ГЛАВА 1. СПЕЦИФИКА СОДЕРЖАНИЯ, ЦЕЛЕЙ И ПРИНЦИПОВ ОБУЧЕНИЯ ПСИХОЛОГИИ


...

1.2. Психология как гуманитарная наука и цели ее преподавания

Изучение любой науки, как правило, подчинено одной цели: каким образом научиться подходить к жизненным явлениям, к решению социально-экономических, профессиональных и практических задач с научных позиций, т. е. со знанием дела, всесторонне. Применительно к психологической науке это означает, что студенту и школьнику необходимо изучать ее для получения научной ориентированности в психологии человека. А это, в свою очередь, нужно для того, чтобы понимать и объяснять особенности ее проявления в действиях, поступках, поведении отдельных людей и на этой основе учиться правильно взаимодействовать с ними в повседневной жизни.

Эта цель относится к любой учебной дисциплине, но прежде всего к психологии Что касается преподавателей, то их деятельность здесь имеет свою специфическую, отличную от обучающихся, цель. Если у студента целью является изучение психологической науки, то для преподавателя важно – внедрить эту науку в сознание обучающихся, сформировать у будущих специалистов научно-методологические основы применения психологических знаний.

При этом важно иметь в виду, что, изучая психологию, каждый обучающийся независимо от будущей специальности должен научиться мыслить психологическими категориями при анализе и оценке человеческих действий и поступков, при выявлении особенностей характера и способностей, темперамента и других свойств личности, при анализе социально-психологических явлений в обществе и коллективе, при личном общении с другими людьми и т. д.

Хотя цели у обучающегося и преподавателя разные, в конце изучения предмета они сходятся в полученном совместными усилиями результате, в формировании навыков практически руководствоваться научными психологическими знаниями при взаимодействии с другими людьми, что в свою очередь предполагает формирование умения мыслить психологически.

Цели обучения психологии определяются особенностями ее содержания как гуманитарной дисциплины. И это является особенно актуальным на современном этапе развития человеческого общества. Психология становится не только прикладной, но и политической наукой, линией борьбы материализма и идеализма. Борьба за человека, за его идеалы активизировалась еще и потому, что он сегодня становится центром мирового развития, когда в обществе происходят стремительные изменения в экономической, научно-технической, производственно-технологической, социокультурной и духовной сферах. Подготовка человека к активному участию в жизни, созданная им система образования значительно отстают от этих темпов, в результате чего человек медленно меняется в быстро изменяющемся мире. Поэтому в современном обществе и возрастают нетерпимость, агрессивность людей, их уход в себя (наркотики, пьянство), стремление создать всевозможных роботов в надежде заменить свое участие в сложной жизненной ситуации. Вряд ли разумно ставить знак равенства между психикой человека и работой электронно-вычислительных машин. В действительности никаких «электронных размышлений» совершенных механизмов не происходит и происходить не может, тогда как мышление человека способно производить широчайшее обобщение и отвлечение от фактов и явлений действительности, формируя свое представление о мире. Люди имеют понятие о Боге, о сотворении Вселенной, об этике, о добре и зле. Им присуще эстетическое чувство, они обладают самосознанием, совестью. Таких понятий электронные машины не имеют. И если вышеотмеченные качества не развиваются, если общественное мышление человека сводится к определенным тестам, то у человека нарушается баланс с природой. Целый ряд наук о человеке (к примеру, анатомия и физиология человека) являются естественными. Но гуманитарные науки изучают нечто специфическое именно для человека, где порой трудно поддаются пониманию объяснения, которые приняты в науках о природе. Если изменения, происходящие с природными объектами, зависят не от воли самих объектов (воля, как принято считать, присуща только человеку), то человек, по выражению С.Л. Рубинштейна, является центром перестройки бытия, т. е. субъектом. Так, например, камень, скатывающийся с горы, катится не потому, что он хочет этого, а потому, что на него действуют внешние силы, в частности, земное притяжение.

