[ 1.2. ] Общий портрет: мужчины и женщины

Среди чиновников, как и среди других людей, встречаются и мужчины, и женщины. Процентное содержание последних несколько ниже первых, но если оценивать оба пола по их значимости для дел государства, то знак равенства можно поставить смело.


Бюрократы обоих полов похожи. Первой и основной их общей чертой является консерватизм, злобный, реакционный, нетерпимый и подлый консерватизм изуродованных с детства людей. Зачастую бессознательный в поступках он настолько опасен обществу, что только организованная борьба человека с системой и искоренение чиновничества как класса может защитить людей от постоянной угрозы.


Чиновников бывает жаль. Но в этом чувстве нельзя забывать о природе этого вида существ. Природе единой, хотя подчас и непохожей, как у мужчин, так и у женщин.


Среди бюрократов больше мужчин [5]. Одетые в однобортные пиджаки с серыми галстуками, всегда гладко выбритые, аккуратно подстриженные и причесанные сидят они за своими столами с омертвелыми лицами. Женщины внешне отличаются от них только суровыми «испанскими» костюмами или оголенными для шефа ножками (это в молодости). И те и те почтительно говорят начальству «Вы». И те и те любезно холодны друг с другом. И те и те бросают презрительно «вы» каждому кто появляется на их взгляд «с улицы», а не из кабинета более роскошного, чем их собственный. Чиновники обоих полов ненавидят людей, не маскируясь.


Чиновники мужчины и чиновники женщины любят поесть. Едят они много, жадно, до полного заполнения желудка, относясь к этому действию как к основному бессознательному празднику в их жизни. Празднику, способному ощущениями языка компенсировать отсутствие чувств, секса, настоящего смысла жизни. Чиновницы-дамы очень любят сладкое и еще с молодых лет едят его так невоздержанно, что рано перестают интересовать мужчин. Растолстев к двадцати пяти - тридцати годам, они бросают на симпатичных самцов острые, даже злобные взгляды, в которых всегда чувствуется непогашенное желание и понимание своей непригодности для него. В отместку миру они украшают свои кабинеты и рабочие столы бессмысленными фигурками, картинками, тряпочками и продолжают много есть. К тому времени у большинства из них уже имеются мужья (как правило, слабые или старомодные мужчины). У них трудные отношения с противоположным полом и в ответ на советы врача «больше заниматься сексом с мужчинами», они ворчливо замечают: «Что вы мне их выпишете, доктор».


Мужчины бюрократы не много счастливее бюрократов женщин. Единственным их спасением является водка, средство часто недоступное по причине консерватизма для «слабого пола». Они любят алкоголь, с юности находя в нем единственный источник пробудить в себе свободные чувства. Мужчины чиновники тоже быстро толстеют. Понимая, что они утрачивают сексуальную привлекательность, государственные управленцы-самцы начинают больше курить и поедают все больше и больше пищи. Как и женщины, они рано становятся нервными, часто впадают в истерики, в основном пьяные, бьют детей и ругают жен. Женщин, как правило, либо тихих и придавленных, либо истеричных и нагло-консервативных, отвечающих истерикой в ответ на истерику. Чиновники не бывают счастливы и не понимают смысла этого явления.


Затрагивая общие места обоих полов бюрократии нельзя пройти мимо психического диагноза. Невроз, как правило, истерический или астения (потеря сил), очень распространен среди бюрократов. Панически боясь психологов и психотерапевтов, государственные управленцы почти всегда отказываются от их услуг, «тихо» страдая и рассуждая о том, что весь мир катится в бездну…


Чиновник всегда одинок. Эгоцентрично сиротлив, независимо от наличия друзей и родственников. Приученный из года в год ориентироваться на карьерные ценности и деньги, он только имитирует хорошее отношение к людям. Имитирует дружбу, любовь и преданность. Имитирует настолько цинично и искренне, что не в состоянии даже сам усомниться в том, что все его нарисованные чувства - ложь. Это касается любого пола.


