Вечеринка в нижнем белье

«Эй, эй, мы Кобурны! Говорят, мы попусту тратим время, а мы просто дурачимся! Мы возвращаемся к вам!» – так пел я с двумя моими сестренками на мотив «Обезьян» каждый год, возвращаясь домой из ежегодной летней поездки в Канаду. Мы являли собой отличный пример того, почему дети ненавидят летать вместе с родителями. Дабы усугубить дело, мы орали столь громко, насколько могли, в продолжении всего полета – только две эти строчки, вновь и вновь. Я не знал, что став взрослым, встречу истинных авторов той нашей дорожной песенки.

Однажды я отправился в Сиракузы, штат Нью-Йорк. У меня имелось несколько свободных вечеров между ангажементом в бостонском «Комеди Стоп» (одном из лучших, совершенно потрясном клубе страны) и несколькими студенческими шоу в Пенсильвании. В Сиракузах особо заняться нечем, все закрывается еще до пяти вечера. Тем не менее раз в год я выступал там в комеди-клубе под названием «Умники». Клуб располагался в гостинице, и я успел подружиться со всем ее персоналом. Они делали мне огромную скидку, когда я жил у них. Вот почему, когда мне приходилось бывать неподалеку от Сиракуз, я неизменно останавливался там.

Единственным местом, где можно было убить время, являлся гостиничный бар. Туда-то я и направился тем вечером, где уселся за стойку неподалеку от двух показавшихся мне знакомыми мужчин лет пятидесяти-шестидесяти. Я пристально их разглядывал, пытаясь вычислить, кто они. К ним подошел еще один мужчина того же возраста. Бармен, заметив мое внимание, подавая очередной бокал пива, наклонился и шепнул мне на ухо:

– Это «Обезьяны».

– Кто?

– «Обезьяны».

Я вновь взглянул на мужчин. О боже, то действительно были «Обезьяны». Теперь я их безошибочно узнал.

– Они работают здесь по несколько раз в год и всегда останавливаются у нас.

– Правда? Моим сестрам и мне нравилось их шоу, мы всегда смотрели его.

– Можете подойти и поговорить, сделав вид, что вы их не знаете, в противном случае они не станут беседовать с вами. Если скажете, что узнали их, они тут же поднимутся и уйдут.

Я подошел и завязал разговор с одним из «Обезьян». Вскоре я беседовал со всеми ними о всяком разном. Их было трое, потому что четвертый, Майкл, уже давно не гастролировал, как сказал мне потом бармен. Его мамашка изобрела что-то такое, после чего ему не нужно стало работать. Мы долго болтали о политике, спорте, свиданках, путешествиях, семье и развлекательной индустрии. Я старательно скрывал, что знаю, кто они такие, и они также не затрагивали эту тему: просто гастролирующая группа разговаривала с гастролирующим актером.

В баре никого больше не было, за исключением случайных прохожих: кто-то заходил узнать время, спросить, есть ли в баре какой-нибудь редкий напиток, о котором никто не слышал, или просто купить коробку спичек. За час до закрытия я почувствовал, что пора сваливать, и стал уже было прощаться, как вдруг в бар вошли две роскошные стройные женщины с длинными волосами, четко очерченными ягодицами и бюстом, словно на рекламе «Баунти», выглядевшим слишком большим на их телах. Я представил, как они не ели, а только лишь выкармливали свою грудь.

– Черт возьми, как вы думаете, чем они их кормят?

– Похоже на то, что они вовсе не едят.

– Я имел в виду их сиськи.

«Обезьяны» громко рассмеялись. Я продолжал балагурить по поводу того, как, должно быть, девушки опускали свою грудь в тарелку с супом, заставляя его съедать. Даже придумал название для таких сисек, не соответствующих хрупким телам своих владелиц, по аналогии с популярными впитывающими салфетками, – Абсорбирующие Груди. Я почувствовал себя на коне, видя, как «Обезьяны» смахивают слезы от смеха. Я заставил «Обезьян» плакать от смеха! Офигенно! Я так раздухарился, что решил познакомиться с Абсорбирующими Грудями. Сказав «Обезьянам», что сделаю все возможное, чтобы выведать секрет Абсорбирующих Грудей, я направился к столику, за которым сидели девушки.

– Привет, как дела?

– Хорошо.

– Просто отлично, спасибо.

– Не возражаете, если присоединюсь к вам?

– А как насчет твоих друзей у стойки?

