Глава 7. Аванс


...

Сколько стоит душа

Какими были первые деньги?…

Не кусочки металла, нет, и не камешки, не деревяшки.

Первым денежным знаком была одобрительная улыбка Евы Адаму, первый ее осознанный смайлик, состроенный, чтобы Адам был хорошим парнем.

И Адам был хорошим парнем, пока не надоело.

Первые деньги были психическими, идеальными, а потом начали ма-те-ри-али-зовы-ваться.

Вначале была душа. А потом ее оценили…

Оценочная зависимость задалбливается сызмальства. Оценка - второй, надстроечный этаж психоманипуляции после фундаментально-физических пряников и кнутов. Ниточка, за которую дергает тебя Психокукольник, чтобы ты совершал свой марионеточный танец.

Но оценочная зависимость не есть только плод социального зомбирования, нет, не только гипноз среды.

Это еще и зов, просыпающийся изнутри - дальнобойный инстинкт. Человек сам выходит на связь с рынком Жизни - миром оценок, сам себя встраивает в него, потому что ему предстоит войти действующей частицей в Великое Целое и продолжить поток бытия сквозь времена и пространства.

Чтобы найти в Целом свое место, свою судьбу - не избежать прохождения сквозь многослойный, бесконечный оценочный фильтр…

Уже совсем маленький ребятенок сам ищет одобрения и неодобрения, сам спрашивает и исследует - что хорошо, а что плохо, и провокациями вызывает мир на оценку своего поведения и своей персоны. Не познавший, что есть грех - невинен, так вот - мы хотим познать. Иногда, чтобы почувствовать, как хорошо быть хорошим, приходится делать гадости.

Вы спрашиваете, откуда берутся ревнивцы, завистники, вруны-хвастуны, лицедеи и подлецы. Откуда невротики, боящиеся нос высунуть и слово сказать, и самоутверждающиеся психопаты.

И откуда циники и преступники, звери-нелюди, которым накласть на все и всяческие оценки.

Отсюда все - из Оценочной Зависимости - из стремления к ней и из сопротивления ей.

Оценочная зависимость - это кровоток отношений, это культура, это мораль и этика, это совесть. Она же - убийца отношений, убийца морали и совести, убийца всего.

Наблюдаю за многими сотнями детей, наблюдаю и за своими, себя тоже стараюсь из виду не упускать… Да, двойственность с самого начала: и поиск этой самой зависимости - как мотыльки на огонь - и уход от нее, защита и бегство. Какого бы отношения к оценочной зависимости я пожелал пациенту, что бы пожелал своему сыну и своей дочке, пожелал каждому и самому себе?

Иметь оценочную зависимость, но не исчерпывать себя ею. Не определять оценочно ни свою жизнь, ни чужую: «Не судите, да не судимы будете». Иметь оценочную зависимость и считаться с ней, понимать ее у себя и других - но не руководиться ею бездумно, не подчиняться.

Да, так: несмотря на зависимость, быть свободным.

«Ты сам свой высший суд. Дорогою свободной иди, куда влечет тебя свободный ум… Хвалу и клевету приемли равнодушно и не оспаривай глупца…»

Какой верный совет и как мало следовал ему давший его, как наоборот поступал. «Восстал он против мнений света. Один как прежде - и убит». Не восстал, нет - восстал, вернее, в душе только и на бумаге. А если б восстал и в жизни, не вызвал бы на дуэль глупца, начхал бы на «диплом рогоносца». Оценочная зависимость, собственно, и убила Пушкина.