ЖИВЫЕ РЫБЫ ПЛЫВУТ ПРОТИВ ТЕЧЕНИЯ

В последнее время специалисты всё уверенней говорят о разрушительном влиянии компьютерных игр на детский организм и детскую психику. Врачи, самые разные: окулисты, кардиологи, невропатологи, психиатры, – приводят свои доводы. Психологи – свои. Социологи, педагоги – свои. Но важнее всего, на наш взгляд, серьёзный разбор этого явления с духовных позиций. Телесное здоровье – это, в конце концов, нечто преходящее. Сегодня есть, завтра нет. А душа бессмертна. Вот только участь её может ждать разная. И главный долг каждого родителя безусловно состоит в том, чтобы печься прежде всего о спасении души своего ребёнка. «Как никто не может рассчитывать на оправдание и снисхождение в собственных грехах, так нет оправдания родителям в грехах детей», – поучал святитель Иоанн Златоуст.

Мы предлагаем вашему вниманию беседу о компьютерных играх с насельником Оптиной пустыни, игуменом Ипатием (Хвостенко). Сюда, в эту известнейшую обитель, стекаются сейчас, как и до революции, толпы людей со всей России. И отец Ипатий, почти ежедневно на протяжении многих лет принимая исповедь, конечно, не раз и не два сталкивался с духовными последствиями этих модных забав. Поэтому стоит прислушаться к его словам, ведь расхлёбывать последствия всегда труднее, нежели предотвратить. А порой дело заходит так далеко, что и вовсе невозможно расхлебать…

Корр.: Что, на Ваш взгляд, важно понимать о компьютерных играх?

Игумен Ипатий: Мне кажется, компьютерные игры представляют собой одну из самых серьёзных опасностей, которые сейчас угрожают миру. Они стремительно захватывают личность и ведут к духовному перерождению человечества, причём к перерождению часто необратимому. Находясь в этом потоке, мы не можем в полной мере оценить масштаб катастрофических последствий, к которым неизбежно приведёт приобщение всё большего числа людей к компьютерным играм. Душа ребёнка, пристрастившегося к ним, уродуется с малолетства. Если таких душ будет большинство, это грозит человечеству, так сказать, духовной мутацией. Таким образом сознательно, целенаправленно готовится будущее стадо для системы нового мирового порядка. В этом нет никакого сомнения, потому что на всех уровнях виден глубоко продуманный план разрушения личности человека и, соответственно, общества. Разрушая личность и нормальные человеческие, общественные связи, людей хотят превратить в киборгов, которыми можно управлять и которые сами будут стремиться к тому, чтобы ими управляли. У такого киборга будет только одно стремление – получить наслаждение. Святой Максим Исповедник определяет ветхого человека кратко, но очень ёмко, проникая в самую суть: это, говорит он, когда человек ищет наслаждений и стремится избежать страданий. Такое существо сейчас усиленно взращивается глобалистами. В том числе и при помощи компьютерных игр. Если сейчас этот процесс не остановить, если не будет осознана реальная опасность происходящего, грядёт катастрофа. Причём опасность многократно усугубляется тем, что большинство взрослых относятся к ней легкомысленно и начинают бить тревогу только тогда, когда в их семье, с их ребёнком начинает твориться неладное. А пока этого не случилось, всё попускается.

Корр.: Во многих популярных компьютерных играх действуют мистические персонажи, эксплуатируются демонические образы. Психологи, изучавшие данный вопрос, утверждают, что создатели игр специально актуализируют в подсознании игроков архетипы ада. Почему душа так легко захватывается ими? Ведь это же очень страшно.

Иг. И.: Страшно, но душа, не ограждённая благодатью Божией, оказывается беззащитной перед тёмными силами. Даже если дети и получили благодать при крещении, они часто не живут в полноте благодатной жизни Церкви. Они не защищены ни молитвой матери, ни её чистой жизнью. В семье нет нормальной атмосферы, которая формирует и воспитывает личность. Они не получают благословения священника, не освящаются Таинствами. Сам брак подчас бывает не освящён. Поэтому такие дети оказываются без защиты и легко попадают под воздействие демонических сил.

