14 КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ПСИХОДЕЛИКОВ


...

ПСИЛОЦИБИН: ПСИХОДЕЛИКИ В СЕМИДЕСЯТЫЕ

После подавления психоделической субкультуры, которое началось с объявления ЛСД незаконной в октябре 1966 года, кажется, иссяк импульс к дальнейшей подделке этого вещества. Наиболее значительным явлением в 70-е годы с точки зрения публики, настроенной на психоделические поиски прежними переживаниями с ЛСД и мескалином, было появление начиная с конца 1975 года разных руководств по домашнему разведению псилоцибиновых грибов. Появилось несколько таких руководств; самым первым было написанное мною вместе с братом и опубликованное под псевдонимами О.-Т. Осе и О.-Н. Эрик “Псилоцибин: руководство для выращивающих магический гриб”. Книга разошлась в последующие пять лет в количестве свыше 100 000 экземпляров. Хорошо пошли также и некоторые книги-подражатели. Итак, псилоцибин, долго разыскиваемый и давно знакомый психоделической общине по экспансивной прозе Уоссона и Лири, стал наконец доступным множеству людей, которым больше не нужно было ехать в Оахаку, дабы приобрести реальный опыт.

Общая атмосфера в случае псилоцибина отличается от ЛСД. Галлюцинации возникают легче, а также возникает ощущение, что это не просто некий объектив для наблюдения личной психики, но и своего рода инструмент коммуникации, чтобы войти в соприкосновение с миром высокого шаманизма Архаичной древности. Вокруг использования этих грибов возникла община терапевтов и астронавтов внутренних пространств. По сей день эти нешумные группы профессионалов и первооткрывателей внутренних пространств составляют ядро общины людей, принявших факт психоделического опыта в свою жизнь и профессию и продолжающих схватку с этим опытом и обучение в нем.

И тут мы оставим историю человеческой увлеченности растениями, которые опьяняют, вызывают видения или уничтожают безумие. Сегодня мы действительно знаем не больше, чем было известно нашим далеким предкам. Быть может, меньше. На самом деле, мы даже не можем быть уверены, годится ли для этой задачи наука – инструмент познания, от которого мы сейчас так зависим. Ибо мы можем начать свой поиск понимания в холодных сферах археологии, ботаники или нейрофармакологии, но всегда сохраняется тот волнующий и чудесный факт, что все эти подходы, если смотреть на них психоделическими очами, ведут как будто к внутренней связи самости и мира, которые мы воспринимаем как глубочайшие уровни нашего собственного существования.