Глава четвертая. И снова любовь или – почему вдруг чувства вспыхивают с новой силой?

Вот уж воистину – «Любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь»! На фоне развода женщина частенько внезапно вторично влюбляется в своего мужа. Казалось бы, это противоречит всякой логике! Мужчина вероломно нарушил свои обязательства, оказался изменщиком и предателем, наконец, сам расписался в своей нелюбви к женщине, а та почему-то, вопреки всякому здравому смыслу, вместо того чтобы люто возненавидеть своего теперь уже почти «бывшего» мужа, вдруг, напротив, в него влюбляется, начинает испытывать к нему страстные… по – настоящему страстные чувства.

Сейчас я вынужден затронуть слишком сложный вопрос, потому что речь идет о чувствах, относящихся к разряду святых и неприкосновенных. Я правда так думаю. Любовь – птица столь редкая и замечательная, что всякая ее дискредитация, конечно, должна всячески пресекаться. Но бывают случаи, когда все-таки надо задуматься. И сейчас именно такой случай, поэтому обойти данный вопрос стороной я никак не могу. Мы должны поговорить о природе любви, возникшей в этих неподходящих, казалось бы, условиях. Меня извиняют, мне кажется, две вещи: мотивации моего намерения и парадоксальность ситуации, ведь, согласитесь, это действительно очень странно.

Впрочем, отчасти объяснение этой «странности» я уже дал. Действительно, если женщина любит, влюбляется, это укрепляет ее в желании вернуть утраченные только что отношения. А само это желание, как мы помним, рождается по причине естественного стремления каждого живого существа сохранить устойчивость, неизменность, стабильность своего привычного существования. Кроме того, если любишь, то ведь и простить можешь все, а прощать женщине, если ее муж все-таки вернется, придется. Любя, ей будет проще, это правда. Вот, собственно, и первое понятное объяснение природы этого странного чувства, возникшего, судя по логике вещей, предельно не вовремя.

Но, разумеется, одна эта мотивация не является достаточным основанием для того, чтобы по – настоящему полюбить человека, причем искренне, и тем более во второй раз, что, конечно, значительно труднее, чем в первый. Какую-то роль в этом играет и переоценка прошлого опыта (то есть его идеализация), когда мозг настойчиво вытесняет негативные моменты прошлой совместной жизни и, напротив, активно крутит в сознании воспоминания о романтических моментах, об ухаживаниях, о благородных и красивых поступках со стороны бежавшей теперь «половины». Все это нужно мозгу, чтобы подталкивать женщину на возобновление отношений, чтобы все было «по – старому», вернулось «на круги своя». Мозг понять можно, и его действия также очевидны, но и этого мало.

Давайте задумаемся, ведь еще какой-то месяц назад (и это скорее правило, чем исключение) состояние у женщины, и не подозревавшей о грядущем пренеприятнейшем известии, было такое, что «хоть в петлю», «хоть разводись», «терпеть сил больше нет моих никаких», «за что мне такое наказание», «и как я только, дура, согласилась за него замуж выйти», да еще – то ли в шутку, то ли всерьез – «хоть бы нашел себе уже какую-нибудь и шел к ней, прости господи». Это правда! Накануне развода женщина частенько чувствует серьезное охлаждение в отношениях, а как следствие – переживает разочарование, усталость и еще целый перечень негативных эмоций. Она злится на своего мужа, сердится, устраивает ему скандалы, требует от него, чтобы он изменился, пошел на какие-то уступки, выполнил какие-то ее требования. В общем, одно слово – «надоело»! И еще второе – «роем себе яму».

Но вот развод – известие, объяснения, разъезд. Недели не проходит, первые страсти панические отыграли, разного вида и рода лобовые атаки испробованы, и вот уже снова любовь, как в первый раз, а то и сильнее первой: «Жить без тебя не могу! Люблю немилосердно! Умру, если не придешь, – думаю о тебе день и ночь! Никто и никогда любить тебя, как я, не будет! Вернись, я сама во всем виновата и все прощу!»

