Глава 8. Леонардо подбитый глаз


...

Будьте здоровы, молодой человек

Юлий Борисович Линцов (назовем его так) заведовал кафедрой некоего института. Это был крупный специалист в одной из областей математической логики, автор нескольких монографий, обладатель титулов, премий и прочая. Юлий Борисович успевал всюду, был на виду. Один раз выступил с популярной лекцией в Политехническом музее. Читал замечательно - Академик, бывший среди немногих его внимательных слушателей, ушел в полном восторге. Линцов с той поры не сходил с его уст. Через какого-то знакомого математика сумел достать из научной библиотеки чуть ли не все его работы и прочитал от корки до корки.

Я, понятно, мог этому только отдаленно сочувствовать, пожалуй, даже слегка ревновал. Один раз за игрой в Пи-футбол это прорвалось.

- И чего ты нашел в своем этом Хренцове?… Сейчас мой удар, был угловой… Тьфу… Чего он там тебе такое открыл?

- Шесть - один. Объяснить сложно, терминология… Линцов - личность. Личность в науке. Аут.

- А остальные в вашей науке без личностей что ли?

- Проявить самобытность - тебе пенальти - достаточно сложно. А он сумел. Семь - один.

- Ну и что? Ты тоже проявляешь самобытность. Я тоже проявляю самобытность. Семь - два.

- Не жульничай, положение вне игры. Слушай, Кот, а ты подал идею, спасибо!…

Его идеи всегда возникали по каким-то немыслимым поводам, по непостижимым касательным, скакали, как блохи, куда-то вбок. На этот раз идея была простенькая и бредовая: собственною персоной явиться к Линцову.

Поговорить.

Обоснование: лучше однажды, чем никогда.

Дней десять Клячко, не разгибаясь, сидел и строчил, вычеркивал и строчил, рвал бумагу и снова строчил - такого с ним никогда не бывало, он работал всегда сразу набело.

Он составлял вопросы.

Когда все было готово, страшно мигая, протянул мне аккуратно исписанный лист бумаги и попросил прочесть.

Семь вопросов. Первые три и последний состояли сплошь из абсолютно непонятных мне формул.

- Это пропусти, пропусти! - закричал Кляча, увидев мою реакцию. - Вот это, ты только это… Смешно, а?…

Изо всех сил заскрипев извилинами, я прочел следующее. (За точность воспроизведения не ручаюсь.)

…исчерпывается ли высшая деятельность мозга постановкой и решением проблем?

…имеют ли смысл попытки обоснования этики теорией разомкнутых (сверхцелевых) игр?

…есть ли пути к созданию единого языка на основе гипотезы му… мульти… мо… мультимодальности смысловой вселенной?

- Ну как, а? Смешно?…

- Гм… Все бэ-мэ. (Более или менее.) В целом бэ-мэ нормально, - сказал я важно.

Ему пришлось приходить к Линцову несколько раз, из которых добиться аудиенции удалось только дважды.

Первый раз (по его неохотному описанию).

- …Юлий Борисович, если можно… Минимальное время… Письменно или устно, как вам удобнее…

- Хорошо, я посмотрю вашу работу, оставьте секретарю. Приходите на той неделе. Во вторник. Нет, в пятницу… Нет, в пятницу заседание кафедры… Алло… Сейчас, извините… Позвоните секретарю во вторник с утра… Нет, лучше в пятницу… Будьте здоровы, молодой человек.

Второй раз. (Я увязался с ним, подслушивал за дверью).

- Ну заходите, что же вы мнетесь… Садитесь… Алло. Да, добрый день, дорогой Олег Константинович! Спасибо, и вас так же! И вас с тем же!… И вам того же!… Переносится симпозиум? Да-а-а… Спасибо, спасибо. И вам спасибо… Так вот, молодой человек. Алло. Да… Занят. Тоже занят. В пятницу. Алло. Слушаю вас… Сию минуту… Маргарита Антоновна! Риточка, ну что же вы… Референт Николая Тимофеевича… Алло, да, да, материал подготовлен, мы ждали вашего… Обязательно. Сделаем. Большое спасибо…

Итак, мальчик… А? Минуту… Риточка, принеси… Ну вот… Да, я помню… Молодой человек, вы не представляете себе моей занятости. Ваши вопросы… Э-э… Не совсем… Хотя и свидетельствуют о вашем интересе к ряду проблем дискордантного преобразования… Алло. Я… Почему раньше не позвонила?… Нет, не совсем удобно… Перезвоню… Да… У вас, несомненно, есть кое-какие задатки, молодой человек. Если вы будете серьезно работать в какой-либо области, из вас, будем надеяться, со временем выйдет какой-нибудь толк. Будьте здоровы, молодой человек.