Вольф МессингНиколай Непомнящий (PDF, стр. 54)

Синкинезии — это непроизвольное оживление двигательной активности, неадекватное выполняемому действию, сопутствующее и мешающее ему. К приведенным выше примерам каждый специалист может добавить множество своих.

И КОГДА ОНИ ЕЛИ, ИИСУС ВЗЯЛ ХЛЕБ И БЛАГОСЛОВИВ ПРЕ­ЛОМИЛ И, РАЗДАВАЯ УЧЕНИКАМ. СКАЗАЛ: ПРИМИТЕ. ЯДИТЕ: СИЕ ЕСТЬ ТЕЛО МОЕ. И ВЗЯВ ЧАШУ И БЛАГОДАРИВ, ПОДАЛ ИМ И СКАЗАЛ: ПЕЙТЕ ИЗ НЕЕ ВСЕ; ИБО СИЕ ЕСТЬ КРОВЬ МОЯ НОВОГО ЗАВЕТА, ЗА МНОГИХ ИЗЛИВАЕМАЯ ВО ОСТАВЛЕНИЕ ГРЕХОВ.

В книге содержатся упражнения, которые помогут вам справиться с утратой. В каждом упражнении предлагается сделать что-то, означающее очередной шаг в восстановлении: Возможно, не все упражнения подходят вам при вашей потере, в вашем горе, но все заслуживают внимания.

Решения принимаются по принципу «выгоды». Помочь — в чем выгода? Дать в долг — под какой процент? Оказать благотворительную помощь — а мне зачтется и от кого? Все только на базе перспективного вложения средств.

Я такую лень иногда называю еще атонической — от недостатка тонуса. Обратили внимание на нюанс — атонические запоры?

Я часто размышляю о строке из старой песни Гейзера «Меня любят» (“Т ат Гоуед”) «Тот, кто знает меня лучше всех, любит меня сильнее всех».’ Уверенность в том, что Бог меня любит прямо там, где я нахожусь, действительно служит мне. И меня также благословляет понимание, что следующие, кто меня...

Мыслительный пейзаж, в котором работал Грегори, для большинства из нас чужд, как если бы мы исследовали совершенно чужую культуру или другой вид. Мне приходилось сознательно делать корректировку сложившихся мнений, и это стало основой в признании знания как артефакта: знание обязательно зависит...

Однажды он рассказал мне сон, содержавший изображение этого же конфликта в переносе на врача: моя мать умерла, он хочет выра

Мужчина, видимо, обладал хорошим чувством юмора и ответил на этот выпад следующей фразой, которая рассмешила весь автобус

«К этому типу принадлежит от шести до семи процентов всех эпилептических заболеваний, – говорит д-р Форстер. – Мы помещаем пациента в такие условия, что причина, запускающая припадок, становится безвредной.

Вскоре экспериментатор начал испытывать чувство, переходящее в растерянность. Увеличение ряда не приводило Ш. ни к какому заметному возрастанию трудностей, и приходилось признать, что объем его памяти не имеет ясных границ. Экспериментатор оказался бессильным в, казалось бы, самой простой для...

Этот логический подход стал основой моего научного мышления, и в дальнейшем, что бы я ни исследовал, я автоматически старался сравнивать это явление с чем-нибудь подобным ему в основных аспектах, но отличающимся в отношении какой-либо одной важной характеристики.