ПАРАД ТЕХНОЛОГИЙ. СИСТЕМЫ ВОЗДЕЙСТВИЯ НА СОВРЕМЕННЫЙ МИР

Технологии воздействия личности на массовое сознание – это уникальный апробированный набор средств, превращенный в целостную систему благодаря их объединению в единый пучок, направленный на достижение единой цели. Схема действий этих технологий заключается в решении нескольких последовательных задач. Во-первых, идентификации данной личности, достижения четкой ассоциации с какого-либо вида человеческой активности. Во-вторых, привлечения к ее деятельности постоянного внимания, стимулирование желания следить за дальнейшими ее шагами. В-третьих, формирование контуров направления, которое будет способно жить своей собственной жизнью, независимо от жизни и деятельности автора, в том числе жить и развиваться после физической смерти автора. Это три уровня задач, или триединая задача, которую стремятся решить крупные личности, обладающие чувством истории. Те, кому удается это сделать, воспринимаются остальным миром как гении. Эти задачи могут решаться как осознанно и целенаправленно, так и бессознательно, как бы на уровне понимания продвижения общей идеи, без осознания того, что в какой-то данный момент отрабатывается четкий конкретный элемент задачи. Если кажется, что те или иные люди не знали или не разрабатывали свои технологии воздействия, это ошибочное, поверхностное впечатление. Они могли не называть свои действия технологиями, могли не задумываться над конкретными целями тех или иных шагов, но они всегда подразумевали, что тиканье их жизненных часов согласовано с ходом времени самой цивилизации.

Для наглядности рассмотрим решение этих задач такими известными людьми, как Билл Гейтс или Мадонна – самыми молодыми героями этой книги, здравствующими на момент ее написания. Они выбраны в качестве примеров, поскольку являются нашими современниками, а значит, имеется потенциальная возможность использовать максимальное число свежих идей, появляющихся в процессе развития цивилизации. Кроме того, читатель сможет при желании и дальше следить за выработкой ими тех или иных креативных шагов. Ведь каждый новый день открывает нам еще неведомые, неиспользованные возможности, и в этом также прелесть использования технологий. Ибо каждый желающий может создавать их, подобно тому как рекламист по-новому представляет продаваемую продукцию.

Возьмем за точку отсчета биографии Билла Гейтса тот факт, что он в условиях непрестанного соперничества с другими программистами создал уникальную программу Windows, на годы опередившую свое время. Через короткий промежуток времени этот человек стал всемирно известен. Разумеется, интерес к нему подогревался теми невероятными прибылями, которые он получил в процессе распространения своего продукта. Однако гораздо важнее, чем миллионы долларов, то, как именно Билл Гейтс умудрялся ассоциировать собственное имя с продуктами компании «Майкрософт». Во-первых, любой их выпуск Билл Гейтс научился превращать в театрализованные шоу. Например, когда Гейтсу исполнилось тридцать, он организовал шоу с катанием на роликах, джазом и игрой Пола Аллена на гитаре, а на следующий день сделал сенсационное заявление о выпуске акций компании и о новых разработках. А когда компания взрастила нескольких миллионеров, Гейтс организовал новое шоу из переселения «Майкрософт» – для нее и ее сотрудников был построен настоящий городок в сосновом лесу. Во-вторых, он научился извлекать максимум пользы из негативных ситуаций. В частности, затевая шумные судебные кампании по поводу интеллектуальных прав на программы, борьбы с пиратскими продажами, он не только выступал за обновление рынка и умножал свои прибыли, но и напоминал о себе как о борце – исключительно честном, благородном, современном и открывающем дверь в новое технологическое пространство. Тяжба с компанией «Эппл» только придала «Майкрософт» оборотов – скандал делал последнюю все более известной и популярной. В-третьих, команда Гейтса максимально использовала демонстрацию своих нововведений: речь идет не столько о рекламе, сколько о популярном, адаптированном представлении сложных на первый взгляд вещей. Использовались многочисленные возможности масс-медиа, представление дополнительных и смежных продуктов. В-четвертых, Билл Гейтс показал себя не просто практичным человеком – он активно использовал свою практичность, например, воспользовался экономическими механизмами для широкого продвижения компании на рынке и достижения большей публичности. Так, он превратил частную компанию в публичного участника рынка путем выпуска акций. Среди прочего, это сделало его миллионером, а значит, резко обострило интерес обывателей к его имени. В-пятых, Гейтс постоянно поддерживает идею своей необычности, даже экстравагантности. Например, он дал просочиться прелюбопытной информации о том, что руководитель «Майкрософт» слишком мало отдыхает и за первые пять лет работы компании имел только два трехдневных отпуска. Или о том, что он крайне экономен. Долгое время Билл Гейтс не вступал в брак, поддерживая особый интерес у некоторой части обывателей. Но поскольку наша цивилизация на 95 % состоит из мещан, то, естественно, очень многие узнали его имя. Билл Гейтс создал целую идеологию собственного бизнеса, с непременным желанием «работать на всю катушку» и обязательной организацией работ в небольших группах. А чего стоит заявление Гейтса о том, что его дочь не будет самой богатой в мире невестой, потому что 95 % личного капитала он собирается потратить на благотворительность. В-шестых, – и это, пожалуй, главное в биографии Билла Гейтса – он остался творческой личностью и осознанно сделал в своей жизни акцент на духовные ценности. Так, в свои сорок четыре миллиардер оставил пост исполнительного директора «Майкрософт», которой управлял четверть века. Билл Гейтс стал на путь благотворительности, выделяя средства на борьбу со СПИДом, в помощь беженцам Косово и т. д. Создав фонд собственного имени, он направил на различные благотворительные цели не менее пятнадцати миллиардов долларов.

Следует дать и несколько штрихов к общему портрету Мадонны (Луизы Чикконе), почти ровесницы Билла Гейтса и весьма колоритной особы, явно не уступающей в эпатажности самым богатым людям планеты. Для многих остается загадкой, как не особо талантливая певица, не самая лучшая танцовщица, откровенно слабая актриса, не блещущая литературным талантом писательница сумела в течение нескольких десятилетий поддерживать живой интерес к собственной персоне. Конечно, необходимо отметить ее сумасшедшую работоспособность, благодаря которой ей удалось создать конкурентоспособный образ современной независимой, самодостаточной и успешной женщины. Но работоспособность – это далеко не все. Мадонна поражает в первую очередь способностью к непрерывному поиску идей или их элементов. Ей удалось в течение времени пребывания на сцене несколько раз коренным образом менять свой облик и основательно модернизировать его подачу. Как и Билл Гейтс, она скрупулезно следила за развитием технологий, что позволило ей одной из первых внедрять технические новинки типа применения сценических спецэффектов или использования технологий производства клипов. Но если бы она ограничилась только сценой, наверняка ей пришлось бы довольствоваться разделом влияния со многими и многими молодыми исполнительницами. С точки зрения формирования новых технологий, Мадонна интересна тем, как она использовала смежные или комбинированные приемы подачи своего образа. Например, при более чем скромных способностях оформлять мысли в изящную форму она взялась за написание книги. Представление себя как автора книги и одновременно автора яркого сценического действа не могло не привлечь дополнительного внимания. Обострения интереса к собственной персоне Мадонна достигла за счет участия в киносъемках в роли великолепной и противоречивой, как она сама, Эвиты. Вся жизнь певицы проходила в постоянной эксплуатации нонконформизма: вызывающее сексуальное поведение, совмещение таких нестыкующихся вещей, как секс и религия, бесконечное нарушение существующих табу, скандалы и предательства тех доверчивых людей, которые намеревались стать ее друзьями. Ее всегда было слишком много – она являла собой вихрь, вокруг которого кружится все остальное. Дерзкая сущность и эгоцентризм не позволили ей создать семью и приобрести настоящих друзей, но она с успехом компенсировала это глобализмом своего присутствия в мире шоу-бизнеса и несметным числом поклонников. Ущербной частью личности Мадонны остается отсутствие духовности и проявленная неспособность к личностному развитию. Будучи разрушительницей по сути, она, тем не менее, сохранила высокий уровень влияния на молодое поколение – преимущественно за счет агрессивности и беспринципного, вампирического отношения к людям. А еще за счет контрастности, многоликости и яркости цветов, в которых она предстает перед миром.

На самом деле, описанное выше – это еще не технологии, а только их элементы, или принципы, свойственные каждой упорной личности. Только собранные воедино и оформленные для реализации конкретной идеи технологии превращаются в систему воздействия на общественное сознание. С целью систематизации возможностей использования технологий заострим внимание на пяти наиболее действенных из них. Это то, что прошло тестирование в процессе становления и развития выдающихся личностей. Это то, что действует.

Технология вспышек.

«Создать как можно больше очагов и способов воздействия!»

Технология создания вспышек представляет собой блок постоянных и изменчивых способов представления идеи или ее составляющих частей. Эффект от активного применения этой технологии часто напоминает расхождение кругов на воде от брошенного камня: эти круги сначала охватывают профессиональную или корпоративную аудиторию, затем движутся шире и оживленнее, воздействуя уже на более широкие слои населения планеты, пока наконец не начинают жить своей собственной жизнью внутри массового сознания человечества.