Только, ради Христа, не подумайте, что я мужчину оправдываю. Я не оправдываю его, совершенно! Просто ничего просто так не бывает, это во – первых. Про это «просто так» можно вообще взять и забыть – раз и навсегда, сейчас и немедля. Не бывает! А во – вторых, я хочу показать всю сложность и парадоксальность ситуации: еще вчера, кажется, ненавидела, презирала, даже отвращение испытывала и неприязнь характерную, а тут на тебе – любит, страдает, жить без него не может. Почему?! Потому что он вдруг стал для нее мужчиной.

Да, это очень важный пункт, ключевой, можно сказать: он стал в ее глазах истинным мужчиной.

Ведь что такое – мужчина? Не в биологическом смысле, разумеется, а в психологическом, даже подсознательном в какой-то мере. То есть так, как мужчин женщины ощущают, резюмируя это свое ощущение коротким и емким – «настоящий полковник!» Ну или обратным – «всем хорош, но не орел»…

Мужчина (настоящий, по женскому ощущению этого вопроса) – во – первых, сила, решительность, готовность принимать решения, рубить с плеча, а во – вторых, чуть – чуть эгоизма. Да, да. Не удивляйтесь. Избыточная сердобольность женщинам не кажется мужественной, напротив – высокомерие и холодность влекут подсознательно и немилосердно. Конечно, мужчина – это еще и забота, и защита, и бережное отношение к женщине, и нежность, разумеется. Но всего этого можно ведь и от родителей, например, ждать. Вовсе не обязательно, чтобы это «мужчина» был. В общем, надеюсь, я понятно выразился, и теперь можно вернуться к нашей ситуации.

Вот у нас брак – десять лет, а может быть – двадцать. Как за эти годы женщина успевает привыкнуть к мужу, я думаю, объяснять не нужно. Сильно. Но воспринимается он теперь ею как мужчина? Ну верно – нет. Даже точно, что конечно. Часто он уже даже не человек в ее глазах, а так – то ли младенец неразумный, то ли тварь дрожащая. Да, правда в том, что совместное житье с мужчиной мужчину этого в глазах женщины девальвирует. Она знает все его слабости, она знает, что где-то он может спасовать, где-то проявляет чудеса заторможенности, где-то решительности от него не дождаться, где-то благородства. Еще «жадный» он, например, а где-то – скандальный, управляемый и ведомый, а где-то – просто «неумный». В общем, совместная жизнь редко облагораживает образ супруга. И кажется, что ждать больше от этого персонажа в тапочках и трениках с отвисшими коленками больше нечего…

Ан нет. Ошибочка вышла. Он, как оказывается, еще может удивить. Помню, сказала мне как-то одна пациентка: «Он удивил меня дважды: в первый раз, когда сделал предложение, во второй раз, когда через двенадцать лет совместной жизни сообщил о разводе». Да, в первый раз за долгие годы мужчина вдруг принимает решение. И какое! Решение, которое переворачивает жизнь женщины с ног на голову! Решение, после которого женщина вдруг обнаруживает, что муж ее – человек, важный в ее жизни, особенный, необходимый, а вовсе не «прости господи», как раньше казалось! Решение, которое заставляет женщину воспринять его – этого мужчину – как мужчину, причем самого настоящего, всерьез и надолго. Настоящий полковник! И вот женщина, которая давно уже забралась на Олимп и привыкла смотреть оттуда сверху вниз и тосковать, глядя, как букашка по имени «муж» там, внизу, бегает и суетится, внезапно оказывается в положении – ниже некуда и теперь глядит на своего ненаглядного снизу вверх, так, как ей всегда того на самом-то деле и хотелось.

Действительно, женщине хочется чувствовать, что ее мужчина – сильный, смелый, решительный. Одним словом – герой! А иначе какой в нем прок, да и какой он мужчина иначе? Но если он в семье будет таким, то он же – изведет и измучит; тиран, деспот, домостроевец и великий притеснитель гражданских свобод и прав личности. Это понятно! В общем, будь он таким все время, от него в самую пору будет – бежать. А потому и живут с теми, кого можно опустить с неба на землю и сказать: «Милок, я тут тоже есть! И у меня тоже есть свое мнение! И ты будешь с ним считаться! А если не будешь, я тебе покажу и кузькину мать, и где раки зимуют». Короче говоря, женщины любят призвать мужчин к порядку, а потом сами от этого же и страдают. Отсюда презрение, отвращение, разочарование, а в сексе – и вовсе тоска зеленая, «только отстань от меня, ради бога, устала я».