Чиновники быстро стареют. Женщины-бюрократы в 25 лет могут выглядеть уже настолько дурно, что даже при активной сексуальной позиции (вещь почти невероятная) им крайне трудно найти мужчину для удовлетворения. К тому же они очень разборчивы, а любовник без машины, цветов, костюма, ресторана и романтической музыки им явно не подходит. Чиновники-мужчины тоже быстро теряют вид. К 30 они приобретают настолько круглые щеки, и настолько объемный живот, что женщины при знакомстве стараются отшить навязчивого урода. И если мужчина к тому времени не обзавелся еще титулом и деньгами, то он абсолютно не интересен самкам. Но, как правило, самки ему тоже мало интересны…


Чиновники могут долго жить. Защищаясь безразличием от постоянных проблем других людей, они тщательно берегут силы, расходуя их только непроизводительным образом. Работать у чиновников принято только под контролем начальства. В противном случае «дело не спорится» и наверх отправляется отчеты о недостаточном количестве сил. Штат увеличивают.


Брак, практически распавшийся уже по всей стране, у чиновников каким-то образом еще существует в прежней форме. Супружеские узы бюрократы часто создают друг с другом. Устраивая пышные свадьбы с отвратительной музыкой, пьянками, танцами (смысл их, очевидно, состоит в том, чтобы убить этот эротический ритуал) и песнопениями, они тем самым перед родственниками, начальством (его пригласить особенно важно) закрепляют «любовный» союз. Интересно, что почти все свадьбы чиновников носят религиозный окрас (как минимум молодожены посещают церковь). Групповой секс не практикуется - собравшись, большое число людей, объевшись и выпив много алкоголя, никак не пытается снять сексуальное напряжение. В старой русской традиции все просто напиваются и орут поздравления, а также странный выкрик «Горько!», принуждающий юношу и девушку (в основном уже на 5-8 месяце беременности) к поцелуям. Иногда первая брачная ночь является первой, чаще всего она проходит в дорогой гостинице. Из которой утром не выспавшихся супругов выставляет прислуга. Семейная жизнь затем носит затяжной характер.


В браке русские бюрократы редко испытывают что-то похожее на счастье. Лучшее, что у них может получиться это взаимное безразличие и коллегиальное воспитание детей по общим правилам. Сексуально супруги остывают друг к другу гораздо быстрее обычного. Причина этого кроется в полной взаимной пустоте и исполненности всех известных им обрядов, что, часто означает завершение личной жизни. Но подробней о семейных тяготах, удовольствиях и извращениях чиновников мы поговорим позднее, немало затронув их в примерах. Поговорим смело, охватывая многие даже мало известные детали.


Крах Советского Союза привел и к постепенному падению всех удерживавшихся в нем половых отношений. Жестокий кризис охватил семью в ее традиционном виде. Ценности брака были утрачены почти для всего молодого населения России, но чиновники не отступили от попытки их сохранить. Вместе с тем, секс в нашей стране вышел за пределы семейной и партийной темы, став возможным во многих формах. Разумеется, его доступность и качество не стоит переоценивать. В основном он низкого сорта, но это следствие еще не истлевшей до конца системы общественных отношений. Системы, элементом которой является бюрократия - государственная машина капитала, механизм, выстроенный из изуродованных жизней и чувств.


С распадом СССР, на его территории фактически и абстрактно возможных видов секса стало гораздо больше. Многие люди возмущенно окрестили некоторые, а то и все, из них извращениями. Иные сделали это с позиций своих религиозных убеждений, другие, опираясь на прежние нравственные устои. Так или иначе, но все эти вида секса не прошли мимо бюрократии и захватили ее как в форме фантазий, так и в образе конкретного действа.


Строгий костюм, мужской и женский, семья и супружеская верность, долг перед детьми - только ширма, за которой пусть и не красочно, но скрывается истинная сексуальность бюрократии. Гомосексуализм, как мужской, так и женский, тяга к юным и робким созданиям любого пола, грубые «ласки» собаки или пони, все это дополняет жизнь государственных исполнителей и властелинов страны. Не только проститутки, любовники и любовницы, но и новые формы сексуальных контактов сложились в мире русской бюрократии - впервые стали возможными морально, но отнюдь не всегда потеряли психическую боль, как ответное состояние.


Чиновник на работе, чиновник в душе и чиновник в жизни не одно и тоже. Причин у этого много, но их основа - характер «производственных» (рабочих) отношений. Прибывая элементом одной из самых консервативных и не демократически устроенных отраслей общественной деятельности, бюрократ не может не быть циничным. Являясь продуктом хоть и воспитанным под особый вид деятельности, он все же не в силах укрыться от веяний эпохи. И сексуальные тенденции развития жизни не минуют его. Правда, затрагивают они это существо своеобразным образом.