и т. о. получать заместительное удовлетворение. С др. стороны, идентификация с опасным или угрожающим индивидуумом создает видимость собственной силы, снижая чувство ранимости. Последний тип защитной идентификации обычно обозначается как идентификация с агрессором. Наконец, следует отметить, что имитация, к-рую можно рассматривать как поверхностную версию идентификации, дает возможность использовать к.-л. успешного чел. как модель для подражания и т. о. избежать мн. проблем, снижая стресс.

Компенсация

Когда чел. считает себя в каком-то отношении хуже др., он может пытаться преодолеть чувство неполноценности и связанную с ним тревогу, прилагая дополнительные усилия, чтобы достичь успеха в той области, где он чувствует свою неполноценность. Такое поведение называют компенсацией. Его защитная роль подчеркивалась в работах Альфреда Адлера, к-рый полагал, что мн. в нашем стиле жизни определяется попытками преодолеть реальные или воображаемые слабости. Адлер утверждал, что сам стал врачом, надеясь т. о. преодолеть проблемы своей физ./мед. неполноценности. Очевидно, что во мн. случаях компенсация представляет собой эффективную и адекватную реакцию. Эксперим. изучение компенсации ограничено, но подтверждает наличие этого явления.

Реактивное образование

Фрейд утверждал, что, если существует возможность возвращения в сознание вытесненного угрожающего материала, чел. может пытаться усилить вытеснение, ведя себя диаметрально противоположным содержанию вытесненного материала образом. Напр., если чел. угрожают вытесненные гомосексуальные побуждения, то для усиления их вытеснения он может включиться в чрезмерную гетеросексуальную деятельность. Аналогичным образом, щедрость может интерпретироваться как защита от скупости, а чистоплотность - как защита от неряшливости. Такое контрмотивированное поведение обозначается как реактивное образование.

Хотя есть сообщения об аналогичных исслед. на животных, эксперим. работы, посвященные проверке существования и эффективности этого механизма у людей, единичны, а их рез-ты малоубедительны и неоднозначны. Поскольку паттерны поведения, приписываемые действию данного механизма, социально желательны, их использование может рассматриваться как попытка получить скорее вознаграждение / одобрение, чем как защита от угрозы, связанной с неосознаваемым материалом.

Другие защитные механизмы

Кроме описанных, выделяют и др. З. м. Большинство из них существенно перекрывается уже названными выше или не получило достаточного внимания в литературе. Рационализация м. б. определена как использование "хорошего", но не реального обоснования определенного поведения. При помощи такой стратегии чел. может дать рациональное объяснение поведения и т. о. скрыть от себя или др. менее приемлемую мотивацию. Сублимация происходит, когда чел. переводит энергию, связанную с неприемлемым импульсом или побуждением, в социально приемлемую деятельность. Во мн. отношениях сублимация идентична смещению влечения. При изоляции чел. отделяет эмоцию от присущего ей содержания и безразлично обращается с темами, к-рые в противном случае были бы угрожающими или ошеломляющими. Одним из приемов достижения изоляции является фокусирование внимания на абстрактных, технических или логических аспектах угрожающей ситуации, а не на ее эмоциональных компонентах; этот прием называется интеллектуализацией. Отмена происходит в тех случаях, когда чел. ведет себя неподобающим образом, что вызывает у него тревогу, а затем ведет себя противоположным образом, так чтобы аннулировать или сбалансировать предшествовавшее поведение, устраняя вызванную им тревогу.

См. также Тревога, Теории личности, Психоанализ

Д. С. Холмс

Здоровая личность (healthy personality)

Разительным пробелом в систематической психологии представляется отсутствие эксплицитной теории о З. л. Причина здесь отчасти кроется в том, что общество и не требовало от исследователей пристального внимания к здоровью: люди, к-рые функционируют конструктивно и продуктивно, в отличие от преступников, лиц с эмоциональными нарушениями, страдающих умственными дефектами, или беспомощных индивидов, не угрожают существованию цивилизации.

Др. причина связана с тем, что аномальные феномены легче идентифицировать и поставить под контроль исследователя. "Симптомы" - это те стороны поведения, к-рые выходят за пределы предпочитаемых или установленных системой об-ва. Как следствие, мы имеем законы и способы соц. регуляции, в соответствии с к-рыми подобных людей помещают вместе в условия, где их оказывается легче изучать - больницы, тюрьмы и др. учреждения.