Разумеется, на человека также действуют внешние силы, но его активность определяется не только и не столько ими, а его внутренней позицией, его ценностями, стремлениями, мировоззрениями, видением жизненной перспективы. Другими словами, человек является самодетерминирующимся существом, т. е. сам определяет свою жизнь.

Изучение сообществ животных не дает адекватного понимания жизни человеческого общества, хотя подобные попытки предпринимались неоднократно. Понимание человека как особого явления, по сути своей принципиально отличного от животного, требует и особого подхода к его изучению. Если при изучении природных явлений возможно произвести некоторое ситуативное моделирование в лабораторных условиях, то применительно к человеку подобного оказывается недостаточно, а в некоторых гуманитарных науках, к примеру в истории, подобное воспроизведение вообще невозможно. Если при изучении природных явлений возможно «изъятие» отдельных фрагментов для исследования, то человек как сложнейшее, единое духовно-телесное существо должен рассматриваться во всем многообразии его индивидуального и общественного бытия.

Таким образом, можно говорить не только о естественных и гуманитарных науках, различаемых по объекту исследования, но и о двух различных подходах, двух способах научного мышления – естественном и гуманитарном. К психологии это имеет прямое отношение.

Далеко не всегда специфику психологического познания связывают с областью гуманитарного знания. Существуют и иные позиции. Они вполне определенно выражены в дискуссиях о предмете психологии, в трактовке психологии как науки, в первую очередь – естественной, биологической либо биосоциальной. В.Я. Ляудис трактует ее «как науку социально-историческую, что не исключает в ее арсенале естественнонаучных методов исследования. Однако ведущую роль в ней играют методы социальных наук, методы гуманитарного познания. Гуманитарное познание – особый тип научного познания, предполагающий иное отношение познающего субъекта к объекту исследования, чем то, которое свойственно естественно-научным дисциплинам»[82, с. 15].

В центре гуманитарного познания находится не вещь, а личность человека, с ее чувствами, взглядами, наклонностями, способностями и привычками. В дословном переводе психология является наукой о душе. А если душа – объект психологии, то мы сталкиваемся с рядом трудноразрешимых проблем.

Во-первых, что такое душа? Если это некоторая метафора, позволяющая объяснить человеческую активность, особенности переживаний, мышления и т. д., то она не может быть объектом психологии, оказываясь лишь понятием, облегчающим наши рассуждения. Во-вторых, существует ли душа как реальность? Ведь лишь признание ее объективности может сделать ее объектом науки. Утвердительно ответить на этот вопрос невозможно. Существование души несомненно для одних и условно для других. Скажем так: если душа существует, то непосредственно ее увидеть, измерить, потрогать невозможно; невозможно и провести эксперименты с ней. В этом – одна из специфических особенностей психологии как науки, входящей в состав гуманитарных наук.

Если слово «душа» заменить словом «психика», имея в виду особую форму отражения мира, то положение в этом случае существенно не изменится: психика тоже «ускользает» от непосредственного исследования, как и душа, и доказать ее существование, как самостоятельной реальности, так же сложно. Если же подойти к психологии иначе, скажем, оценить ее как неорганическую или органическую природу, общество, мышление, то всё же оказывается, что без обсуждения того, что такое «душа» или «психика», ответ невозможен, так как необходимо иметь критерий «одушевленности».

При таком подходе получается, что у психологии нет объекта или же объект предельно не определен. Но с этим невозможно согласиться потому, что в нас живут образы, чувства, переживания, что есть некоторая особенная реальность, отличная от той, которую мы воспринимаем как внешнюю.

В связи с этим можно воспользоваться образом академика А.В. Петровского, который заявлял, что есть солнце и есть моя мысль о солнце; есть переживание радости при появлении солнца, да и то, как я вижу солнце – образ солнца во мне – это ведь само солнце, а не нечто особенное. Если я человек – то есть мое представление о самом себе, мое отношение к самому себе.