Корр.: Но я знаю случаи, когда дети из вполне воцерковлённых семей, дети, которые с малолетства вели церковную жизнь, всё равно «подсаживались» на такие игры, тянулись к демонизму.

Иг. И.: Да, бывает и такое. Тайна человеческой личности непостижима. Бог даровал каждому человеку свободу, и обязательно настаёт момент, когда человек сам делает выбор. Нельзя его заставить жить по совести, как нельзя заставить и жить против совести. Однако можно соблазнять, искушать, подталкивать, создавать условия, делать рекламу. Что, собственно, сейчас и происходит. Поэтому даже православные дети далеко не всегда могут устоять. А раз так, то должна быть налажена мощная защита против этой чудовищной, необъявленной информационной войны. Хотя, впрочем, она уже объявлена, цели сформулированы, сказано, что враг номер один – это Православие… Прекратить войну можно только всей мощью государственной власти. В данном случае – безоговорочным запрещением губить детские души. Без цензуры, которая обеспечивала бы информационную безопасность детей и подростков, одержать победу не удастся.

Корр.: То есть запрещение большинства компьютерных игр необходимо?

Иг. И.: Совершенно необходимо! Точно так же, как запрещение всех форм порнографии, пропаганды насилия, оправдания извращений. Если это не будет сделано, дух тления, растление, конечно, будет распространяться. Против него невозможно действовать только силой человеческой. Должна быть сила благодати. А как она осенит власть, которая не противится растлению общества? Всё имеет духовное измерение. Сказано: «Несть власть аще не от Бога». Это не значит, что всякая власть от Бога. Может быть власть богоборческая. Она попущена Богом за наши грехи. Не всё, что творится вокруг, от Бога. Мир спасён крестной жертвой Агнца Христа, но воля синедриона, добившегося от Пилата распятия Господа, не перестаёт от этого быть величайшим злом, совершённым на Земле. Поэтому всегда актуален вопрос: кем движимы люди, которые стоят у кормила власти, чью волю они исполняют. Нейтрального положения тут быть не может. Христос сказал: «Кто не со Мной, тот против Меня». И если отвергается камень, на котором всё должно строиться в жизни каждого человека, страны, человечества, то строительство идёт вовсе не по пути, заповеданному Богом. В таком случае начинается строительство Вавилона, с вполне предсказуемыми последствиями. Но как мы видим, многих эта перспектива не останавливает.

Корр.: Можно услышать мнение, что компьютерные игры ничем принципиально не отличаются от сказок. Так же, как в сказках, там добро борется со злом, есть сказочные персонажи. Только тут играющий непосредственно принимает участие в действии, вот и вся разница…

Иг. И.: Это ложь, потому что сказки придерживаются традиционной системы нравственных координат, определение добра и зла в них очень чёткое. Нормальный ребёнок, погружающийся в мир традиционной сказки, не отождествляет себя с носителем зла. А в компьютерных играх человек может, при желании, войти в роль отрицательного персонажа. И, соответственно, персонаж как бы войдёт в него. Причём это отождествление происходит гораздо более полное, а значит, для души это страшнее, чем когда актёр играет злодея в театре или кино. Ведь азартная игра – а компьютерные игры безусловно азартны – сильнейшим образом разогревает страсти. Она захватывает людей целиком и вызывает более глубокое душевное повреждение.

Корр.: Почему повреждение больше?

Иг. И.: Играя в компьютерную игру, человек глубже проникает в образ своего персонажа и вообще в игровую реальность. И эта иная реальность подменяет собой реальность жизни.

Корр.: Потому что игры натуралистичны?