Но тут верх поменялся с низом. «Верхи», оказывается, могут, а «низы» тут же хотят. Никакой революционной ситуации, никакого – ату его, ату! Напротив, дайте нам это счастье! Такая корова нужна самому! Мужчина – муж, объявивший о разводе, – начинает восприниматься как источник силы, как «демонический», «роковой», за которым хоть в Сибирь босиком, хоть терпеть от него всякое. И как, скажите мне, в такого не влюбиться?.. Невозможно. Сердце женское тает, в глазах – мольба и слезы. И если еще несколько дней назад его призывали вернуться в форме ультиматума: «А ну вернись, а то не поздоровится!» – то сейчас сама суть обращения меняется: «Умираю без тебя! Приди, спаси! Люблю каждой клеточкой своего существа!» Да, от рыцаря, а именно таким – мужественным рыцарем – воспринимается сейчас муж, ждут акта спасения. И это ожидание, само по себе очень трогательное, сильное, подпитывает трагическую, безответную любовь, которая, как известно, бывает куда сильнее, если нет ей ответа.

Тут еще надо добавить, что у женщины появляется отчетливое чувство зависимости. Она понимает, насколько она сильно зависит от своего мужа. Иногда эта зависимость только психологическая, но куда чаще – еще и материальная, и бытовая, и социальная, и еще черт – те какая. Раньше она спокойно распоряжалась их семейным бюджетом, их семейной жилплощадью, их семейным автотранспортом, а теперь оказывается, что все это ей по большому счету не принадлежит. Да, конечно, в связи с разъездом или по суду она что-то да получит. Но это что-то – «ограниченный капитал», «одноразовая выплата», вот получит она это да это еще, но пройдет время – и то и другое кончится. Это муж зарабатывает, и в этом смысле его капитал не ограничен – как этот растратится, так и новый придет. А она нет, она не зарабатывает. В случае развода она просто получит фактически разовую выплату (в виде квартиры, машины), и надо будет самой искать средства к существованию. Никакой определенности. Разумеется, на этом фоне острого чувства зависимости мужчина воспринимается еще более привлекательным и мужественным, ведь не секрет, что финансовое благополучие традиционно увеличивает и социальную, и сексуальную привлекательность мужчин. Это так. И тут это тоже так.

И не надо еще забывать, что он не просто, а к другой ушел. Это очень существенно. Ведь часто женщина за долгие годы совместной жизни перестает воспринимать своего мужчину как мужчину не только в социально – бытовом плане, но и банально – в сексе. А тут выясняется, что он кому-то да нужен! Причем если он ушел «к молодой» да не слишком «страшной», у которой вроде бы и так должно быть все в порядке с мужчинами, то получается, что он – этот беглый муж – не просто мужчина, а мужчина еще и хоть куда, на выданье! Когда женщина только узнает, что у ее мужа есть любовница, ей – почти как правило – навязчиво, с маниакальным упорством представляются, буквально видятся во сне и наяву картины этих измен. Она не может отделаться от мысли, как он и с кем – что делает, как делает, сколько делает. Она «видит» внутри своей головы, как он ласкает ее – другую, а та – бессовестно и невоздержанно – приходит в восторг от его прикосновений. Теперь все эти страшные фантазии, которые казались женщине ужасными и трагическими, вдруг играют на руку мужественному имиджу ее супруга. Теперь, благодаря этим придуманным и сотни раз прокрученным внутри головы «кинофильмам», женщина видит в своем муже не просто «настоящего мужчину», который способен на поступок, а еще и сексуально привлекательного мужчину. Что, конечно, подливает масла в огонь страсти.

От мужчины в жизни женщины действительно многое зависит. И не потому, что у нас нет равноправия полов, или доктор какой-то ретроград, а просто потому, что так устроена женская психология Ощущение некой зависимости в отношениях с мужчиной, как бы это ни было странно, дико, ужасно, женщине чуть – чуть, но в каком-то смысле приятно. Мужчина же, напротив, радости от собственной зависимости не испытывает никакой, а скорее наоборот – не приемлет этого, потому и изменяет, например, с большей легкостью.

