Глава 3. ТЕРАПИЯ ПОТЕРЬ


...

Гроза



ris34.jpg


Есть люди, притягивающие грозу, и любить их опасно, как опасно пытаться тронуть шаровую молнию. Во всей округе обширной Винтольской долины не было ни одной девушки, которая могла бы сравниться с красавицей Стеллой. Однако большинство искателей приключений и просто любопытных поначалу ждало разочарование. Мало примечательное, хотя и с правильными чертами лицо, стройная фигура, умеющая двигаться совершенно бесшумно, легкие, парящие жесты… Неужели этого было достаточно для очарования? Однако недоумение гостей быстро исчезало. Вечно летящее небо над долиной приносило темные облака из-за гор, и пары дней не проходило без ненастья. Ветер сгибал и ломал деревья в диких ураганных порывах, гремел гром, хлестали ливни… И вот тут-то странное превращение охватывало Стеллу. Обычно тихая и задумчивая, она словно пригубляла какого-то волшебного напитка. Глаза ее внезапно разгорались голубым пламенем. Густые волнистые волосы оживали и обрамляли точеную головку, как крылья. Тело не просто двигалось, а начинало фантастический танец, переливаясь из одной грациозной позы в другую. Голос приобретал звучность и красоту музыкального инструмента типа арфы. И главное, она вся лучилась таинственной радостью переполнявших ее чувств. Ее сердце внимало ветру и непогоде. Они будто раздували в ней бешеный костер беспричинного восторга. Воистину, в эти моменты она действительно становилась звездой, как и значило ее имя, звездой яркой, безумно прекрасной, бесконечно влекущей к себе! О, сколько раз, одна или в присутствии гостей, не в силах сдерживать себя, Стелла бросалась к роялю, и дивные, неповторимые импровизации лились в пространство из-под ее пальцев. Но если они не исчерпывали ее чувств, она кидалась к конюшне и через мгновение мчалась по лугам, не выбирая дороги, и ее алое платье бросало вызов самому Небу.

Гроза меняла свое направление, из-под лиловых туч вылетали ослепительные молнии и устремлялись по следу безумной всадницы, но она всякий раз успевала ускользнуть от огненных стрел, зато расщепленные горящие деревья почти всегда составляли ее эскорт. А те, кто ее встречал в это время, испуганно крестились и отворачивались или закрывали глаза. И, конечно, судьба Стеллы не могла быть обыкновенной.

Ее связь со стихией грозы не сулила спокойной жизни. Да, впрочем, она и сама не могла бы существовать без потрясений. И, если гроза медлила за горами, девушка в любой момент могла поторопить ее. Для этого, как утверждали ее соседи, достаточно было Стелле начать распускать и расчесывать черепаховым гребнем свои длинные волосы. Искры сыпались с них электрическим дождем, и тотчас запевал ветер, небо хмурилось, а еще через короткое время налетала буря.

Однако, что бы ни рассказывали о Стелле, стоило увидеть ее хоть раз, чтобы затем помнить всю жизнь. Жила она вместе со своей старой бабушкой, которая, несмотря на дряхлость, обладала такой же способностью двигаться совершенно беззвучно, и этим нередко приводила в отчаяние дворовых собак. Они пугались ее крадущейся, сгорбленной тени и, поджав хвосты, удирали прочь.

И вот среди соседей Стеллы появился один молодой виконт по имени Эдмунд. Свое поместье он унаследовал от какого-то дальнего родственника, и только спасаясь от долгов, да и в силу нужды, он прибыл в эти заброшенные места. Встретив Стеллу, он, не задумываясь, отдался во власть ее колдовских чар. Отвага юности, мечтательный склад ума, тайна, окружавшая красавицу, взбудора-жили его воображение, и он решил, что девушка послана ему самой судьбой. Однако неожиданно бабушка Стеллы встала на его пути. Как-то Стелла играла на рояле, а Эдмунд, внимая ей, не упускал пауз, чтобы рассказать девушке о своих чувствах. Внезапно позади него раздался короткий, старческий смешок, и сухая рука коснулась его плеча. Виконт передернулся и отпрянул в сторону.

