12. Владыка – Тростник – Череп – Гроза

Возможно, мы лучше узнаем Владыку, сопоставляя с Тростником, - это уже будет четвертая смена мотиваций в майянском цикле 20-ти «волн» по 13 дней.

Для начала обнаружим общее между двумя знаками. И тот, и другой действуют в «своём кругу», мало интересуясь внешними обстоятельствами. Но при этом Владыка действует рационально, опираясь на доступные ему знания, а Тростник продвигается на ощупь, в условиях максимальной неопределённости, руководствуясь интуицией.

Психологический тип Владыка наиболее востребован в конце завершающей четве­рти Надлома, когда практически завершается процесс адаптации сообщества к смещаю­щим факторам: «Пришел, увидел, победил!» Противоядия и ключи к победе известны, нужно только сорганизовать людей. Майянское «Ахау» дословно переводится «тот, кто начинает» или «тот, кто кладёт противника на лопатки». Из известных Владык достойны отдельного упоминания: атомный маршал Л.Берия; режиссер Э.Рязанов, тренер И.Винер, адмирал Ф.Ушаков – все властные личности с опорой на знание предмета.

Психотип Тростник, наоборот, востребован в самом глубоком Надломе, когда ситу­ация действительно напоминает вязкое болото, в котором не на что опереться, а обломки прежних конструкций, скорее, мешают, чем помогают. В этой ситуации нужна тактиче­ская гибкость, упорство и стремление из тьмы к свету. Поэтому гибкий и быстро расту­щий в заболоченных местах Тростник – весьма удачный символ.

Для конкретных примеров следует заметить, что глобальная политическая надст­ройка, сложившаяся в ХХ веке в итоге второй мировой «перезагрузки», приближается сейчас к узлу «Дно Надлома». И что примечательно: Дж.Буш–младший рождён под зна­ком Змей в Тростнике, а его сменщик Барак Обама – Тростник в Змее. Образ действия Д.У.Б. – внезапное нападение на врага мотивирован выживанием в сложных условиях. Обаме, наоборот, нужно изворачиваться, приспосабливаться, гибко менять тактику, но всё это ради прежней внешней политики.

Теперь нам нужно вывести одностороннюю противоположность пары знаков. Об­раз действия Тростника не совместим с мотивацией Владыки хотя бы потому, что в узле 16/17 «Дна Надлома» рациональные действия вовсе не гарантируют успеха, нужна интуи­ция Тростника. Эта потребность в интуиции символически описана в 17-й главе булгаков­ского Романа, где бухгалтер Варьете попадает в непредвиденную историю.

Тем не менее, сугубая рациональность действий при интуитивной мотивации востребована. Тому пример – тот же Лаврентий Павлович (Владыка в Воде), успешно дей­ствовавший в 17-й фазе российской истории. Поэтому и пара Владыка в Тростнике тоже возможна. А вот интуитивный, иррациональный образ действия Тростника при сугубо рациональном обустройстве Владыкой «своего круга» абсолютно излишен и даже вреден, поскольку речь идёт о действиях многих людей по единому плану. Тростнику в такой ситуации лучше найти иную нишу или отдохнуть в сторонке.

Итак, в четвёртой паре мы подтвердили закономерность «смены волн» на противо­положную мотивацию. Двинемся далее – от Тростника к Черепу.

Череп – это самый осторожный знак. Буквальный перевод майянского Кими – «тот, который умер», то есть «мумия». Наверное, главная внешняя черта – полный контроль над эмоциями. Точнее, отсутствие связи между внутренними чувствами и эмоциями на лице. Поэтому обычно лицо, как у мумии, никаких эмоций не выражает. С таким психотипом неплохо быть артистом как Э.Тэйлор, криминалистом как Ломброзо, политиком как Александр II, Нестор Махно или Дж.Буш–старший.

Врожденная осторожность Черепа ещё полезнее для чиновников и корпоративных юристов. Тем не менее, это не означает отказа от действия. Наоборот, именно нацелен­ность на позитивный результат диктует повышенную осторожность. Общность с Тростни­ком состоит в этом стремлении найти оптимальный путь в сложных условиях. При этом Череп руководствуется не творческой интуицией, как Тростник, а опытом поколений, который он впитывает как губка, становясь востребованным профессионалом.