Иг. И.: Да. Человек, увлёкшийся ими, начинает жить псевдожизнью и этим наполняет своё существование. Все остальные занятия меркнут по сравнению с игрой. Там, в псевдореальности, он царь и бог. Это страшный соблазн, которому когда-то поддался первый человек, вкусив плод от древа познания, – самому определять и решать всё. Дело в том, что, как указывают некоторые богословы, библейское понятие «знание» адекватно на русский язык не переводимо. «Знать» включает в себя ещё и значение «судить». То есть сам человек вместо Бога будет судить, что есть добро и зло. И здесь, в виртуальной реальности компьютерных игр, именно это и происходит: человек становится человекобогом. Он – творец новой вселенной с её новыми законами. По существу, это такой маленький «антибог», который творит мир по своему произволу. Это даёт ему ложную, сатанинскую свободу, которая может увлечь человека в страшные, чудовищные бездны. Актёр не погружается в роль так глубоко, как игрок в компьютерную псевдожизнь. Она может стать основным содержанием жизни ребёнка. Да и не только ребёнка. Мы знаем взрослых, которые утопали в этом виртуальном море, и вывести их из этого состояния было невозможно.

Корр.: Значит, главный соблазн тут – гордыня?

Иг. И.: Гордыня и самоутверждение. Возможность исполнить все свои желания. Отсутствие границ. Главное – «я хочу». Это ж какой соблазн вседозволенности! «Запрещено запрещать». Творится мир, в котором всё позволено. В нём для ребёнка нет никакой высшей инстанции, с которой он должен считаться. Тут полный простор для ветхого человека и греха.

Корр.: Поэтому в детях, увлёкшихся компьютерными играми, начинают бурно развиваться все ветхие качества: грубость, агрессивность и т. п.?

Иг. И.: Да. Ветхий человек вообще более груб по сравнению с новым, и ему нужно более жёстко и определённо ставить границы дозволенного. А в виртуальной реальности этого как раз нет!

Корр.: Часто возражают, что не все же игры плохие. Есть и хорошие. Например, про Великую Отечественную войну, где подросток играет «за наших»? Дескать, что в этом плохого? Но почему-то даже когда дети регулярно играют в «хорошие», вовсе не демонические игры, у них всё равно развиваются раздражительность, чёрствость, эгоизм, истеричность; они всё равно грубо реагируют на попытки отвлечь их от компьютера, у них всё равно сужаются интересы. Почему вроде бы хорошее занятие приводит ко злу? Ведь когда дети играют в салочки, дочки-матери, моряков, пожарников, в них не развивается жестокость. Да даже игра в казаки-разбойники, насколько я знаю и по своему детству, и по детству других поколений, не приводила к развитию жестокости, хитрости, корыстолюбия и прочих пороков, которые развиваются под воздействием компьютерных игр. Почему так происходит?

Иг. И.: Раньше, когда дети играли в дочки-матери или казаки-разбойники, им не требовалось долго объяснять, что можно, а что нельзя, что добро, а что зло. Мир был другим, он был ещё с какими-то естественными, общечеловеческими, нравственными устоями. Всё-таки в быту люди ещё, в основном, придерживались принципа «не делай другому того, чего не хочешь себе». Сейчас мир вокруг изменился. Нравственные ценности размыты, а то и перевёрнуты. Дети дезориентированы. Даже в традиционной ролевой игре могут появляться сомнительные или откровенно безнравственные сюжеты.

Корр.: Да, некоторые девочки, насмотревшись сериалов, играют в то, что у их Барби есть муж и любовник.