К этой технологии наиболее успешно прибегали такие выдающиеся мистификаторы, как Зигмунд Фрейд, Владимир Ленин, Елена Блаватская, Мери Беккер-Эдди, Николай и Елена Рерихи. Эти люди могут считаться классиками исполнения своей роли и реализации данной технологии. Элементы этой технологии частично использовали Огюст Роден и Нильс Бор, Михаил Горбачев и Эрих Фромм, Мария Склодовская-Кюри и Жарен Хорни, а также уже упомянутые Билл Гейтс и Мадонна. Технология включает встраивание в схему продвижения идеи следующих элементов:

– создание личного колоритного образа, в том числе с искусным вплетением звучных названий, авторитетных званий, привлекательных должностей;

– формирование блока сторонников;

– создание собственного издания – рупора идей;

– формирование сообщества или групп поддержки в разных регионах и точках планеты;

– проведение международных форумов, конференций, симпозиумов с целью расширения географии влияния;

– создание и развитие течений учеников и последователей;

– создание собственной школы, собственного направления деятельности;

– непрерывная публикация статей, книг, создание и введение новых терминов.

Часто к существующим составляющим элементам технологии добавляются еще некоторые оригинальные дополнения:

– выбор или создание сильного врага для усиления эффекта борьбы;

– проявление смежной, как правило общественно-политической, активности;

– создание постоянно действующих очагов напоминания об имени и идее (например, музея или отчеканенной монеты, медали, символа).

Николай и Елена Рерих совершили подлинные чудеса в области распространения влияния собственного учения и напоминания об имени Рериха, которое постепенно превратилось в символ. Сначала появилось «Общество Агни-йоги» для распространения учения Живой Этики, потом Институт объединенных искусств в Нью-Йорке, затем музей Рериха в США, еще позже – собственный журнал «Урусвати» и одноименный Институт гималайских исследований в Кулу. Это влияние и разрастающийся авторитет, естественно, вполне органично дополнялись публикациями книг, неутомимым созданием полотен, распространением философских формулировок. В значительной степени, как на уровне идей, так и на уровне их реализации, эти проекты явились воплощением «двойной» мудрости. Елена стала автором «Агни-йоги», распространителем Живой Этики и создателем ряда новых форм влияния на современный социум в виде обществ содействия, музеев, форумов. Не случайно ее называли «Матерью Агни-йоги», а еще позже санскритско-мистическим именем Урусвати (Утренней зарей, или Светом утренней звезды – этим именем впоследствии был назван и основанный Рерихами Институт гималайских исследований). Эта неординарная и на редкость сильная духом женщина даже вела личную переписку с президентом Соединенных Штатов. Она вдохновила мужа на рискованный (в силу очевидности блефа) и вместе с тем многозначительный шаг – передачу от таинственных и неведомых «учителей» ларца с землей Гималаев «на могилу Ленину». И конечно же, знаменитое общественно-политическое заявление Рериха – Пакт мира – было сделано не без ее влияния. К этому «двойному портрету» не лишним будет добавить еще и то, что вещание осуществлялось из далекого, почти недостижимого для большинства людей места на географической карте мира – это придавало миссии особый блеск и сакрально-мистическую ауру. Особенно, если упомянуть в связи с этим и некую связь с учением Блаватской, как и само использование имени Елены Петровны в качестве авторитетного, объединяющего символа. Кстати, нельзя оставить без внимания и такие дополнительные элементы, как знак Рерихов – внушенная сыновьям необходимость несения идеи семьи после ухода в мир иной самих основателей миссии.

Об использовании технологии вспышек Фрейда или Ленина ходят легенды, каждый из них создал подлинное течение с последователями, собственную организацию, множество рупоров и т. д. Можно лишь добавить, что добавление Лениным к технологии сугубо деструктивных черт, к примеру создание образа врага и организация террора, создала предпосылки для гигантского масштаба действия его идеи. Через годы его путем пошел еще более деструктивный и психически ущербный тип Адольф Гитлер, придав идее негативно окрашенные элементы мистики и размашистую бутафорию. Что касается Фрейда, то, имея все признаки и атрибуты классически примененной технологии информационных вспышек, он с заслуживающей внимания агрессивностью повел непримиримую борьбу со своим учеником Карлом Юнгом за географические сферы влияния. А вот Елена Блаватская использовала мистику в позитивных целях: свои уникальные способности медиума она поставила на службу идее, так же как и успешную борьбу с церковью. В создании сообществ последователей и почитателей как очагов поддержки она преуспела невероятно – на момент ее смерти в мире насчитывалось не менее двух сотен таких узлов теософского общества, распространяющих позитивную информацию о своей создательнице. Отношения Блаватской с прессой – особая история. Начав с воздействия на редактора авторитетной газеты «Пайонир» в Индии, она так разошлась, что пресса непостижимым образом всегда была осведомлена о ее миссионерских вояжах. Она же, кажется, не отказала в интервью ни одному изданию. Естественно, были созданы и «свои» рупоры: сначала журнал организации «Теософист», а затем журнал «Люцифер». Определенно преуспела в создании собственной школы танцев (фактически с функциями организации) и Айседора Дункан. Еще более широким диапазоном воздействия на массы «грешит» индивидуальная форма применения этой технологии у Мери Беккер-Эдди. Как и другие оформители своих учений, необразованная женщина догадалась позаботиться о звучных названиях и учения, и организации. На начальных порах она распространяла идею посредством курсов и книги, которые сделала доступными, обеспечила им «удел массового фабриката». Учению она придала черты религии, с тем, чтобы ее саму – «божью вестницу» – начали обожествлять. Разумеется, религии с большей охотой поклоняются, чем чему-то сугубо человеческому, пусть и филигранно исполненному. «Никогда бы я не осмелилась утверждать, что книга написана мною», – в этом заявлении Мери Беккер-Эдди очень схожа со своей современницей госпожой Блаватской. Небезынтересной покажется и история трансформации названий у этой уникальной наставницы. Когда она перебралась из маленького городка Линна в громадный Бостон, то и школа «христианской науки» мгновенно выросла до целого института, получив завораживающее название «Массачусетский метафизический колледж»– «В кратчайший срок, с чисто американской поспешностью подпольная учительница превратилась в доцента университета, докторское ремесло стало профессурой, и ускоренные «духовные» курсы – утвержденною государством «высшею» якобы научною школою», – со смесью восхищения и ужаса сообщает Стефан Цвейг. Надо ли говорить, что сама Мери Беккер-Эдди в свои шестьдесят один год совершила внезапное превращение. Она преобразилась, стала надменной и отстраненной леди, одинокой и неприступной королевой в созданном своими руками королевстве непонятной и малодоступной науки. Маленькое, душное помещение она сменила на хоромы «трехэтажного, гранитного дома» «с приемными помещениями, картинами, коврами и красивым салоном».

В этой истории с Мери Беккер-Эдди мы становимся свидетелями применения действенной технологии, предначертанной для внедрения идеи в коллективное сознание социума. Для своего продвижения по лестнице восприятия социальным окружением фанатичная женщина использовала идеи переезда – всякий раз при осуществлении превращений необходим эффект нового. Смена названия, декораций, логотипа, нашивок, модернизация идеологии вместе с главной вывеской – и масштаб деятельности удесятеряется, сила проповеди увеличивается на порядок. Секрет психологического воздействия заключается в том, что на человеческое сознание в равной степени действуют и магические слова, и загадочные символы. Кстати, очень важно, что Мери Беккер-Эдди интуитивно вплела в свое учение слово «наука», ибо научная платформа вызывает гораздо больше доверия у приверженцев материализма. В то время как магия божественного (использование слова «христианская» в подаче учения) отнесена к области неведомого и опирается на людей, склонных во всем видеть лик высшей силы и тень провидения. У непосвященных это призвано было вызывать благоговение. Таким образом, название и контуры учения Мери Беккер-Эдди впитали в себя славные черты и науки, и непостижимой святости, создав безупречный симбиоз активно воздействующей химеры. Всю эту уникальную мануфактуру шаманства дополняла книга самой авторитетной «ученой», которая тиражировалась с максимально возможным темпом и передавалась из рук в руки. Даже факт употребления слов «наставница», «учительница» является немаловажным, ибо лексика и обозначения неизменно служат инструментами воздействия на податливую психику учеников-прихожан. Естественно, она создала средства пропаганды – свой журнал, а потом и собственную газету. Но в своем неуемном желании затмить всех Мери Беккер-Эдди пошла много дальше, оставив позади крупные патентованные, признанные всем миром, фигуры подлинно великих творцов. Она построила церковь, на фронтоне которой (там, «где обычно высекаются надписи о посвящении Богу или какому-нибудь святому») впервые была размещена ода частному лицу – ей самой! Наконец, она даже написала гимн, который исполнялся на каждом крупном публичном мероприятии. Создается впечатление, что если бы эта отважная и нахватавшаяся беспорядочных знаний прорицательница имела системное образование, она бы если не затмила своей фигурой весь мир, то дотянулась бы по влиянию до таких обладателей лавровых венков, как Карл Густав Юнг или Роберт Дилтс. Но даже при общей необразованности и невежественности этой женщины ей не откажешь в отсутствии вкуса и предусмотрительности. В целом ее странная община, более всего походящая на секту, стала конгломератом религиозного прихода и элитной школы, что, в общем, принесло создательнице немеркнущую славу женщины-пророка и скромный сопутствующий гонорар в несколько миллионов долларов. Вступивший с нею в остро-язвительную полемику Марк Твен только усилил внимание к женщине-демону, еще никогда не поднимавшейся на американском континенте столь высоко в глазах завороженных соотечественников. Жизненный опыт этой беспокойной искательницы успеха является ярким свидетельством того, что при умелом использовании технологии фантомы обретают даже большую силу, чем реальные творения великих творцов. Людям необходимы интерпретации и схематичные объяснения, и тогда они готовы поклоняться хоть даже Мери Беккер-Эдди.