– Что ж, надо подумать, сидеть ли мне с двумя хорошенькими двадцатилетними девушками или тремя старыми хрычами. Хммм, – я задумчиво потер подбородок, усаживаясь рядом с ними. – Нелегкий выбор.

Они рассмеялись, и мы пожали руки.

– Меня зовут Ян.

– Приятно познакомиться.

– А у вас что, имен нет?

– А ты подошел к нам из-за наших имен?

Вот те раз, кто мог ожидать от них такого серьезного отпора?

– Да, я частенько хожу по барам и спрашиваю у женщин, как их зовут, а потом ухожу.

Они нахмурились. Да, все шло не слишком гладко. Надо было как-то достойно отвалить. (Удивительно: как бы ни плоха была ситуация, мужчина всегда думает, что сможет как-то выкрутиться из нее. Только так и не иначе. Кого мы, черт возьми, обманываем?) Я пытался вычислить, как мне улизнуть, не повредив яйца, когда одна из Абсорбирующих Грудей, пристально глядя на «Обезьян», спросила:

– Кто они? Я их где-то видела.

– Это «Обезьяны».

– Кто?

– Ну, «Обезьяны», вокальная группа, у них еще было свое шоу на телевидении.

– Что? Не может быть, это не они.

– Ну хорошо, не они.

Я опять был в игре. Поднимаясь, я весело сказал:

– Что ж, приятно было не познакомиться с вами, но…

– Это действительно «Обезьяны»?

Я снова сел.

– А кем бы вам хотелось, чтобы они были?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, я говорю, что это «Обезьяны», а вы говорите «нет». Я говорю, что это не «Обезьяны», вы спрашиваете, не «Обезьяны» ли это.

– Так это в самом деле «Обезьяны»? Я сходила по ним с ума, будучи еще маленькой.

Я глянул через плечо, «Обезьяны» смотрели на нас. Им хотелось знать, что происходит.

– Да, это «Обезьяны».

– Да ну, не может быть.

Видимо, худышки так долго не ели, что их сознание спуталось. Я вновь начал подниматься.

– Кто бы вы ни были, вы мне чертовски надоели!

Одна из них схватила меня за руку.

– Нет, подожди. Это действительно «Обезьяны», правда?

– Спроси бармена, – вздохнул я, возвращаясь на место.

Она пошла к бармену, а ее подружка заявила:

– Они никак не могут быть «Обезьянами». Что «Обезьянам» делать тут? И почему они разговаривали с тобой?

– Знаешь, что? Давай заключим пари. Если это «Обезьяны», то ты…

Но тут вернулась ее подруга и возбужденно прошептала, садясь на место:

– О боже, это действительно «Обезьяны»!

Черт возьми! Я только что собирался заключить пари с другой девушкой, что если это «Обезьяны», она просидит у меня на коленях до конца вечера.

– В самом деле?

– Да!

– А на что ты собирался поспорить?

– Не важно, – покачал я головой.

– Ты их знаешь? Ты знаешь «Обезьян»?

– Ну я же сидел с ним, ты, что ли, не видела?

– Бармен сказал, что если они поймут, что их узнали, то уйдут.

Я кивнул и попытался сделать вид, что они – мои хорошие друзья.

– Верно, они очень скромные.

– А ты можешь нас представить?

– Возможно… Нет, пожалуй, не могу.

– Фу, как грубо. Почему ты не можешь представить нас?

– Ну потому что трудно представлять кого-либо, не зная имен.

Вот вам! Абсорбирующие Груди ничего не ответили, только посмотрели поверх меня. Я обернулся. «Обезьяны» стояли прямо за мной.

– Эй, Ян. Уже поздно. Увидимся.

– Ладно, пока. – Я встал и пожал им руки. – Удачи вам.

– И тебе тоже.

Один из них наклонился к женщинам и произнес:

– А он настоящий комик, этот парень, да-да.

Помахав на прощанье девушкам, они ушли.

– О боже, «Обезьяны»! Ты знаешь «Обезьян»! И ты не представил нас! Тогда мы не скажем тебе, как нас зовут.

Если бы я знал их имена, я бы их представил. Но я не стал указывать им на ошибочность их аргументации, а просто пожал плечами:

– Я пришел сюда не за вашими именами, не так ли?

Они рассмеялись.

– Ты и в самом деле комик?

– О господи, мы не станет повторять все сначала? Я даже не стану отвечать вам. Идите и спросите у бармена.

– Нет, ты в самом деле комик?

