Часть 2

3. Невероятно, но факт


...

Чудесный «биокомпьютер»

Как-то, переключая каналы телевизора, я случайно (случайно ли?) натолкнулась на странный сюжет. Группа младших школьников играла в спортивном зале. Дети вели себя совершенно обычно, если бы не одно обстоятельство: на глазах у детишек были глухие повязки. Дети с завязанными глазами двигались совершенно свободно, так же как если бы глаза у них были открыты.

Мне вспомнилось одно необычное занятие в театральном институте, которое однажды провёл на курсе наш руководитель В. К. Монюков. Один из студентов садился лицом к аудитории, у него за спиной вставал другой. Второй в какой-то момент начинал пристально смотреть в спину первому. И если даже первый не сразу озвучивал свои чувства, то по меняющемуся выражению лица, по реакции тела было очевидно, что он моментально ощущал направленный на него взгляд. Должно быть, у детей из телевизионной передачи тренировали это самое чувство, когда затылком ощущаешь, что на тебя смотрят, или в темноте останавливаешься на краю ямы, «угадав» впереди пустоту, – решила я.

На всякий случай запомнила: школа «Золотой луч». Попыталась найти сведения об этой школе, но без результата. Как выяснилось позже – и не могла найти: я искала школу – учреждение, а в сюжете имелся в виду метод некого Н. Н. Денисова, который он практиковал на свободных дополнительных занятиях в обычных школах. Позже я к нему всё-таки попала, но об этом впереди.

А через какое-то время я снова натолкнулась на сюжет с детьми с повязками на глазах. Но то была уже совершенно другая информация – в сюжете дети демонстрировали способность читать с завязанными глазами. Я впервые услышала имя Бронникова.

Начало девяностых. Только через время видно, какие это были странные годы: ожидаемые и одновременно неожиданные. Как будто стоя прямо на плотине, люди с безрассудным интересом наблюдали, как у самых ног на глазах опасно разбухает громадный поток. Запруда под ними уже давно трещала по всем швам и давала течь, но поток прорвал её внезапно и неожиданно для всех понёсся прямо на них, ничем не сдерживаемый. Всё вокруг завертелось, закрутилось. Вихрь перемен подхватывал опьянённых непривычным духом времени людей и заносил их бог знает куда. Кого-то из самых низин забрасывало на невероятные высоты, впрочем, быстро размываемые тем же мутным потоком, кого-то смывало с пьедесталов, обернувшихся карточными домиками, кто-то в одночасье разбогател, большинство разорилось…

А какие же странные персонажи появились. Сколько «учителей», сколько «учений». И как же трудно было отделить зёрна от плевел. Однако мой ангел-хранитель всегда берёг меня от особенно сомнительных водоворотов…

Но вот этот сюжет меня зацепил. Я отыскала громко именуемую «Международную Академию развития человека», которая занимала несколько комнат то ли на третьем, то ли на четвёртом этаже старого административного здания недалеко от бывшего метро «Лермонтовская». В одной из комнаток, вмещавшей человек тридцать, таких же как я «людей с улицы», проходили презентации занятий по методу Бронникова. Часть пришедших разместилась на старых обшарпанных канцелярских стульях, часть стояла у стен. С первых же слов было понятно, что человек, ведущий презентацию, безусловно, искренний и увлечённый фанат, но декларируемые им истины, мягко говоря, очень сомнительны. В своём восторженном выступлении по поводу человеческих возможностей, открываемых благодаря методу, он говорил о неком «биокомпьютере», который якобы есть в каждом человеке, и благодаря которому можно получить доступ чуть ли не ко всей информации на свете и вообще стать сверхчеловеком. Чтобы включить свой «биокомпьютер» нужно-то всего-навсего посетить тридцать занятий – три ступени по десять занятий в каждой. А выглядит внутренний «биокомпьютер» как экран монитора перед глазами, но только перед закрытыми глазами… Я обмерла. Дело в том, что как раз этот самый экран мне был очень хорошо знаком. В своё время я никак не могла от него отделаться…