Действительно особое внимание при рассмотрении этой технологии следует уделить названиям и упаковкам. Не только Рерихи и Мери Беккер-Эдди творили тут чудеса. Приехав в Америку в качестве профессора психоанализа, Эрих Фромм обновил свой статус в Институте социальных исследований в Нью-Йорке. Далее этот неугомонный мастер оттачивал свое влияние на современный мир уже в Нью-Йоркском психоаналитическом обществе, потом создал Американский институт психоанализа, затем Институт имени Уильяма Э. Уайта. Можно не сомневаться – он плодил бы структуры и вывески до тех пор, пока не была бы организована комфортная для его деятельности и вещания среда, которая при взаимодействии с внешней средой неизменно оставляет знаковые следы воздействия на массовое сознание. Наиболее примечательно у Фромма то, что в своих трактатах он не просто обличал, но давал довольно четкие формулировки авторитета индивидуума, реального и надуманного, приобретенного путем хитроумных манипуляций. Удивительное дело, но для результативного продвижения идеи часто выявляется недостаточно создания продукта творческой деятельности, пусть даже это достижение будет неоспоримым. Нужна соответствующая упаковка, иначе восприятие обманет ожидания. Люди желают шоу, при этом они готовы быть обманутыми и снисходительно отнесутся к сказочному обрамлению картины. Сладкий миф для людей предпочтительнее самого великого результата, и никакое достижение не вызовет интереса, если оно не будет приправлено под соответствующим соусом. Если, подавая дорогое вино, официант расскажет великолепную легенду о его приготовлении, небылицы об урожае или еще что-нибудь загадочное, искусственно вызванные образы и ассоциации сделают его неподражаемым, совершенным. И даже зная или хотя бы подозревая, что это лишь плод чьей-то фееричной фантазии, слушатели, завороженные даже на миг мифическим обаянием, останутся польщены и в конце концов довольны. Так устроено человеческое существо, жаждущее воздействия и прощающее ради хорошего настроения милые шалости с несуществующими фактами и выдуманными образами. Мозг неосознанно расщепляет идею на составляющие точно так же, как желудок расправляется с пищей, производя из нее белки, жиры и углеводы.

Кажется, не лишним будет добавить, что и современные тренинговые центры организованы по принципу системного воздействия, разработанного во времена предприимчивых Мери Беккер-Эдди, Елены Блаватской и Карла Юнга. Возьмите биографию любого тренера и убедитесь, сколь многими названиями сертификатов, программ и школ он оперирует, дабы привлечь первичное внимание и создать магию авторитета еще до начала работы с аудиторией. Некоторые из современных тренинговых центров преуспели в непрестанном клонировании и распространении символов, помещая их на самые различные носители – от дисков до футболок. Их руководители прекрасно осознают: символы обладают могучим гипнотическим воздействием. Но это уже область действия следующей технологии.

Технология умножения носителей.

«Оставить информацию на как можно большем количестве носителей!»

Эта уникальная технология, собственно говоря, вытекает из самой природы человека. Проходя земной путь несмелой поступью, каждый из нас, сознательно или неосознанно, пытается оставить о себе информацию. Те, кому удается использовать наибольшее число оригинальных способов, в силу парадоксального подхода или масштаба оказываются настоящими виртуозами и в клонировании носителей собственного имени, и в распространении самой идеи.

Юлий Цезарь, как и другие известные представители античного мира, строил храмы, акведуки, колонны, создавал «чудеса света». Но многие ли из его знаменитых современников остались в памяти потомков за счет оригинальных и крайне экстравагантных способов: смена названия месяца, внесение правок в государственную систему, написание книг о победах в войнах. Цезарь был патологически неутомим в оставлении памяти о своих деяниях. Он начал с организации масштабных гуляний, во время которых баловал жителей Вечного города «хлебом и зрелищами». За деньги он самым примитивным образом тиражировал свое имя на стенах домов, пусть даже и связанное с безобразными скандалами и выходками. Любой шаг, будь то борьба с пиратами или безрассудная смелость при пересечении штормящего моря, любовная связь жены или даже собственная смерть – из всего он сумел извлечь информационную пользу. Конечно, Цезаря и современных пользователей интернет-технологий разделяют века и тонны различными способами поданной информации. Но важен сам принцип, который при хорошем продумывании действует безотказно, как яд на нервную систему.

Екатерина Вторая преуспела в создании таких дополнительных атрибутов, как медали, гроты, памятники, личные «Записки». Огюст Роден отличался широтой диапазона воздействия. Он с поразительной прозорливостью использовал выставки копий, написание книг о своем искусстве, распространение фотокарточек и наборов открыток с изображением своих скульптур. Но, без сомнения, самым крупным, судьбоносным решением выдающегося скульптора стала договоренность об использовании территории в центре Парижа для создания парка и музея своего имени – это было конвертирование имени в вечность, самая запоминающаяся работа ваятеля.

Альберт Швейцер, Альберт Эйнштейн, Мария Склодовская-Кюри, Бертран Рассел, Андрей Сахаров осуществляли удивительно многогранную деятельность, которая позволила оставить по себе разнообразные «продукты творчества» в различных плоскостях приложения их сил. Например, они виртуозно использовали смежную деятельность – политическую и общественно значимую. Альберт Швейцер удивил мир парадоксом поставленной им задачи, прозвучавшей из африканского Ламбарене. Но вряд ли о его славной больнице узнали бы столь широко, если бы он не использовал для распространения информации и популяризации идеи иные способы – выступления в качестве органиста в Европе, написание книг, статей, специально организованные турне, всякую возможность общественно-политической активности. Альберт Эйнштейн выступал в защиту созданного государства Израиль. Мария Скл од овская– Кюри использовала масштабную, порой не лишенную риска, общественную деятельность, в том числе во время войны. После гибели Пьера Кюри она приложила немало усилий для внедрения символов их имени – улицы Кюри, Института радия (читай – института Кюри, что тождественно созданию собственной организации, имеющей долговременные перспективы развития). Ученый Андрей Сахаров вообще стал известен миру преимущественно благодаря политической и общественной деятельности. Этот перечень будет скудным, если не вспомнить Бертрана Рассела, который удивлял не только многогранной деятельностью (писатель, философ, математик), но и общественно значимыми проектами. Он был одним из инициаторов пацифистского Пагуошского движения, соавтором манифеста Рассела – Эйнштейна, создателем «Фонда мира», организатором (совместно с Жаном Полем Сартром) международного трибунала по расследованию военных преступлений американских военных во Вьетнаме. А еще этот многосторонний талант открыл совместно с женой собственную школу, результатом деятельности которой стал значительный этический труд «Воспитание и общественный порядок». Во время Карибского кризиса, поставившего мир на грань ядерной войны, Рассел вел активную переписку с Джоном Кеннеди и Никитой Хрущевым, взяв на себя функцию посредника в противостоянии двух сверхдержав.

Коко Шанель оставила информацию о себе в символах моды. Она удивляла крайне широким диапазоном новшеств: маленькое черное платье, «Шанель № 5», гремучая смесь из бриллиантов и дешевых аксессуаров, короткая стрижка и т. д. Главное – порождение бесконечных ассоциаций со своим именем. Не умея писать сама, она охотно корректировала написание своих биографий, стараясь максимально править непривлекательные, на ее взгляд, эпизоды.

Область придумывания новых носителей информации так же безгранична, как небо, бескрайня, как мировой океан. В ней более всего преуспели оригиналы, которые умели мыслить парадоксально и не обязательно конструктивно. Можно выделить уникальные исторические эпизоды, например переход Александра Суворова через Альпы. Сначала была мысль, реализованная в поступке, историческом действии. Затем описания, воспоминания, исторические летописи, художественное полотно и т. д. То есть движение информации по спиральной оси, имеющей координаты во времени и в пространстве. Крещение Руси киевским князем Владимиром — это исторический эпизод, который по колориту превосходит строительство храмов и городов. Или первый полет в космос Юрия Гагарина, превративший обыкновенного человека в живой символ. Или некие творения, увековеченные именем человека, – они живут, напоминая о самом создателе. Закон Ньютона, автомат Калашникова, душ Шарко или система голодания по Полю Бреггу могут быть такими примерами. Не говоря уже о первооткрывателях, чьими именами названы страны и континенты, проливы и моря… Даже такой противоречивый, беспокойный дух, как маркиз де Сад, оказался вечным пленником истории благодаря созданным с использованием его имени шокирующим терминам «садизм» и «садомазохизм». Хотя, к примеру, слово «садизм» было введено ученым Рихардом Крафт-Эббингом в его работе «Сексуальная психопатия», именно откровения мятежного де Сада стали причиной появления этого обозначения. Разумеется, не помешает оговорка относительно чудовищной разницы между сознательным поступком для увековечивания имени и цепью случайностей, которые приводят к этому независимо от воли обладателя имени. Однако в случае с де Садом мы имеем дело с ситуацией, когда носителем информации выступает определенная, зафиксированная книгой форма поведения. При переносе этого принципа на возможности XXI века можно говорить о том, что функцию такого носителя может выполнить запечатленный при помощи любого технического средства экстраординарный поступок. Главное, чтобы таким носителем пользовались современники; сгодится фотография, видеосъемка, клип, плакат, обширное использование Интернета и т. д. Но со времен появления наскального рисунка до современного крупного многомиллионного кинопроекта на первый план выступает содержание, энергетика, излученная оставленной информацией. В этом смысле «перестройка» Михаила Горбачева как явление и как слово – это формула фиксации информации о себе. А «парадокс Рассела» вводит Бертрана Рассела в круг олимпиков, устанавливающих общественные нормы, утверждающих жизненные приоритеты. С появлением образа террориста Усамы бин Ладена мир столкнулся не столько с новым явлением, сколько с новой эпохой технологии информационных вспышек. Так и хочется напомнить давно забытую аксиому: слово – это инструмент, механизм, ключ, при помощи которого заводится идея.

