ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. ПРОБЛЕМА НЕВИДИМОСТИ

Глава 23 (4). Генерация скрытых программ

Ты и сам иногда не поймешь,
Отчего так бывает порой,
Что собою ты к людям придешь,
А уйдешь от людей - не собой.

А.Блок.

Характерный пример скрытой генерации программ - предсказание волхвов Вещему Олегу. Сделанное предсказание, а может быть вера в него, стала толчком для создания и реализации программы по уничтожению князя. Как сказано в летописи: "...Олег же посмеявся: укори волхвы. Рече сей: "Аз убо жив есть, а конь умре". И по повелению его взыскаша токмо кости кот того. Олег же сяде на инь конь и поеде видеть кости коня того. Увидев кости его голы и главную кость лежащу и, сошед с коня своего, наступил на главную кость и рек: "Егда ли аз от сей кости умру". И выникнувиши из главныя кости змия и уяде Олега в ногу, и от сего Олег разболевся". (Цитируется по работе Ю.В.Росциуса "Последняя книга Сивиллы" [81]).

Исходя из того факта, что в нашей жизни рождаются новые теории, совершаются открытия фундаментальных законов, которые являются по своей сути результатом работы принципиально новых программ, можно, наверное. считать человека способным к генерации программ, не имеющих аналогов, т.е. изначально отсутствующих у окружающих людей.

Каким образом это может происходить, какая словесная форма может быть источником программирования подобных продуктов?

Возможно, что это в первую очередь способность системы задавать вопросы и отвечать на них. При этом у каждой информационной системы есть такие вопросы, отвечать на которые для нее опасно, и ей надо уметь проводить различие между тем, что можно себе позволить увидеть или понять и чего нельзя.

Не только все великие научные достижения стали возможны благодаря умело поставленному вопросу, но и все великие произведения искусства обязаны своим рождением именно вопросам, которые не давали покоя вопрошающему. И чем значительнее вопрос, тем серьезнее, тем мощнее становилось рожденное этим вопросом художественное произведение. За примерами не надо далеко ходить. Великая русская литература почти вся достроена на этом принципе: Ф.М.Достоевский, Л.Н.Толстой, Н.В.Гоголь и др. Во всем искусстве нет больше ничего, кроме вопросов, ответов и, безусловно, таланта, помогающего упаковать ответы в красивые стилистические оболочки. Заданный вопрос является криптографическим ключом, рождающим сюжет любого произведения искусства.

"-Позволь, я тебе серьезный вопрос задать хочу, - загорячился студент. - Я сейчас, конечно, пошутил, но смотри: с одной стороны, глупая, бессмысленная, ничтожная, злая, больная старушонка, никому не нужная и, напротив, всем вредная, которая сама не знает, для чего живет, и которая завтра же сама собой умрет. Понимаешь? Понимаешь?

-Ну, понимаю, - отвечал офицер, внимательно уставясь в горячившегося товарища.

-Слушай дальше. С другой стороны, молодые, свежие силы, пропадающие даром без поддержки, и это тысячами, и это всюду! Сто, тысячу добрых дел и начинаний, которые можно устроить и поправить на старушины деньги, обреченные в монастырь! Сотни, тысячи, может быть существовании, направленных на дорогу; десятки семейств, спасенных от нищеты, от разложения, от гибели, от разврата, от венерических больниц, - и все это на ее деньги. Убей ее и возьми ее деньги, с тем чтобы с их помощию посвятить потом себя на служение всему человечеству и общему делу: как ты думаешь, не загладится ли одно, крошечное преступленьице тысячами добрых дел? За одну жизнь - тысячи жизней, спасенных от гниения и разложения. Одна жизнь и сто жизней взамен - да ведь тут арифметика! Да и что значит на общих весах жизнь этой чахоточной, глупой и злой старушонки? (Ф.М.Достоевский. "Преступление и наказание").

Иногда в произведении нет явной формулировки вопроса; настолько он может быть сложен, что сам художник только для того, чтобы его задать, вынужден создать монументальное полотно, в котором вопрос растворен. Его кристаллизация происходит в восприятии вопрошающего при приближении к финальному слову "конец".

Порой сам автор способен формализовать вопрос только в эпилоге или в заключительных нескольких словах по поводу книги:

"Такое событие, где миллионы людей убивали друг друга и убили половину миллиона, не может иметь причиной волю одного человека: как один человек не мог один подкопать гору, так не может один человек заставить умирать 500 тысяч. Но какие же причины? Одни историки говорят, что причиной был завоевательный дух французов, патриотизм России. Другие говорят о демократическом элементе, который разносили полчища Наполеона, и о необходимости России вступить в связь с Европою и т.п. Но как же миллионы людей стали убивать друг друга, кто это велел им?... Зачем миллионы людей убивали друг друга, тогда как с сотворения мира известно, что это и физически и нравственно дурно?

Затем, что это так неизбежно было нужно, что. исполняя это. люди исполняли тот стихийный. зоологический закон, который исполняют пчелы, истребляя друг друга к осени, по которому самцы животных истребляют друг друга. Другого ответа нельзя дать на этот страшный вопрос" (Л.Н.Толстой. "Война и мир").

Очень точно по проблеме задаваемых вопросов высказался С.Лем: "В науке необходима сдержанность: есть вопросы, которые нельзя ставить ни себе, ни миру, а тот, кто их все-таки ставит, подобен тому, кто недоволен зеркалом, которое повторяет каждое его движение, но не желает ему объяснить, каков волевой источник этих движений. Несмотря на это мы пользуемся зеркалами с немалой для себя пользой" [49].

Так может быть все дело в вопросах?

Правда, Кришнамурти утверждает, что "на земле вообще нет ничего нового, но в том, как вы слушаете, может быть новизна". Вполне может быть, что любой вопрос - это и есть особенность в восприятии информации и ничего больше. Задание лишнего вопроса предполагает, что для обработки одной и той же входной последовательности вдруг добавлен еще один дополнительный криптоаналитический контур.

Что из этого может выйти? Усилит ли этот контур систему защиты, или, наоборот, станет тем лишним шагом, который окажется последним для данной информационной системы и который не рекомендует делать восточная мудрость?

Прежде чем перейти к поиску ответов на сформулированные вопросы, есть смысл исследовать ситуацию в рамках формальной модели. Базовые опоры, скрепляющие модель, были сформулированы во введении к четвертой части, далее был сделан более интуитивный, чем логически обоснованный анализ суггестивных угроз. Но а сейчас осталось только всем этим воспользоваться.