И в этом женском чувстве зависимости скрыты особые пружины. За это свое чувство она и ненавидит мужчину, которого любит. Потому что на нем как бы все, конец – крест ее жизни («вот так и проживу с ним до самой старости»), а с другой стороны – и эффект страстности, привязанности, чувственности здесь тоже залегает. Сейчас же, когда чувство этой тотальной (на психологическом уровне, разумеется) зависимости захлестывает женщину с головой, когда она понимает, что да, по всем статьям она от этого мужчины зависима и ничего с этим не поделать, то он (этот «крест») перестает восприниматься как трагедия. Все минусы положения уходят на второй план, и даже что-то героическое в этом «служении» появляется, а страсть зашкаливает, причем дикая, такая, что в любой момент и взорваться может, и взорвать.


«Любишь ли ты меня? – вопрос, который женщина в этот момент, момент пробуждения своего чувства, настойчиво задает мужу. – Любишь?» Почему она спрашивает? Потому что ей очень важно услышать – «Да». Я подчеркиваю, ответ, который здесь ожидается, один – единственный – «Да». И в этом смысле это даже не вопрос, это зов. При этом женщина прекрасно понимает, не может не понимать, что он с другой любится, там секс, там страсть, там чувство. А с женой – все не так, все по – другому – и уже давно по – другому. Когда и секс-то последний раз был, не вспомнишь. Поэтому ответ практически очевиден, но признаться себе в своих собственных «догадках», если можно это так назвать, женщина не может. Это равносильно смерти, равносильно самоубийству: «Я живу с мужчиной, который меня не любит. Я пытаюсь вернуть мужчину, который любит другую. Я нелюбима». «Не – лю – би – мая… ждет меня у окна / Ве – че – рами темными, темными, темными…»

На какой ответ она может рассчитывать? Сложный вопрос… Муж приперт этим вопросом к стенке. Сказать правду: «Да не люблю я тебя. Не люблю!» – жестоко и немилосердно, и вообще так нельзя с людьми, которые тебе не безразличны (а после стольких лет, что бы там ни было, безразличия нет и быть не может). Сказать: «Я люблю тебя как друга» – пошлость какая-то получается. С одной стороны, и дружбы-то никакой нет, ведь с самого начала не так отношения строились. С другой стороны, другу больно не делают, а тут вроде как сделал, хотя и не ожидал (но об этом чуть позже). Сказать: «Ты мне дорога, но сексуального влечения к тебе у меня нет» – это ведь вроде бы и не ответ, да и мягким его не назовешь.

Единственный, на мой взгляд, более – менее честный ответ: «Я тебя люблю – как человека». Но что это такое – «люблю как человека»? Да и разве этого ждет от него жена? Нет. Ей нужен один ответ: «Да, люблю. Очень. Всем сердцем. Страстно». Другой она и за ответ-то не примет, будет спрашивать до последнего. Но ведь это не так, мягко говоря. Не может он такого ответа дать. Он только что такие слова другой женщине говорил, которая приютила его в холодную полярную зиму «семейного счастья», предоставила, так сказать, «политическое убежище». В общем, нулевой диалог получается. Все всё понимают, но у каждого своя цель, и именно это сейчас важно: жена хочет вернуть мужа, муж – аккуратно, по возможности с меньшими последствиями спрыгнуть, соскочить и ретироваться в тумане. Вот и начинаются чудеса дипломатии с дачей ложных надежд, продукцией обтекаемых формулировок и как результат – с хроническим затягиванием этой и без того тягучей, трагической ситуации «последнего выяснения отношений».

Он предпочел меня другой…

Это особенный, очень важный вопрос. Почему женщина так долго не решается думать о своем будущем без мужа? Почему она так мучительно свыкается с мыслью, что у нее могут быть и другие отношения, и другой брак? Конечно, многое зависит от того, как долго она прожила с этим мужем, какой была ее жизнь до него, был ли до этого опыт встреч, романов, увлечений, гражданских браков… Если муж был первым и единственным мужчиной, это, разумеется, куда тяжелее, нежели если он уже не первый муж и уж тем более не первый мужчина. Но и все-таки почему же так сложно представить свою жизнь без этого человека? Она неизвестна, пугает неопределенностью и так далее. Разумеется, но объясняет ли это женскую нерешительность?