Наиболее распространенным и простым способом оставления информации является написание книги, множества книг.

Книги писали очень многие, если не сказать – большинство выдающихся личностей. Иногда даже кажется, что сколько масштабных творцов можно отыскать на ленте цивилизации, столько обнаружится и книг. Книги писали политики Уинстон Черчилль и Михаил Горбачев, ученые Бертран Рассел и Андрей Сахаров, мыслители-философы Альберт Швейцер, Эрих Фромм, писатели (имеется в виду не проза, а специальные биографические издания, распространяющие информацию о них и их личной жизни, мировоззрении) Стефан Цвейг и Жан Поль Сартр, живописцы Сальвадор Дали и Марк Шагал. Великолепные творения оставили после себя промышленник и изобретатель Генри Форд, танцовщица Айседора Дункан, полководец Георгий Жуков. «Смежные шедевры» создал в книгах скульптор Огюст Роден, а «Маска и душа» Федора Шаляпина переводит его из категории обладателей великолепного голоса в ряды творцов, законодателей культурно-этических норм. Так же как и записанные рекомендации неподражаемого мастера постановки Константина Станиславского позволяют совсем по-иному взглянуть на него не только артистам сцены, но и просто интересующимся искусством. Яркие, сражающие пестротой восприятия мира дневники вели не только экзальтированные блистательные особы типа Марии Башкирцевой, но и воительница Агриппина Младшая, императрица Екатерина Вторая. Книги использовались не только для расширения аудитории почитателей, но и для совершенствования образов, придания им (нередко искусственным путем, благодаря умелому мифотворчеству) особого колорита и обаяния.

Мария Склодовская-Кюри ощущала потребность в объяснении своих научных достижений, а также результатов научной деятельности своего мужа. Вначале она издала книгу «Труды Пьера Кюри». Затем, несколько позже, неутомимая женщина написала и опубликовала курс собственных лекций «Руководство по радиоактивности». Наконец, на закате жизни она сумела написать еще один, основополагающий труд, подводящий итоги творческой и исследовательской деятельности – «Радиоактивность». Картина была бы неполной, если бы мы не упомянули книгу ее младшей дочери Евы, которая популярно и детально рассказала о частной жизни и достижениях матери и отца. К слову, многие дети несли знамя своих знаменитых родителей, напоминая об их именах. Зигфрид Вагнер дирижировал во время исполнения опер отца. Святослав Рерих активно распространял легенду об отце. Адриан Конан Дойль оставил книгу-памятник об отце, запечатлев его «рыцарство» и выразив почтение традициям рода.

Маргарет Тэтчер, еще одна выдающаяся женщина, сделала весьма показательный шаг, свидетельствующий, сколь большое значение она придает книгам. Несмотря на достаточно оперативный выход в свет после ее отставки пухлого двухтомника мемуаров, она взялась за более сложную и более емкую задачу – написание собственной версии истории мира, в сотворении которой ей пришлось участвовать. Так, ее основополагающий и концептуальный труд «Искусство управления государством» («Statecraft»), который во многом претендует на «Искусство управления миром», не только узаконивает «закон Тэтчер», но призван поставить ее в один ряд с крупнейшими историческими персонами нашей цивилизации.

Американский эксперт в области безопасности Збигнев Бжезинский прославился в среде аналитиков, когда издал книгу «Великая шахматная доска». Однако он пошел дальше, и на свет вскоре появился труд «Еще один шанс. Три президента и кризис американской сверхдержавы», в которой эксперт, конечно же не случайно, в качестве мишени избрал лидеров главенствующего на планете государства. Было бы удивительно, если бы среди примеров не оказалось часто упоминаемого в этой книге финансиста Джорджа Сороса. После сомнительного успеха его все же неплохо продаваемой книги «Алхимия финансов» миру было представлено новое исследование – «Эпоха ошибок. Мир на пороге глобального кризиса».

Некоторым из людей, попавших в анналы истории, удавалось создавать изощренные механизмы напоминания о себе. Чего только стоит организованная Екатериной Второй переписка с широко известным в Европе Вольтером, ставшая отдельным, заслуживающим особого внимания направлением деятельности императрицы. После знакомства с несколькими произведениями знаменитого француза императрица решила по-своему обольстить его – посредством писем. В этом присутствовала несомненная обоюдная выгода: писателю льстило внимание императрицы самой влиятельной державы континента, тогда как сама прозорливая императрица рассматривала Вольтера как универсальный механизм распространения своих идей и приукрашивания собственного образа в истории. Есть исторические свидетельства, что ее письма, начертанные с грамматическими ошибками, тщательно правились изящными оформителями, превращаясь в доказательства великолепной огранки ее ума. Самовлюбленная и самонадеянная Екатерина полагала, что через Вольтера организует неофициальный канал воздействия на правящих современников. Но, скорее всего, главной причиной переписки было другое – имидж Вольтера, к которому она могла приблизиться благодаря такому общению.

Механизмы напоминания о себе потомкам со стороны правителей развивались вместе с самим государством, и если чеканка монеты с собственным изображением и создание монументальных сооружений было древней традицией, то Екатерина ловкими манипуляциями подала пример новых форм воздействия на массовое сознание. Она выпускала медали ко всяким знаменательным событиям (нередко надуманным), как, например, в честь своего путешествия в Крым, присоединенного к Российской империи благодаря ее усилиям. Целый эскадрон отобранных мастеров кисти по заданию ее сановников запечатлевал для потомков ключевые моменты ее деятельности на различных гравюрах и аллегорических полотнах. На одном из них «Екатерина Вторая у гроба императрицы Елизаветы Петровны», на другом – «Екатерина Вторая на балконе Зимнего дворца, приветствуемая войсками», на третьем – величественное «Коронование Екатерины Второй», на четвертом – «Суворов докладывает Екатерине Второй о планах боевых действий». Перед потомками предстает не только великий образ, но и компетентная правительница, всякий раз присовокупляющая к своему имиджу силу образов других известных людей.

Подобными технологиями пользовались далеко не только правители. Нескончаемая борьба за признание превратила Огюста Родена в крупного специалиста по клонированию напоминаний о себе. Копии работ и копии элементов крупных композиций, тиражирование бесчисленных открыток, фотографий, картинок, книги и альбомы – все это сделало его повсеместно узнаваемым и выделило из плеяды даже знаменитых ваятелей своего времени.

Технология создания резонансов.

«Создать максимальное количество резонансных событий, скандалов и мифов, прочно связанных с именем!»

Эта форма работы с давних времен стала неотъемлемой частью почерка гениев. Огюст Роден был непревзойденным специалистом по организации выставок скандальных произведений. Нашумевшие «Человек со сломанным носом», скульптуры Бальзака и Гюго были механизмами потрясений для современников. Это решило проблему его идентификации, далее уже были сражающие великолепием, открывающие путь к бессмертию «Граждане города Кале» и «Врата Ада».

Сара Бернар, Айседора Дункан и Марина Цветаева не уставали жить «от скандала к скандалу», сотрясали общество асоциальными поступками и «любовными историями», даже смерть у них оказалась потрясающе запоминающейся. «Борец против брака» Айседора Дункан в конце концов вышла замуж за неуравновешенного, на редкость взбалмошного Сергея Есенина, который оказался непревзойденным организатором пьяных дебошей. «Грешила» склонностью к скандалам и Мэрилин Монро: известный актер Ив Монтан, президент США Джон Кеннеди и целый ряд других известных личностей призваны были запечатлеть ее колдовскую харизму обольстительницы.

Коко Шанель не умела писать мемуаров и биографий. Но осознавала, что даже простое упоминание ее имени вместе с известным мужским подарит много новых возможностей. Она прилагала немало усилий, чтобы в числе близких друзей числились такие люди, как Пабло Пикассо, Жан Кокто, Сергей Дягилев, Игорь Стравинский, Уинстон Черчилль… Она жаждала быть вовлеченной в жизнь высшего света, ее притягивали бравады и декорации, сражал вечный блеск сказочных иллюзий, которые сопровождают заретушированную жизнь «великих людей». Но большинство ее шагов были механизмами отточенного маркетинга, сама она признавалась, что ее «не интересует все, что происходит после девяти часов вечера». Но ей удалось таким образом приобрести влиятельных клиенток – Катрин Денев, Марлен Дитрих, Грету Гарбо, принцессу Монако Грейс, герцогиню Виндзорскую, Жаклин Кеннеди-Онассис, Франсуазу Саган, Глорию Свенсон. Это был результат балансирования между откровенной примитивной сказкой, которую желают слышать уши клиентов, и скандалами, резонансами, связанными с ее собственным именем.

Но не только женщины славились организацией резонансных событий. Одним из назначений PR-акций было посредничество между самим гением и остальным миром. Сальвадор Дали поражал откровениями типа того, что он мочился под себя до восьми лет. Философ Григорий Сковорода поверг в шок окружающих, когда, будучи совершенно здоровым на вид, вырыл себе могилу, переоделся в чистое белье, положил под голову свои произведения и… отошел в мир иной. Карл Густав Юнг с полной серьезностью утверждал, что является продуктом реинкарнации Гёте. Юлий Цезарь брал взаймы несусветные суммы денег у своих потенциальных оппонентов, стимулируя их делать ставки на него. Деньги же безбоязненно использовал для организации зрелищ для народа, чтобы запомниться и быть на слуху. Не менее активно действовал и Михаил Горбачев, став одним из самых дорогостоящих лекторов в мире. Но, кажется, самым крупным мастером производить эффекты был Никола Тесла: его появление сопровождалось такими незабываемыми фокусами, что его изобретения уже не могли не врезаться в сознание человечества.