В человеке живут желания, чувства, эмоции, побуждающие его к деятельности; он может представить себе то, что никогда не видел; может вспомнить то, что давно уже исчезло из его жизни. Иными словами, есть мир, в том числе и другие люди, и есть то, как этот мир живет в человеке и в других людях – в образах, мыслях, отношениях, т. е. мир психических явлений, субъективная реальность. А поскольку существует субъективная реальность, то можно попытаться понять, что она собой представляет, как возникает, развивается, умирает, в чем проявляется, что определяет ее существование и как это происходит. Субъективная реальность у каждого своя. Если же предположить, что она формируется по единым основным принципам, то можно постараться обнаружить, т. е. открыть закономерности, которым следует ее развитие и существование.

Может, для анализа этой реальности достаточно заглянуть в самого себя? Одно время психологи так и делали, пытаясь понять психические явления через специально организованное самонаблюдение и отчеты о его результатах. Однако, наблюдая, оценить можно лишь то, что осознается. В то же время было показано, что в нас живет и неосознанное – установки, скрытые желания, привычки, стереотипы, которые могут «прятаться» за тем, что мы воспринимаем в себе как очевидное, искажать нашу оценку, заставлять нас бессознательно избегать осознания определенных переживаний, забывать события и т. д. Кроме того, при таком подходе противопоставляются внутренние и внешние миры, что также проблематично. Из отмеченного следует, что в самонаблюдении психика проявляется лишь с определенной стороны, искаженно и фрагментарно.

Особенностью психологической науки является и то, что рассматривая психику как объект размышлений, она не может сделать ее объектом непосредственного исследования; ей приходится искать для этого другие объекты, чтобы через их анализ делать выводы о психике как таковой. Выбор объекта-посредника зависит от того, что считается главным, определяющим психическую жизнь, т. е. того объяснительного принципа, который предлагается той или иной научной школой.

В центре гуманитарного познания появляется не вещь, а человек, его отношения с подобным себе. По мнению М.М. Бахтина, познание вещи и познание личности представляют собой два предела. Вещь исчерпаема до конца односторонним актом познания субъекта. А личность, как познаваемое, требует не «точности» познания, а глубины «проникновения». Познание – проникновение всегда является двусторонним актом[8, с. 409].

Суть отношений познающего субъекта и субъекта познаваемого заключается в диалоге. Диалог же предполагает раскрытие не только значений, которые ситуативны, но и смыслов, которые даны в бесконечном многообразии контекстов и в динамике изменений, субъектов в ходе познания. Поэтому диалог исчерпаем, ибо подлинное понимание исторично и персонифицировано. Это обстоятельство и придает специфику критериям точности понимания в гуманитарном познании в отличие от естественно-научных критериев. Точность познания гуманитарного не в идентификации, а в преодолении «чуждости чужого без превращения его в чисто свое»[там же, с. 371], т. е. в определенной мере проникновенности, взаимной сопряженности познающего и познаваемого.

Необходимо подчеркнуть еще одно свойство гуманитарного познания, важного в понимании особенностей изучения психологической науки. Психологическое познание принципиально гетерогенно и предполагает не только научно-теоретическое, понятийно-знаковое, логическое мышление, в значительной степени формализуемое, но и мышление образное, художественное, наглядно-действенное, наконец, созерцание, основанное на символическом сознании и интерпретации символов, с помощью которых психолог проникает в области бессознательного.

Образ психологической науки в нашей стране долгие годы формировался таким образом, что в нем не находилось места для форм символического сознания, свойственных гуманитарной культуре. И только в последние десятилетия, когда психоанализ и аналитическая психология стали у нас доступными для изучения, в систему подготовки психологов начали проникать идеи необходимости символического сознания – способности интерпретировать и порождать символы, которые неразрывно связаны с эмоционально-чувственным опытом людей[73; 83].

По мнению философов, «символическое сознание … особая реальность внутреннего мира человека, где личностные интимные смыслы слиты с актуализировавшими их предметами, отношениями, ситуациями, или освещаются, определяя индивидуальное или коллективное мироотношение и миропонимание, далеко не всегда осознаваемое»[130; т. 2, с. 91].