– Спросите у бармена.

Одна встала и вновь направилась к бармену, затем вернулась.

– Ты комик.

– Неужели? Спасибо, что сказали. Пойду лучше писать шутки.

Ущипнув меня, она уселась на свое место. Мы продолжали сидеть до закрытия бара. Выяснилось, что они модели, демонстрирующие женское белье, приехали на фотосессию. Отлично!

– А вы не работаете для голливудского «Фредерикса»?

Оказалось, нет. Тогда я поведал им свою историю с «Фредериксом», которая их весьма развеселила.

– Но это не смешно! Та девушка мне нравилась. Во всем виноваты модели. И как вы намерены возместить мне ущерб?

– Почему мы должны это делать? Мы не работаем во «Фредериксе».

– Но вы единственные модели, с которыми мне довелось познакомиться, так что придется. Вы готовы?

– Возможно, – кокетливо заулыбались они.

Бар закрывался, и мы вышли. Девушки хотели было распрощаться.

– Не так быстро. Я не верю, что вы на самом деле демонстрируете женское белье.

– Что? Да так оно и есть.

– Докажите.

– Доказать? Что ты имеешь в виду? Какие еще доказательства?

– А то и имею в виду: докажите. Вы заставили меня доказывать, что это – «Обезьяны» и что я – комик. Теперь докажите, что вы – модели.

– Мы ничего не собираемся доказывать.

– Так я и думал: вы не можете доказать, потому что вы не модели.

Тут их по-настоящему задело.

– Да модели мы, модели!

– Ну а как мы можем доказать? Ты послал нас к бармену, мы такого сделать не можем.

– А вот это уже не моя проблема, – пожал я плечами. – Без доказательств я уйду, думая, что вы не модели.

– Ну и что? Какое это имеет значение?

– А то, что это совсем другая история. Одно дело я познакомился с двумя сексапильными моделями женского белья и поболтал с «Обезьянами», а другое – просто провел вечер с «Обезьянами».

– К сожалению, наши каталоги остались у нас в номере.

В «нашем» номере? У них один номер на двоих? Я тут же загорелся.

– Отлично, пошли.

Мы направились в их номер. Я рассчитывал на то, что у них имелись с собой какие-то фотографии. Я всегда таскал с собой фотки, куда бы ни шел, и думал, что модели также возят с собой портфолио или что-то вроде того. Мы поднялись к ним в номер, где они предъявили мне все доказательства, какие только можно было предъявить: и фотоснимки, и свои изображения в каталогах. Но главное, у каждой имелась куча белья, выданного для съемок в тот день.

– Но вы же обычно не носите всю эту ерунду, это ведь только для съемок?

– Конечно, носим. Почему бы и нет?

– Даже такие маленькие трусики, ну, как веревочки? Многие официантки говорили мне, что эти штуки вечно лезут куда не надо, так что они предпочитают обходиться без них.

– Дорогуша, женское белье надо уметь носить. На мне как раз такие трусики.

– Покажи, – выдохнул я, присев на одну из кроватей.

– Да не собираюсь я тебе ничего показывать.

Я провел рукой по поверхности кровати.

– А я думал, у вас одна постель на двоих. Представлял, как две модели, лежа в постели, кидаются подушками в одном нижнем белье… Вот такие фантазии.

Мы все рассмеялись.

– Ну покажи трусики.

– Нет, не покажу.

Как правило, я не настаивал, поняв, что у меня нет шансов, но она крутила свои волосы одной рукой и поглаживала бедро другой. Помните? Жесты красноречивее слов. Кроме того, она неожиданно назвала меня «дорогушей».

– Ну и не надо. Я могу увидеть тебя в трусиках вот здесь.

Я схватил каталог и начал его перелистывать. Она вырвала его у меня.

– Что ж, ладно. Ты добился своего.

Она расстегнула джинсы, затем вновь застегнула. Расстегнула, застегнула. Так повторялось несколько раз.

– Черт возьми, ты просто убиваешь меня.

Она засмеялась, расстегнула джинсы и, отвернувшись, стала, извиваясь, медленно стаскивать их с себя. Дойдя до середины попы, остановилась. На ней и вправду были надеты светло-фиолетовые стринги.

– Смотри-ка, действительно. Очень симпатично, между прочим. У многих женщин они вылазят из штанов.

Она натянула джинсы.

– Я ведь профессионалка, и знаю как и что надо носить.