Кроме того, существует имплицитное убеждение, согласно к-рому "нормальные" люди имеют право на личную неприкосновенность и на самостоятельное распоряжение собственной судьбой.

По всем этим и по др. причинам, мы имеем гораздо более сильно развитую психологию аномальной, нежели З. л. Теории З. л. формулируются преимущественно на основе следствий из теорий больной личности. Однако З. л. является такой же самостоятельной "диагностической категорией", как и любой др. тин личности.

Что такое психологическое здоровье?

Теория личности пытается описать и/или объяснить интринсивные свойства чел. и их связь с поведением. Поскольку каждое действие всегда обусловлено как характеристиками самого чел., так и характеристиками ситуации, дополнительная проблема касается того, как взаимодействие между интринсивными свойствами и экстринсивными условиями в данном окружении влияет на поведение.

Все теории личности имеют дело с одной или более из четырех осн. функций интринсивных свойств.

Побуждение. Люди обладают характеристиками, к-рые побуждают их к движению и действию: изменение в уровне интенсивности некоей универсальной внутренней силы вызывает последующее изменение в поведении.

Регулирование. Когда изменяется уровень возбуждения, это вызывает определенный паттерн действий, обеспечивающий выражение или удовлетворение нового состояния возбуждения. Такой паттерн отбирает один из существующих альтернативных способов действия. Реализация выбранной альтернативы осуществляется интринсивными регулятивными системами, или аттитюдами (к-рые взаимодействуют с окружением).

Переживание и осмысление. Регулирование дополняется процессом переработки информ., в ходе к-рого воспринимаемый стимул и обратная связь от текущего поведения связываются - и интегрируются - с действиями. Сенсорные данные и связанные с ними переживания хранятся и извлекаются при помощи процессов формирования и усвоения понятий, генерирующих понятия, или смыслы. Эта никогда не прекращающая своей деятельности система работает в тесном сотрудничестве с процессом отбора и регулирования, определяющим паттерны и реализацию последовательности поведения.

Стиль. Наконец, каждая личность обладает специфическими личностными характеристиками. Даже если два чел. сходны между собой в отношении силы побуждения, способа регулирования и содержания понятий, они все же будут различаться в своих поведенческих проявлениях. Большинство существующих личностных тестов предназначены в большей степени для получения информ. о стиле, чем о др. трех функциях.

Психол. здоровье можно изучать с т. зр. этих функций. Такой подход позволил бы нам описать структуры и динамические процессы, к-рые характерны для З. л.

Интуитивный подход с позиций здравого смысла

Психологи, подчеркивающие необходимость изучения З. л., указывали гл. обр. на черты, к-рые отличают здоровье от простой "нормальности" или от отсутствия серьезных психопатологических симптомов. По мнению Шобена, здоровые люди характеризуются самоконтролем, личной ответственностью, демократизмом и наличием идеалов.

Джерард предлагает более психол. и детальное описание. Здоровые люди постоянно расширяют свое осознание самих себя, др. людей и окружающего мира; развивают свою компетентность в удовлетворении базовых потребностей и в реагировании на опасность; вырабатывают реалистические и отвечающие их потребностям ролевые и межличностные отношения.

Психоаналитическая теория: невротическая модель

Психоаналитическая теория оказала большое влияние на становление теории личности. Поэтому ее особый взгляд на психол. здоровье заслуживает отдельного рассмотрения.

Невротическая личность страдает от серьезных бессознательных конфликтов, несет тяжелый груз тревоги и связывает большое количество энергии в защитных паттернах поведения. Отсюда, невротическая личность испытывает трудности в удовлетворении инстинктивных импульсов и затрачивает массу времени на бесполезную, ненужную и непродуктивную активность. На самом деле психоаналитическая теория не предлагает к.-л. содержательной концепции З. л. Скорее, она рассматривает любого чел. изначально как невротика, но одних людей - в меньшей степени, чем др. Этот "идеальный или нормальный невротик" отличается от невротика в двух отношениях: равновесии и сублимации.

Равновесие. У нормального чел. лучше сбалансированы структурные подсистемы личности. Общая энергия в организме распределяется среди трех подсистем т. о., что каждая получает необходимое для ее нормального функционирования количество. В рез-те эго имеет достаточное количество энергии для адекватного восприятия реальности и приспособления к суперэго, одновременно находя средства для удовлетворения ид.