Уже давно психоаналитики З. Фрейд, Э. Фромм, Ш. Лакан, К.Г. Юнг и другие выделяли независимо друг от друга перечень наиболее важных для психологов областей знания. Так, у Фрейда это – психиатрия, сексология, история цивилизаций, мифология, психология религии, история литературы и литературная критика. У Фромма это – драма, изобразительное искусство, поэзия, мифология; у Лакана – риторика (метод воздействия), диалектика (в аристотелевском техническом смысле), грамматика, поэтика (анализ всех жанров, включая юмор и анекдоты).

В приведенных перечнях можно заметить не только различия позиций трех психоаналитиков, но и поразительное сходство их поиска в культуре тех областей, где проявляется работа бессознательного, интуитивного либо не вполне осознаваемого опыта, которая находит свое воплощение в символах и работе не поддающегося рациональной логике символического сознания.

Таким образом, избежать дегуманизации человека, изучая научную психологию, возможно только при обращении к областям культуры, где человек предстает во всей полноте форм и методов, опосредующих понимание мира и себя самого.

Становящаяся универсальной, всеобщей по своей значимости, культура и есть цивилизация. В цивилизованности содержится универсальность значимости, способность и заимствование. Она выходит за рамки этнической и национальной специфики. То же самое происходит и с человеческой личностью. С развитием цивилизации она также становится общенациональной, теряя национальные и этнические особенности.

Мировая цивилизация порождает и общность организации экономики, норм права, бытовой культуры, и характерный сдвиг в нравственных ориентациях. От обособленных и замкнутых в себе нравственных кодексов, имеющих смысл для своего народа, своей касты, своего сословия, происходит переход к универсальным, всеобщим нравственным нормам и принципам. Завершением этого процесса генерализации в сфере нравственного духа можно считать сформированный И.Кантом категорический императив: «…поступай согласно такой максиме, которая в то же время сама может стать всеобщим законом»[52; т. 4(1), с. 279].

Очевидно, насколько трудно для индивидов, привыкших к жизненной игре, следовать двойным моральным стандартам, обеспечивающим личное или групповое возвышение за счет других, признать на практике категорический императив. Но он уже сформулирован как универсальная нравственная истина. Теперь ситуация такова, что нецивилизованное поведение оказывается просто безнравственным. Сегодня реальную угрозу для бытия самого человека представляет возникновение все более широких масс индивидов, которые знают только лишь внешние причины своего поведения. Таким индивидам принципы кажутся чем-то нереальным.

Сфера духа как раз и обнаруживает себя в конкретных формах человеческого поведения. Это могут быть самоутвержденная общественная деятельность и социальное равнодушие; честное выполнение своего общественного и профессионального долга и жульничество, воровство, кумовство; следование правовым нормам и преступное поведение.

Особую роль и место в жизни индивида занимает религиозность. От того, какой в ориентир жизни она дает человеку, зависит развитие человеческой личности или же парализация духовности и развития. Мировоззрение и религиозное чувство – это своего рода «географическая карта» нашего природного и социального ландшафта. Нет ни одного народа, индивида и ни одной культуры, которые могли бы обойтись без этих ориентиров. Причем они так переплетены в структуре личности, что грань между ними провести довольно трудно. Многие люди отрицают, что у них есть мировоззрение, и воображают, что они реагируют на различные явления жизни случайно, опираясь на собственное мнение. Однако легко доказать, что любой человек считает свои взгляды само собой разумеющимися, ибо они представляются ему единственно разумными; ему и в голову не приходит, что все его идеи и представления не выходят за рамки общепринятого мировоззрения. Таким образом, мировоззрение ближе к общепринятому, групповому сознанию, а религиозное чувство – более индивидуально, связано с объектом познания и с целеполаганием.

