«Світ ловив мене, та не впіймав».

Возвращаясь в Киев, опалённый солнцем и с грязью всех далеких дорог на рюкзаке, я обычно шёл с речного вокзала через Подол, где в парке напротив Братского монастыря среди лип стоит памятник Григорию Сковороде – страннику с котомкой, похожей на тот армейский рюкзак, с которым начинались когда-то в 1979 году и мои странствия. Глядя на статую философа, я думал о том, что Григорий тоже был бродягой, как и я. «Світ ловив мене, та не впіймав» – только за эти слова ему уже можно было поставить памятник. Присев на скамейку в этом парке, приятно бывает на несколько мгновений отрешится от всего и взглянуть на прожитую жизнь, наслаждаясь контрастом между миром полевых дорог и пространством города.

Ведь какие неслабые годы пролетели над нашими головами и над Вечным Городом, столь же извечно рождающем в душах грезы! Снова и снова переживать эти яркие островки памяти... снова гулять по Петровской аллее под белым дождем облетающих каштанов и вспоминать вкус давно выпитого вина; снова очаровываться давно отзвучавшей музыкой и не померкшей красотой пролетевших лет… Но неужели может настать такое время, когда Даль отвернёт свою улыбку от меня, и мне придётся с сожаление сказать себе: «So old to rock-n-roll, so young to die...»?

Для чего, в сущности, живёт человек на свете? Для дела своего? Для долга? Нет, разве что для счастья. А счастье неотделимо от дела, долга, призвания. Именно счастье оказывается конечной целью существования. Как найти ответ на вопрос: удалась ли жизнь? По исполнению своего дела или призвания не получится, ибо кто его знает, какое моё настоящее призвание – сидеть с девками в баре на Крещатике, писать книги вроде этой, или странствовать по дорогам. Только по счастью можно решить, удалась ли жизнь. Если оно есть, то не важно, что человек делал – исследовал запредельные пространства, торговал джинсами на базаре или пас гусей в селе; люди ведь разные, и счастье тоже разное для всех.


В радиоактивное лето 1986 года я редко бывал в городе – приезжал на два или три дня, а потом – обратно. И снова мимо меня неслись берега зелёные горы; белый веер брызг за кормой «ракеты» и раскачивающееся в небе солнце. Тогда опять всё становилось так просто, и всё быстрее и быстрее вращался вокруг меня фантастический мир, где смешались реальность и иллюзия, уже не оставляя времени на размышления о смысле и бессмыслии.

Психология bookap

Под выгоревшим флагом на корме «ракеты» – фамильярно треплющемся на ветру флагом свободы – я стоял, засунув руки в карманы штанов и смотрел на пенный след, убегающий назад и теряющийся вдали, где на горизонте остался город. «Нет, – думал я, – никогда не заканчивается юность, потому что она – не возраст, не период жизни, и даже не яркий взлёт судьбы. Это – состояние души; закипающий в сердце солнечный газ полдня; невидимый ветер силы, танцующий во мне. А такие вещи, если они есть, не стареют никогда».

Ведь «світ ловив мене, та не впіймав...»