Ответ на этот вопрос в действительности лежит еще глубже, гораздо глубже. Глубже психических механизмов, связанных с феноменом привычки, когда одна привычка утрачена, а другой еще нет или никогда не было, а потому и боязно, и страшно, и дискомфортно. Ответ лежит в плоскости, которую можно было бы назвать «самооценкой». Мужчина, покидающий женщину, формально просто уходит к другой женщине. Но ведь этот поступок во многом воспринимается как жест – что он уходит не «к», а «от». В общем, перед нами тот классический случай, когда природный, биологический эгоцентризм женского начала подводит женщину…

Да, женщины по природе своей более эгоцентричны (большая просьба не путать «эгоцентризм» с «эгоизмом» – это разные вещи). И данное утверждение – не обвинение, а констатация факта. Факта важного и ценного с эволюционной точки зрения. Биологическая задача женщины выносить, родить и вырастить часть себя – своего ребенка. Отсюда и эгоцентризм – так природа решила, что женщина строит мир вокруг себя: она – в центре, а мир – вокруг.

Мужчины, напротив, строят башни, уходящие в небо, и меняют насиженные места, чтобы посмотреть – «что там еще есть такого интересненького». Эгоизм, разумеется, мужчинам свойственен, ведь они всегда движутся к «своим» целям, и с этим ничего не поделать. Но эгоцентризм, то есть ощущение, что все в этом мире с тобой связано и ко всему в этом мире ты причастен, – это чисто женское. И поэтому женщины все с собой сравнивают, все на себя примеряют, во всем себя находят и все под себя организуют.

Итак, как же проявляет себя женский эгоцентризм в классической ситуации развода? Очень просто, в сознании женщины звучит фраза – приговор: «Он ушел от меня». Возможно, она так и не думает, но она так чувствует. Хотя почти наверняка – он на самом деле ушел «к» ней, то есть к другой женщине, а уж только потом, «во вторую очередь», от своей прежней жены. Вообще это обычная практика инициированных мужчинами разводов – мужчина уходит к другой женщине, к той, которую любит, к той, с которой он чувствует себя комфортно, к той, например, которая решила родить ему ребенка. В общем, есть варианты, но все – «к». Если бы мужчины уходили «от» жен, то они бы уходили в никуда, то есть не имея предполагаемого места посадки – любовницы, давней «второй жены» и так далее. Но такое случается только как казус.

В общем, мужчины уходят «к» другой женщине, а отставленная жена, как правило, уверена в том, что ушли «от» нее. Но на этом рассуждения женщины не заканчиваются, они идут дальше: «Он ушел от меня, значит, я нехороша собой». Вот, собственно, в этом следствии и состоит самая большая проблема. Женщина ощущает себя ущербной. И начинается долгая экзекуция самобичевания. Более того, формируется целая идеология своей физической ущербности.

У женщины есть тысячи вариантов и причин, ни одна из которых, как правило, не является верной или, по крайней мере, фатально серьезной: «Я растолстела…», «У меня появился целлюлит…», «Я перестала за собой следить, ходила в протершемся халате…», «У меня некрасивые ноги…», «Я старею…», «У меня морщины…» ну и так далее. Кроме того, у каждой обнаруживаются какие-то «особенные изъяны», к которым муж, может быть, и привык, но другие мужчины увидят – и тут же окаменеют от ужаса. Да, все достаточно драматично…

Короче говоря, начинается долгий и деструктивный рассказ самой себе о том, какая она – «никуда не годящаяся», «никому не нужная». «Может быть, я что-то не так делала?! – в ужасе убивается женщина. – Но что?! Нет, наверное, я просто постарела и стала страшной. Это катастрофа!» Да, объяснять собственной внешностью свои успехи и неудачи женщины у нас научены, слава богу, «глянцы» еще в СССР были – «Бурда» разнообразная и вроде того. А теперь-то уж… Все понятно: если мужчина любит – то за красоту, если живет с женщиной – то только потому, что она красива неимоверно.