Мировоззрение является необходимым, но не достаточным ориентиром поведения; нужна еще цель, к которой человек стремится. У животных целеполагание и мировоззрение заменяют инстинкты. «Мы выбираем объект приложения всех наших устремлений так, что он одновременно становится основой наших подлинных (а не официальных) ценностных ориентаций. Нам нужен этот объект обожания, почитания, поклонения, чтобы направить свою энергию в то самое русло, которое наполнит нашу жизнь смыслом и поможет преодолеть сомнения и неуверенность изолированного индивида», – писал Э. Фромм[цит. по: 166, с. 191].

Характерно как отмечал Э. Фромм, что одной из важнейших социальных функций личности в обществе является удовлетворение глубочайшей внутренней потребности любого человека. «Человек живет лишь до тех пор, пока он творит. Только творчество наполняет жизнь человека особым смыслом и позволяет ему радоваться жизни, не цепляясь за ценности»[там же]. В этом – суть социального предназначения человека. Его способности любить, дружить, ненавидеть занимают основное, лидирующее положение в структуре личности и входят в его ценностные ориентации. В то же время на психологическом уровне они относятся к эмоциям.

Такое же двойственное соотнесение характерно еще для некоторых структурных элементов личности: например, для сопереживания, единства и солидарности, с одной стороны, с другой – для жадности, страха, зависти и равнодушия. Ничто так сильно не объединяет людей, как общие чувства: общее восхищение каким-либо человеком, произведением искусства, общая мысль, символ, ритуал, даже общее страдание. Совместное переживание служит началом отношений двух людей, группы единомышленников, а также мощных движений (религиозных, политических и философских). Но как только политические и религиозные идеи устаревают, как только бюрократия угрозами и внушениями подчиняет себе человека, эффект сопереживания пропадает или же притупляется. Это особенно характерно для пожилых и более образованных людей. Структура личности среднего индивида и социально-экономическая структура общества теснейшим образом взаимообусловлены.

Современная психология находится в ряду наук, занимая промежуточное положение между философскими науками, с одной стороны, естественными – с другой, и социальными – с третьей. В своем развитии она как самостоятельная наука обретает прочную естественно-научную основу. В то же время психология является сугубо гуманитарной дисциплиной.

Сегодня становится очевидным, что ведущим фактором общественного развития является гуманизация. В последнее время проблема гуманизма как основного этического принципа всё чаще привлекает внимание исследователей, однако различные философские школы по-разному трактуют это понятие в зависимости от задач и целей исследования, а также от того «ценностного набора», которым они руководствуются при анализе.

Гуманистические идеи в кризисной ситуации оказываются в центре внимания, обрастают философскими и социологическими обоснованиями. Гуманизм при этом становится сложной системой идей, которая оказывается в центре идеологической борьбы в обществе.

Термин «гуманизация» как понятие употребляется современными исследователями не только при анализе своеобразных конкретно-исторических тенденций прошлого и настоящего, но и для обозначения некоторых процессов в производстве, науке, образовании, объясняя в них место и роль человека. Можно проследить некоторые тенденции в развитии материального производства и образования, которые по своему существу тождественны гуманизму и выражаются в осознании того факта, что вся наша деятельность по своим мотивам, целям и по форме является всегда человеческой и не может выйти за пределы, порожденные человеческими потребностями.

В связи с этим психология направлена в своем изучении на человека и его сознание, человеческое общество в целом. То есть, несмотря на то, что объектом психологической науки выступает психика всех живых существ, приоритет остается за человеком и его сообществом. Решающее значение для психологии имеет ее связь с общественными науками. А это, в свою очередь, предполагает наличие толерантности взаимоотношений естественно-научного и гуманитарного знания, их внутренней гармонии как в области формирования научной картины мира, так и в сфере просвещения.

Нередко социальные процессы и явления не могут быть полно раскрыты без привлечения знаний о механизмах индивидуального и группового поведения людей, о закономерностях формирования поведения, привычек, социальных установок и ориентаций, без изучения настроений, чувств, психологического климата, без исследований психологических свойств и особенностей личности, ее способностей, мотивов, характера, личностных отношений и т. д. Более того, в исследованиях социальных процессов возникает необходимость учета всех психологических факторов.

Психологические факторы сами по себе не определяют социальные процессы, более того, сами они могут быть поняты только на основе анализа этих процессов.