– Все, что вы говорите Стелле, чистейший вздор! Вы ей не пара, а ваша «огромная» любовь и преданность не больше капризного котенка.

– Какого котенка? – в замешательстве вопросил Эдмунд.

– А вот такого! – отвечала старуха, указывая на руки молодого человека. И тот в ужасе обнаружил у себя на руках пушистого котенка. Была ли то игрушка или настоящее животное, Эдмунд не понял. С детских лет он испытывал странную неприязнь и страх к этим четвероногим, шныряющим по подвалам и чердакам вместе с крысами, а тут еще ему показалось, что острые когти впились в его грудь. Вне себя от боли и досады он отшвырнул котенка в камин. Виконт мог поклясться, что внутри него не было ни дров, ни огня, тем не менее в камине вдруг вспыхнуло пламя, заметались огненные языки, а черный силуэт котенка выгнул спину и стал расти. Потом с оглушительным шумом лопнул и рассыпался тысячами искр.

Растерянный виконт проворчал что-то насчет колдовских штучек, за которые можно и поплатиться. В ответ старуха гневно указала ему на дверь. Он был вынужден уйти, но это обстоятельство не охладило его пыла. В один из грозовых дней он увидел, как из усадьбы Стеллы вылетела всадница в алом платье амазонки, и помчался вслед за ней на самом лучшем из своих скакунов. До самых сумерек гнался Эдмунд за ней. Наконец она остановилась у леса и спешилась. Виконт рванулся к ней и чуть не остолбенел. Перед ним, опираясь на серебряную трость, стояла не Стелла, а ее бабушка. На этот раз в ней не было угрозы, и даже яркое платье на скрюченном теле не создавало картины зловещего гротеска. По морщинистому лицу старухи стекали то ли капли дождя, то ли слезы…

– Оставьте в покое Стеллу. Ни вам, ни ей судьба не подарит счастья, – умоляюще произнесла она.

– И что я должен сделать? – спросил виконт, тронутый ее тоном.

– Уехать и, главное, забрать своего котенка! – последовал ответ.

«Да она не ведьма, а сумасшедшая, – решил Эдмунд, возвращаясь домой. – Однако как она умудрилась столько часов скакать на коне при всей своей дряхлости?»

Последующие встречи со Стеллой были удачнее. Девушка благосклонно выслушивала Эдмуда и даже дарила ему редкие улыбки. Тем не менее что-то стояло между ними, и чуждая воля, более могущественная, нежели чувства виконта, развела их.

Случилась война, Эдмунд покинул имение и вскоре забыл о своем увлечении среди грохота сражений, победных фанфар, бесшабашной жизни воина, готового в любой день станцевать с самой смертью.

Однако бурная молодость незаметно пролетела. Эдмунд очнулся, как от пьяного угара, и обнаружил себя в седине и солидном возрасте. Дважды он пытался устроить свою судьбу, но неудачно. Одна его супруга умерла, вторая сбежала. Детей у виконта не было, и он жил в каком-то провинциальном городе совершенно один. Имение в Винтольской долине он давно проиграл в карты, а память о тех днях приносила не самые радостные чувства. Близилась старость и давала знать о себе все усиливающейся рассеянностью. Как-то, перебирая бумаги, Эдмунд наткнулся на нераспечатанное письмо. В нем было приглашение на день рождения Стеллы, которое должно было праздноваться через неделю. Пораженный, виконт мигом собрался и отправился в путь. Одиночество было для него страшнее самых волшебных соседей. Через несколько дней он уже был на месте. Сердце Эдмунда странно забилось, когда он увидел, что усадьба Стеллы совсем не изменилась. Густые кроны деревьев нависали над длинными аллеями. Из дома доносились звуки рояля. Вот они смолкли. Дождь начинал накрапывать, но неожиданно остановился. Со ступенек дома спустилась Стелла. Ни малейшей морщинки не появилось на ее лице. Та же легкость движений и изысканность поз отличала ее походку. За ее спиной возникла фигура вечной старухи. Она напоминала огромную ползущую по дорожке улитку.