Создание мифов о себе, которые бы резко выделяли их из пространства, всегда было одной из забот гениев. Даже те, кто не умел «писать мифы» самостоятельно, пытались откорректировать свои биографии путем общения с журналистами или нанятыми «биографами». В таких пробах можно легко уличить Коко Шанель, но с удовольствием усложняли свои биографии и многие другие, от Юлия Цезаря до Мадонны. Большинство легендарных личностей откровенно привирали или передергивали информацию о себе, дописывая «свои роли». Изощренные интерпретации и «собственное видение» тех или иных событий стало весьма популярным элементом мифотворчества. Юлий Цезарь, Франклин Рузвельт, Екатерина Вторая, Маргарет Тэтчер, Айседора Дункан наиболее преуспели в создании и распространении мифов о себе. То, что Джон Флинн пишет в книге «Рузвельтовский миф» о Франклине Рузвельте, характерно для подавляющего большинства политиков и государственных деятелей, которых мы привыкли считать гениальными. «Фигура Рузвельта, представленная нашему народу, – фикция. На свете не было такого человека, сочетавшего в себе благородство, самоотверженность, искушенность, мудрость и дальновидность с качествами философа, филантропа и бойца. Этот образ был сфабрикован в чисто пропагандистских целях и использовался в Соединенных Штатах несколькими опасными группами для достижения собственных зловещих целей».

Для большинства мифотворцев предметом особой важности становились отношения с известными людьми. Юнг осознанно выбрал уже известного Фрейда в учителя, и в самом искусстве сближения заложена определенная и весьма существенная часть интеллектуальной игры. Так, проницательный и деятельный Юнг выступил в защиту психоанализа Фрейда, тут же начав переписку с ним; прошло всего лишь несколько месяцев, как уже состоялась первая встреча. Системная активность – вот что было основой решения на сближение с крупной личностью, и тут любые методы всегда с непринужденной легкостью найдут оправдание. Экзальтированная Марина Цветаева писала любовные письма Райнеру Марии Рильке и Борису Пастернаку, с которыми она в тот момент даже не была знакома. Однако же при всем желании выступить с критикой чудовищного эгоцентризма поэтессы нельзя не отметить, что именно этот эпистолярный ход предопределил на долгие годы благосклонное отношение того же Пастернака к Цветаевой. К слову, сам Рильке довольно долгое время по доброй воле был секретарем Огюста Родена, стремясь проникнуть во внутренний мир ваятеля и понять его душу. Коко Шанель также прилагала колоссальные усилия для громкого звучания собственного имени. С этой целью она охотно знакомилась с известными эпатажными мужчинами и даже участвовала в политических миссиях, например пыталась играть роль посредника в организации межгосударственных переговоров, встречалась даже с шефом немецкой военной разведки Вальтером Шеленбергом.

В связи с целенаправленным формированием скандалов можно вспомнить и современного медиамагната Руперта Мердока. По свидетельству тех, кто был к нему близок на заре карьеры, Мердок как медийный менеджер добился признания за счет непрерывного размещения резонансных материалов, откровенно скандальных и неприлично эротичных материалов в некогда деловых изданиях.

Возможности скандалов вокруг неординарных людей использовались повсеместно и во всех областях человеческой деятельности. На создание резонансных событий вокруг своего имени шли и интеллектуалы, и аристократы, и представители творческой богемы. Вот типичный случай: не слишком известный на тот момент Николай Гумилев затеял скандальную дуэль с поэтом Максимилианом Волошиным, после чего сразу же приобрел узнаваемость в литературных кругах России.

Технология создания харизматического образа.

«Харизму можно и нужно развивать!»

Все предшествующие технологии в значительной степени базируются на эксплуатации такого сгустка человеческих качеств, каким принято называть харизму. В ней есть примесь обаяния и чародейства, способность чувствовать аудиторию и момент времени для серьезного заявления или шутки. Главным элементом всей конструкции может стать вовремя сказанное верное слово на фоне образной, впечатляющей аранжировки говорящего, беспредельно свободного внутреннего духа вещателя, независимо от того, в какой одежде и в какой обстановке он предстает перед миром. Проявления харизмы так или иначе связаны с организацией неких событий, гораздо реже харизма выражается как реакция на вызовы, рефлексия на чужие события. Но эти события коренным образом отличаются от скандалов, хотя нередко также вызывают резонанс. Как правило, они являются не столько провокацией, сколько крупной, общественно-значимой инициативой.

Но если непосредственно производство событий, информационных поводов относится к предыдущей технологии, то область харизмы охватывает поведение лидера во всех его проявлениях – от выбора одежды и манеры говорить до содержания его посланий миру. Скажем, «конец государства всеобщего благоденствия» и рискованная война с Аргентиной были провокационной формой влияния на современников, граничили с громкими скандалами планетарного уровня и потому не могли оставить Маргарет Тэтчер незамеченной. Но если инициирование этих событий и формирование решений могли быть сформулированы и без привлечения харизмы, например благодаря работе креативной команды, то их реализация опиралась на неуемную духовную силу, показную национально-шовинистскую детонацию чувств, которые напрямую связаны с развитой харизмой. Точно так же знаменитые беседы Франклина Рузвельта «у камина» были проявлением его неординарной харизмы, тогда как само решение об их проведении относится к способам создания резонансов или элементов креативной политики. Таким образом, харизма в ее высоком проявлении становится зеркальным отражением исторических формул, утверждением парадоксальных политических или общественно-значимых решений, зафиксированных визуальным, аудиальным или кинетическим каналами общества современников. Харизму можно наблюдать в исполнении ее обладателем любого акта воздействия. Так, выступление Джона Кеннеди в Западном Берлине через два года после сооружения исторической Берлинской стены специалисты относят к сфере проявления харизмы. Кроме артистизма и умения красиво говорить во время выступлений, помимо заложенных в речь программных постулатов, непосредственно создания эффекта историчности выступления, важными элементами усиления экспрессии становятся еще и место действия, момент произнесения речи, а также создание иллюзии пророчеств, вплетения магической символики или начертание пространного луча в светлое будущее. «Но когда настанет день и все обретут свободу, когда ваш город и ваша страна вновь станут единым целым, когда Европа объединится и станет мирной и дающей основания на самые высокие надежды частью света, тогда с удовлетворением можно будет сказать, что жители Берлина и город Берлин держали линию обороны в течение двадцати лет», – вот один из элементов вербальной обработки аудитории, в ходе которой проявляется харизматичная власть лидера.

Человеконенавистник и моральный урод Адольф Гитлер, тем не менее, сумел развить сильную харизму, опираясь на законы психолингвистики и эмоциональное поведение, в ходе которого он нередко сам впадал в транс. Одержимость властью, как и любой иной идеей, создает особый блеск харизмы. Потому слушателям, у которых Гитлер при помощи речей уверенно формировал представления и образы, казалось, будто нацистский лидер обладает исключительным даром пророка. Его стихийные призывы типа «Либо утром в Германии будет национальное немецкое правительство, либо мы будем мертвы», апеллирование к высшим силам наподобие «Божественное провидение пожелало, чтобы я осуществил исполнение германского предназначения» или «Но если зазвучит Голос, тогда я буду знать, что настало время действовать» стали яркими, хрестоматийными элементами его дикой, необузданной харизмы.

Главная составляющая могучей харизмы, равно как и условие появления на свет гениальных идей, – независимое мышление. «Наша первая миссия состоит в освобождении самих себя из застенков собственного кругозора», – не уставал напоминать миру Альберт Эйнштейн. И эта фраза в равной степени относится и к поиску идей, и к созданию неповторимого, влиятельного образа. Титаны всегда презирали формальности, их не волновали войны и революции, они не преклонялись перед званиями и титулами. Они воспринимали мир собственными глазами и верили лишь своим оценкам. И они сами навязывали миру нормы. Слова Эйнштейна, если вникнуть в их глубинную суть, твердят нам о том, что наш жизненный сценарий и наш успех определяют наши же мысли. Первый принцип действия харизмы состоит в освобождении от влияния чужой мысли, хотя для усиления экспрессии или увеличения манипулятивной инерции харизматичные лидеры позволяли себе использовать некоторые, уже внедренные в сознание постулаты или имена.

Примеров воздействия харизмы на сознание предостаточно, хотя для их использования недостаточно знания фактов, необходима постоянная тренировка.

Скажем, известный оратор Цицерон очень многого добился благодаря отточенному красноречию, однако перед страхом смерти спасовал и потерял большую часть своей развитой харизмы. В критический момент истории Цицерон не нашел ничего лучшего, как систематически менять политическую ориентацию, пока не попался своим оппонентам и не лишился головы. А вот его великий современник Юлий Цезарь в минуты смертельной опасности максимально использовал силу харизмы. Когда он был фактически разбит своим главным соперником Гнеем Помпеем, то ярко продемонстрировал непостижимую для многих современников власть роковой харизмы. Заблокированные легионы Цезаря жутко голодали и были на грани истощения. Под руководством неунывающего полководца они изготавливали подобие хлеба из трав и кореньев и по его же велению постарались, чтобы этот «продукт» попал в руки Помпея. Расчет оказался верен: когда потрясенный Помпеи увидел «хлеб» Цезаря, он воскликнул, что «с ним дерутся звери, а не люди». И приказал никому этот «хлеб» не показывать, чтобы его солдаты не пали духом при виде неистощимой стойкости врага. Во время одной из стьиек воины Помпея смяли ряды Цезаря; сам полководец чудом выжил, пытаясь задержать бегущих в панике знаменосцев. Но в конце концов Цезарю удалось восстановить боевой дух войска, и основой этого опять было его неизменное самообладание. Оценивая ситуацию, он произнес в узком кругу одну из своих знаменитых фраз: «Война могла бы быть закончена сегодня, если бы враги имели во главе человека, умеющего побеждать». И тут была подчеркнута его полководческая харизма, которая как бы твердила друзьям: «Мы победим, потому что у вас есть такой человек, и этот человек – Я1 Я умею побеждать!» Прошло немного времени, и Цезарь наголову разбил Помпея. Он думал об этом, он видел себя победителем, и потому все окружающие также видели перед собой победителя. Человека, умеющего побеждать. Демонстрация его харизмы основана на способности отыскать нужное слово в нужный момент времени на фоне тотального контроля своих чувств и эмоций.