Основные формы психологической деятельности человека возникают в условиях общественной истории и протекают в условиях сложившейся социально-экономической предметной деятельности, опираясь на те средства, которые сформировались в условиях труда, в употреблении орудий труда, языка и символов.

Психология является еще и гуманитарной наукой потому, что гуманизм определяется как признание ценностей человека как личности, направленных на его «очеловечивание» (т. е. развитие, совершенствование, перевоплощение человека, индивида в личность, развитие и проявление своих способностей), утверждение блага человека как критерия оценки общественных отношений.

В связи со сказанным А.Н. Леонтьев писал: «Понятие личности выражает целостность субъекта жизни. Личность представляет собой целостное образование особого рода. Личность не есть целостность, обусловленная генотипически: личностью не родятся, личностью становятся»[78, с. 24].

Понятия «личность» и «индивидуальность» образуют единство, но ни в коей мере не являются тождественными. Личностная индивидуальность обнаруживается не сама по себе, а в процессе взаимодействия человека с человеком. Следовательно, личность обретает свое бытие в «пространстве» вне органического тела индивида. Здесь проявляются такие феномены, как самоопределение личности, внутригрупповая идентификация, притязания, уровень субъективного контроля и т. д.

Личностное выступает как проявление групповых взаимоотношений, а групповое – в конкретной форме проявления личности. Вот тут и происходит отождествление понятий «индивид» и «личность». Личность может выступать субъектом производимых изменений в других людях посредством своей деятельности. «Вклад» себя в других людей переходит из поколения в поколение, и со смертью индивидуальная личность полностью не умирает, а продолжает свое существование в других людях своей представленностью в памяти близких, окружении, воспоминаниях, в книгах, в материальных вещах, созданных для общества и т. д. При этом чем шире социальные связи личности, тем существеннее возможности ускорения и углубления процесса личностного развития.

Что же касается среды профессиональной или иной интеллектуальной деятельности, то здесь присутствует существенная проблема незнания человеком таких сфер, где бы он смог раскрыться в соответствии со своими потенциальными возможностями. Не случайно иногда в зрелом возрасте человек встречается с неизвестными ему ранее сферами деятельности, где он раскрывается в полном объеме и осознает, что нашел то, чем должен был бы заниматься всю свою сознательную жизнь.

Развитие человека происходит только тогда, когда личностные изменения означают процесс, движение по восходящей: качественные перестроения в жизнедеятельной системе организма, в отражении окружающей действительности психикой, в регулирующем управлении не только первичными, но и вторичными потребностями. Однако с возрастом все определеннее дают о себе знать жизнедеятельные процессы. Они происходят в организме и распространяются на все его функции.

Рассматривая человека в единстве индивидуального и социального, следует отметить, что на формирование личности переменно воздействует и то, и другое. По мере совершенствования самого организма человека происходит и его индивидуальное развитие, при этом физиологическое угасание детерминируется в перестройку, а порой и утрату социальных функций.

Таким образом, по мере расширения предмета изучения психологической науки за счет естественно-научных и гуманитарных областей знания, позволяющих вывести ее за рамки собственно научной дисциплины в область междисциплинарных связей, гуманизация преподавания психологии становится одним из важнейших и необходимых условий формирования всесторонне и гармонично развитой личности.

Ставя перед собой целью преподавания тех или иных тем и разделов, необходимо учитывать особенности различных отраслей психологической науки. Так, теоретическую (общую) психологию принято называть объяснительной, а прикладную психологию – практическим приложением этой теории к различным сторонам живой действительности: к фактам, событиям и явлениям психики. Однако прикладная психология, ориентируясь на житейскую объясняет конкретные факты реальной психической жизни; социальная психология толкует явления общественной, социальной жизни, факты группового поведения; инженерная психология – особенности взаимодействия человека с техникой и его поведение в технических группах людей; педагогическая психология – факты, связанные с условиями эффективности обучения и воспитания; медицинская психология рассматривает психологические причины улучшения или ухудшения здоровья человека; военная психология изучет поведение человека, его подготовку для деятельности в опасных, стрессовых ситуациях современого боя и боевых операциях, сопряженных с потерей жизни или получения тяжелых травм и т. д.