Иг. И.: Вот-вот… В обществе фактически создан режим наибольшего благоприятствования для развития пороков как у детей, так и у взрослых. А на это накладываются ещё и особенности компьютерных игр. В них царит совсем иной дух. Нигде, ни в какой традиционной игре ребёнок не является царём и богом, нигде так не подпитываются властолюбие и гордыня, как в компьютерных играх. «Делай, что хочешь» – сатанинский принцип. Он может быть прикрыт благими намерениями, образами героев, которые вроде бы борются со злом (как в играх про Великую Отечественную войну), но это подмена. В этом, собственно, и состоит коварство диавола. Мы же знаем: он может принять любую форму, чтобы скрыть свою сущность. И именно такая подмена как раз наиболее опасна, потому что она сразу не опознаётся. Но сказано же: «По плодам их узнаете их». А плоды налицо, вы их перечислили: развитие раздражительности, гневливости, эгоизма и т. п. Кроме того, подобные «хорошие» игры часто служат лишь ступенькой по направлению к «плохим». И потом, святые отцы не зря запрещали человеку в духовной жизни погружаться в стихию воображения. Воображение – низшая способность души, которая полностью открыта действию демонических сил. А в компьютерных играх как раз всё делается для того, чтобы именно в эту стихию была ввергнута беззащитная детская душа. Несформировавшаяся, ещё не знающая чётких ориентиров добра и зла. Она ещё в становлении, хрупкая, нежная. И именно в этот момент её начинают развращать.

Корр.: Раньше дети нигде не могли увидеть образы ада. Только на иконах, но и там они показаны весьма сдержанно. В компьютерных же играх ребёнок видит бесов в больших количествах. Либо непосредственно, если игры имеют ярко выраженный демонический характер, либо слегка прикровенно, под видом каких-нибудь орков, монстров. И воображение населяется этими «героями». Раньше, когда ребёнок думал о сказочных персонажах, он опирался на свои детские представления об обыденных вещах или на рисунки в книжках, которые всегда старались сделать не страшными. И уж конечно там не было адских персонажей. А в компьютерных играх происходит и знакомство, и контакт с ними. То есть это уже не просто плод воображения ребёнка, а плод воображения многих людей. В том числе и таких, которые делятся с ним не своими фантазиями, а оккультными знаниями, приобщая его к тому, о чём никому, не только детям, знать не следует. Может быть, в этом самая главная опасность компьютерных игр! Причём в одну и ту неё компьютерную игру дети играют гораздо чаще, чем смотрят один и тот же фильм, поэтому душа от них повреждается серьёзнее и быстрее…

Иг. И.: Да, тут совершается настоящее духовное преступление. Ведь Господь одел падшего человека в кожаные ризы. Имеется в виду такая дебелость плоти, которая защищает людей от непосредственного воздействия, от насилия со стороны диавола и сатанинских сил. Это великая милость Божия, что для нас, людей, не достигших определённой меры духовности, мир падших духов скрыт. Он настолько страшен, чудовищен, что от одного вида бесов человек может сойти с ума или умереть. А тут служителями диавола демонические образы сознательно выводятся из бездны ада, выводятся через воображение, вдохновение, полученное от тёмных сил. А образ всегда связан с первообразом. Просто так человек не будет изображать вампиров, людоедов, человека-паука. Совершенно ясно, из какого источника черпаются такие «творческие замыслы».

Корр.: Причём авторы стараются придать этим сущностям привлекательный вид.

Иг. И.: Да, чтобы на первых порах усыпить бдительность. А когда игроки втянутся, можно уже и не маскироваться. Парадоксально, но многих людей страшное привлекает. Это одно из проявлений в нас падшего человека. Не будь у нас такого парадоксального влечения, зло вызывало бы безоговорочное отторжение. А этого не происходит. Человек и отталкивается, и одновременно влечётся к страшному, ужасному. Когда бывает перейдена определённая грань, человек входит в реальность зла, и она перестаёт быть для него противоестественной. Зло уже не воспринимается негативно, а становится некой иной, тоже возможной реальностью, которая вполне имеет право на существование и даёт человеку новые ощущения. Очень острые, очень сильные. Они расширяют спектр переживаний, пресыщенная душа начинает искать их, происходит всё большая демонизация, сатанизация человека. Сейчас мир вокруг нас, в том числе и мир детства, всё откровенней демонизируется. Это страшно. Взять хотя бы детские книжки, детские журналы. Мы прекрасно помним, какими они были в 60 – 70-е годы. «Весёлые картинки», «Мурзилка»… Помним, какие в них были простые, добрые, хорошие рисунки. А что сейчас? Многие детские книжки насквозь пропитаны демонизмом. На рисунках изображены какие-то ублюдки, уроды, маленькие, но уже растленные, развращённые, жестокие существа. Это унижение человека, глумление над образом Божиим. В чём дело? А в том, что таковы творцы рисунков. Они несут в себе эту демоническую энергию и передают её детям.