– Ну, разумеется. А знаешь, это такой балдеж. Когда нам лет по двенадцать, мы просто сходим с ума от таких вот журналов.

– Правда?

– Ну да, ведь тогда как раз все и начинается, а мы этого не понимаем. Неожиданно нам попадается один из подобных журналов, и все происходит само собой.

– Так значит, вы… кончаете, глядя на это?

– Не на это, а на вас. Я имею в виду не сейчас, а когда мы всего лишь подростки. Да, такое со всеми бывает. Мы слишком молоды, чтобы делать это с девушками, и не можем купить «Плейбой», чтобы увидеть, как вы выглядите в голом виде. Так что мы представляем себе это, глядя на ваши фото.

– А как к вам попадают каталоги?

– Смеешься? Приходят почтой. Это ужасно. Все двенадцатилетние мальчики неожиданно начинают проявлять интерес к корреспонденции, а их мамочки перестают получать каталоги нижнего белья. – Схватив что-то из лежащего на кровати белья, я воскликнул: – Как насчет показа мод?

– Что? Не думаю.

– Серьезно, ну примерьте что-нибудь, а я скажу, что лучше. Вы делаете это для журналов ежедневно, почему бы не устроить живой показ? Я мечтал о чем-то таком с двенадцати лет!

Они посмотрели друг на друга. Я не мог поверить: они и в самом деле раздумывали. Забившись в угол, они о чем-то пошептались. Я продолжал сидеть, ценя то, что «Обезьяны» покинули бар, словно хорошо знали меня. Девушки, прекратив совещаться, подошли к кровати.

– Ладно, только без рук и не до гола.

– И оставайся на кровати. Если слезешь, показ окончен и ты уходишь. Понял?

Я пришел в жуткое возбуждение, не веря своим ушам: я просто не мог поверить в это! Я попытался кивнуть медленно, чтобы выглядеть спокойно и уверенно, как будто подобное случалось со мной постоянно, а не было чем-то из ряда вон. Но кивнул так быстро и энергично, что у меня что-то хрустнуло в шее и мне пришлось ее растирать, пока модели направлялись в ванную комнату с нижним бельем. Когда они вышли, они выглядели прямо-таки убойно! В голове у меня промелькнуло: «Да „Обезьяны“ просто чудовища!» – после чего я полностью сосредоточился на девушках. Они надевали разного рода сексуальные штучки, становясь в различные позы. Я умирал. Во время их переодевания я стащил с себя джинсы, что вызвало у них удивление по возвращении. Я пожал плечами:

– Думаю, это будет честно. Ко всему прочему я уже не в силах терпеть – так все распухло.

Они улыбнулись и продолжили шоу. Хотя и худенькие, они были такие сексуальные! Ребра у них не просвечивали, ничего подобного. Правду сказать, не понимаю, как они удерживали равновесие с их Абсорбирующими Грудями, которые выглядели на их телах слишком уж тяжелыми. Как я их ни умолял, раздеться до гола они отказывались, твердя одно и то же. Вся моя кровь прилила в тот момент непосредственно к пенису, поэтому я не в состоянии был придумать ничего, что изменило бы их решение.

– Мы модели женского белья, а не натурщицы, – повторяли они всякий раз, когда я предлагал им обнажиться.

Когда девушки сгребли последнее белье, я испытал огромное сожаление. Они едва не убили меня, выйдя из ванной. Одна шла без лифчика, прикрыв соски руками. Другая, отвернувшись, тоже сбросила верх. Закинув одну руку назад, она отвернула другой рукой край трусиков, затем той же рукой опустила другой край и стояла так, со спущенными трусиками, прикрывая попу ладонью. Глянув через плечо, она произнесла:

– А все потому, что ты слишком хорошо держишь слово и не слезаешь с кровати.

– Верно. Я больше не могу терпеть.

Я сбросил трусы и начал мастурбировать.

– О боже!

– Вы же мне показали, как вы позируете для этих самых каталогов. А теперь я показываю вам, что подростки делают с этими каталогами.

Принимая различные позы, они наблюдали за мной, комментируя по поводу моей техники и говоря, что многое узнали о том, что мужчинам нравится. Странно, но когда люди близки к оргазму, они искреннее всего. Мне захотелось рассказать девушкам правду об «Обезьянах».

– Я познакомился с «Обезьянами» только сегодня в баре, – непроизвольно выдавил я сквозь стиснутые зубы.

Похоже, им было все равно. Они только улыбнулись и ответили:

– Ну и ладно, мы ведь не назвали тебе своих имен.