Что же касается практического применения психологических знаний, то как для теоретической, так и прикладной психологии оно сводится к объяснению фактов, в одном случае – с точки зрения более общей теории психологии, а в другом – с позиций более узкой области знаний – конкретной теории прикладной психологии. Практическое применение психологической теории, общей или прикладной, к задачам теоретического исследования в других, смежных или несмежных науках является одной из двух разновидностей применения теории психологии на практике.

Практика показывает, что интерес обучающихся к психологической науке в настоящее время в значительной степени обусловлен их представлением о психологии как гуманитарной дисциплине. В связи с этим преподаватели вынуждены считаться с данным обстоятельством при постановке целей обучения, а также в процессе отбора содержания учебных курсов.

Необходимо помнить при этом, что в образовательном процессе изменения происходят гораздо медленнее чем в экономике или другой хозяйственной практике.

Вот почему В. Я. Ляудис считает, что «цель обучения психологии – в овладении теоретическими и практическими знаниями и методами построения взаимодействия и общения с людьми в различных условиях их жизнедеятельности. Особенность психологического сознания – в единстве знания и действия. Поэтому только теоретическое познание вне освоения способов конструирования ситуаций поведения и действия, которые могут быть направлены двусторонне – на себя и на других людей, – не есть профессиональное психологическое знание»[82, с. 17], а подготовка к предстоящей социальной, культурной и профессиональной деятельности.

Если преподаватель психологии в вузе озабочен развитием творческого мышления обучающихся и всячески способствует этому специальными интеллектуальными упражнениями, то это означает, что он занят не только теоретической психологией, т. е. обоснованием истинности теории, разъяснением ее постулатов, но и практической психологией, психотехникой, так как прикладывает свои умения к реальному формированию навыков мышления, развитию способности решать мыслительные задачи при опоре на материал теоретической психологии.

Таким образом, общей целью изучения психологии в учебном заведении является формирование у обучающихся умения психологически мыслить и навыков применения полученных психологических знаний для научного объяснения фактов и явлений социальной жизни, а также и для преобразования своей психики, окружающих людей в интересах развития их как личностей.

В связи с этим целесообразно рассмотреть возможности достижения целей психологического мышления и применения теоретических знаний к решению практических задач студентами-непсихологами и будущими психологами.

В первом случае, по мнению известного психолога Е.А. Климова, психологические знания необходимы любому специалисту-непсихологу для «психологической грамотности», поскольку ему приходится доводить идеи, замыслы, настроения до сознания других (искать взаимопонимания, обучать, руководить). Не менее важно, считает он, также регулирование собственного внутреннего мира и самосовершенствования на научной основе[60].

Поскольку последнее можно отнести не только к непсихологам, но в одинаковой мере и к будущим специалистам-психологам, то целью изучения психологии у них будет необходимость приобретения психологической грамотности для взаимопонимания друг друга, обучения и психологического обеспечения руководящих положений, чем может быть занят любой специалист.

В связи с этим нам представляется, что границы психологической грамотности в вопросах психологии могут быть лишь специфическими для каждой сферы профессиональной деятельности. Так, например, психологическая грамотность директора завода, несомненно, будет отличаться от психологической грамотности начальника цеха или мастера участка. И не потому вовсе, что они по служебной иерархии стоят на разных ступенях, а в силу различия характера их деятельности: они решают разные задачи, в зависимости от которых анализируют и оценивают взаимоотношения людей, обучают и руководят ими. Так обстоят дела с границей психологической грамотности для специалистов – руководителей различного профиля и разных сфер деятельности.

Какие же конкретные цели изучения психологии у будущих специалистов-психологов? Здесь необходимо подчеркнуть, что без умения психологически мыслить психолог не состоится как специалист. При этом для специалистов других специальностей главное, чтобы они были профессионалами в своих специальностях, хотя психологические знания и умения прибавили бы им достоинств, возможностей более качественно решать стоящие задачи.

