ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ УСТАНОВКА НА УСПЕХ. СВЕРЖЕНИЕ АВТОРИТЕТОВ


...

Сила сопротивления – самая действенная движущая сила

Победителя во все времена отличала сила сопротивления натиску. Меня до глубины души тронуло заявление, высказанное Юлию Цезарю его современником – Гаем Саллюстием Криспом. Тот сказал буквально следующее: «Я обнаружил в тебе наряду с другими качествами одно чрезвычайно удивительное: ты сохраняешь величие духа при несчастных обстоятельствах еще в большей степени, чем при удаче». Эта фраза многое проясняет, и размышления над ее философской основой не могут не привести к пониманию контуров личности, позитивно воспринимающей трудности или даже смертельные вызовы судьбы. Истории великих людей нашей цивилизации свидетельствуют: их общим отличительным качеством всегда была позитивная реакция на давление, возникновение непредвиденных обстоятельств, проблемы любого калибра. Ответом часто становилось асимметричное решение, которое и позволяло сделать из лимона лимонад. Если попытаться докопаться до корней этого качества, то мы неминуемо обнаружим, что в основе лежат психологические установки, готовность отвергать навязываемую силу авторитетов, игнорировать значение званий и должностей.

Платформой этой формы самовоздействия является понимание и принятие блага любого натиска, что помогает использовать его с пользой. Помните технику боевого искусства айкидо, когда защищающийся отменно использует энергию нападающего. О схожих вещах как-то упоминал и неутомимый искатель рецептов побед Дейл Карнеги, когда предлагал из лимона сделать лимонад. Постижение этой техники – это принятие общей психологической установки победителя.

К таким примерам относится яростное восхождение к успеху Джека Лондона, испытавшего в раннем возрасте все проклятия, присущие судьбе бедного человека. «Мне было восемь лет, когда я впервые надел рубашку, купленную в магазине. В десять лет я торговал на улице газетами. Каждый цент я отдавал семье, а в школе мне всегда было стыдно за мою шапку, башмаки, одежду. С тех пор у меня не было детства. В три часа утра на ногах, чтобы разносить газеты. Покончив с ними, я шел не домой, а в школу. После школы – вечерние газеты. В субботу я развозил лед. По воскресеньям я ходил в кегельбан ставить кегли для пьяных немцев. Я отдавал каждый цент и ходил, как чучело», – писал Джек в одном из своих писем уже на самом пороге успеха. Весьма примечательно, что ключевой момент в жизни этого очень сильного человека свершился не без участия матери. Когда после нескольких лет бесплодных усилий на грани психического срыва Джеку наконец пришло долгожданное приглашение работать почтальоном, именно наполовину безрассудная мать вселила в начинающего писателя твердую уверенность, что он пришел в мир создать невиданные доселе литературные шедевры. И потому не имеет права отказываться от своего предначертанного успеха из-за какого-то там мизерного заработка, пахнущего иллюзорной стабильностью и вечной мелочностью клерка. В тот момент свершилась окончательная и бесповоротная метаморфоза – это было подобно сжиганию мостов к отступлению. Последние метры на пути к успеху стали самыми трудными и неимоверно болезненными, но именно они обеспечили непоколебимую установку на мировое лидерство в литературе. Жажда величия выросла из презрения к тем литераторам, чьи рассказы и повести новоявленный писатель видел в журналах, отказывавших ему самому с методичностью робота. Чем чаще это случалось, тем злее он становился. И тем неотступнее становилась его убежденность в своей правоте.

Способность личности к сопротивлению абсолютно не зависит от пола или возрастных критериев. Существует множество примеров позитивных установок на успех, сформированных как в раннем возрасте у девочек, так и в зрелые годы у женщин.

Мария Монтессори, признанный авторитет в области педагогики, крупнейший специалист дошкольного обучения, может служить показательным примером готовности реализовывать идею с детства, основываясь на необычайной для ребенка психологической установке. Под влиянием тянущейся к образованию матери она с детства вбила себе в голову желание стать ученым, добиться колоссальных успехов на ниве науки. В значительной степени тут можно говорить о поглощении материнского желания, которая осталась необразованной только потому, что была женщиной. А также о намерении доказать, что запретное возможно, если очень стремиться к результату, – тут уже отчетливо проявляется сила сопротивления. Установка девочки, поощряемой матерью, была настолько сильной, что однажды, тяжело заболев, она заявила: «Не бойся, мама, я не могу умереть, мне слишком многое предстоит сделать». Состоявшийся трансфер желания матери девочка приняла за собственное стремление, превратившееся с возрастом в неискоренимое убеждение. Внешне хрупкая и худенькая девочка внутри была базальтовой глыбой. Как сообщает Джин Ландрам, в шестнадцать Мария оказалась единственной девушкой, зачисленной в Политехнический институт Леонардо да Винчи. Когда после успешного окончания этого учебного заведения она, решив освоить медицину, наткнулась на ужасающие баррикады протеста, то безапелляционно бросила директору Медицинской школы при Римском университете, что все равно станет доктором медицины. Разрешение учиться девушка получила у самого Папы Льва XIII, чем доказала – пути к цели могут быть разными, и для победы над ситуацией необходимо использовать любые возможности. Но, пожалуй, ничего бы не вышло, не будь этого дьявольского упрямства, этой демонической установки на успех, с отвержением иного варианта развития событий. Сила этого неотступного желания была такова, что Мария Монтессори согласилась препарировать трупы по ночам (такое решение приняло руководство университета из-за сопротивления мужской студенческой аудитории). Чем больше ее критиковали, тем закаленнее и сильнее она становилась. В результате, когда через шестнадцать лет после явления первой в Италии женщины-врача, в свет вышла книга «Метод Монтессори», она произвела революцию в подходах к образовательному процессу. Психологическая установка этой женщины может считаться эталоном стремления к победе, безупречным рецептом преодоления неудач и неверия окружающих. Неудивительно, что создание собственного метода обучения и его пропагандирование она считала миссией. «Нам доверена миссия… которой мы не осознаем», – приводят биографы слова, оставленные потомкам этой неординарной натурой.

Психологическая установка Дмитрия Менделеева вызрела фактически на руинах семейных несчастий и проблем. Рост самооценки был прямо пропорционален силе внешнего давления. Когда ему было тринадцать, умер отец, через три года мир оставила мать, сумевшая разрешить вопрос его приема в институт. Вскоре умерла и сестра, затем дядя, имевший влияние в столице. Дмитрия сдавливала угрожающими тисками бедность, грозила узловатым старушечьим пальцем безысходность смертельной болезни – не было никакого иного выхода, как выбраться из пропасти путем отменной учебы и достижения стабильного, благоприятного социального положения. С самого первого дня учебы он был настроен на последовательную, ни на миг не прекращающуюся борьбу. Он видел спасение только в одном: стать настолько значительным в каком-то деле, настолько весомым в социуме, чтобы навсегда избавиться от проблемы борьбы за существование. В ходе этой схватки росла самооценка будущего лидера, уверенность в собственных успехах в химических исследованиях. Последующий рост интереса к самому предмету исследований породил неистребимое желание добиться великих достижений, которые резко выделили бы его в научном и промышленном мире. Первые крупные результаты лабораторных исследований и тот факт, что к нему за советами вскоре стали обращаться крупные промышленники, только усилили мотивацию ученого, превратили намерения в неколебимую решимость стать первым, лучшим, самым выдающимся из современников.