Симоронские истории.

Глава 8. Карета подана!

Экспресс для запоздалых пассажиров.

Отношения симоронавтов с общественным транспортом складываются самым благоприятным образом - они перестают торчать на остановках, попадать в очереди и пробки. Это простой и очевидный способ убедиться в эффективности Симорона.

Поздним весенним вечером я ехал домой. Выйдя из метро "Царицыно" к автобусной остановке, я с некоторой грустью отметил несколько одиноких фигур. Время приближалось к полуночи, и мой прошлый опыт подсказывал, что автобуса придется ждать долго. Зябкий ветерок взъерошил волосы и взлохматил бороду. Оставалась одна надежда - на Симорон. Скептик внутри меня истошно завопил:

- Какой к черту Симорон! Откуда здесь в это время возьмется автобус? Или, может быть, тебе вертолет подать?

Но волшебник во мне одержал верх и завел старую испытанную шарманку:

- Я благодарю тебя, Ванечка, за предупреждение, что, в случае моего бездействия, ожидание автобуса может затянуться до утра, и, продрогнув до костей, я буду вынужден топать домой пешком. Я дарю тебе эмоциональное равновесие в виде темного силуэта всадника в развевающейся бурке, стремительно несущегося по холмистой ковыльной степи.

Скептик продолжал гнусавить что-то типа студенческой мудрости: "Сколько график не штрихуй, все равно получишь... двойку!" Но всадник упорно скакал по серебристым холмам. Внутренний диалог длился не более трех минут, и свершилось чудо! Из-за угла вырулил красавец-автобус "Мерседес" с табличкой на лобовом стекле "Экспресс м.Царицыно-платф.Бирюлево". Никаких экспрессов на этом маршруте я прежде не видел, а автобусы "Мерседес" тогда были редкостью на улицах Москвы. Неудивительно, что случившееся повергло меня в состояние легкого шока. Первой мыслью было: "А не сон ли это?" И когда я сидел в теплом уютном салоне автобуса, мягко и бесшумно скользящего по ночным улицам, у меня было время поразмыслить над изобретательностью Степаныча.

Куцее человеческое сознание ограничивает возможные пути решения проблемы. Происшедшее наглядно показывает непредсказуемость симоронской работы. Имеется в виду, что прогнозировать заранее результат симоронской акции невозможно, но всегда можно быть уверенным, что этот результат наиболее благоприятен для всех участников конкретной ситуации.

Заблудившийся в Люберцах.

Сия история является типичным примером сигнального вихря, выбраться из которого, по мере его усиления, становится все труднее.

В один из пасмурных ноябрьских дней я собирался в очередной раз поехать в больницу к Шурику. Встреча была назначена на два часа дня. Дорога от моего дома до подмосковного поселка Некрасовка занимает много времени, и обыкновенно я выходил из дома в 12 часов. В тот день я задержался, увлекшись чтением захватывающей книги Р.Желязны "Хроники Амбера", и когда бросил взгляд на часы, было 12.15. Мелькнуло чувство досады, что могу опоздать на встречу. Это был первый замеченный мною тревожный сигнал. Я не придал ему значения: "Подумаешь, наверстаю упущенное время по дороге". Если бы я отблагодарил сигнал, то смог бы избежать последующих затруднений.

Когда я вышел из метро "Выхино" и двинулся к остановке автобусов и маршрутных такси, дорогу мне преградила плотная толпа. Подобного скопления народа на этой остановке раньше я не видывал. Это был второй сигнал, и не заметить его было трудно. Мне пришлось в буквальном смысле протискиваться сквозь препятствие. Желанная маршрутка "стояла под парами", и в ней оставалось всего одно свободное место. Я торопливо забрался в маршрутку и, довольный собой, облегченно вздохнул: "Теперь успею к назначенному часу". Я и не подозревал, что угодил в ловушку, поставленную самим собой.

