Глава 3. Чтобы быть собой, надо быть кем-то

Найти себя невозможно — себя можно только создать.

Томас Сас



«Как корабль по парусам, тоскует душа моя…»



Мир меняется, и мы меняемся вместе с ним. Только скорость у нас разная. Потому что наш разум, в отличие от окружающей действительности, кое-что останавливает. А точнее, держит и не пускает. Словно якорь — шхуну, дабы отливом не унесло. Все оттого, что мы заявляемся в этот мир не с пустой головой: вместе с нами прибывает тяжеленный «якорь» психологических схем. Этими схемами обусловлены модели нашего поведения и восприятия. Мы заранее знаем, как относиться к тем или иным событиям, новостям, личностям, переживаниям и возможностям. Вернее, не знаем, а предчувствуем. И нельзя сказать, что предчувствия постоянно врут. Или что они не врут вовсе. Реальное положение дел, как обычно, расположено где-то посередине между «всегда» и «никогда». Да и проблема, собственно, заключается не в том, с какой частотой обманывает нас наша интуиция. Проблема заключается в слове «заранее».

Ведь если человеческое восприятие и поведение предопределено — значит, оно несвободно. Ограничено. Заперто в рамках, преступать которые не следует. И не всегда понятно, почему не следует — то ли ради самосохранения, то ли ради сохранения того, кто эти рамки обозначил… А кто его, в самом-то деле, обозначил? По большому счету, этот кто-то — вы сами. Ваш психологический тип и ваш темперамент, сформированные до вашего рождения, предлагают вашей личности (весьма, надо сказать, настойчиво предлагают) четко определенные реакции на разные типы раздражителей: здесь следует встревожиться, здесь разгневаться, здесь обрадоваться, здесь не заметить очевидного… Все эти предложения, разумеется, учитываются сознанием и, что гораздо важнее, подсознанием.

Многим кажется, что подсознание «ниже рангом», чем сознание. Поэтому сознательное руководит, а бессознательное подчиняется. Хотя психологи точно знают: все обстоит как раз наоборот. Подсознание направляет личность туда, куда ему заблагорассудится. И если личность не научится упираться — то есть осмысливать причины и следствия, а также устанавливать потребности и идентифицировать страхи — человек будет плыть по воле волн всю свою жизнь. И неизвестно, куда его в конечном счете принесет. Огромная сила бессознательного состоит еще и в том, что оно начинает работать над своим «хозяином» задолго до того, как разум выкристаллизовывает свои требования, стремления, ограничения — вообще все то, что подсознательное уже не только создало, но и предложило формирующейся личность в качестве путеводителя по дорогам жизни.

И мы, вступая на одну из этих дорог, выполняем рекомендации бессознательного… правильно, совершенно бессознательно. Ну, а назвался — полезай, гласит мудрая русская пословица. И если зарождающаяся личность внутренне соглашается с ролью, скажем, психологического типа, именуемого шизоидом, то и ее поведение будет развиваться именно в обозначенном направлении, а не во всех сразу. Хотя «чистых» психологических типов природа, конечно же, не создает. Она достаточно милосердна, чтобы оставить каждому индивиду запасной путь для отступления. И человек в разные моменты жизни действует как обладатель очень разных психотипов — например, как шизоид, истероид и эпилептоид (в следующем разделе мы расскажем о психологических типах подробнее). Это расширяет его сферу реакций и повышает возможности адаптации. Но одновременно увеличивает количество негативных раздражителей, с которыми приходится «работать».

Надо признать, что есть области, в которых даже успешная самоактуализация не может конкурировать с психологической зависимостью. И это в первую очередь область получения острых ощущений. Неоднократно упоминавшийся в нашей книге Абрахам Маслоу пишет об «опыте мистических и духовных переживаний, и не обязательно религиозных», подразделяя их на две категории:

1) «пик-переживания» — обобщенный термин для обозначения лучших моментов человеческой жизни, которые могут длиться несколько минут или несколько часов и характеризуются «чувством открывающихся безграничных горизонтов, ощущением себя одновременно и более могущественным, и более беспомощным, чем когда-либо ранее, чувством экстаза, восторга и трепета, потерей ощущения пространства и времени»;

2) «плато-переживания» — так Маслоу обозначает более устойчивые и длительные ощущения, во время которых возникает новый, глубокий способ видения и мироощущения, появляются фундаментальные изменения отношения к миру, изменяется точка зрения, создаются новые оценки и усиленное «сознавание» мира.

Но одновременно Маслоу признает, что сам по себе опыт таких переживаний не приближает личность к самоактуализации. Для усвоения и развития такого опыта необходимы психологическое здоровье и продуктивность действий личности. А значит, психологически зависимый индивид, регулярно после приема допинга восходящий на эмоциональные «пики», никак не может похвастать самоактуализацией. А почему?

Все дело в том, какую роль исполняют пик-переживания в жизни данного индивида. Если оно служит ориентиром, указывая путь для выхода на плато-переживания, есть шанс, что личность употребит полученную информацию в целях самосовершенствования. Это, скорее всего, укрепит ее психическое здоровье и повысит гармоничность взаимоотношений с миром. Но если пик-переживания превращаются в цель, они, можно сказать, превращаются в тупик для личности. После очередного пик-переживания человек возвращается к прежнему состоянию и начинает мечтать о следующем эмоциональном взлете. Отсюда до аддикции, образно говоря, рукой подать.