Корр.: Я однажды присутствовала на докладе одного психолога, посвящённом компьютерным играм. В качестве иллюстрации она – это была женщина – показывала слайды. Причём специально подчеркнула, что выбрала фрагменты из самых популярных компьютерных игр для подростков, что вообще-то у неё таких картинок масса, но она принесла лишь несколько штук. Так вот, я обратила внимание на то, что люди, сидевшие в зале, не могли на это смотреть. Они закрывали глаза и вскоре попросили прекратить показ. Образы на картинках были настолько чудовищными, что смотреть на них было нельзя. Хотя если разобраться, персонажи ничего особо страшного не делали. Но они так жутко выглядели, что вызывали содрогание. И в то же время были какими-то демонически-притягательными. Сперва вызывали отталкивание, а потом – притяжение. И я живо себе представила, что если ребёнок играет в такие игры, то, преодолев отторжение, он начнёт тянуться к демоническим образам. Получается, что через эти игры он приобщается к сатанизму? В нашем представлении сатанисты – это те, кто участвует в каких-то жутких ритуалах, чёрных мессах. Но ведь и через такие игры происходит приобщение к тёмным силам. Ребёнок тянется к ним, может даже по сюжету действовать с ними заодно. А это ведь уже аналог участия в каком-то демоническом действе, да?

Иг. И.: Это контакт. Непосредственный контакт через образ. Причём это не просто рассматривание картинки, а контакт в виртуальной реальности с неким живым существом. Ведь для игрока персонаж, с которым он взаимодействует во время игры – живое существо. И дух, которым движимо это существо, конечно, влияет на игрока.

Корр.: Так, может, в этом-то всё и дело? Может, именно поэтому так меняется личность игроманов? Играя, взаимодействуя с адскими персонажами, они вольно или невольно принимают их дух, заражаются им?

Иг. И.: Да, происходит заражение. Недооценивать опасность тут весьма легкомысленно. Конечно, компьютер сам по себе может существовать, он – очень удобный инструмент. Но надо понимать, что с духовной точки зрения – это слишком мощное средство воздействия, которое может нанести душе страшное, необратимое повреждение, привести к полному распаду личности. Человек, захваченный демонизмом, перестанет быть человеком, опустится ниже зверя, станет бесоподобным.

Корр.: Когда заводишь разговор о вреде компьютерных игр, некоторые люди реагируют очень агрессивно. Они не просто выражают своё несогласие, а начинают раздражаться, яриться, кричать. Напоминает реакцию одержимого человека.

Иг. И.: Такое поведение говорит само за себя. По законам духовным одно это уже их обличает. Ведь раздражение, гнев – яркие свидетельства того, что люди действуют по страсти. Так что подметили Вы совершенно правильно, такая реакция свидетельствует об одержимости. И это лишний раз доказывает, что компьютер – не простой инструмент. Не молоток, с которым его любят сравнивать: дескать, и молотком можно убить, а можно забивать гвозди и делать прочие полезные дела. Из-за молотка такие страсти не разгораются.