Сублимация. Невротики и нормальные люди различаются в своих защитных тактиках. В буквальном значении, сублимация означает обесточивание эго инстинктов, энергию к-рых оно затем берет в свои руки и расходует для своих собственных целей. В этом случае эго обращается к созиданию социально желательного (цивилизованного) поведения. С т. зр. об-ва, сублимация является "успешной" тактикой защиты, поскольку она позволяет избегать конфликта и тревоги и реализовывать то, что намечено процессом социализации. Очевидно, нормальный чел. может рассматриваться просто как кто-то, чье эго содержит больший, чем у невротика, запас сублимированной энергии и тем самым обладает большим количеством социально одобряемых паттернов поведения.

Понятие сублимации, однако, выглядит довольно нечетким. Его трудно отделить от др. видов защитных механизмов. Получается, что подавление все же оказывается необходимым, после чего эго просто направляет либидо в новый канал. Этот процесс в принципе ничем не отличается от любой др. активности эго. Поэтому нормальный чел. просто чаще использует отличную защиту.

Принцип сублимации тж ничего не дает для понимания характера побуждения у невротика и нормального чел. Это, пожалуй, представляется вообще наиболее трудным пунктом в психологии. Сублимация означает, что цивилизованное поведение мотивируется теми же самыми инстинктами что и невротическое поведение, но лишь в измененной форме. Тем не менее мы должны учитывать возможность, что приобретенные паттерны поведения могут мотивироваться сами по себе, без подавления или защиты (даже "успешной" защиты). Несомненным - и возможно самым важным - вкладом совр. психологии является признание ею того, что научение - столь же мощная детерминанта челов. поведения, как и биолог. силы.

За пределами психоан. лежат теории, к-рые непосредственно адресуются к вопросу актуальных структурных и динамических качеств З. л. В отношении первых мы можем сослаться на принцип интеграции структур, а в отношении вторых - на принцип прогрессии в развитии динамических систем.

Различные представители психоаналитической традиции подвергли критике положения Фрейда и достигли позиций, к-рые, по меньшей мере хотя бы отчасти, согласуются с этими двумя принципами. Они ставят под сомнение жесткий биолог. детерминизм Фрейда, ссылаясь на роль социализации как функции социокультурных условий, наделяют эго большей самостоятельностью в вопросах контроля и интеграции поведения, рассматривают суперэго в позитивных наряду с негативными терминах и допускают существование изменений, происходящих на более зрелых стадиях развития. Однако эти критики все-таки гл. обр. фокусируют свое внимание на анализе невроза, в качестве следствий и выводов из к-рого и формулируются принципы, относящиеся к здоровью.

Оба принципа просматриваются в концепциях таких теоретиков, как А. Адлер и К. Г. Юнг, пересмотревших идеи психоан. и вышедших за его пределы, и особенно отчетливо прослеживаются в работах представителей гуманистической психологии.

За пределами психоаналитической теории

Гуманистические психологи подчеркивают фундаментальное отличие сил, лежащих в основе челов. побуждения, от лежащих в основе побуждения животных. Такого рода импульсы разными психологами по-разному назывались стремлением к превосходству (Адлер), целостностью или индивидуальностью (Юнг), самоактуализацией (Роджерс, Маслоу).

Одни теоретики постулируют существование единственной, универсальной силы (напр., Роджерс), тогда как др. рассматривают такое побуждение как один из мн. мотивов (напр., Маслоу). Большинство гуманистических психологов придерживаются идеи инстинктивного происхождения побуждений к самоактуализации, но нек-рые признают, что они могут приобретаться путем научения. Однако независимо от различий во взглядах, такие побуждения, как духовное совершенствование, эстетические импульсы, поиск истины или смысла, альтруизм и т. п. считаются уникальной особенностью челов. существ.

Идея самоактуализации подразумевает, что источники прогрессивного развития находятся внутри самого чел. Доминирующей жизненной тенденцией является обнаружение и реализация этих возможностей.

В. Франкл подвергал критике концепцию самоактуализации. По его мнению, в основе такого процесса в действительности лежит поиск смысла. Поведение обладает значимостью, смыслом, к-рый мы пытаемся нащупать. Самоактуализация - просто сопутствующая награда, к-рую мы можем при этом получить. Центральной характеристикой подлинно челов. стремления становится не самоактуализация, а самопреодоление.