– А как вас зовут?

Они покачали головами. Я бормотал что-то насчет того, что они красивые, и истово благодарил их, затем кончил. Они ушли в ванную и вернулись уже одетые. Обе позевывали и потягивались.

– Я так устала.

– Я тоже.

Однако мне было мало. Они смотрели на меня. Обтеревшись, я возобновил усилия.

– Бог мой, у тебя все еще… стоит.

– Да… Помогите же мне.

Они вновь покачали головами.

– Ну хотя бы снимите опять одежду.

Они сняли, на этот раз вместе с бюстгальтерами, сначала отвернувшись от меня, а затем повернулись и стояли так, лаская свои груди, пока я вновь не кончил. Тем не менее эрекция не уменьшалась. Девушкам, однако, надоело.

– Прошло уже полчаса. Мы хотим спать.

Они выдворили меня из номера. Я попытался поцеловать каждую перед уходом, но они подставили только свои щечки. Одна из них, закрывая за мной дверь, посмотрела мне прямо в глаза и сказала:

– Если бы ты слез с кровати, когда мы там переодевались, мы бы факнулись с тобой.

Она захлопнула дверь и повернула ключ. Послышался смех. Осел! Ну конечно же! Я припомнил, как одна из них произнесла: «Все потому, что ты слишком хорошо держишь слово и не слезаешь с кровати». Тогда-то и нужно было сойти с кровати! Как я мог упустить такой момент? Моя первая и, возможно, последняя попытка сделать это втроем, и я ее упустил! Я злился на себя неимоверно. Я забыл, что жесты красноречивее слов, ибо беспокоился лишь о том, как бы они не прекратили показ. Глупо, глупо, глупо! Как бы то ни было, вечер прошел не плохо; знать бы только, куда послать благодарственную открытку «Обезьянам».

У двух моделей я научился четырем вещам.

• Не важно, знаете ли вы кого-то на самом деле, важно, что люди думают, что вы знаете.

• Полученные уроки надо помнить.

• Когда не знаешь имени, это возбуждает.

• Свои фантазии надо обсуждать откровенно.


Люди относятся к вам иначе, если знают, что вы знакомы с кем-то, кого они считают значимым. Модельки знали, кто такие «Обезьяны». Они видели, как я сидел и болтал с ними. У меня имелась некая связь с «Обезьянами», им тоже хотелось, чтобы у них была какая-то связь с ними. Через меня они получили эту связь. Не логично, но вполне по-человечески. Мы все так делаем. Я живу в Чикаго и видел, как люди сходят с ума от счастья, познакомившись с каким-нибудь помощником режиссера, имеющего какое-то отношение к шоу-бизнесу. Они задают ему уйму разных вопросов, ни на один из которых тот не может ответить в силу контракта, подписанного с тем или иным интересующим их исполнителем и запрещающего обсуждать все, что связано с ним или его шоу. Однако это еще более будоражит воображение людей. Слабая связь, но они ее жаждут. Так уж устроены люди.

Уроки надо помнить. У меня была возможность заняться сексом с двумя моделями одновременно, если бы я не забыл, что жесты красноречивее слов. Осел – да и только!

Заигрывать с девушкой, имени которой не знаешь, весьма эротично. У меня такое бывало пару раз, хотя я никогда не занимался сексом с женщиной, не зная, как ее зовут. В моем случае это не срабатывает: я должен знать ее имя. Хотя в тот вечер, когда познакомился с моделями, я был менее разборчив. Я бы переспал с ними, даже не зная их имен.

Что касается фантазий: рассказывайте о них, говорите о сексе. Меня всегда поражает, как люди могут спать вместе, не обсуждая секс или свои фантазии. Они могут обсуждать их с друзьями, только не друг с другом – свидетельство того, что они, скорее всего, спят не с тем, с кем надо. Как можно спать вместе и не обсуждать секс? Мне этого не понять. Если я могу спать с кем-то, то уж наверняка могу говорить с ней о сексе. Да, бывает неловко, но это быстро проходит. Однажды я прогуливался с некой дамой и ее друзьями. Беседа зашла о сексе, и одна из ее подруг заметила, что никогда не занималась сексом в ином положении, кроме как на спине. Ей было около сорока! Она никогда не испытывала оргазма и не обсуждала проблемы секса ни с кем из своих родителей, поскольку ей это казалось непозволительным.

– Неудобно как-то обсуждать это с мужчиной.

