Глава 2. Мой ребенок – чей–то сексуальный объект


...

«Не нужны мне мама, ваши советы»

Обременительные черты «мусома» появились даже у такой соблазнительной сферы жизнедеятельности, как… секс. Именно по вине моды. На рубеже тысячелетий секс не просто освободился от многих запретов — он стал элементом престижа, и у него появились качественные характеристики. Сейчас нередко можно услышать: «Мне необходим хороший секс!» или «Это был некачественный секс!» Чтобы получить качественный секс, нужен не только образцово–показательный партнер, но и самой следует быть достойной хорошего секса. У секса появились «спортивные стороны». Подобные «нововведения» принципиально изменили отношение к сексу со стороны женского пола.

В традиционном обществе секс главным образом воспринимался и применялся как оружие, с помощью которого женщина берет в плен и удерживает выбранного ею мужчину. Кстати, многие «военные» игры по мере уменьшения кровожадности человечества перешли в категорию игр спортивных. Но секс – не биатлон, чтобы с той же легкостью переходить из категории «погранично–охранной» в категорию «спортивно–развлекательную». Слишком многое с ним связано – даже в нашу странную эпоху. Неудивительно, что женский пол растерялся. С одной стороны, что мешает женщинам по–прежнему вести себя согласно племенным заповедям амазонок, отлавливающих мужчин по мере надобности? Спортивно–сексуальные правила ничуть этой стратегии не мешают – наоборот, упрощают процедуру: победивший в честном соревновании в качестве приза получает соперника со всеми потрохами. С другой стороны, в отличие от амазонок, нормальные женщины испытывают потребность не только в физиологическом, но и в эмоциональном контакте с отловленным мужчиной. А способен ли «спортсмен–сексоголик» на эмоциональные проявления?

Рита второй год работала в фирме и считала себя вполне зрелой и опытной особой. Студенческие романчики остались позади, беготня по кафешкам и танцулькам утомляла, хотелось чего–то нового, более зрелого, основательного… Нет, замуж она пока не собиралась, вот только подобрать кавалера «по себе» было ничуть не легче, чем хорошего супруга и заботливого отца будущим детям. У Риты, на первый взгляд, было все для удачного выбора: красивая внешность, а также широкий круг знакомых, который без конца пополнялся – сотрудниками фирмы, посетителями официальных и неофициальных тусовок, друзьями приятелей и приятелями друзей. Она неплохо ориентировалась в этом «море лиц» и могла бы замечательно устроить свою личную жизнь, но… Риту мучило ощущение, что она, будто ночник в спальне, привлекает каких–то кровососущих насекомых, только в человеческом обличье – мускулистых типов с наглыми глазами и явным намерением «воспользоваться шансом», дяденек с разной толщины бумажниками и неприятной ухмылкой. А то и вовсе каких–то уродов, с первых минут знакомства намекающих на ожидающие Риту «незабываемые наслаждения». Такое отношение Риту совершенно не устраивало.

Однажды, в минуту жизни трудную, она разоткровенничалась со своей родственницей. Нина, работавшая не то психиатром, не то психоаналитиком, долго расспрашивала Риту о мелких скучных подробностях, на первый взгляд не имеющих никакого отношения к ситуации. Потом важно изрекла: «Ты неправильно себя ведешь с мужчинами! Надо знать, на что реагируем мы и на что – они. А ты, дорогая, ведешь себя чересчур вызывающе, активно демонстрируешь свое красивое тело, хорошенькое личико, вот и…» Дальше Рита даже не слушала. Опять эти нотации! Сама эта Нина красавицей и в юности не была, пылким темпераментом не обладала, да и карьеры выдающейся не сделала…В общем, брать с нее пример не хотелось, и консультация Рите скорее разозлила. Так все и шло «по накатанной», пока Риту не повысили. На новой должности на девушку свалилось много работы: пришлось разруливать дела, запущенные предшественником, налаживать бесперебойный ход процесса… На себя у Риты уже просто не хватало времени: ее привычная демонстративность сменилась деловитостью, чувство ответственности пригасило категоричность. Ей было не до привычных легкомысленных уловок – надо было беречь силы и думать, как ее будут воспринимать окружающие. Новая должность буквально «сожрала» имидж сексапилки–агрессорши. Забавно, но серьезные отношения с молодым человеком начались именно тогда, когда Рите стало «не до мужиков».


Будь Рита повнимательнее к советам «старорежимной Нины» – ей было бы проще решить свою проблему общения. Ведь проблема в том и состояла, что девушка не смогла себя, как сейчас говорят, «правильно позиционировать»: применяла хорошо освоенные методы «студенческого флирта», не понимая, что решает уже совершенно иные задачи. Для зрелых взаимоотношений требовался другой образ поведения, но Рита, свыкшись с безотказными сексуальными приемами, не задумывалась над их «ролевой ограниченностью». Психиатр по имени Нина, вероятно, не обладала эффектной внешностью и сексапилом, но дала бы родственнице полезный совет.

Надо четко знать свои потребности и строить свои контакты с окружающими соответственно этим потребностям, а не демонстрировать модное нынче высокое либидо всем подряд.