В зависимости от конкретной психологической дисциплины преподаватели могут ставить и другие цели, которые будут в той или иной степени влиять на будущую профессиональную подготовку специалиста.

Обучение психологии направлено не только на овладение способами понимания и преобразования условий, определяющих образ мысли и образ действий других людей, но и на самопреобразование условий собственной жизнедеятельности и сознания. Сложность достижения подобных целей заключается в особой сращиваемости способов познания и преобразования, познавательного и личностно-преобразующего отношения.

Изучая психологию, студент независимо от будущей профессии должен научиться психологически мыслить при анализе и оценке человеческих действий и поступков, при выявлении особенностей характера и способностей, темперамента и других свойств личности, социально-психологических явлений в обществе, коллективе, при личном общении с коллегами, подчиненными и окружающими людьми и т. п.

Практическое применение психологической теории, общей или прикладной, к задачам теоретического исследования в других, смежных или несмежных науках представляет собой явление одной из двух разновидностей применения теории психологии на практике. Одну можно использовать для применения объяснений психологических явлений, другую – для преобразования психологических фактов, их изменения, для коррекции каких-либо видов деятельности и поведения, т. е. психотехники. Кроме того, оказывается, что объяснения относятся к фактам и явлениям уже существующим, но не к тем, которые наступят после соответствующих преобразований: обучения, воспитания, психокоррекции, психотерапии и т. п. В этом случае прикладная психология применяется для позитивного изменения фактов или для формирования необходимых качеств в психике человека в интересах развития его личности.

Независимо от групп профессионально направленной подготовки психологов преподаватель может строить свою работу так, чтобы общая цель преподавания – формирование психологического мышления – достигалась главным образом на лекционно-семинарских занятиях и научно-теоретических конференциях, а практические умения и навыки формировались в ходе лабораторных и практических занятий, а также во время учебной практики в школах, детских садах, судах и прокуратурах, на предприятиях и фирмах, в медицинских клиниках и т. д.

Итак, действенность методики преподавания зависит от ясной осознанности цели преподавания и подчинения ей всей совокупности методических приемов для гуманитарного воспитания – становления мировоззрения, формирования направленности личности на действенное участие в продуктивной профессиональной деятельности.

В связи с названными целями задачами обучения будут: во-первых, овладение учащимися определенной системой знаний, умений и навыков, способов познания и оперирование этими знаниями, умениями и навыками; во-вторых, развитие познавательных и творческих способностей обучающихся, их способностей в самообучении и саморазвитии; в-третьих, формирование у учащихся коммуникативных и организаторских умений и привычек, навыков самоорганизации и саморегулирования своей учебно-познавательной деятельности; развитие межличностных отношений для современной жизни и работы в коллективах; формирование навыков взаимодействия как со взрослыми сверстниками, так и младшими по возрасту и должности.

Таким образом, действенность методики преподавания психологии зависит в первую очередь от ясной, осознанной цели преподавания и подчинения ей всей совокупности методических приемов обучения как гуманитарной науки.

Вопросы и задания

1. Какие факторы определяют цели преподавания психологии?

2. Что определяет психологию как гуманитарную науку?

3. Назовите цели преподавания психологии в школе, среднем специальном учебном заведении и вузе.

4. Назовите цели преподавания психологии в основных образовательных программах высшего образования для специалистов естественно-научного и технического профиля.

5. Как соотносятся в педагогической деятельности цели и задачи?

6. Согласны ли вы со следующими высказываниями: «Цель оправдывает содержание и средства деятельности», «Великая энергия рождается только для великих целей»?

Психология bookap

7. Попытайтесь выстроить «дерево целей» (по существу – систему задач) для психолого-педагогического исследования на тему «Пути преодоления перегрузки старшекурсников учебной работой» (тему можно изменить).

8. Можно ли считать деятельность целесообразной, если нет уверенности в правильности или реальной достижимости поставленной цели?