Усадьба оказалась полной гостей. К вечеру зажгли фонарики, и приглашенные музыканты взялись за инструменты. Погрузившись в сладкие грезы, забыв о прожитых годах, виконт танцевал со Стеллой, и чувства его кипели, как в молодые годы. Он пытался что-то объяснить девушке, но она каждый раз прижимала тонкий пальчик к его губам. Наконец, они оказались в отдаленной от общей залы комнате. Эдмунд обнял Стеллу и поцеловал. Тотчас кто-то царапнул его за ногу. Он увидел котенка, выскочившего из камина. Искры так и сыпались с его шкурки, а он, подняв хвост трубой и выгнув спину, носился вокруг людей и мешал им перейти за пределы огненной черты. Стелла побледнела и в отчаянье прижала руки к груди. Мгновение – и вся усадьба вспыхнула, как факел.

– Закройте глаза и бегите, – крикнула Стелла. Виконт повиновался ей и бросился прочь из дома. Странно, с закрытыми глазами, он сразу нашел дорогу, и пламя, отступив на миг, не обожгло его. Однако, вновь открыв глаза, Эдмунд обнаружил сплошную стену огня, окружившую дом. Среди него выделился силуэт старухи с воздетыми к небу руками.

– Забери котенка, – прохрипела она. Еще короткое время, и от усадьбы осталось лишь пепелище. И тогда только налетела гроза, и хлынул ливень. Эдмунд не помнил, как добрался до лошади и вернулся домой. Неделю или две виконт пролежал в бреду. Наконец медленно стал поправляться. Опять попалось ему в руки письмо-приглашение от Стеллы. Он внимательно перечитал его и обратил внимание на адрес и дату. Послание было написано тридцать лет назад и адресовано на усадьбу в Винтольской долине.

– Ну и бред, – облегченно вздохнул Эдмунд. – Я, кажется, заблудился в собственных снах.

Позади него послышался шорох. Пушистый черный котенок тихо выпрыгнул из камина и под его лапками задымился ковер. Виконт кинулся на него, но животное перемахнуло в сад. Во дворе у Эдмунда бегали две борзые. Хозяин натравил их на котенка. Две живые стрелы разом кинулись на черный клубок, раскрыв пасти, но в то же мгновение с воем отпрянули назад. Ожоги на мордах и поджатые хвосты были единственным результатом атаки.

Наверное, месяц Эдмунд посвятил поимке котенка и тушению вспыхивающих то здесь, то там пожаров. Потом ему приснилась Стелла, которая передала ему котенка:

– Пожалуйста, верни его и не причиняй ему вреда, – произнесла она.

И вот снова виконт ехал в Винтольскую долину, а котенок дремал у него на коленях.

Вскоре причудливая решетка парка и осиновая аллея встали перед Эдмундом. Колонны усадьбы белели сквозь зелень кустов как ни в чем не бывало. Виконт протер глаза, тотчас пламя пожарища и грохот оглушили и ослепили его. Он прижал котенка к груди, и мгновенно вернулась картина мирной, ничем не потревоженной жизни. Знакомые по прежнему разу гости бродили по нарядным залам, звучала музыка. И как раньше, в самой дальней комнате Эдмунд нашел Стеллу. Она сидела за роялем, но руки ее бессильно лежали на коленях.

– Я принес котенка, как вы просили, – промолвил Эдмунд.

– Так отпустите его навсегда или заберите себе! – рассмеялась Стелла. – В нем ваша любовь.

Еще мгновение, и котенок запрыгал по клавишам. За ним неслись белые тонкие пальцы музыканта.

Опять вспыхнуло и запылало пламя.

Психология bookap

– Это наш последний танец! – прошептала Стелла, обнимая виконта. Они закружились среди огня, и безумие повело эту странную пару вслед за собою в иной мир.

Наутро в старинном, заросшем парке, где когда-то, лет тридцать назад, сгорела усадьба, у могилы Стеллы нашли бездыханное тело старого виконта. Он улыбался и казался счастливым.