Ведь Риту спасла случайность: она бросила «студенческие фишки», потому что была слишком занята – и ее поведение стало более естественным и «человечным». Вот она и получила то, чего хотела, но чего сознательно не добивалась – внимания к себе как к личности. Спросите: почему прежние знакомые не видели в ней личность? Потому, что каждый современный человек предоставляет малознакомым людям в качестве своего «Я» не всю, как есть, подноготную, а целый набор масок и ролей. Вот Рита и выбрала, как ей казалось, наиболее привлекательную – маску сексуального объекта. И отношение к ней было соответственным, хотя девушке требовалось совсем другое. Сохранись этот статус кво на долгий срок – и Рита бы разочаровалась в мужчинах, присоединилась бы к обществу «сексисток–злопыхательниц», охотно обсуждала бы тему, к какому виду копытных относятся мужики, а ее эмоциональная жизнь так и осталась бы ущербной.

Но так уж устроен человек: он воспринимает и осмысливает только то, до чего созрел, то, что готов принять. Остальную информацию он усваивать не хочет – и отвергает, уничтожает, словно компьютер — зараженный файл. Это явление носит название «психической слепоты». К тому же женщина (в любом возрасте), как правило, спрашивает совета тогда, когда подсознательно решение уже принято. Ей нужно подтверждение ее выбора, а не чье–то мнение. Проблема усугубляется тем, что неверный личный выбор зачастую инсинуирован общественными стереотипами. В том числе и соревновательным отношением к интимной жизни.

Немало девушек озабочены тем, что искусно воплощают «сексуально–спортивные идеалы», жертвуя собой. Но как обстоят дела с «личной жизнью» привлекательных, умелых, сексапильных «рекордсменок»? Честно говоря, не намного лучше, чем у викторианских барышень. Раскованные, эмансипированные и сексуально подкованные девушки так же часто страдают от снижения либидо и даже от полного отсутствия оргазма. Все оттого, что им приходится действовать в том же духе, что и героиням сентиментального романа. А именно… подменять реальность иллюзорностью.

Если пуританские нравы не позволяли ни девушке, ни женщине демонстрировать свою сексуальность, то гиперсексуальная культура рубежа тысячелетий, наоборот, требует подобной демонстрации.


И в том, и в другом случае от женщины ждут спектакля по общепринятому сценарию: «Что вы себе позволяете!» или «Я вся такая неукротимая…» — каким бы ни был индивидуальный настрой «актрисы». Современные «исполнительницы модных сексуальных ролей» уделяют огромное внимание внешним эффектам: «Как я выгляжу? Что обо мне думают? Какое я произвожу впечатление? Достаточно незабываемое?» Оттого «суперлюбовницы» нередко вынуждены симулировать оргазм. Им кажется, что, согласно мужским стандартам, полноценная женщина обязана переживать «оргазмический фейерверк». Всякий раз. Во что бы то ни стало. И если ничего феерического на горизонте не видать, мужчина, по идее, непременно «делегирует ответственность» партнерше: «Это ее проблемы — она какая–то вялая, холодная, бестемпераментная». Чтобы доказать свою «полноценность», женщина старается продемонстрировать яркое, взрывное удовлетворение. Желание мужчины видеть мощную разрядку женщины давит на поведение партнерши и даже снижает ее реальные «шансы на оргазм»: она не в силах отвлечься ни на секунду и вообще чувствует себя связанной.

Нелегко приходится и мужчине, если он готов принять современное представление о сексе – демонстративный компонент, вызывая в его мозгу все те же вопросы насчет «незабываемого впечатления», нервирует и отвлекает от полового акта как такового. Притом, что равнодушное, потребительское отношение к партнерше может «дорогого стоить». Ведь для молодого человека репутация неопытного, грубого, эгоистичного любовника, неспособного удовлетворить женщину – самый черный из всех возможных пиаров. Репутация вчерашнего подростка, как правило, строится именно на его притягательности, «экстра–сексуальности» и на том самом «опыте», который помогает указанные качества развивать и демонстрировать. Остальные атрибуты «крутости» могут оказаться всего лишь средствами для достижения сексуального успеха. Причем нередко между сексуальным и социальным успехом ставится знак равенства.

С одной стороны, мужчины в юности действительно гиперсексуальны, с другой – секс является самым распространенным средством для повышения самооценки в молодежной среде. Позднее у большинства людей возникают другие, менее «биологические» способы поднять самоощущение, но в молодом возрасте и сознание, и организм сильнее подвержены инстинктивному, наследственному поведению.

Конкуренция в сексуальной сфере – своего рода «игры молодых», подготавливающие почву для «взрослой» конкуренции в сфере социальной.


Соревновательность в сексе – закон, безупречно действующий в дикой природе – в человеческом обществе работает с перебоями. Все потому, что животное ведет инстинкт, а человека – эмоции, что не одно и то же. Инстинкт не знает сомнений и не видит препятствий, а наша эмоциональная сфера основана на страхах и аффектах, зачастую измененных до неузнаваемости38. И потому конкуренция в интимных делах может вовсе отвратить от сексуальной сферы робких, замкнутых, не уверенных в себе людей – тех, кому особенно необходима любовь и вообще средство повысить свою самооценку. Но скажите: кто в юности не чувствовал себя замкнутым и неуверенным?