Это было на второй год моей учёбы в Ленинградском политехническом институте. Я поступила туда сразу после школы, а в конце второго курса ушла, решив, что моё призвание – театр. Первый год училась не на дневном, а на вечернем факультете – подвела самонадеянность. Я была уверена, что буду принята после одного экзамена, сдав его на «отлично», – такой порядок поступления существовал для золотых медалистов – и к остальным экзаменам не готовилась. В экзаменационной аудитории отдала свою письменную работу по математике первой, справившись с ней за половину отведённого времени, но за небрежность получила «хорошо», а в результате недобрала вступительных баллов и прошла лишь на вечерний факультет. Через год появилась возможность перевестись на дневное отделение. Программы не совпадали, надо было кое-что досдавать. И вот я допоздна сижу над учебниками, пытаясь самостоятельно постигнуть премудрости высшей математики. До кровати добираюсь уже за полночь, предполагая тут же «вырубиться», но ночь за ночью со мной начинают происходить странные вещи. Как только я закрываю глаза, перед моим внутренним взором возникает белый лист бумаги, похожий на полотнище экрана, и из его глубины на меня идут бесконечные формулы, цифры и графики. Несколько месяцев я не спала вовсе. Даже обратилась в наш студенческий медпункт. На моё счастье врач не стал особенно вникать в проблему, иначе он вполне мог решить, что у меня непорядок с психикой. Поставил диагноз – переутомление, порекомендовал попить витамины и погулять перед сном на свежем воздухе. Да я и сама была склонна списывать эту своеобразную бессонницу на усталость, хотя как раз усталости не ощущала никакой. Моё беспокойство вызывала скорее неординарность ситуации – по ночам принято спать. Плохо помню, каким образом, но постепенно внутренний экран стал появляться реже, а потом совсем исчез. Я о нем благополучно забыла и вдруг на этой вот презентации слышу об экране «биокомпьютера».

Кто-то стал переспрашивать, уточнять, как выглядит этот экран, насколько он реален. У большинства сама презентация вызвала вполне объяснимое недоверие, но я-то прекрасно знала, что «экран» вполне реален. Поэтому, несмотря на полную противоречий речь ведущего, я записалась на занятия по так называемой первой ступени. К тому же и обучение в то время стоило совсем недорого, и занятия проходили в соседнем доме.

Пожалею даму, которая вела тот курс, и не назову её имени. И позже я видела много откровенно безграмотных людей, берущихся учить этому методу других в то время, когда сами находились в непроницаемой тьме невежества. Наша ведущая превзошла всё возможное и невозможное. По образованию вокалистка, она то музицировала (в арендуемом помещении стоял рояль), то рассказывала, как с помощью горящей свечи чистить квартиру от «негативных энергий», а между делом показала несколько упражнений, за которыми с трудом угадывалась некая система. Как выяснилось позже, она не удосужилась даже хотя бы внешне правильно преподнести полтора десятка элементарных упражнений, которые составляли суть этого цикла обучения. Говорить о смысле того, чему она должна была научить, вообще не приходится.

Тем не менее, двое детишек из нашей группы (возраст участников был от шести до шестидесяти лет) в последний день занятий благополучно создали у себя внутренний экран и произвели на нём некие манипуляции. Дети вели себя открыто и естественно в силу одного только своего возраста, заподозрить их в обмане было совершенно невозможно. К тому же на занятия как-то привели девочку, у которой «биокомпьютер» работал. Она демонстрировала его возможности, а желающих диагностировала. Хотя диагност из неё оказался никудышный, девочка определённо «видела». Кстати, такие вот наглядные демонстрации – самый убедительный довод в пользу действенности метода.

Я была озадачена: работа на занятиях была явно небрежной, а уж эти дети вообще не проявляли никакого усердия. Откуда же у них результат? Может быть, комплекс упражнений вообще ни при чём? Ведь до занятий никого не тестировали, да и у меня самой внутренний экран возникал когда-то совершенно спонтанно. Уж и не знаю, благодаря или вопреки тем занятиям, но я решила всё-таки докопаться до сути.

На руку сыграла политика самого автора метода. Дело в том, что любой человек, прошедший курс обучения, мог затем совершенно бесплатно посетить занятия двух других специалистов – это называлось стажировками – после которых практически любой желающий мог вести собственные группы. Желающие были, ведь вести группу означало зарабатывать деньги, а в то время без работы оказалось огромное количество бывших сотрудников упразднённых или сокративших штаты бесчисленных советских учреждений. Все они были потенциальными ведущими метода. К сожалению, это сильно повредило репутации метода, но в тот период безвременья для многих сотрудничество с Бронниковым стало просто возможностью заработать.

Я решила воспользоваться этим обстоятельством и, получив соответствующую бумагу, после так называемого «обучения», пошла «стажироваться», но не к случайным ведущим, а к тем, кто составлял тогдашнюю основную команду Бронникова. Это было несколько молодых семей, приехавших из Феодосии. Возможно, неосознанные воспоминания о собственном детстве в Крыму, о море и солнце вызывали во мне симпатию к их компании заранее. В то время все вместе они снимали жильё где-то в Мытищах. На вопросы об образовании называли себя «художниками по натуре». Недостаток знаний компенсировался энтузиазмом. Одного из них я уже знала по презентации. Планы у них были наполеоновские: ни много ни мало – создать нового человека. И это было очень заразительно.

