Влюбленный человек очень тяжело переживает разлуку. Главное его желание — встретиться снова. И наслаждаться без конца.
Примет ребенок одну роль или комбинацию ролей, его самозащитное поведение компенсирует ему неадекватность родителей, прикрывает пробелы в его эмоциональном развитии и приносит видимость стабильности и порядка в хаотичную жизнь. Поскольку дети учатся доверять надежности своей стратегии овладения...
Большинство «патологий» на уровне длительной, в десятки лет, «работы в уме», просто не существуют как класс. Это вроде обнуления фальшивки о том, что М был в городе Лисс не доказательством того, что М там не был в это время, а тем что этого города просто нет. Навязчивая мысль, которую...
Если подразумевать, что у каждого факультета, у каждой кафедры, у каждого преподавателя есть своя особенная деятельность в отношении одной и той же информации, то не будет ли представлять из себя этот процесс в целом какофонию, в которой разные деятельностные ориентиры взаимно гасят друг...
Есть и еще одно направление, возводящее этот софизм в ранг искусства, говоря о сущности вещей. Такие философы утверждают, что имеется нечто, делающее яйцо яйцом, а не чем-то другим, — а именно его «яйцевость», или «сущность яйца». Эта сущность более реальна и более надежна, нежели настоящее...
Сходная симптоматика обнаруживалась у лиц, пострадавших в других ситуациях, близких по тяжести психогенного воздействия. В связи с тем, что этот симптомокомплекс не соответствовал ни одной из общепринятых нозологических форм, в 1980 г. M. J. Horowitz предложил выделить его в качестве...
27. Бычкова Е., Кольчик С., Писаренко Д. Москва на пике катастроф? // Москва. Аргументы и факты 2000, № 35, с. 1.
«Поздний вечер. Я выхожу из магазина. Меня догоняют трое мужчин. Мы незнакомы, но я знаю, что это главари мафии. Они хотят познакомиться, делают мне комплименты. Я отвечаю, что замужем и никуда с ними не поеду. Они пытаются блеснуть своим положением, деньгами, иномаркой. Тут подъезжает муж на...
Ванька мучительно переживал свою любовную неудачу. Он не изводил меня горестными монологами и бурными истериками, не провоцировал чувство вины. Но я ощущала, что ему тяжко. Просто расстаться навсегда нам было в лом, а дать друг другу то, что хотелось, мы не могли. Я не могла стать Ванькиной...
Надеюсь, не требуется повторять читателям анекдот, рассказанный на первых страницах книги, я напомню только его вывод: «Отпадёт само».
Если мы заходим слишком далеко и передаем им в руки еще не окрепшее произведение, мы ставим под угрозу собственную способность дописать его до конца. Наши силы утекают в другое русло. Силы, что должны были пойти на работу, вместо этого расходуются на попытки защитить свои творения, разобраться...