38 Аффект – относительно кратковременное, сильно и бурно протекающее эмоциональное переживание (ярость, ужас, отчаяние и т.п.). Сопровождается резкими выразительными движениями, криком, плачем. Отщепленный аффект «отделяется» от своей идеи и «присоединяется» к тем идеям, которые более приемлемы для сознания, ущемленный аффект подавляется вместе с относящимся к нему психическим содержанием, существует также инверсия аффекта, превращающая аффект в собственную противоположность.


Когда возникло странное представление о сексе как о спортивном состязании, общество в первую очередь принялось сетовать на падение нравов, хотя главная проблема заключалась в другом: в коренном изменении восприятия сексуальной сферы. Из области наслаждений оно переместилось в область нагрузок. Ведь удовольствие от «испытания на прочность» невелико – примерно то же, что и при посещении тренажерного зала. Попахали, попотели и ушли с чувством глубокого… морального удовлетворения. Позабыв про удовлетворение сексуальное – какой секс в спортзале или на театральной сцене? Максимум, что здесь может быть, — это имитация сексуальных движений и реакций. И все – ради впечатления, произведенного на публику.

Взрослый человек понимает, что секс – та сфера жизни, в которой не стоит никому ничего доказывать.

Для молодежи секс – способ самоутверждения, личный компонент, превращенный в демонстративный.


Зрелая личность понимает, что и к себе, и к сексуальному партнеру надо относиться по–человечески: прощать ошибки и слабости, дарить внимание и ласку, и главное — не равнять индивидуальные особенности по «мировому стандарту» — два безупречно красивых человека любят друг друга на дизайнерских простынях. Тем более, что именно в сексе нет ничего стандартного, все глубоко личное. Поиск и выбор партнера, формирование индивидуальных сексуальных предпочтений и собственного варианта сексуального поведения – довольно сложная, но неизбежная сторона взросления. Конечно, в этой области сознательное и бессознательное, биологическое и социальное так переплетены между собой, что неспециалисту очень трудно разобраться в побуждениях, заставляющих человека совершать те или иные поступки. И зачастую – довольно глупые. Родители время от времени только диву даются: что это с моим сыном/дочкой происходит? С чего вдруг такое вызывающее/подавленное поведение? Неужели он так распущен/закомплексован? Не мы ли, родители, виноваты? Или это друзья его настроили? Может, лучше избавиться от друзей, они плохо на него влияют? Или, напротив, ему надо побольше общаться со сверстниками?

Спрашивается, чем родители могут помочь ребенку в решении его коммуникативных – и особенно, сексуальных — проблем? Ввести сексуальный ликбез с посещением лекций и семинаров? Поощрять сексуальные эксперименты молодежи? Или, наоборот, ограничить сексуальную свободу – по крайней мере настолько, чтобы не возникало никаких «олимпийских ассоциаций» и «спортивных соревнований» там, где не следовало бы? Или просто не обращать внимания – а там что вырастет, то вырастет? Никаких «панацей» в данном вопросе не существует. Все дети — разные, и родители – разные, и социальная среда везде особенная. Помочь в решении жизненно важных – да и неважных — задач могут: знание индивидуальных качеств – и своих, и своего ребенка – плюс здравый смысл в анализе сложившейся ситуации.

Залогом верного подхода станет избавление от стандартизированного восприятия.

Не переносите на свою семью выдуманных идей и правил, давно почивших в бозе или буквально вчера взлетевших на гребне моды.


И не пытайтесь представить себе «все самое ужасное», что может произойти с вашим подросшим ребенком вне семьи. Подобные мысли – ловушка. И для вас, и для вашего ребенка. Кошмарные картины, нарисованные встревоженным родительским воображением есть не что иное, как самооправдание для дальнейшего жесткого контроля. Никто не в состоянии развиваться как самостоятельная личность, оставаясь послушным малышом, непрерывно спрашивающим у старших: а это мне можно? А это? В конце концов, «взрослые» проблемы, стоящие перед вчерашним подростком, сложны, но разрешимы. Вы–то их решали? Почему бы и вашим детям в положенный срок не разобраться в себе и в жизни? И не думайте, что вашим детям приходится особенно туго, поскольку некая абстрактная «нравственность» все падает и падает куда–то в пропасть. Одни рамки разрушаются, другие возникают. Поэтому и социальное, и сексуальное поведение человека беспрестанно меняется. Так было всегда – и, по всей видимости, так всегда и будет.

Но, спросят родители, вокруг столько опасностей и соблазнов – как же нам не волноваться? Что же, волнуйтесь. Но не переносите этого чувства беспомощности, опасения, тревожности на своего ребенка. Он ведь тоже испытывает эти ощущения – причем намного острее, чем взрослые. Так что, если «приплюсовать» к его переживаниям ваши – легко получаем невроз и всякие другие негативные последствия. Для вас есть лишь одно средство снизить уровень тревожности. Необходимо изменить свое восприятие по отношению к ребенку, который уже не ребенок.