Неудобно? А лежать голой под голым мужчиной удобно? Если бы она могла, она, конечно же, поговорила бы о том, не сменить ли им позу. А если бы поменяла позу, возможно, испытала бы тот самый неуловимый оргазм. Различные позы открывают доступ к наиболее эрогенным зонам, а также новые подходы к ним.

Я знаю парней с весьма примитивными фантазиями, скажем, трахнуть какую-нибудь заводилу или школьницу. Подобные желания удовлетворить несложно, тем не менее они ничего не предпринимают. Похоже, большинство людей хоронят свои фантазии, вместо того чтобы пытаться осуществлять их. Обсуждая фантазии, вы подогреваете свою сексуальность, а та, разгораясь, ведет к ситуации, которая иначе могла бы и не произойти. Они открывают дорогу к откровенной дискуссии и состоянию комфортности. Каждый из партнеров должен рассказать о своих фантазиях. Их осуществление доставляет огромное наслаждение. В сексе я готов ко всему, потому что сам исполнил все свои фантазии, что позволяет мне двигаться дальше и исследовать еще неизведанное, подняться на новый уровень интимности, не испытывая смущения или неловкости. Многих мужчин, которых я знаю, сбивают с толку женщины иного рода, не такие, с какими им приходилось встречаться до того.

«Я никогда не был близок с официанткой.»

«У меня никогда не было блондинки.»

«Я никогда не спал с женщиной с большими сиськами.»

Если бы, будучи еще холостяками, они встретили женщину, которая соответствовала их фантазиям, они бы никогда больше не говорили об этом. Но фантазия не осуществилась, и неисполненное желание не дает им покоя, мешает тем отношениям, которые у них сложились на данный момент. Встречаешься с брюнеткой, а хочешь блондинку? Скажи ей. «Мне никто не нужен, кроме тебя, хотя меня не оставляет дурацкое желание узнать, каково это – быть с блондинкой? Не знаю, почему. Глупо, да?» Она может надеть парик или перекраситься. Если она этого не сделает, предложите ей, скажите, что желание слишком сильно. А как насчет ее фантазий? Наверняка у нее есть хотя бы одна, не сомневаюсь. Удовлетворите ее.

Однажды на какой-то вечеринке я подцепил гимнастку. Мы просто разговаривали, и она обмолвилась о том, что некогда была гимнасткой.

– В самом деле? Мне всегда хотелось переспать с гимнасткой.

Упоминание об этом превратило обыкновенный разговор в сексуальный. В конце концов кончилось тем, что мы провели ночь вместе. Если бы я не сказал о той своей фантазии, то ничего бы не случилось.

В другой раз я встретил женщину, которая училась в католической школе, у нее даже сохранилась униформа. Я поведал ей о том, что все мужчины мечтают о девушке в такой униформе. Мы встречались несколько раз, и когда у нас впервые случился секс, она была в ней.

Невозможно исполнить все фантазии, потому что у мужчин их слишком много. Осуществите некоторые из них, и вы почувствуете так, словно сбылись все. Ничто так не раздражает, как давние мечты, поэтому я всегда стараюсь их воплощать. Поверьте, я испытываю при этом огромное наслаждение. До сегодняшнего дня я не могу без улыбки видеть каталоги женского белья.

Правила секс-охоты по-быстрому

Никогда не предполагайте. Люди делают множество предположений, когда дело касается свиданий. Я ее не интересую. Ему не понравится мой кот. Она, наверное, встречается с тем парнем, с которым разговаривает.

Пару месяцев назад я тусовался на одной вечеринке с друзьями. Один из них, Мэтт, познакомился с девушкой, которая ему понравилась. Они разговаривали больше часа. Уходя, я спросил Мэтта, как обстоят его дела.

– Ты взял у нее номер телефона?

– Даже не пытался. Она пришла с каким-то парнем.

Я знал хозяйку, которая была дружна с девушкой. На следующий день ради Мэтта я поговорил с ней. Оказалось, что тот парень, с которым девушка пришла, являлся всего лишь ее охранником. Между ними совершенно ничего не было. Мой же друг решил, что они встречаются, только потому, что пришли вместе. Чудовищная ошибка. Девушка-то заинтересовалась Мэттом.

Не предполагайте ничего. Спрашивайте. Это не трудно. Если бы мой друг спросил, возможно, сегодня он бы встречался с той девушкой. Вместо того он все время околачивается возле меня – не самая хорошая альтернатива.