Впопыхах, захваченный стремлением приехать вовремя, я даже не удосужился узнать номер маршрутки. Преграда на моем пути в виде небывалого скопления людей предупреждала: "Притормози! Ты сбился с верного курса, и впереди могут поджидать большие трудности". Отблагодарив возникшее препятствие, я бы прочистил запечатанную дырочку на фильтре первого экрана - собственной личности. Тогда бы я догадался глянуть на лобовое стекло "РАФика" или спросил бы номер маршрута у пассажиров.

Пока я беззаботно глазел в окно, маршрутка свернула с трассы в "неположенном" месте и заколесила по улицам города Люберцы. Я понял, что "сел не в свои сани", и беспокойно заерзал на сиденьи. Выходить в незнакомом месте не хотелось, и я надеялся, что маршрутка сделает крюк и вернется на трассу. Но мы все больше отклонялись в сторону, и вскоре я потерял ориентацию. Наконец терпение иссякло, и я выскочил на каком-то пустыре. Поблизости сиротливо возвышалось несколько многоэтажек, и ни одной машины не проносилось мимо. На часах - без пяти минут два.

"Вот это влип! Придется симоронить", - с тоской подумал я. Поблагодарил Ванечку за предупреждение, что могу заночевать на пустыре. Запаковал душевное равновесие для Вани в яркую обертку - чайник из голубой резины, с пультом дистанционного управления. После изготовления подарка ситуация показалась мне смешной: "Опять заигрался! В который раз попался на удочку, отмахнувшись от череды сигналов".

Из-за поворота вынырнул "Жигуленок", и я поднял руку. Услышав названную цену, я кивнул и быстро забрался в салон. Такса оказалась в четыре раза меньше той, на которую я рассчитывал. Минут за семь мы домчались до больницы, опоздал я всего на десять минут и пришел одновременно с Шуриком. Я привел ему метафору об усилении безобидного сигнала до такой степени, что пришлось платить "штраф". С помощью благодарения удалось выйти из вихревой ситуации с наименьшими потерями. Но на этом история не закончилась.

Вечером, выйдя на площадь перед больницей, я увидел пустое маршрутное такси. Водитель тщательно протирал забрызганное ветровое стекло. Я уселся в кабину, на место штурмана. Когда мы тронулись, водитель спросил меня, будто старого знакомого:

- Как думаешь, наберу сегодня нужную сумму? Что-то на обратном рейсе мало народу садится.

Я замечал, что от Некрасовки до Выхино микроавтобус ходит наполовину пустой. Чтобы укрепить уверенность "шефа", бодро ответил:

- Конечно, наберем! О чем разговор. - И подумал: "Неспроста от водителя маршрутки поступил подобный запрос. Видимо, я не до конца разобрался с вихрем, в который угодил сегодня днем, и рядом со мной - новый ревизор. Нет, братец, меня не проведешь!"

В то время, как ревизор крутил баранку и рассказывал о сложностях шоферской работы, я благодарил его за предупреждение о том, что поток пассажиров может истощиться. Маршрутные такси канут в небытие, и добраться до Некрасовки можно будет лишь пешком. Водитель продолжал жаловаться: машины старые, еле бегают, постоянно ломаются, запчастей нет. Ревизор несомненно нуждался в душевном комфорте и уверенности. Удовлетворить его потребности особого труда не составляло - он сам указал симоронский след, когда я садился в машину. Симоронское имя таково: "Я тот, кто заботливо протирает ветровое стекло".

Переименование не прошло даром, и маршрутка заполнилась пассажирами. Водитель заметно повеселел и начал травить анекдоты. Второй экран продемонстрировал, что моя работа принята. Когда машина остановилась у метро, и я покидал штурманское кресло, "командир корабля", улыбаясь, пожелал мне счастливого пути. Прошло несколько месяцев, и вместо потрепанных "РАФиков" по всей столице забегали новенькие маршрутные такси. Это были комфортные микроавтобусы "ГАЗель" фирмы "Автолайн". Автор, с присущей ему скромностью, приписывает эту заслугу себе, а точнее Степанычу в себе.

Вези меня, извозчик!