Прогресс в направлении самопреодоления зависит от приобретения нами все большего контроля над своей жизнью. В жизни не существует ситуаций, в к-рых бы отсутствовал выбор между альтернативами, независимо от того, насколько безвыходным нам может казаться наше положение. Определение альтернатив является первым шагом на пути к свободе. Реализация выбора между ними - следующий шаг. Чем дальше реализуется процесс выбора в череде последовательных шагов, тем большим оказывается потенциальное продвижение к свободе. Ни один чел. никогда не сможет достичь абсолютной свободы, но всякий может стать более свободным.

В гуманистических теориях подчеркивается, что на протяжении жизненного пути интринсивные качества претерпевают постоянные изменения. По мнению К. Роджерса, наше "Я" выполняет роль фокуса, в отношении к-рого организуются и достигают согласованности наши восприятия. В процессе постепенной ассимиляции переживаний эта система приобретает все лучшую и лучшую интеграцию, двигаясь в направлении от системы исключительно личного оценивания к "процессу непрерывного оценивания с позиций организма как целого". Сходная тема прослеживается во взглядах Маслоу: самоактуализирующиеся люди достигают гармонично функционирующей иерархии мотивов, в к-рой не существует конфликта и где более высокие мотивы больше не блокируются требованиями мотивов более низкого порядка.

Эриксон рассматривал последовательные периоды в жизненном цикле как череду экзистенциальных по своему содержанию конфликтов. Переживания одной фазы оказывают влияние на переживания последующих стадий. Если какой-то конфликт не достигает успешного разрешения, чел. оказывается не в состоянии успешно справляться с последующими конфликтами.

Психол. здоровье отсюда представляется в виде прогрессирующей интеграции фундаментальных видов переживаний в более широкую систему. Здоровый чел., находящийся на определенном отрезке своего жизненного пути, разрешил экзистенциальные конфликты предыдущих стадий и, следовательно, способен к конструктивному разрешению фундаментальной проблемы текущей стадии.

Юнг тж рассматривал проблему прогрессирующей интеграции в развитии личности. По мнению Юнга, сфера бессознательного включает 2 области: личное и коллективное бессознательное. Первая насыщена большим количеством комплексов и конфликтов, находится под постоянным контролем репрессивной функции эго и формируется в рез-те событий, связанных со специфическими видами переживаний в ходе процесса социализации. Однако под этой областью кроются потенциальные переживания всех челов. существ, а именно архетипы: общие знаменатели челов. бытия.

Существуют 2 причины, по к-рым архетипы рассматриваются Юнгом как универсальные элементы челов. опыта и потому воспроизводящимися в каждом последующем поколении. Во-первых, все челов. существа неизменно обладают сходными переживаниями. Во-вторых, все мы обладаем крупным и сложно организованным мозгом, неотъемлемой функцией к-рого является идентификация, символическая интерпретация и манипуляция собственными переживаниями. В рез-те всякий раз, когда бы мы ни приступили к анализу своего опыта и ни попытались обрести новое понимание, мы сталкиваемся там с архетипами.

На пути постижения архетипов лежит область личного бессознательного. Прогрессу на пути движения к нашей челов. сущности препятствуют разнообразные защитные механизмы нашего эго. Такого рода "камни преткновения" и характеризуют невротика.

Цель челов. развития состоит в высвобождении возможностей коллективного бессознательного и ассимиляции их в "Я" - некоем мистическом центре в личности. "Я" представляет собой воплощение максимальной целостности или совершенства, к-рого может достичь к.-н. чел. Прогресс подразумевает под собой процесс индивидуализации, в ходе к-рого субъект начинает постигать различия между сознательным и бессознательным и осознавать как свою собственную индивидуальность, так и свою принадлежность челов. роду. При переносе этих открытий в область сознательного вскрываются все конфликтующие противоречия челов. бытия.

Из такого анализа вытекает взгляд на З. л. как на прогрессивное движение на пути согласования собственного личного опыта с универсальным челов. опытом. В рез-те субъект обретает способность думать, чувствовать и действовать в большей степени на челов., нежели на личном (эго-защитном), уровне.

Психологическое здоровье

Подводя итоги, можно сказать что психол. здоровье является в такой же степени вопросом структуры и динамики личности, как невроз или любой др. путь развития.