Не буду отрицать, что внешность женщины имеет большое значение в сексуальном выборе мужчины, но постепенно внешность избранницы перестает быть значимым стимулом поддержания отношений. Месяц, другой, год… И все. Теперь уже совсем другие механизмы взаимоотношений играют принципиальную роль. Но женщины, привыкшие привлекать мужчин внешностью, как-то забывают перестроиться, а главное – перестроить себя внутри своей собственной головы: «Мужчина со мной не потому, что я прекрасна, а потому, что у нас счастье одно на двоих».

Но оставим это и представим себе на секундочку, что женщина уверилась в своей собственной непривлекательности… А это естественно, если постоянно думать о себе в уничижительном тоне. Как с такой внутренней настроенностью она представляет себе возможность своих будущих любовных отношений? Разумеется, она думает, что их не будет, все – крест на личной жизни, потому что она – «старая», «страшная», «ужасная». Кому она нужна?! В лучшем случае к своей «несомненной» «ужасности» она «добрая внутри». Но этого, как теперь ей «понятно», мужчинам не нужно совершенно. «Им нужно – молодое, здоровое, чтобы ноги от ушей и так далее. А я…»

Вообще снижение самооценки, самоуничижение – это один из классических симптомов депрессии. А поскольку данное психическое расстройство нарастает тут у нас день ото дня, то все, что называется, ложится одно к одному. А какое-либо сравнение с «другой», с той, которой он тебя «предпочел», в принципе проигрышное, ведь он предпочел ее, а не тебя. Следовательно, вердикт уже вынесен, приговор озвучен… И это замкнутый круг.

Женщина все больше влюбляется. Образ мужчины, который ее оставил, кажется ей все более и более чувственным, сексуально притягательным. И тут на тебе! В голове начинают навязчиво прокручиваться картины, как «он с ней», они «кувыркаются в постели», они «наслаждаются», они «получают удовольствие», они «счастливы вместе»… «А я тут, одна – одинешенька, никому не нужна, старая и вдобавок ко всему непривлекательная». Короче говоря, ужас – ужас.

В действительности, как я уже сказал, мужчина уходит не «от», а «к». И «к» он уходит не потому, что та женщина прекрасна, а та, с которой он прожил столько лет, страшна как смерть лютая, а потому, что к одной он привык, а к другой – нет. Красота (в смысле ее сексуального значения) на самом деле временна и весьма мимолетна. Но не из-за «возраста», «старости», а потому, что к ней привыкаешь. И как только мужчина привык к внешности женщины, она перестает быть для него столь притягательной, как в начале. «Новое» для него всегда «красивее» «прежнего», привычного. Это так.

А коли это так, то что в таком случае значит его уход от одной женщины, с которой он прожил десяток лет, к другой, с которой он этого десятка не прожил? Что вторая красивее или лучше первой? Вы можете сколько угодно думать, что это так. Пожалуйста. Не возбраняется. Но если учесть особенности мужской психологии и мужской же сексуальности[4], то все выглядит совсем по – иному. И это «по – иному» правильно. В сложившейся ситуации одна женщина не лучше и не хуже другой, сексуальность мужчины просто тянется к новому.

И если у той женщины, к которой ушел ваш муж, есть свой муж, то для него, то есть для мужа любовницы вашего мужа, вы потенциально куда более привлекательны, чем его жена, то есть любовница вашего мужа. Надеюсь, я понятно выразился… А если совсем просто, то для любого мужчины – на улице, в офисе, в магазине и на приусадебном участке – женщина, которую он видит в первый раз, в принципе более сексуально привлекательна, чем «привычная жена». И поэтому делать вывод о собственной непривлекательности, исходя из того, что муж ушел к «новой» женщине, это по меньшей мере странно. А сравнивать себя с ней – просто неправильно, а кроме того – опасно.

Возможно, кто-то скажет: «Да он со своей любовницей жил до этого пять лет по секрету от жены, что ж не остыл-то?!» Не стоит так волноваться, остынет. Когда измена, когда адюльтер – адреналину больше и тестостерону больше, а поэтому и влечение ярче. А войдет в колею, перестанет быть «запретным» и… остынут реки и земля остынет. Никуда не денется. И об этом нужно знать, это нужно помнить. Потому что, если есть желание построить долгие серьезные отношения, нельзя делать ставку на внешность. Встречают «по одежке», а провожают… Провожают, если не чувствуют, что их любят. Ведь даже «быть любимым» и «чувствовать себя любимым» – это разные вещи.