Несколько месяцев каждый свободный день я проводила на занятиях сперва по первой, а потом по второй и третьей ступеням. К тому же старалась не пропускать лекций самого Бронникова, которые проходили в Политехническом музее.

Позже мне довелось и самой провести несколько групп, хотя я к этому не стремилась. К тому же я попала в ложное положение: меня не устраивало кое-что в преподнесении материала, а самое главное, вовсе не удовлетворяло толкование, которое предлагал сам Бронников. Однако, соблюдая субординацию, я была обязана озвучивать именно его трактовку. На этих страницах я не буду пересказывать Бронниковский вариант – теоретическую часть его авторского метода, ниже – моя версия.

Но вначале поподробнее о том, в чем, собственно, выражаются и как выглядят способности, о которых идёт речь.

По команде самого человека при закрытых глазах перед ним возникает белый экран, которым он может управлять: приближать и удалять, уменьшать и увеличивать, разбивать на множество более мелких, как бы самостоятельных частей. Он может создавать на нём любые желаемые изображения, в том числе и подвижные, а созданные изображения как бы откладывать, сохраняя до нужного времени, – в общем, всё очень похоже на манипуляции, которые мы производим на экране монитора обычного компьютера. На своём внутреннем экране можно увидеть обычный окружающий мир, который мы видим глазами и, например, прочесть незнакомый текст. Это и есть эффект прямого видения, дающий возможность наглядно доказать окружающим существование внутреннего «компьютера». Более того, на внутреннем экране можно увидеть макро – и микрообъекты мира, которые недоступны обычному зрению, можно «взглянуть» за стену или заглянуть в квартиру приятеля, который живёт в другом городе, и что вовсе невероятно, можно посмотреть, на что устремлён взгляд этого самого приятеля, то есть взглянуть на мир через глаза другого человека. Причём, зрительные образы вовсе не единственная возможность внутреннего «компьютера». Благодаря ему существует возможность создать в себе и остальные чувственные образы: звуки, запахи, вкус и многое другое. И эти возможности не просто декларируются, а, по крайней мере отчасти, реально демонстрируются.

Само собой разумеется, мне очень хотелось получить доступ к собственному «биокомпьютеру». Вначале я нисколько не сомневалась, что вот-вот перед моим внутренним взором возникнет желанная светлая точка, которая превратится в линию и развернётся в экран. Я проходила курс за курсом, всё ярче чувствовала движение энергии, выполняя упражнения, но цели так и не достигла. Правда, надо заметить, что на фоне этих занятий участились и стали очень яркими мои осознанные сновидения. Однако я не торопилась расстраиваться, так как не могла не заметить очевидный факт: пресловутый «биокомпьютер» «включался» только у детей и вовсе не у всех. Годы я наблюдала проходящих обучение, но не видела ни одного взрослого человека овладевшего прямым видением. Если это и возможно, то, скорее, является исключением, чем правилом. Судя по всему, по крайней мере сейчас, и сам Вячеслав Михайлович этой способностью не обладает.

Стало понятно, что метод Бронникова выявляет свойство, которое или не у всех в наличии или не всегда в наличии, что, наверное, ближе к истине. Сам Вячеслав Михайлович считает, что это связано с уровнем сознания (цитирую с его терминологией): «У детей обучение идет лучше, чем у взрослых, а у людей высокообразованных, крупных ученых, особенно математиков и физиков – хуже. Потому что у них уже создана искусственная мощная самостоятельная психология, блокирующая дальнейшее развитие. Когда же человек болен, имеет проблемы, эта способность открывается очень быстро. А у детей до 14 лет – эффективность обучения почти стопроцентная. С моей точки зрения, все дело в психологии, новой психологии».

Психология bookap

Без сомнения всё в жизни человека связано с психикой. Уровень развития сознания определяет все наши достижения, но почему-то оказывается, что только не в истории с «биокомпьютером». По Бронникову выходит, что, получая образование, мы вовсе не развиваемся, а, напротив, «блокируем дальнейшее развитие». По-моему, такая логика ведёт в тупик. Я думаю, что он и сам понимает, что что-то здесь не так, ведь его собственные дети благополучно получили высшее образование.

Так что же представляет собой это явление? Почему в доступе к нему физически здоровые и образованные люди уступают больным и детям? Почему учёные останавливаются перед ним и, будучи не в состоянии объяснять, отрицают очевидное?