Сколь бы разными нам ни казались теории личности, все они так или иначе связаны с определенной комбинацией побуждения, регулирования, осмысления и стиля. В ходе анализа процесса индивидуального развития, свойств и взаимоотношений между этими функциями возникают определенные темы, к-рые выходят за рамки простого перечисления черт или привлечения отдельных поведенческих критериев типа "адаптированности", "устойчивости", "продуктивности" или "конформизма".

С т. зр. структуры З. л. можно рассматривать, скорее, как процесс непрерывных изменений, нежели как сложившуюся фиксированную систему. Как общий принцип, личностные структуры стремятся к обретению все большей гармонии, в к-рой побудительная, регулятивная, понятийная и стилистическая функции сливаются в единое целое.

См. также Стадии развития по Эриксону, Личность, Трансперсональная психология (I, II)

В. Винаке

Зеркальная Я-концепция (self-looking glass concept)

Понятие З. Я-к. принято связывать с именем Чарльза Хортона Кули, к-рый, в развитие дискуссии Уильяма Джемса о социальном Я, высказал предположение, что отраженное Я возникает тогда, когда человек строит свою самооценку на основе того как, по его мнению, он выглядят в глазах др. людей.

Метафора зеркала приписывается Кули, однако в действительности ее можно найти и в более ранней литературе, вплоть до работ Адама Смита. Эта метафора несет двойной смысл в формулировках Смита и Кули. В повседневной жизни люди могут видеть свои лица, фигуры и одежду в зеркале. Во взаимодействиях с другими необходимо представлять себе то, как мы выглядим в их глазах. Последние становятся своеобразным зеркалом и то, как они интерпретируют нас, отражается в их жестах, выражении лица и высказываниях.

Это представление о своем Я, к-рое включает самооценку, согласно Смиту и Кули имеет три осн. компонента - представление человека о том, как он выглядит в глазах другого; представление о суждениях этого другого по поводу его внешнего вида, и определенного рода самоощущение, напр. чувство гордости или стыда. Самоощущения появляются и изменяются в ходе этих приписываемых и воображаемых реакций каждого из взаимодействующих субъектов на реальные и воображаемые суждения другого об их социальных Я. Каждое взаимодействие заполняется многими Я, и в любой ситуации всегда присутствует больше лиц, чем реально существующих физ. тел. Сила формулировки Кули заключается в ее акценте на множественности определений, чувств и смыслов, возникающих в любой ситуации, где два человека вступают во взаимодействие.

Понятие З. Я-к. является основным для теории взаимодействия в рамках символического интеракционизма и остается центральным в совр. социально-психологических теорет. представлениях о социальном Я и эмоциях. Идея центральности Я и Я-процессов в изучении переживания и выражения эмоций играет важную роль в совр. нейропсихологических концепциях эмоций.

См. также Символическая интеракция

Н. К. Дензин

Злоупотребление психоактивными веществами (substance abuse)

З. п. в. вызывало много споров, начиная с древних времен. Давность дебатов по вопросу употребления марихуаны, напр., можно проследить вплоть до китайских документов, датированных за несколько столетий до н. э. В США озабоченность злоупотреблением алкоголем и другими психоактивными средствами существует с начала XIX в.

З. п. в. предполагает способ использования любого химического вещества для модификации настроения или поведения, который отличается от социально одобряемой практики лечения или отдыха.

Диагноз

В DSM-IV Американской психиатрической ассоциации приводятся 4 критерия диагноза ЗПВ: повторяемость злоупотребления; повторяемое употребление в состояниях, связанных с риском; периодические проблемы с правоохранительными органами вследствие З. п. в. и продолжающееся употребление, несмотря на вызываемые этим соц. проблемы.

Точный диагноз З. п. в. предполагает учет специфического для данного индивидуума комплекса проблем. Расстройства, вызванные З. п. в., могут носить постоянный, эпизодический и неспецифический характер или характеризоваться состоянием ремиссии. Кроме того, большинство психоактивных веществ могут вызывать разнообразные органические мозговые синдромы. Часто встречается множественное употребление психоактивных веществ. Наконец, проблемы, вызванные З. п. в., могут сосуществовать с др. психиатрическими расстройствами, напр., аффективными или расстройствами личности.

Лечение

Терапия расстройств, вызванных З. п. в., также как и их диагностика, должна быть индивидуальной. В большинстве случаев необходимыми оказываются несколько этапов вмешательства. Немедленное внимание к критическим ситуациям требует лечения острых состояний, как, напр., панических приступов или недостаточности питания. Задачи дезинтоксикации включают снижение потребления вещества с контролем симптомов отмены, проведением дополнительных лабораторных исслед. и клинического обследования. Следующим этапом лечения обычно является индивидуальное консультирование.

