Стиль


...

Мода

Садовник. Значит, мода порождает безвкусицу?

Модельер. Вы меня совершенно неправильно поняли. Красивой выглядит в данное время та одежда, которая возникла сейчас, на фоне современной обстановки, то есть модная одежда. В процессе изменений моды происходит постоянный отбор элементов, форм, цветов, пропорций: одни быстро отмирают, не принятые временем и людьми, другие утверждаются и совершенствуются. Скажу более, механическая остановка движения моды в одежде привела бы к резкому несоответствию внешнего облика человека современному окружению. Иное дело, что для красоты одежды необходимо единство ее ансамбля с обликом человека, его манерами и с окружающей обстановкой. Ну, скажите на милость, о каком единстве может идти речь, когда на груди у молодого человека – майка с застиранным изображением Софии Ротару, поверх него болтается позолоченный крестик, а сзади на джинсах – американский флаг. Что общего может быть между Софией Ротару, американским флагом и символом христианской веры? Тем более на груди у комсомольца!

Садовник. А как обстоит с модой в музыке?

Музыкант. Мода в искусстве – это, насколько я понимаю, стремление безвкусных людей показать окружающим, что они обладают эстетическим вкусом. Восхищаются люди, скажем, Малером или Шёнбергом, но в чем величие Малера или новаторство Шёнберга – не понимают. Да и, оставшись наедине с собой, слушать этих композиторов не станут.

Модельер. Малер! Шёнберг! Уверена, что мой сын о них и не слышал. Для него только ВИА существуют. А стоит мне заговорить с ним о классике, как он тут же заявляет: «Классики – это для стариков, мамочка, а молодежи ритм нужен, движение, разрядка».

Музыкант. И он, между прочим, по-своему недалек от истины. Дело здесь опять-таки не в «нынешней молодежи». Еще Платон заметил, что на мусическом состязании (по-нашему, театральном фестивале) дети, несомненно, отдали бы предпочтение кукольному театру, подростки – комедии, молодые люди и образованные женщины – трагедии, а старики присудили бы победу рапсоду, хорошо прочитавшему «Илиаду», «Одиссею» или что-нибудь из Гесиода.

Садовник. Но тот же Платон, если мне не изменяет память, считал, что детей с раннего их детства следует воспитывать на самых возвышенных образцах культуры; он доказывал, что гармонично развитый вкус способствует высокой нравственности молодого поколения.

Музыкант. А вы весьма образованны для садовника.

Садовник. Видите ли, я имею дело не с дикой природой, а с той жизнью, которая тысячелетиями совершенствовалась и облагораживалась человеком. Человек отдавал природе свою культуру, а она в ответ дарила его богатством красок и форм. Поверьте, знание культуры садовнику не менее необходимо, чем модельеру или музыканту. Ведь он работает с материалом, который органически не терпит невежества, гибнет и чахнет от него. Теперь это называется порчей окружающей среды. И все же главное – любить цветы и деревья и не бояться тяжелой работы, необходимой для доказательства этой любви.

Модельер. Но вы нам не ответили, что вам больше нравится – тюльпан или глициния? По-моему, их так же нельзя сравнивать, как нельзя ставить Моцарта выше Брамса.

Садовник. О музыке пусть говорит музыкант. А я скажу о цветах. Посмотрите на тюльпан. Сколько поколений садовников понадобилось, чтобы придать ему совершенство формы и цвета. Недаром он стал символом целой страны – Голландии. Но так быстро тюльпан вырождается без ухода. А глициния буйно цветет, хотя форма отдельного цветка почти ничего не значит. Каждую весну эта цветущая волна ложится по-новому без помощи человека. Садовнику естественно любить тюльпан как образец формы и плод неустанной заботы.

Музыкант. Так же естественно для музыканта отдавать предпочтение Моцарту. Видишь ли, влияние Моцарта на многие годы определило музыкальный вкус. Благодаря его музыке сформировались и Бетховен, и Шуберт, и любимый тобой Брамс.

Модельер. И все-таки я не понимаю, почему я должна слушать Моцарта, если мне больше нравится Брамс?

Садовник. Потоку что сад, который состоит из одних тюльпанов, – не сад.

Модельер. Не понимаю. При чем здесь это?

Садовник. Сейчас объясню. Сад тем богаче, чем больше в нем разнообразия. Поэтому человек, который любит одни лишь тюльпаны, или розы, или гвоздики, не может быть совершенным ценителем сада. Его сад может быть красивым, но неполной будет эта красота. Развитый «орган вкуса» она не насытит, не удовлетворит до конца воображения.

Музыкант. А вы правы. Понимаешь, человека, который, подобно твоему сыну, любит одну легкую, танцевальную музыку, нельзя назвать безвкусным. Но чувство вкуса его ограниченно. Этот человек лишен того богатства, которое способна подарить ему классическая музыка. И наоборот. Не любить танцевальную музыку, те самые вокально-инструментальные ансамбли, о которых ты с таким пренебрежением отзываешься, – значит лишить себя ритма, танца, движения. Разумеется, движения бывают разными. Если человек доводит себя до исступления, начинает раздирать на себе одежду, ломать стулья. Полагаю, что человек, который не ломает стулья, ничем себя не обделил... Иными словами, вкус человека должен быть развит всесторонне, так, чтобы он умел находить созвучное себе и в Моцарте, и в Брамсе, и в эстрадной музыке. Я правильно вас понял?

Модельер. Если бы ты правильно его понял, ты бы согласился, что не стоит носить джинсы с бархатным пиджаком.

Музыкант. Она шутит.

Садовник. А, по-моему, нет. Ведь ей, художнику-модельеру, виднее, как должен одеваться человек со всесторонне развитым вкусом. Так же как вам, музыканту, виднее, каким должен быть всесторонне развитый вкус к музыке. Оба вы прекрасно понимаете, что можно и нужно спорить с безвкусицей, если, конечно, вам не безразличны окружающие вас люди. Так что же вам мешает прислушаться друг к другу и усовершенствовать свой вкус?