Корр.: Ещё я обращала внимание на очень странную реакцию родителей. Может, и этому есть духовное объяснение? Когда рассказываешь о вреде компьютера – а он вреден по всем статьям: и глаза страдают, и сердце, и мозг – даже малой толики сказанного достаточно, чтобы родители забеспокоились и в дальнейшем постарались оградить ребёнка от вреда. Причём говоришь ведь не только от себя, а ссылаешься на самых разных специалистов, докторов медицинских наук. Но у людей – конечно, не у всех, но у многих – это вызывает странную досаду. И в ответ слышатся какие-то нелепые, неадекватные возражения. Им говоришь, что это страшный яд, отрава, а они: «А как же он будет жить в этом мире?» Представьте, Вы бы сказали людям, что их детям приправляютют еду мышьяком. А они бы возразили: «Но все же едят, пусть и мой ест! Он не должен чувствовать себя белой вороной». Что-то, наверное, произошло с родителями? Какая-то духовная порча?

Иг. И.: Это произошло в глобальных размерах. Уже открыто объявлено, что мы живём в постхристианскую эпоху. Дескать, христианские ценности себя изжили, память о них должна умереть. Мы идём к полной свободе, свободе от совести, от того естественного духовно-нравственного закона, который вложен Богом в сознание человека. И если человек не понимает, что мир лежит во зле и идёт борьба за душу каждого, если он плывёт по течению, то понятно, куда его это течение приведёт. Мы же знаем, чем закончится история человечества, это нам Богом открыто, тут двух мнений быть не может. Нас не ждёт никакой период расцвета и универсальной духовности, когда всё человечество объединится в бесконечно счастливый, лучезарный, свободный мир. Это ложь и соблазн отца лжи. Но понятно это, увы, не всем. Сказано же: «Имеющий уши да слышит, имеющий очи да видит». Для одного очевидно, а для другого – нет. Если человек не просвещён Духом Святым, Духом Истины, то он в большей или меньшей степени помрачён или обольщён. И каждый по-своему, под воздействием своих страстей, тем или иным духом прельщается. Если плыть по течению, занимать конформистскую позицию, конечно, духовное зрение будет закрыто. И на первый план выступит именно тот аргумент, который и приводят такие родители: «Надо принимать то, что принимает большинство. Главное не чувствовать себя белой вороной». В конечном счёте, всё в жизни определяется одним вопросом. Всего одним: кто Христос? Можно ли, положим, перед лицом Христа играть в эти игры? Как воспримет эти игры Ангел-Хранитель, который есть у каждого человека? Не будем ходить вокруг да около, скажем прямо. Демонические игры, агрессивные игры, игры, внедряющие в сознание искажённую, смещённую, перевёрнутую систему ценностей, игры, распаляющие низменные страсти – суть игры ада.

Корр.: А что Вы скажете о попытках создать православные компьютерные игры? Например, такую: человечек приходит в храм, его встречает священник, водит по храму, показывает, рассказывает?

Иг. И.: Это подмена. Для того, чтобы познакомиться с храмом, не нужно быть в псевдореальности. Нужно идти в благодатный, освящённый храм, общаться с живым священником, с живой мамой, с живым папой, жить и нормальной жизнью. Ведь и во время антихриста будет существовать так называемая «церковь» и так называемое «православие». Оно может существовать. По крайней мере, до тех пор, как антихрист не потребует поклонения себе, как богу. К тому времени человечество фактически уже потеряет разум, обезумеет. И сейчас уже происходит постепенная потеря ума в высшем смысле этого слова, как духовного начала в человеке, потому что ум в святоотеческом понимании – дух. Это орган восприятия духовного, орган богообщения. И именно он сейчас извращается, в том числе новыми, весьма изощрёнными способами. А форма останется, только она будет наполнена совсем иным содержанием, иным духом. Мы же, те, кто хочет остаться со Христом, должны обязательно помнить, что живые рыбы – образ христианства – плывут против течения. Господь не зря даёт нам эти символы, эти образы. Даёт, чтобы мы видели их и – умудрялись.

Беседу вела Т. Л. Шишова