Приложение 1: "Секс" не нравится Сми и чиновникам

Интервью с автором книги "Эрос и бюрократия"


Книгу "Эрос и бюрократия / Секс в жизни российских чиновников" уже успели поругать в нескольких рецензиях, так и не решившись сказать, что она не заслуживает того, чтобы взять ее в руки. Реакция связанных с государством СМИ логична. Книгу с самого начала не хотели публиковать именитые издательства. Причина, конечно, не состояла в "неминуемом комическом провале". Работа уже вызвала заслуженный интерес - другое дело, что тема книги уж слишком политическая. Чтобы разобраться во всех этих вещах и заодно узнать о бюрократическом эросе что-то новее, мы решили обратиться к ее автору, Василию Колташову.


Василий, если сравнить вашу книгу с не так давно вышедшей 25000 тиражом книгой Ирины Хакамады "Секс в большой политике", то в чем будет разница?


Формально обе работы как бы охватывают близкие темы. В действительности книга Хакамады посвящена "сексу" как полу, а не характеру половых отношений в большой политике. В этом собственно ее ограниченность и как не осмеливаются сказать многие рецензенты: спекулятивность. За эффектным названием практически не прослеживается ничего эротического. Узнать что-то новое о сексе из нее очень трудно. Никакого серьезного психологического анализа сексуальности в ней тоже нет.


"Эрос и бюрократия" - работа совершено другого рода. Книга изначально посвящена сексу в жизни отечественной бюрократии. Все ее части охватывают именно этот вопрос. Начиная от обще-описательной картины обоих полов бюрократии и заканчивая такими вещами, как разновидности секса и сексуальной ориентации. Сновидениям, фантазиям, ритуалам ухаживаниям и семейной жизни посвящены целые разделы. Название книги полностью отражает ее содержание, совершенно не обманывая интерес читателя.


Сколько времени вы потратили на работу над текстом "Эроса"?


Чуть больше двух лет. Но работа по сбору материалов шла гораздо дольше. В сумме должно получиться не менее 6 лет. Однако отнюдь не это обеспечило тот факт, что книга все-таки была написана…


Думаю, что те, кто говорит о беспрецедентности вашей книги, правы. Аналогов действительно не существует, по крайней мере, в России. Но почему вы выбрали именно такую тему?


Выбор предмета исследования определился отнюдь не случайно. Конечно, можно было избрать более банальный и не столь волнительный объект. Сосредоточившись, например, на некой иной профессии. Ничто не мешало написать книгу о бухгалтерах или астрономах, кроме двух очень важных вещей. Во-первых: нужно было располагать материалом, а собрать его даже для скромного объема в 175 страниц дело не простое. Во-вторых: политически просто немыслимо было пройти мимо такого чудовищного института как российская бюрократия. Выбор в конечном итоге определялся политически: материалом, а главное его пониманием я уже был частично вооружен. Но этим же, увы, сразу обусловливались и трудности с публикацией. Издатели воротили нос от "не научности" и "дурного изложения". Иной раз приходилось даже выслушивать высоколобые советы на тему того, о чем и на какую тему надо вообще писать книги.


На сколько мне известно, оценки редакторов и интерес читателя в этом вопросе кардинально разошлись. В чем, по-вашему, здесь причина?


Нет никакого сверхъестественного секрета. Политическая направленность книги сразу создавала проблемы с ее выходом, но эта же ее "деталь" делала ее интересной. Общество ненавидит бюрократию, а наша бюрократия особенно чудовищна по сравнению с любым "хорошим" примером. Народ бесправен, задавлен материально и нравственно. И так немногочисленные свободы конституционной России ликвидируются одна за одной. Вместо утраченных прав мы на каждом шагу видим чиновника. И чем меньше мы имеем прав, а мы их имеем все меньше и меньше, тем страшнее сжимаются пальцы бюрократии на горле народа. Имеют ли люди право знать "тайны" своих угнетателей? Да - безусловно!


"Секс в жизни чиновников" изобилует примерами на самые разные темы. Откуда вы черпали информацию? На что вы опирались кроме фактов?


Отвечу для ясности пунктами. Источники, с которыми работал автор, могут быть разделены на три группы:


а) психоаналитическая практика автора;

в) личные контакты в чиновных кругах;

с) сведения предоставленные людьми, оказывавшими содействие в сборе необходимых материалов.


Однако все это взятое "в чистом виде" еще не могло бы дать полной базы для написания книги без системы психологического анализа. В его основе лежат две левые психологические школы: фрейдомарксизм (порвавший с ортодоксальным психоанализом Фрейда) и деятельностный подход, разрабатываемый в СССР. Оба направления связаны с марксизмом и считают психические процессы, протекающие во внутреннем мире человека, неразрывно связанными с обществом, его социальной, экономической и политической структурой.