Соц. поддержка представляет собой решающий компонент на всех этапах вмешательства. Терапевтические сообщества (такие, как Синанон) и группы самопомощи (такие, как Анонимные Алкоголики) могут обеспечивать групповую поддержку и противоборство, а также служить долгосрочной программой лечения и поддержания функционирования в состоянии абстиненции. Вовлечение в такие программы семьи лица, злоупотребляющего психоактивными веществами, необходимо для оказания помощи и самому больному, и членам его семьи.

Профилактика

В большинстве случаев профилактика З. п. в. представляет собой третичную профилактику, или лечение имеющихся случаев и предотвращение рецидивов. Вторичная профилактика, или ранняя диагностика и направление на лечение, обычно происходят в клиниках кризисного вмешательства. Суишер подчеркивает необходимость повышения усилий по проведению первичной профилактики, или планированию соответствующих мероприятий до начала злоупотребления. Суишер считает, что наиболее успешные мероприятия первичной профилактики включают координацию деятельности различных общественных институтов, комбинирование информ. материалов с альтернативами использованию психоактивных средств, синтез и интеграцию имеющихся материалов в рамках уже проводимых общественных программ.

См. также Лечение алкоголизма, Героиновая наркомания, Курение

К. Ландау

Знаки и символы (signs and symbols)

Систематическое изучение знаков в попытке придумать единую науку известно как семиотика, и она появилась из таких дисциплин, как философия и лингвистика, равно как и из психологии. Эти термины имеют тж добавочное и более специализированное значение в мед. практике - семиотика является изучением симптомов. В этом случае в мед. диагнозах симптомы являются знаками, к-рые имеются в наличии для интерпретации.

Знак - это стимул, к-рый направляет организм к чему-либо большему, нежели он сам, в том смысле, что мы обычно говорим об ударе грома как о знаке дождя - гром обозначает дождь. Т. о., знаки, естественно, встречаются в окружающей среде или внутри организма (нейрофизиологическая передача), или могут быть придуманы в лабораторных экспериментах (вспыхивающая лампочка или звучащий гудок, означающие пищу).

Эти примеры знаков, изучаемых учеными-бихевиористами, являются довербальными и доречевыми. Тем не менее, именно изучение знаков как составной части челов. языка, исслед. слов как письменных и устных знаков породило науку семиотику. Семиотика предлагает представление о челов. существе как о животном, использующем знаки.

Швейцарский лингвист Ф. де Соссюр рассматривал язык как звено между мыслью и звуком. С одной стороны, языку необходимы идеи, к-рые являются невербальными и чисто психол., а с др. стороны - осмысленные звуки, к-рые выражают идеи. Союз между идеей и выражением, между "означаемым" и "означающим" является скорее функцией, нежели предметом. Эта функция состоит в связи означающего с означаемым, и возникающую в итоге сущность Соссюр назвал лингвистическим знаком.

Важное различие между знаком и символом ясно выразил Уолкер Перси. "Знак - это нечто, что направляет наше внимание к чему-либо другому. Символ не направляет наше внимание к чему-либо др., как это делает знак. Он не направляет совсем. Он "подразумевает" что-то др.". Узнавание символического содержания было и остается важным в создании и понимании иск-ва, поэзии и музыки с XIX в., но до сих пор символизация недостаточно признана в наших попытках понимания языка чел.

А. Куальяно

Зрительное восприятие (visual perception)

З. в. является одним из системообразующих способов отношения к физ. окружению. Оно предполагает способность организма использовать световое излучение. В то же время оно включает вклад определенных органов чувств, помимо глаз. З. в. отчасти достигается вкладом вестибулярного аппарата, расположенного в ухе, проприоцептивных чувствительных механизмов ощущений в мышцах и сухожилиях и температурных рецепторов.

Предметы могут выглядеть как твердые или мягкие, шершавые или гладкие, горячие или холодные, и, тем не менее, в природе самого светового излучения нет ничего специфического для вызывания подобных впечатлений. Они возникают из того, что др. модальности чувств могут вызвать в сочетании с уже пережитыми на опыте свойствами, обычно рассматриваемыми как строго зрительные. Чтобы дать организму осн. сведения, благодаря к-рым зрение становится главным чувством, воспринимающий орган зрения (глаз) должен быть более сложным, чем к.-л. др.