Но харизма, естественно, имеет различные проявления, и ее лучшие ипостаси – далеко не воплощение воинственности. Очень часто харизма великих людей основывалась на чутье воспринимать сигналы и адекватно реагировать на них. Непререкаемым лидером и обладателем такого типа харизмы являлся Карл Густав Юнг. Профессиональный факир, он начинал воздействие на людей с нагромождения сменяющих друг друга, тесно взаимосвязанных символов. Пожалуй, ни до ни после него не было более искусного кудесника, столь невозмутимо раскрашивающего мир в глазах восхищенных зрителей разноцветными чернилами. Юнгу было за сорок, когда на свет появилась его знаменитая Башня (Тштп) со множеством начертанных знаков и странных иероглифов. Кстати, как и задумывал швейцарский кандидат в пророки, это место по-прежнему остается местом паломничества. В своих «фантазиях о всемогуществе» Юнг не замкнулся и не жил подобно обитателю консервной банки; напротив, он действовал с предельно точным расчетом. Словно мифический святой, он демонстрировал пациентам свою «Красную книгу», в которой запечатлел «общение с бесплотными существами». Юнг, вне всякого сомнения, был великолепным актером, причем актером бесконечно харизматичным, и это признают все исследователи его жизни. Конечно, тут немаловажно подчеркнуть, что эти моменты были лишь «усилителями» харизмы Юнга, штрихами к портрету, которые содействовали его намерениям формировать представления, воодушевлять, давать новые направления движения и развития личности, наконец, просто пробуждать яркие всплески активности.

Необходимо также признать тот факт, что харизматические излучения исходят и от некоторых энергетически сильных продуктов творчества выдающихся личностей. Часто усилению такого влияния произведений гениев предшествует определенная цепь событий. Скажем, воздействие полотна Леонардо да Винчи «Мона Лиза» росло пропорционально упоминаниям о ней и нестандартным действиям, с нею производимыми. Первая волна интереса к картине возникла, когда историк Джорджио Вазари через тридцать лет после смерти живописца детально описал ее, приведя биографию женщины и упомянув о «загадочной улыбке» Моны Лизы. Ауру картины усилил тот факт, что первоначально она находилась у королей, а затем несколько лет ею наслаждался Наполеон. Но, по мнению киевского социолога и специалиста в области PR Дмитрия Краковича, внимание мировой аудитории к картине резко выросло после ее таинственного исчезновения из Лувра. В связи с этим о полотне узнал весь мир. А затем снова вспомнил о нем, когда через два года «Мона Лиза» нашлась. И уж потом началось триумфальное выставочное шествие. А после покушения на картину вандала ее поместили в пуленепробиваемое стекло и бронированный сейф. С того времени началась эпоха возвеличивания картины, и в том числе благодаря другим художникам. Сальвадор Дали, Казимир Малевич, Энди Уорхол при создании собственных полотен использовали ее изображение в различных фантасмагорических вариациях, а рекламные дельцы по сей день с неистовством соревнуются за использование известного изображения. Картина стала узнаваемой повсеместно на планете, она выросла до, говоря словами Краковича, «глобального культурного символа». Урок «Моны Лизы» состоит в том, что определенные резонансные события добавляют харизматический вес предмету или человеку. С одной стороны, если бы полотно было лишено имеющейся художественной и энергетической силы, никакие события не сделали бы его шедевром, с другой – именно сопутствующие яркие и неординарные эпизоды выделяют частное из общего, создают харизматический эффект. Похоже, об этом была прекрасно осведомлена Агата Кристи, потому что однажды ее исчезновение за считаные часы превратило ее из оригинальной сочинительницы забавных детективов в выдающуюся писательницу, блистательную и бесконечно влиятельную. Стало быть, харизматичную.

Технология управление ресурсами.

«Стать автором ресурсов и времени!»

Об отношении к ресурсам предостаточно сказано в предыдущих главах. Когда разговор заходит о ресурсах, как правило, они ассоциируются с материальными средствами и временем. Тут следует еще раз повторить старую, много раз повторенную истину: достичь реального успеха может только тот человек, который выработает конструктивно-продуктивное отношение к материальным ценностям. То есть такое, когда ресурсов необходимо ровно столько, чтобы мысли о них не были навязчивыми. Для многих это нелегко, потому что жизнь в свете, где внешний блеск застилает богатство внутреннего мира, откладывает свой отпечаток на восприятие всего окружающего. Но на самом деле речь идет не об отказе от материальных ценностей, а о понимании их истинного предназначения. Опасны не избыточные ресурсы сами по себе, ключевым вызовом является потеря духовности из-за стремления к большим деньгам.

Сенека Младший, управляя при помощи Нерона Римской империей, заработал крупные деньги, но сумел не попасть под их власть. И все-таки они сыграли с ним злую шутку, в определенной мере, пусть и косвенно, повлияв на решение ученика избавиться от учителя. Один из самых ярких аналитиков XX века Эрих Фромм высказал в отношении проблемы избыточных ресурсов следующую поучительную мысль: «Способ приобретения вещей отделен от способа их использования». Что имел в виду мыслитель? В первую очередь то, что деньги могут послужить средством преобразования мира, могут быть использованы для развития и реализации идеи, но могут оказаться билетом в клуб загубленных личностей. Дать зеленый свет деградации, потере ориентиров, извращению целей. Все зависит от выработанного отношения к ресурсам.

Если мы взглянем на мир знаменитых реализовавшихся личностей, то увидим, что деньги – и вообще материальное никогда не становились для них самоцелью. Материальные активы оставались только средством, ведущим к более крупной цели. Хотя многие выдающиеся личности были обладателями громадных состояний, только те из них достигли уровня величия, кто сумел оставаться вне плена материального.

Исаак Ньютон, с юности тяготившийся бедностью, был не лишен искушения стать богатым и это богатство увеличивать. Эта вопиющая черта (к счастью, не переросшая в порок) зародилась в тот жалкий период, когда он в годы учебы подрабатывал слугой. Маститый ученый оставил после смерти более чем солидное состояние – результат управления Королевским монетным двором. Этому периоду его жизни, конечно, можно дать негативную оценку – его творческая активность резко притупилась, в конце жизни Ньютон превратился из пытливого ученого-исследователя в обычного рачительного администратора. Впрочем, дело тут не в самих ресурсах, а в том, что он не сумел найти им иного применения, кроме мертвого накопительства.

Но есть негативный контекст и в безалаберности, в отсутствии практичности. Стоит лишь вспомнить писателя Дюма-отца, пустившего по ветру миллионы в годы успеха. Еще хуже дела обстояли у Джека Лондона, который в силу природной щедрости и излишней доверчивости к людям не задумывался над тратами заработанных средств. Это послужило причиной тягостного невротического беспокойства, постоянно растущего и изводящего писателя, ибо с целью добывания денег он изматывал себя за письменным столом, но кладезь мыслей не бездонен. И особенно сложно высекать искры из таланта, когда мыслями владеют спешка, суета и необходимость. Подлинные шедевры мозг способен породить преимущественно в тишине, паря над миром и наслаждаясь гармонией, умиротворением. Оноре де Бальзак испытывал неуемное желание разбогатеть, но все его начинания оканчивались неизменным крахом. Кажется, это и понятно: его мозг был сосредоточен совсем на иной идее, а писатель просто не желал слушать свой внутренний голос. Зарабатывая пером, он жаждал достатка, но обманывался в мелочах. Схожие проблемы были у Федора Достоевского, который, к тому же, имел порочное влечение к азартным играм. По словам Стефана Цвейга, «деньги расходились у него очень характерно – на милостыню и распутство». Но так он «пробовал жизнь на зуб». Так писатель получал свою дозу жизненного опыта, который с редкой проницательностью обобщал, а затем отображал в своих проникновенных сюжетах. Появление значительного достатка и отсутствие умения им воспользоваться испортили многих, а некоторым даже исковеркали жизнь. Скажем, крайне негативный опыт владения деньгами был у Сергея Есенина. А вот Лев Толстой на своем примере доказал, что развитие личности способно освободить от мрачных оков пороков – он сумел избавиться от тяги к азартным играм, развлечениям в свете и в значительной мере от влечений, оскорбительных для приверженцев традиционных ценностей. Доходы же, которыми обладал писатель к концу жизни, обеспечили ему и уединение, и возможность отдаваться горячо любимому делу. Превосходное применение деньгам в конце жизни сумели найти Владимир и Вера Набоковы, кинопродюсер Карло Понти и его жена актриса Софи Лорен — организация умиротворенного уединения с дозированным уровнем общения с миром стали их неоспоримым козырем, возможностью диктовать свою волю большинству. Эти люди сумели конвертировать время и усилия в создание пространства гармонии с дозированным общением с внешним миром. Заслуживает особого внимания и опыт знаменитого английского философа и социолога Герберта Спенсера, который отказался от предложений получить образование в Кембридже, от должности профессора в лондонском Юниверсити-колледже, от членства в Королевском обществе. Все это представлялось ему презренной и тщетной суетой. Зато, получив наследство, он ровно полвека провел в уединенных исследованиях и написании эпохальных трудов по философии и социологии. Можно дискутировать о его счастье, но этот заметный в истории человек прожил жизнь в согласии с собой, испытывая удовлетворение от своей работы и своей миссии. По меньшей мере, он на деле доказал справедливость написанной однажды фразы: «Сила ума не может исходить из дурно питаемого мозга».