Каждое лето, в период белых ночей, в живописных местах близ Питера проводится российский фестиваль "Радуга". На него собирается самая разномастная, "отъехавшая" публика. В июне 1995 года слет всяческих чудиков проходил на речушке Ящера. Чтобы туда добраться, необходимо было преодолеть 10 километров по грунтовой дороге от железнодорожной станции Толмачево и пару километров по сосновому бору.

Представьте картину: из электрички вываливается пестрая толпа, увешанная рюкзаками. Путешественники разбиваются на кучки, снимают рюкзаки и некоторое время ожидают попутного транспорта. Через 15-20 минут напрасного ожидания выясняется, что деревня Толмачево не отличается оживленным движением транспорта. Толпа начинает таять, и у железнодорожного переезда остаются трое самых ленивых. Симоронавт вряд ли станет тащить тридцатикилограммовый рюкзак десять километров, если есть хотя бы теоретическая возможность проделать этот путь на машине. Здесь уместно напомнить знаменитую симоронскую поговорку: "Симоронавт своими ногами никуда не ходит!"

К тому моменту Папа и Серега излили благодарность Ванечке, а я воспользовался заранее заготовленной мантрой, обеспечивающей транспорт. Эта мантра работала также на хорошую погоду, встречи с интересными людьми и так далее. Ритуал вызывания деревенского такси выглядел следующим образом: я сложил кисти рук таким манером, что между ними образовался треугольник. Поднес ладони к лицу, просовывая в треугольное отверстие нос и рот, и произнес мантру, более похожую на раскатистое рычание: УРРРР...

Не прошло и трех минут, как возле нас притормозил старенький "Москвич". Покуда мы грузили рюкзаки, подкатил "Жигуленок". Цена была более чем сносная, и мы заняли обе машины, прихватив по дороге троих ребятишек. Вскоре остальные "господа туристы", взмокшие под рюкзаками на тридцатиградусной жаре, провожали недоуменным взглядом обгонявшие их легковушки. Из машин сквозь поднятую пыль проглядывали лукаво улыбающиеся физиономии.

Подожди меня, Родной!

В тот вечер в нашем любимом "Театре на Покровке" давали "Ревизора" - спектакль, который мы с женой давно хотели посмотреть. Двое знакомых обещали ждать нас у входа в театр, приглашение находилось у них, и опаздывать было нельзя. Мы с Ленулей собирались ехать из разных мест и договорились встретиться за сорок минут до начала спектакля на станции метро "Курская-кольцевая". К месту встречи я опоздал на десять минут и, не увидев жены, начал ее благодарить. Она предупреждал меня о том, что встреча может не состояться, у обоих будет испорчено настроение, наша жизнь может превратиться в нескончаемую ссору, и до конца дней своих мы будем обвинять друг друга:

- А помнишь, ты опоздала в театр!

- Нет, это ты меня не дождался!

Поблагодарив Ленулю, я подарил ей уверенность и эмоциональное равновесие в виде бублика, опускающегося на парашюте из кружевных женских панталон нежно-розового цвета.

Безрезультатно прождав несколько минут, я прошел в конец платформы. У остановки последнего вагона жены также не оказалось. Меня осенила догадка, что она могла перепутать, и ожидает на станции "Курская-радиальная". Обуреваемый сомнениями, но не отпуская бублик, я бегом отправился туда, но напрасно. А часы неумолимо тикали. Когда я вернулся к назначенному месту, было очевидно, что опоздание неизбежно и выходит за всякие рамки. Я собрался уходить и уже разворачивался к выходу, как реактивный лайнер перед взлетом, но в последний момент меня что-то остановило. Я дождался следующего поезда и заметил знакомую фигуру, неторопливо выходившую из дверей вагона. Не удержавшись, я отпустил в адрес жены несколько выразительных комплиментов по поводу ее расторопности. Сделав невинное лицо, она прибегла к проверенному тактическому ходу: "Нет, а чего ты нервничаешь? Ты же Симорон!" Крыть было нечем, и я выслушал короткий рассказ жены.