С точки зрения социальной востребованности, Череп и Тростник действуют в похо­жих обстоятельствах. Тростник востребован в узле «Дно Надлома» 16/17, делящем попо­лам всю большую стадию Надлома того или иного сообщества. Череп востребован в обс­тоятельствах раскола элиты, после узла 11/12, делящего надвое заключительную четверть Подъёма. А.Тойнби назвал этот тип исторического движения «раскол–и–палингенез». Его особенность состоит именно в том, что после внезапного раскола и демарша радикалов (например, декабристов) элита начинает действовать предельно осторожно, нащупывая идейную почву для воссоздания единства в историческом опыте. Это именно тот способ действия, который символизирует Череп, внешне закрытый на все пуговицы мундира, внутренне готовящий позитивные перемены.

Искомое противоречие образа действия Черепа с мотивацией Тростника заключа­ется в обязательном обосновании движения вперёд прошлым опытом. Тростник тянется к свету, к новому знанию, отрекаясь от прежней жизни, а Череп прячется от новаций в архиве, почитая за новое нечто хорошо забытое, но всё же подходящее. Тростник тянется вверх, гибко обходя препятствия и избегая повторений. Череп пытается двигаться вверх по спирали, повторяя и повторяя опыт предшественников. Но в период востребованности Тростника не до осторожности, нужно действовать быстро и не шаблонно. Так что пары «Череп в Тростнике»– не бывает.

Наоборот, Тростник в Черепе – допустимое сочетание, поскольку способность Тро­стника к преодолению самых глубоких кризисов работает и в период «раскола–и–палинге­неза» (11 стадия), а стремление к новому знанию сочетается с «хорошо забытыми» открытиями Черепа.

Следующая смена противоположных мотиваций – от Черепа к Грозе, выглядит и вовсе очевидной. Абсолютная сдержанность эмоций у Черепа и безграничная эмоциональ­ность Грозы. Поэтому Гроза как образ действий совершенно не совместима с мотивацией осторожного Черепа. Но у этих знаков должно быть и что-то общее, на чём может быть выстроена шкала от нуля до ста процентов эмоциональности. Так всегда бывает – чем проще найти одну сторону процесса, тем менее очевидна другая сторона. Стоит подумать, прежде чем дать ответ.

Несовместимость сугубо эмоционального воздействия Гроз на окружающих с моти­вацией осторожного Черепа – первое, что мы обнаружили в этой паре. Возможность обратного сочетания «Череп в Грозе» мы тоже сразу могли выяснить из артистичности этого знака. Череп может сам и не испытывать нужных чувств, но легко сыграет любые эмоции, положенные по сценарию. Кстати, есть и конкретное воплощение «Черепа в Грозе» – это известный бард и артист Юрий Визбор. Он и не играл непроницаемое лицо Бормана, но и управлять эмоциями людей, особенно женщин, этот Череп мог легко.

Психология bookap

Востребованность знака Грозы в исторических циклах тоже нетрудно разъяснить, учитывая тот момент, что как образ действия Гроза предшествует Владыке. И в самом деле, прежде чем начать руководить людьми на основе знаний и общего плана, нужно этих людей вдохновить, зарядить эмоциями. Иначе, даже обладая всеми знаниями, людей трудно пересадить из кареты прошлого в модерновый экипаж. Нужна хотя бы реклама с участием любимчика публики. Среди Гроз таких много – взять хотя бы артистов А.Миро­нова, Ю.Никулина, Ф.Мкртчяна, вся троица – «Гроза в Грифе», эмоциональный образ действия для очищающей сатиры, комедии. Про Аллу Пугачеву мы говорили –экспансив­ная Гроза в Олене. Эмоциональность Елизаветы Петровны, вдохновившей гвардейцев на переворот, тоже вошла в анналы.

Можно также заметить, что 21 стадия Надлома, которой в плане востребованности соответствует знак Грозы, символически описана в булгаковском Романе как «Полёт». Сюжет 21 главы наполнен эмоциями героини и заключается в приобретении умения этими эмоциями управлять. Знак Черепа соответствует 11 стадии Надлома. А в 11 главе Романа Иванушка тоже борется с эмоциями взаперти, приобретает необходимую сдержанность. Параллель между 11 и 21 главами можно считать установленной ещё в «MMIX». Осталось сформулировать явно это общее между двумя знаками. Число «11» в библейской симво­лике означает «Переживание несовершенства», неудовлетворенность и стремление к совершенству. Однако у Черепа это критическое чувство направлено вовнутрь, на себя, а у Грозы – вовне, на общество.