Чрезмерно пристальное внимание к материальному вопросу не просто отвлекает, но изменяет фокус сознания, делает человека духовно дряблым. Вездесущая реклама навязчиво рекомендует нам приобретать продукты цивилизации. Необходимость поддержания властно-денежного статуса загоняет современного человека в плен кощунственно извращенных стереотипов. Его реакцией часто становится отказ от творческого самовыражения, готовность следовать существующим в обществе правилам и, как следствие, отказ от собственной личности, отказ от развития и превращение в раба цивилизации. В XXI веке мальчик или девочка, получив дешевые гигабайты Интернета и бесплатные минуты мобильной связи, расходуют свое время ни на что, незаметно растрачивая свой потенциал, упуская шансы. Молодой человек, приобретя дорогой автомобиль или построив слишком огромный, неадекватный своим потребностям дом, в последующем приобретает привычку работать на поддержание своего имущества в надлежащем состоянии. Политик, неуклонно и фанатично идущий к власти; бизнесмен, упорно продвигающийся от средних к крупным деньгам – они полагают, что фантастическим образом перемещаются на шкале успеха. На самом же деле, только в конце жизни к ним приходит озарение. Понимание, что все предшествующее было лишь властью иллюзий, хитроумным миражем. Их время стремительно уходит, безнадежно тает возможность самореализации, упускается божественный шанс. Только духовное связано с реальным развитием личности, имеет шанс вывести идею на вселенский уровень. Но духовное следует беречь, создавая неприкосновенный мир, энергетический колпак с неприкасаемым внутренним содержанием. Не случайно многие выдающиеся люди предпочитали обитать в частичном или полном уединении, – так они сохраняли и приумножали духовное богатство. Но – не только. Так они, понимая скоротечность жизни, приходили к рациональному расходованию своих главных ресурсов – жизненных сил и времени. Сенека Младший, Альберт Швейцер, Николай и Елена Рерихи, Лев Толстой – вот лишь немногие из сотен других примеры отношения к жизненной энергии как главному ресурсу.

Нельзя не отметить, что существует несколько объективных факторов, которые превращают наличие денег в очевидную необходимость. Во-первых, с целью определенной, пусть и субъективной, кодификации современная цивилизация материализовала все ценности, в том числе и духовные. Любое достижение человека, даже находящееся исключительно в духовной плоскости, получает в глазах мирового общества материальное, ресурсное измерение. Значит, чтобы быть принятым и признанным, творцу придется потратить усилия на продвижение своего продукта по шкале материализованного восприятия. Во-вторых, ресурсы необходимы для приобретения доступа к носителям информации; тут речь идет фактически о необходимости придания своей идее товарного вида. В-третьих, среди технологий продвижения даже феноменальных идей приходится признавать порой необходимость использования качественной рекламы. Наконец, в-четвертых, еще одним, скрытым ресурсом являются люди, и возможность использования человеческого ресурса многие талантливые и изобретательные менеджеры делали своим крупнейшим преимуществом.

Тут возникает вопрос о балансировании, соизмерении своих усилий в использовании ресурсов. Тогда-то даже самый отрешенный творец должен задуматься об умении управлять ресурсами – своими и чужими. Несмотря на то что основные достижения человека, которые переводят его в категорию выдающихся личностей, в подавляющем большинстве связаны с развитием его духовной сферы, наш мир в высшей степени материализован. Этот фактор не стоит недооценивать, поскольку результаты достижений оцениваются в материализованном измерении. А кроме того, люди так устроены, что им для идентификации, понимания и фиксации в сознании предпочтительнее видеть, слышать и осязать атрибутику, нежели представлять ее абстрактные формулировки. Наконец, современная цивилизация являет собой настолько сложное хитросплетение информационных потоков, что невозможно стать заметным без представления исключительных, ярких и понятных массам символов.

Другими словами, имея дело с достижениями любого формата, необходимо прилагать усилия для их конвертирования, кодификации в удобоваримые для коллективного сознания формы. Опыт великих людей изобилует примерами успешного использования и управления ресурсами. Ключевым моментом такого оперирования является четкое представление о том, в каком направлении их инвестировать. Будущий победитель всегда приходит к ясному соизмерению ресурсов и целей, никогда не переоценивает роль ресурсов, относясь к ним исключительно как к средствам достижения главной цели.

Стоит обратить внимание еще на один нюанс. Хотя примеры, приводимые ниже, относятся к различным временным отрезкам цивилизации, сам человек, структура его мышления слишком мало изменились за последние три – четыре тысячелетия. Более того, многие забытые рецепты после того, как с них будет стерта вековая пыль, могут предстать в совершенно удивительной, обновленной форме действенной технологии влияния на массовое сознание.

Огюст Роден, Карл Юнг и Елена Блаватская могли бы претендовать на роль совершенных управляющих интеллектуальными ресурсами, поскольку сумели обменять свои определенные идеи на дополнительные ресурсы. Которые, в свою очередь, употребили на дальнейшее продвижение своих идей. Если Огюст Роден конвертировал материализованный актив в постоянно действующий символ своего имени (дом-музей в центре Парижа), Карл Юнг искусно использовал денежные взносы для расширения личного влияния, то Елена Блаватская преуспела в использовании человеческого ресурса в целях развития своей идеи. Ее соратник и неизменный спутник полковник Генри Олкотт взял на себя все заботы о материальном – начиная от средств на переезды и завершая крупными суммами на солидные тиражи основанных ею журналов. Благодаря формированию деятельного и преданного окружения она освободила свою голову от мелких житейских проблем, чтобы сосредоточиться на наиболее важном.

Юлий Цезарь может считаться специалистом по использованию заемных, то есть чужих, ресурсов. В этом контексте первый император даст фору любому из потомков в области конвертации денежных средств в идеальные человеческие ресурсы, готовые до смерти сражаться за своего патрона. Неограниченной власти Цезарь достиг исключительно благодаря преданности своих бесстрашных, исполосанных шрамами легионеров. В свою очередь, легионеры появились вследствие мастерского использования чужих денег. Возвращенных этими же легионерами в виде трофейных богатств. Цезарь не вложил ничего своего, но получил все.

Схожий по сути результат вложения финансов в управляемые людские ресурсы получил известный изобретатель Томас Эдисон. Уже на первом отрезке своего отважного пути он умело организовал работу специальной исследовательской лаборатории, в которой трудились наиболее способные и талантливые помощники. Эдисон был уверен в необходимости рационального использования научных достижений, а не только в продвижении своего имени и своих идей. Например, когда он еще довольно молодым человеком усовершенствовал биржевую телеграфную систему, то сумел продать ее за сорок тысяч долларов – немыслимую по тем временам сумму. А позже достижения научно-исследовательской команды Эдисон лихо трансформировал в ошеломляюще успешную компанию «Дженерал Электрик». Опыт Эдисона по созданию мозгового треста не нов, и любопытно то, что он может применяться практически в любой сфере. Скажем, удивительно практичный художник Рафаэль после первых же успехов окружил себя группой подмастерьев, которые дописывали по его указанию второстепенные элементы полотен. Так мастер экономил время и использовал штат помощников в своих целях, давая и им великолепные возможности учиться на ходу, как когда-то он сам. Специалисты уверены, что создание даже такого шедевра, как «Сикстинская мадонна», не обошлось без помощников. Тем показательнее пример: ведь слава великого живописца коснулась только его…

Опытными, успешными инвесторами выступили Джон Рокфеллер, Джордж Вестингауз, Джордж Сорос. И если Вестингауз, подобно Эдисону, вкладывал в развитие науки и виртуозно, с незамедлительной оперативностью конвертировал результаты научных достижений в промышленное производство, то ничего не смыслящий в научных достижениях Рокфеллер, тем не менее, отлично соображал, что дадут инвестиции в развитие транспортной инфраструктуры. Работая на собственную империю при развитии нефтяных трубопроводов, он стимулировал рост экономики целого государства, увеличил возможности роста уровня жизни громадного количества людей. Вполне можно согласиться с положительным опытом миллиардера в использовании прибылей и оборотных ресурсов. Наконец, Джордж Сорос употребил свои ранее заработанные средства для политических инвестиций, вкладывая их в борьбу с советской системой, которую он обличал как «империю зла». Для противостояния государственной системе он изобрел довольно-таки изощренный подход – целенаправленное воспитание и обучение категории свободомыслящих интеллектуалов, которые могли бы расшатывать систему и снаружи, и изнутри. В качестве механизма конвертации финансовых ресурсов был создан фонд, распределявший их в виде грантов, сам же Сорос также вполне успешно позаботился о распространении информации о своей борьбе. И если сравнивать трех блестящих инвесторов, то, вне всякого сомнения, Сорос благодаря оригинальности и необычности своей идеи, а также большей близости к духовной сфере приобрел наиболее устойчивое реноме великого вкладчика и инвестора.

Даже бесконечно далекий от материального Альберт Швейцер понимал и признавал ценность ресурсов для их использования в реализации идей. Будучи успешным и узнаваемым в Европе органистом, он организовывал поразительно прибыльные туры, в ходе которых собирал средства для развития своей идеи – больницы в африканском Ламбарене. При чрезвычайно высокой духовности и неподкупности идеалов он, тем не менее, являл собой образец практичности. А во время войны ему удалось зашить в старое пальто солидные суммы, которые он использовал по назначению, то есть для развития своей идеи.