Те, кто фигурируют в примерах, могут себя узнать?


Конечно, могут. Иное дело, что их не могут узнать другие. Во всех приводимых в книге эпизодах изменены имена и некоторые общие детали, по которым могут быть обнаружены реальные лица. В работе над текстом не было замысла сделать сенсацию на реальных политиках или министрах. Необходимо было через сексуальность, не отгораживаясь морализаторством от деталей, вскрыть всю сущность бюрократии как класса.


Вы опирались здесь на какой-нибудь статистический материл? Возможно, сами его собирали?


Статистика не являлась основой исследования. Я ее не собирал, поскольку вся проделанная работа относится к психоанализу, а в его основе лежит, прежде всего, наблюдение, а не социологическое обобщение или интервьюирование. Непосредственное общение с человеком и анализ его поведения, реакций, мыслей и поступков могут дать во много раз больше.


Возможно ли излечить бюрократию, а с ней и все общество от психических проблем? Какого в этом вопросе придерживались мнения фрейдомарксисты?


И Вильгельм Райх и Эрих Фромм стаяли на радикальных, но не одинаковых, позициях в вопросе о том, как избавить человечество от тотального невроза. Фромм предложил подвергнуть психоанализу все общество в США. Это, разумеется, утопия, поскольку причины проблем с психикой лежат не просто в головах людей, а в самом обществе. Вильгельм Райх был более последователен. Он отдавал себе отчет в том, что, не уничтожив капитализм нельзя решить и психических проблем человека. Эти мысли хорошо прослеживаются в таких работах как "Сексуальная революция" и "Психология масс и фашизм". Я также считаю, что, не изменив социально-экономический строй во всем мире (мировая революция) невозможно разрешить психические противоречия накопленных благодаря старому типу отношений. Что касается современной бюрократии, то она порождена капитализмом. В России и других странах ее оттенки - это его оттенки.


Индивидуальные психические проблемы чиновников можно решать. Но для этого необходимо, прежде всего, помочь человеку изменить свои жизненные ценности и цели - только в этом случае гарантирован успех. Как только личность перестает ассоциировать себя с системой, перед ней открываются новые возможности. Стоит только хоть немного отказаться от ненужных, всюду мешающих патриархальных табу и личная жизнь, а с ней и самоощущение начинают приобретать здоровые черты. Открывая, что именно государственная машина, которой он столько лет служил, есть источник его душевных страданий, чиновник перестают быть винтиком. Перестает быть чиновником по самосознанию. Сексуальность становится для человека частью Я, а не элементом занудных правил. Помощь, которую оказали такие люди в сборе материалов для книги, неоценима.


Каким образом строилась ваша психоаналитическая практика?


Этот вопрос касается любопытных "секретов" психоанализа в России вообще. Все просто: психоанализ в нашей стране представляет собой жалкое зрелище, как с точки зрения популярности, так и с точки зрения имеющихся консервативных школ. Тот, кто думает, что здесь знание и навыки могут быть хоть сколько-нибудь серьезным источником существования, заблуждается.


Моя психологическая практика (сейчас она практически свернута) не была ориентирована на чиновников. Здесь больше интереса проявлял я, чем хранители государственного порядка. Работая над путями решением проблем этих людей, денег я, как правило, с них не брал. Книга, материал для нее - были моей целью.


У вас есть какие-то замыслы в литературной психологии


Есть идея написать книгу "Психология марксизма", обобщив в ней всю ту методологию, которая использовалась в работе над "Эросом и бюрократией" как в прикладной области. Это очень серьезная задача, требующая много времени, возможно, несколько лет. Однако для ее решения в дальнейшем есть условия, частью которых являются "черновые", опубликованные только в Интернете, произведения по диалектической психологии марксизма.


Чем все же особенны сексуальные отношению у чиновников? Может быть, оргазм у чиновников отличается от оргазма у остальных людей?


Как физиологическая реакция, оргазм не отличается у чиновников от оргазма у других людей. Иное дело отношение к нему у чиновников и вообще сам характер эротических отношений у бюрократов. Эмоциональное состояние чиновника (его "профессиональные" отчужденность, страхи, комплексы) подчас делают оргазм и возбуждение невозможными, или возможными только в связи с определенными условиями (что выражает табуированность психики). Бюрократия не просто консервативна, но и реакционна в направленности своей детальности. Это накладывает отпечаток на ее сексуальность.


Все дело в том, что удовольствие в половой близости определяется не простым наличием органов, а состоянием психики, теми чувствами, которые мы испытываем. Наша эмоциональная свобода, открытость к близким людям, способность принять их, и делают, в конце концов, сексуальную близость радостью, а не пустым ритуалом.


А у чиновников здесь проблем гораздо больше, чем у обычных представителей общества… Почему? Об этом собственно вся книга.


Беседу вел Сергей Матвеев

15/11/2006.