Глава 3. Высшее Я

Все эти различные части механизма – в действительности просто инструменты Я, хотя контроль его над ними ещё и бывает несовершенным; поскольку следует всегда помнить, что само Я – существо развивающееся, и в случае большинства из нас оно скорее всего лишь зародыш того, чем оно должно когда-нибудь стать.

Станца «Книги Дзиан» говорит нам: «Те, кто получили лишь искру, остались лишёнными знания: искра горела слабо»; и мадам Блаватская разъясняет, что «те, кто получили лишь искру, составляют средний уровень человечества, и они должны приобрести свою разумность в течение эволюции настоящей Манвантары» («Тайная Доктрина», т. II, стр. 204 и 212)[1]. В случае большинства из них эта искра всё ещё тлеет, и пройдут многие века, прежде чем её медленное усиление достигнет стадии равномерного и яркого пламени.

Несомненно, в теософической литературе есть некоторые высказывания, вроде бы заявляющие, что наше высшее Я не нуждается в эволюции, будучи уже совершенным и богоподобным на своём собственном плане; но где бы такие выражения ни использовались, какая бы терминология ни употреблялась, это должно быть приложимо только к атме, истинному богу внутри нас, который, разумеется, далеко за пределами необходимости любого вида эволюции, о котором мы можем что-либо знать.

Перевоплощающееся Я несомненно эволюционирует, и процесс его эволюции может быть очень ясно наблюдаем теми, кто развил ясновидение в мере, необходимой для восприятия существующего на высших уровнях ментального плана. Как ранее отмечалось, это материя того плана (если мы решимся всё ещё называть это материей), из которой состоит относительно постоянное каузальное тело, которое Я несёт с собой от рождения к рождению до конца человеческой стадии его эволюции. Но хотя каждое индивидуализированное существо должно обязательно иметь такое тело – поскольку обладание им и составляет индивидуализацию – его внешний вид вовсе не одинаков во всех случаях. В действительности, у среднего неразвитого человека оно вообще едва различимо даже имеющими зрение, открывающее тайны этого плана, поскольку это простая бесцветная плёнка, достаточная, очевидно, лишь для того, чтобы держать себя в целости и создавать перевоплощающуюся индивидуальность, но не более (см. «Человек видимый и невидимый», илл. V и VIII).

Однако по мере того, как человек начинает развиваться в духовности или даже в высшем интеллекте, изменения начинают иметь место. Истинная индивидуальность начинает обладать своим собственный характером, сохраняющимся отдельно от того, что сформировалось в каждой из его личностей в результате обучения и окружающих обстоятельств: и этот характер проявляет себя в размере, цвете, яркости и определённости каузального тела точно так же, как личность показывает себя в мысленном теле, исключая, что то высшее тело естественно более тонко и красиво (см. там же, илл. XXI).

В другом отношении оно также счастливо отличается от тел, находящихся ниже, и это в том, что в любых нормальных условиях никакое зло никакого типа не может проявляться через него. Худший из людей может показать себя на этом плане лишь совершенно неразвитой сущностью – его пороки, пусть и продолжающиеся из жизни в жизнь, не могут загрязнить это высшее вместилище; они могут лишь сделать более и более трудным развитие в нём противоположных добродетелей.

С другой стороны, следование правильной линии скоро сказывается на каузальном теле; и в случае ученика, который сделал некоторый прогресс на Пути святости, оно представляет удивительное и прекрасное зрелище, превосходящее всякое земное представление (см. там же, илл. XXVI); в то время как у адепта это – великолепная сфера живого света, чьё лучащееся великолепие никакие слова не могут даже описать. Тот, кто однажды видел такое возвышенное зрелище как это и может наблюдать вокруг себя индивидуальностей на разных стадиях развития между этой и бесцветной плёнкой обычного человека, не может чувствовать никакого сомнения относительно эволюции перевоплощающегося Я.

Хватка, которой Я держит свои различные проводники, и следовательно, его влияние на них, естественно мало на ранних стадиях. Ни его ум, ни его страсти не находятся полностью под его контролем; в действительности средний человек почти и не делает попытки управлять ими, а позволяет себе бросаться туда и сюда, как предложат его низшие мысли и желания. Следовательно, во сне различные части механизма, которые мы упоминали, весьма склонны действовать полностью по своему собственному усмотрению без всякой оглядки на него, и стадия его духовного продвижения является одним из факторов, которые нам следует учесть в рассмотрении вопроса сновидений.

Также для нас важно осознать то участие, которое Я принимает в формировании наших представлений о внешних объектах. Мы должны помнить, что доставляемое мозгу вибрациями нервов – просто впечатления, и это работа Я – действуя через ум, классифицировать, комбинировать и упорядочивать их.

Например, когда я смотрю из окна и вижу дом и дерево, я сразу узнаю их, хотя информация, в действительности доставленная моими глазами, недостаточна для такого распознавания. То, что происходит в действительности – это потоки эфира, колеблющиеся с различными частотами, отражённые от тех объектов, действуют на сетчатку моего глаза, а чувствительные нервные волокна должным образом сообщают об этих вибрациях мозгу.

Но что они должны нам рассказать? Вся информация, которую они в действительности передают – это то, что в конкретных направлениях имеются определённые различные пятна света, объединённые более или менее определёнными контурами. Это ум – то, что из прошлого опыта может заключить, что один конкретный квадратный белый объект – это дом, а другой округлый зелёный – дерево, и что они возможно такого-то и такого-то размера и на таком-то расстоянии от меня.

Психология bookap

Человек, родившийся слепым и получивший зрение в результате операции, не может в течение некоторого времени ни знать, что за предметы он видит, ни судить об их удалённости от него. То же самое верно и для ребёнка, поскольку часто можно увидеть, как он пытается схватить привлекательные для него предметы, которые находятся далеко вне пределов его досягаемости (например луну); но подрастая, он бессознательно обучается при помощи повторяющегося опыта инстинктивно судить о возможной удалённости и размере того, что он видит. Уже даже взрослые люди легко могут быть обмануты относительно удалённости, и следовательно размера любого незнакомого предмета, особенно если он наблюдается в тусклом или неравномерном освещении.

Мы видим из этого, что обычного зрения вовсе недостаточно для точного восприятия, но необходимо приложить к тому, что наблюдается, различающую способность Я, действующего через ум; и далее мы видим, что эта способность – не врождённый инстинкт ума, совершенный с самого начала, а результат бессознательного сравнения многих опытов – это следует хорошенько помнить, когда мы перейдём к следующему разделу нашего предмета.