Семинары. Книга 7. Этика психоанализаЖак Лакан (DJVU, стр. 50)

Разговаривая «в нашей голове», Критикующий Родитель удерживает нас от совершения того, что мы могли бы сделать, угрожая нам расплатой в случае неповиновения.

Между тем и митрополит, оставив в стороне опричну, считал себя обязанным заступиться пред царем за невинные жертвы царского гнева и злодейства его приближенных. Царь оправдывал себя тем, что его окружают злейшие враги. Филипп продолжал защищать безвинных.

Фермер забрал у Тодда свою старую шляпу, водрузил ее на голову, сунул за пазуху своей сильно поношенной холщовой рубахи и направился к выходу. В дверях он обернулся и бросил: «пришлите мне счет». Ошеломленный Тодд спросил: «Как по-твоему, он понял, что я имел в виду семнадцать долларов пятьдесят...

Терапевт: Носки на месте? Так чего плакать? Это же замечательно – испытывать чувства. Не какие-нибудь придуманные, а свои, собственные. Или ты себе не доверяешь, когда ты не сверхчеловек?

Чем полнее и основательнее аргументация феминистской критики против андроцентризма и сексизма в науке, чем отчетливее разрыв между желаемым и действительным, между идеей и идеологией, тем настойчивее высказываются сомнения в том, что причина этого кроется лишь в неправильном или недостаточном...

Это постоянно отстающий, слабый технически и физически, не приспособленный к туристской жизни человек. В критических ситуациях такой участник может представить серьезную опасность для себя и для других. Нередко он становится объектом насмешек и даже издевательств. Чаще это происходит против его...

Я переделал много дел, и ведь не как попало, а хорошо, и все без толку. Будет этому когда-нибудь конец или нет? Когда же я все-таки почувствую, что добился именно того, чего хотел, и узнаю наконец, что такое «чувство глубокого удовлетворения»? Просто сил нет все время чем-то гореть, что-то...

Очевидно, что война упраздняет это конвенциональное обращение со смертью. Теперь смерть уже нельзя отрицать; в нее приходится верить. Люди действительно умирают, и уже не отдельные а многие, зачастую десятьтысяч чу вдень. И это уже не случайность. Правда, еще кажется случайным, что эта пуля...

Я – маленький, мне мама прочитала книжку про Карася Карасевича, который жил в речке и ходил в гости к другим рыбкам с зонтиком (надо же, память моя теперь какая стала, не могу вспомнить их имена). После этого я ходил все у речки и ребят уговаривал, чтобы рыбу в речке не удили!

ТОГДА ВОИНЫ ПРАВИТЕЛЯ, ВЗЯВШИ ИИСУСА В ПРЕТОРИЮ, СОБРАЛИ НА НЕГО ВЕСЬ ПОЛК И, РАЗДЕВШИ ЕГО, НАДЕЛИ НА НЕГО БАГРЯНИЦУ; И, СПЛЕТШИ ВЕНЕЦ ИЗ ТЕРНА, ВОЗЛОЖИЛИ ЕМУ НА ГОЛОВУ И ДАЛИ ЕМУ В ПРАВУЮ РУКУ ТРОСТЬ; И, СТАНОВЯСЬ ПЕРЕД НИМ НА КОЛЕНИ, НАСМЕХАЛИСЬ НАД НИМ, ГОВОРЯ- РАДУЙСЯ, ЦАРЬ ИУДЕЙСКИЙ! И...

Праведные действия и молитвы просты, понятны, лишены сложной помпезности. Другими словами, если кто-то употребляет тайные формулы в определенной, сложной последовательности и ждет, чтобы это «сработало», он идет по ложной колее.

Для того чтобы развернуть ситуацию, вам придется глубоко заглянуть в учебник. Избегайте мелочей, особенно уже пройденных, и сразу же обращайтесь к серьезной теме. «Послушай, может быть, дело во мне, но в тот вечер я увидел в тебе нечто особенное, и это заставило меня подойти к тебе. А сейчас...