Для искусственной стимуляции пик-переживания применяются, как вы помните, и химические, и информационные, и эмоциональные средства. Шансы на излечение определяются не только силой зависимости, но и ее разновидностью. Эмоциональные и информационные зависимости считаются менее тяжелыми, нежели химические. Исключение составляет патологический азарт или игромания, которая по своей тяжести приравнивается к алкоголизму. В данной книге мы ограничимся рассказом об особенностях эмоциональной и информационной аддикции. Химической зависимости посвящена будет отдельная книга. Мы лишь коснемся некоторых основополагающих сведений об этой патологии состояния.

Список химических стимуляторов включает в себя не только алкоголь, наркотики, табак, но также и кофе, чай, сахар, калорийную пищу. Крайние проявления пристрастия к пище — патологическое переедание и обратная перееданию анорексия — могут не только привести к ухудшению здоровья, но и к летальному исходу. Поэтому, если у кого-то из ваших близких наблюдаются внезапные изменения веса, аппетита, настроения, поведения — причем не единичные случаи, а регулярные проявления — не будьте слишком самонадеянны. Постарайтесь узнать, не принимает ли ваш друг или родственник какой-нибудь «допинг», не страдает ли дисморфофобией[30], не сидит ли на опасной для здоровья диете и не глотает ли таблеток для похудания, сомнительных во всех отношениях. Своевременно полученная информация повышает шанс на успешное излечение.

В случае эмоциональной зависимости процесс избавления от пристрастия проходит намного эффективнее, хотя и основывается на том же принципе: восполнить тот участок «внутреннего космоса», который на данный момент представляет собой сплошную черную дыру — и психика перестанет стремиться к «передозе блаженства». Виды аддикции, обращенной на различные «радости жизни» и не связанные с приемом внутрь веществ и продуктов, тоже довольно разнообразны:

1) гневоголизм — склонность к разрядке агрессивного аффекта в форме вспышек гнева, часто ничем не обоснованных;

2) сексоголизм — пристрастие к безличному и безэмоциональному сексу, связанному с частой сменой партнеров и различными сексуальными отклонениями (в том числе и с уголовно наказуемыми — в частности, с педофилией или насилием);

3) любовная зависимость — чрезмерная привязанность к определенному человеку, сопровождаемая потерей самоконтроля, навязчивым поведением, невосприимчивостью к отказам и оскорблениям;

4) трудоголизм — потеря способности к отдыху, расслаблению, близким отношениям и вообще полноценному существованию вне рабочего места;

5) шоппингомания — патологическая склонность к приобретению новых вещей вне зависимости от реальной потребности в них, неспособность остановить себя волевым усилием;

6) мифомания — навязчивое фантазирование, стремление к устному сочинительству (в отличие от графомании, связанной с письменным сочинительством, но относящейся не к психологическим зависимостям, а к психическим расстройствам), невзирая на произведенное мифоманом негативное впечатление;

7) интернет-зависимость — это пристрастие часто объединяют с пристрастием к компьютерным играм, хотя в некотором плане оно больше походит на игроманию;

8) игромания — тяга к азартным играм, самая сильная из эмоциональных зависимостей, считается практически неизлечимой.

В юности яркие, сильные переживания ценятся чрезвычайно высоко. Все прочие достижения им «не конкуренты». Поэтому острые ощущения легко превращаются в цель. А средств для достижения этой цели у человека, «выбирающего житье», не так уж много. И самое популярное — это допинг. Химический, информационный, эмоциональный. Если принять что-нибудь «бодрящее» или, наоборот, «расслабляющее», или накрутить себя до синих веников и зеленых чертей, или еще как-то «расширить восприятие» — глядишь, и словишь кайф. Да, все эти методы чреваты потерей независимости личности. Подсознание доминирует, сознание слабеет, внутренний Ребенок крушит все вокруг, Родитель ворчит, Взрослый безмолвствует… Ну и что? Зато какая вечеринка! Тут уж не до гармонического развития. Лишь бы крышу тайфуном не снесло. Человек не подозревает, скольких возможностей и способностей он лишится, если подобные «вечеринки» войдут у него в привычку.

Базовые, жизненно необходимые способности к общению, к эмпатии, к адекватной оценке себя и внешнего мира, к ответственности, к самостоятельности, к самоконтролю — вот каких навыков мы лишаемся в погоне за удовольствиями. Причем речь именно об удовольствиях, а не об удовлетворении важных потребностей. Наоборот: высшие потребности оказываются в забросе и пребывают в подавленном состоянии годы и годы. А им на смену приходят абстиненция и толерантность. То есть психологическая зависимость. Чтобы понять, чем мы рискуем и что теряем, нужно переключиться с бесконечной погони за очередным острым ощущением на нелегкое дело познания и развития себя — как личности, как интеллектуальной (и эмоциональной) единицы. Но, честно говоря, многих останавливает лень, страх и самоуверенность — подарки инфантилизма. Если бы люди знали, что там, под красивой упаковкой, они бы даже обертку разворачивать не стали, а снесли бы эти подарочки прямиком на помойку.

Впрочем, каждому из нас природа дарит бесценное свойство: интерес к собственной идентичности[31]. Животное, например, не воспринимает себя отдельно от себе подобных. И не задумывается, чем оно отличается от представителей своего или другого вида. А человек очень даже задумывается. И часто приходит к ложным выводам. Одно из таких ошибочных мнений: я один такой, совершенно уникальный, мне с человечеством не по пути. Другое — диаметрально противоположное: все вокруг такие же, мы ничем не отличаемся. А как все обстоит на самом деле?