Поняв, что опаздывает, она поблагодарила Ванечку за предупреждение о том, что может не попасть на спектакль и все дальнейшие попытки посмотреть у С. Арцибашева "Ревизор" будут безуспешны. Ванечке она подарила спокойствие и эмоциональное равновесие в виде упитанной буренки, пасущейся на лугу. После чего Ленуля, нисколько не переживая по поводу опоздания, доехала до места встречи. И в результате благодарения "что-то" подсказало мне дождаться очередного поезда.

Вскоре мы были возле театра. Спектакль задержали, а наши друзья стояли у входа и неторопливо пускали клубы сигаретного дыма.

Билеты в "Олимпийский".

Зима, солнечный морозный день. Я еду в спорткомплекс "Олимпийский" на книжную ярмарку. Захожу в вагон метро, усаживаюсь и достаю книгу. Входит потрепанный, слегка пьяненький бомж. И, бешено вращая глазами, начинает гнусить на весь вагон: "Какая хреновая жизнь пошла. Развалили страну, сволочи. Мне бы автомат, всех бы перестрелял!" Он выпаливает это в лицо молоденькой девушке. Видно, что ей противно его близкое присутствие. (Хотя я был довольно далеко, но почти физически ощутил характерный смрадный запах.) Но девушка боится подать голос, видимо, опасаясь, что он вцепится в нее как клещ. Она побледнела. Времени для раздумий нет ни секунды, и я скороговоркой начинаю благодарить бомжа:

- Благодарю тебя, Вася (так я его назвал), за предупреждение о том, что до самого конца поездки я буду вынужден слушать твои разглагольствования. Мне будет неприятно наблюдать за твоими приставаниями к девушке. Наконец я могу не выдержать и брошусь на тебя с кулаками. И начнется драка, в которой я могу получить фингал.

Благодарением удалось слегка умерить пыл бомжа, но он продолжал что-то гнусавить. На трэке я увидел Васю младенцем и стал кормить его молоком из бутылочки. Лежал этот Вася в памперсах чистенький, сухой, покряхтывал, а я ласково поглаживал его по грудке и животику.

Я стал печатать имя: "Я тот, который кормит Васю молоком".

Тон голоса Васи снизился до нормального, речь стала плавной. Ни с того ни с сего он полез во внутренний карман пальто и достал оттуда ветхое коричневое портмоне. В нем оказалось немного денег и засаленные фотографии. Спустя несколько секунд все узнали, что это Васины родители. Он стал что-то тихонечко рассказывать подвернувшейся бабуле, сел рядом с ней. Та слушала его с нескрываемым интересом, и между ними завязалась оживленная беседа. Затем бабуля вышла. Бомж остался один на освободившейся скамейке. Внезапно из его глаз потекли слезы, и он окончательно затих.

Тут и мне пришло время пересаживаться на другую ветку. Я вышел из вагона и бросил взгляд на часы - без двадцати двенадцать. Значит, приеду в "Олимпийский" примерно в полдень. Раньше (до 1997 года) в это время менялась цена на входные билеты с двух тысяч до одной тысячи, поэтому, минут за десять до смены цены, желающие попасть на ярмарку не покупали билеты, а выстраивались в очередь. Стоять в длиннющей очереди на морозе не хочется. Я поблагодарил Ванечку за то, что он предупредил меня о возможности превращения в сосульку, и подарил ему душевный комфорт в виде слона, чистящего зубы апельсиновой зубной пастой.

Я ехал и размышлял: "Интересно, куда же денется народ?" Издалека увидел две огромные очереди в кассы. По всей вероятности, придется постоять. Рядом женщина в тулупчике и валенках бойко торговала горячими пирожками. Она внимательно осмотрела меня и внезапно сказала:

- Мужик, тебе нужны билеты на ярмарку?

Психология bookap

- Конечно, сколько стоит? - не задумываясь, спросил я, предполагая цену, и не ошибся. Цена оказалась две тысячи. К предприимчивой торговке потянулось несколько человек.

В дальнейшем я частенько покупал у нее билеты.