Ну и самый простой, самый действенный способ управления ресурсами применил изобретатель динамита Альфред Нобель. Основание им премии своего имени продемонстрировало поистине феноменальный эффект и оказало заметное влияние на современное общество, вписав его имя в историю золотыми буквами.

Еще один нетривиальный вопрос встает перед замахнувшимися на вселенский успех. Необходим ли тотальный личный контроль над всеми смежными процессами, связанными с продвижением идеи? Ответ на него, как и на другие вопросы управления ресурсами, сугубо индивидуален. Часто упоминаемый в этой книге Альберт Швейцер, стремившийся к достижению творческих целей, взял на себя административное управление больницей в Ламбарене, которое перед смертью передал дочери как семейное дело. Пабло Пикассо, лично участвовавший в реализации своих полотен, добился благодаря этому заметного перелома в восприятии собственной творческой роли. А у Сальвадора Дали продвижением его идеи в мир занималась спутница жизни, точно так же организацией жизненного уклада Владимира Набокова больше ведала жена. Небезынтересен пример Никола Теслы, который долго не мог наладить связь между своими изобретениями, коммерцией и созданием имиджа великого ученого. Когда он прибыл в Соединенные Штаты и, представ перед Томасом Эдисоном, изложил ему потрясающую идею усовершенствования генераторов, тот пообещал молодому искателю 50 тысяч долларов в случае реализации решения. Когда же Тесла сумел добиться результата, Эдисон все списал на «непонимание американского юмора». И со следующим изобретением молодой Тесла не продвинулся в реализации своей идеи: когда в течение года он разработал новую лампу, предприимчивые компаньоны вытеснили его из дела, оставив на улице без гроша в кармане. Зато год скитаний, полуголодного существования и неквалифицированной работы привел его к твердому решению контролировать внедрение своих идей. И что же?! Сначала нескончаемая серия патентов, затем публичная лекция в Американском институте инженеров-электриков привели к признанию его как нового лидера в электротехнике. И к солидным финансовым результатам. Которыми, правда, он так и не сумел распорядиться практично.

Когда мы размышляем о потребностях выдающегося человека, возникает еще один нетривиальный вопрос. Какой уровень ресурсов необходим индивиду, чтобы перестать думать о хлебе насущном, крыше над головой и обратить свой взор к собственной личности, к самореализации? Хотя универсальная пирамида Маслоу подсказывает нам, что человек мало будет стремиться к творчеству и реализации созидательной функции, если его жизни будет угрожать опасность, если он в течение долгого времени не сумеет удовлетворять требования своих инстинктов, ответ все равно остается очень индивидуальным. Он зависит от степени понимания и принятия своей миссии на земле и от уровня фанатизма в стремлении оставить след на исторической ленте. Существует немало примеров отказа от благополучия в пользу отрешенного, фанатичного стремления к реализации своей идеи.

Ван Тог сумел продемонстрировать почти полный отказ от материальных благ, вытеснив из мира своих представлений семью, заботу о продлении рода, необходимость иметь крьппу над головой. Находясь длительные периоды времени в состоянии полуголодного, полудикого для общества существа, он силой своих фанатичных устремлений оставил после себя противоречивые творения, полные контрастного влечения к яркому и энергетически сильному, как будто закрывая ими от себя мрачную, полную страданий и горемычного существования картину личного бытия. Ганс Кристиан Андерсен и Антон Чехов умели сосредоточиться на творчестве, игнорируя материальные проблемы, нехватку денег, угрозу нищеты, холода и голода. Но это – акты проявления воли: они твердо знали, что признание решит мирские финансовые проблемы. Потому нетрадиционные действия, отказ от следования схеме преодоления проблем шаг за шагом и попытка перешагнуть через решение задач материального обеспечения действительно позволили им совершить чудесный гиперскачок. Иной по содержанию, но весьма схожей по сути формой отказа от общепризнанных ценностей может служить вытеснение некоторых потребностей. К примеру, Исаак Ньютон и Никола Тесла избегали связей с женщинами, считая, что такие отношения отвлекают от цели. Они пытались силой своего намерения подавить один из наиболее устойчивых человеческих инстинктов с целью преобразования сексуальной энергии в творческую, созидательную. Вопрос этот, конечно, спорен и абсолютно индивидуален. Не исключено, что за ним скрыты сексуальные проблемы или жизненные комплексы тех, кто отказался от традиционных форм отношений между полами. Кроме того, полигамные Юлий Цезарь, Пабло Пикассо, Огюст Роден и Карл Густав Юнг (дающие нам примеры различных видов человеческой деятельности) продемонстрировали, что половая активность не имеет решающего влияния на успех. Как, кстати, и сексуальная инфантильность в случае Жанны д'Арк или Льюиса Кэрролла (Доджсона).

В то же время, размышляя о гении в глобальном контексте, нельзя не признать: подлинно великий человек в критический момент находил в себе силы отказаться от всяких выгод в пользу продвижения идеи. Именно это, по всей видимости, отличает гения от просто талантливого менеджера ресурсов.

Скажем, Альберт Швейцер носил в течение пятидесяти лет один-единственный фрак, а скудные средства тратил на усовершенствование своей больницы в Ламбарене. У него на протяжении долгой девяностолетней жизни никогда не было существенного достатка, да и всякие накопления он тотчас тратил на продвижение своей идеи. И это типичный пример, потому что рядом с этим деятелем и мыслителем можно поставить в один ряд десятки других успешных и влиятельных в мире людей. Вот лишь еще один пример. Микеланджело, будучи богатым человеком, практически не пользовался своими финансами. А когда работал над шедеврами, входил в такой потрясающий транс, что голодал, не мылся, принимая облик полоумного бездомного, доводил себя до того, что «сапоги у него слазили вместе с кожей» (оттого что он их по несколько дней не снимал, простаивая у полотна или скульптуры).

И последний «ресурсный» вопрос. Родственники, родители, дети, друзья, поклонники или просто желающие общения обыватели всегда составляют вектор противоборствующей силы, направленный в противоположную идее сторону. Чтобы правильно оценить уровень своей ответственности, необходимо представить себя при подготовке к полету воздушного шара. Даже если воздухоплаватель смел и решителен, снаряжение добротно и маршрут основательно продуман, шар не взлетит, если путешественник вовремя не откажется от лишнего, ошибочно взятого на борт груза.

А что же великие люди? Можно не сомневаться в том, что они превзошли остальной мир в вопросах собственного эгоцентризма, каждый выдающийся человек видел свой собственный проект основным и единственным. Каждый из них понимал – жизненный ресурс истощим и иссякает он невероятно быстро. Более того, их центростремительный эгоизм порой заставлял все окружение в ущерб себе работать в угоду хитрого актера, провозгласившего себя гениальным человеком. Удивительно, но в вопросе концентрации собственных сил за счет ограничения отношений с окружающим миром единодушны и творцы, и мятежные духом дизайнеры жизненного пространства.

Марк Шагал, вышедший из многодетной семьи, в которой было девять детей и отец, несший тяжелый крест мученика, никогда не испытывал желания возвратиться в прежний мир и озаботиться судьбами родственников. Однажды выпорхнув из гнезда, которое по своей сути тянуло его вниз, в бездну нищеты и вечной толкотни вокруг мелких деталей печального бытия, он уже никогда не возвращался в мир прошлого, вычеркнув вместе с ним и всю когорту родственников. Не стоит упрекать живописца в отсутствии любви к родным (напротив, он обладал широким диапазоном тончайших ощущений, особенно превознося свою мать): будущий знаменитый художник настолько сильно не желал превращения своей жизни в вылавливание субботними вечерами селедки из отцовской бочки, что проклял саму мысль артельного существования. Он сознательно отказался от груза в виде ненасытного и проблемного отряда родственников в пользу творческого поиска и создания собственной семейной модели, отличной от отцовской.

Отношение Бернарда Шоу к своим родителям он откровенно высказал сам; цитаты острослова сквозят цинизмом и отсутствием желания напяливать на себя маску праведника. Увлеченный своим собственным жизненным проектом Зигмунд Фрейд очень мало внимания уделял семье. На фото рядом со своими сыновьями, приехавшими с фронта, патриарх психоанализа и молодые люди выглядят как обитатели разных планет. Некоторые из выдающихся личностей пошли еще дальше – дойдя до откровенного использования окружения, жестокой эксплуатации семьи. Карла Маркса можно считать одним из самых дерзких и непреклонных эксплуататоров собственного окружения. Он черпал финансовые ресурсы от друга Энгельса, а энергетический колодец отыскал внутри семьи. Альфред Нобель вместо того чтобы завещать свое богатство родственникам, направил ресурсы на увековечивание своего имени. Он решил сразу две задачи: продемонстрировал свою оригинальность и отказался поощрять несостоятельность и откровенный паразитизм родни. Личные примеры Фрейда и Нобеля, возможно, кому-то покажутся излишне суровыми и даже жестокими. Но когда человек изначально утверждает свою жизненную миссию основной задачей, то пример его последовательности скорее позитивно подействует на потомков, чем принесет пользу нескольким нахлебникам. Каждый из них отлично понимал: ресурсы, полученные в наследство, развращают и прекращают развитие рода. В этом смысле родители, работающие усердно, в ущерб себе, дабы их чадо соответствовало неким принятым в определенном социуме стандартам, вызывают лишь сожаление. Они разрушают и свои личности, и перспективы личностного роста их ребенка. И скорее всего, и они сами, и их несуразное дитя сталкиваются с немалыми психологическими проблемами. Они расходуют свои ресурсы зря. В этом смысле выдающиеся личности дали человечеству превосходные уроки, чтобы отыскать действительно правильный путь. Памятуя о том, что «мы в ответе за того, кого приручили».