Цвет и яркость являются дополнительными измерениями по отношению к положению, форме и движению, обнаруженными в З. в.

См. также Глаз, Зрение (теории зрения)

С. X. Бартли

Зрительные представления (visual imagery)

Качество З. п. легче всего характеризовать в субъективных терминах: большинство людей сообщает о тесном сходстве между субъективным опытом З. п. и опытом реального восприятия. Люди часто полагают, что они могут "считывать" информ. с внутреннего образа, почти так же, как они считывают информ. с реального изображения. Похоже тж, что внутренний образ отображает репрезентируемый объект как видимый на определенном расстоянии и в определенной перспективе, почти как картина. Др. способы репрезентации могут умалчивать о том, насколько далеко расположен объект или с какого угла зрения он виден. Но эти аспекты должны быть точно определены в картине - картина должна отображать объект видимым с точно определенной т. зр. Очевидно, что это верно и для З. п.

Эти субъективные качества позволяют предположить, что З. п. отображают мир почти так же, как и картины, и что мы рассматриваем З. п. с помощью процессов, родственных процессам зрительного восприятия. Однако психологи проявляют осторожность в отношении самоотчетов о субъективном опыте. Эти сообщения могут не быть истинными в буквальном смысле: откровенно говоря, внутри головного мозга нет никакого "глаза", как нет никаких картин и проекционного экрана для их показа в пространстве, ограниченном черепом.

Образы, картины и восприятие

В большинстве совр. исслед. используются более объективные средства изучения представлений, и эти исслед. зачастую исключают самоотчеты: З. п. и картины действительно обладают общими свойствами, а внутренние образы действительно имеют много общего с образами восприятия. Тем не менее, существуют тж важные различия между образами и картинами, или между воображаемым и воспринимаемым, и нам следует принять их во внимание.

Данные указывают на то, что образы сходны с картинами в том отношении, какая информ. в них включается и какая исключается, а тж в том, какая информ. является легкодоступной, а какая - менее доступной. Напр., испытуемые, рассматривающие изображение, скажем, кошки, могут легко видеть голову кошки (потому что голова достаточно большая и расположена вверху), но с трудом могут увидеть когти (потому что когти маленькие и могут быть скрыты от наблюдателя). В противоположность этому испытуемые, изучающие описание кошки, вероятно, сразу заметят упоминание о когтях (потому что они являются существенным признаком кошек); голова кошки м. б. исключена из описания просто потому, что это слишком очевидный элемент, чтобы заслуживать упоминания. На этом фоне З. п. явно соответствуют характеру картин, а не описаний. Испытуемые, представляющие (к примеру) образ кошки, дают быстрые ответы на вопросы наподобие: "Есть ли у кошки голова?", - и неск. медленнее отвечают на вопросы о когтях. (В противоположность этому испытуемые, думающие о кошках без привлечения внутренних образов, показывают обратный паттерн: более быстрые реакции на "когти", чем на "голову" кошки). Подобные этим данные могут использоваться для документирования информ., включаемой в З. п. и выделяемой в них как наиболее значимой; информ. структура З. п. отражает структуру, в большей степени характерную для картин, чем для др. видов репрезентации.

Предметом исслед. стали тж процессы, используемые для считывания информ. с внутренних образов и манипулирования ими. Напр., в одном эксперименте испытуемым предлагалось запомнить карту вымышленного острова. Затем испытуемые воображали эту карту и, услышав звуковой сигнал, представляли маленькое пятнышко, перемещающееся, скажем, от колодца, показанного на карте, к пальмовому дереву. Когда это (воображаемое) пятнышко достигало пальмового дерева, испытуемые нажимали кнопку, останавливая часы и позволяя исследователям измерить продолжительность воображаемого путешествия. В др. опытах испытуемые воображали пятнышко, двигающееся от пальмы к камню, и т. д. для всех прочих ориентиров. Рез-ты показали в высшей степени согласующуюся линейную связь между временем сканирования и воображаемым расстоянием. Эти и подобные им рез-ты служат серьезным свидетельством того, что З. п. сохраняют структуру пространственных отношений, определяемую воображаемой сценой или воображаемым объектом, так же как и картины.

Сходные рез-ты были получены с помощью методики вращения образа. То есть поворот внутреннего образа на 40° требует в два раза больше времени, чем его поворот на 20°; поворот на 80° происходит вдвое дольше, чем на 40°, и т. д. В др. исслед. измерялось время, необходимое для приближения воображаемой сцены (с целью рассмотреть детали) или для ее удаления (чтобы рассмотреть крупные объекты). Эти исслед. тж обнаружили устойчивую связь между кратностью увеличения/уменьшения и затрачиваемым временем, иллюстрируя, как перспективные отношения влияют на функцию представления (т. е. для перемещения на большее расстояние требовалось больше времени).

Зрительные представления и память

З. п. оказывают мощное воздействие на память в неск. отношениях: испытуемые легче запоминают предложения или отрывки текста, содержание к-рых можно визуализировать; специальные инструкции визуализировать материал тж приводят к улучшению запоминания. Эти исслед. часто концептуализируются в рамках модели двойного кодирования. В соответствии с этой моделью З. п. и вербальные описания обеспечивают отдельные виды умственной репрезентации; запоминание будет наилучшим, если материал кодируется обоими способами.

Стоит упомянуть, что воздействие внутренних образов на память может тж отражать использование скорее пространственных, чем предметных З. п. Напр., инструкции визуализировать подлежащий запоминанию материал (ПЗМ) улучшают запоминание у людей, слепых от рождения. Сходным образом, инструкции визуализировать ПЗМ помогают запоминать даже тот материал, к-рый было бы трудно увидеть, если попытаться буквально представить его зрительно (напр., яйцо на белом фоне). Следовательно, способствовать улучшению запоминания могут не изобразительные (картиночные), а организующие свойства внутренних образов.

Воображаемое исполнение

Широко распространены заявления, что воображаемое исполнение, или воображаемая практика, дают эффект, сравнимый с эффектом реальной практики. Воображая удар при игре в гольф, можно улучшить выполнение. Сходные заявления были сделаны о роли воображения в терапевтических ситуациях: если человек боится змей, он может преодолеть свой страх, воображая змей (постепенно) на все более близкой и близкой дистанции. Если у человека есть опухоль, ее можно уменьшить, зрительно представляя антитела, атакующие эту опухоль.

Сообщалось об успехе этих различных техник. Однако довольно трудно доказать надежный рез-т подобных методик. Во мн. тестах воображаемая практика моторных навыков не дала ощутимого рез-та. Более экзотичные методики использования З. п. (напр., для уменьшения опухоли) не были тщательно проверены. При сообщении подобных рез-тов часто отсутствуют критические сравнительные данные (напр., нет возможности выяснить, как часто и у какого количества пациентов работа с образами не привела к уменьшению опухоли).

Что важнее всего, механизмы таких эффектов совершенно не ясны. По меньшей мере, нек-рые из этих эффектов м. б. мотивационными, как простой факт обдумывания достижения цели может изменить аттитюд или мотивацию чел. Более того, практически нет свидетельств того, что именно зрительные образы играют здесь решающую роль. Сходные эффекты можно наблюдать в тех случаях, когда испытуемые обдумывают достижение цели в иной манере, не прибегая к З. п.

Яркость представлений

Наконец, в ряде исслед. были предприняты попытки объединить уже описаные данные с самоотчетами об опыте переживания представлений. Большинство из них было сосредоточено на описаниях испытуемыми яркости представлений. Мн. испытуемые описывают свои З. п. как яркие и детальные, весьма сходные с опытом реального видения; др. же характеризуют свои З. п. как неопределенные и недетализированные, словом, совсем не похожие на видение. Неожиданно оказалось, что эти две группы испытуемых равноценно выполняют задания на сканирование образов, воображаемое вращение, запоминание визуализируемого материала и т. д. Это укрепило мн. исследователей в их скептическом отношении к подобным самоотчетам, однако полученные рез-ты совместимы с уже сделанным предположением, что в образных задачах, наподобие сканирования или вращения, испытуемые используют пространственные представления, тогда как самоотчеты могут отражать богатство предметных З. п. Фактически яркость представлений действительно оказывается прогнозирующей переменной в образных задачах, таких как запоминание сложных картинок, лиц и цветов. Тем не менее, трудно оценить эти исслед., особенно при отсутствии ясных различий между предметными и пространственными З. п.

См. также Морфология искусства, Безобразное мышление: Вюрцбургская школа, Представления, Умственные образы, Зрительное восприятие

Д. Райзберг