Гуманизм

– воззрение, рассматривающее человека как высшую ценность, защищающее его свободу и всестороннее развитие.

Если спросить кого-либо – не историка, не философа, не педагога, словом, не специалиста, – что такое гуманизм? – в большинстве случаев получишь такой ответ: это великодушное, хорошее, доброе, уважительное и терпимое отношение к человеку.

Вообще-то говоря, суть дела схвачена верно, однако перечисленные понятия или качества скорее всего объясняют слово «гуманность», или, говоря по-русски, «человечность». Между тем «гуманизм», хотя и имеет общий корень с «гуманностью» (от латинского «homo», то есть человечный, человеческий), означает все-таки не то же самое.

Гуманность – это в самом деле великодушие, доброта к людям, готовность простить или хотя бы понять человека, даже если он совершил что-то очень плохое, уважение к его личности и самостоятельности. Гуманность как индивидуальное качество была присуща людям всегда, наверное, с той поры, когда человек стал человеком. Нет ничего неестественного в предположении, что и среди наших далеких первобытных предков были гуманные люди. Это дело человеческого характера. Именно человеческого. Ведь бывают ласковые или злые животные, но мы никогда не говорим «гуманная собака» или «гуманный конь»: гуманность предполагает не инстинктивное, а осознанно, осмысленно доброе отношение к человеку, а оно присуще только «homo sapiens», то есть «человеку разумному».

Итак, гуманность, вообще говоря, – свойство человеческой натуры, и появилась она, конечно же, задолго до того, как человек придумал такие абстрактные, синтетические понятия, как «добро» или «зло», «доброта» или «злость».

А вот «гуманизм» – сравнительно недавнее открытие человеческого разума. Эта система воззрений сложилась всего лишь пятьсот-шестьсот лет тому назад, во времена Возрождения, или Ренессанса. Так что такие мыслители, как, например, Платон, Аристотель или Цицерон, не знали этого понятия, хотя, разумеется, у них были свои собственные системы воззрений на этот счет. Более того, знакомство с их творчеством не в последнюю очередь дало толчок рождению и формированию итальянского гуманизма как нового направления человеческой мысли.

Родоначальниками его принято считать мыслителей, писателей, художников и ученых Италии – Ф. Петрарку и Дж. Боккаччо, Леонардо да Винчи, Рафаэля, Микеланджело... С этими именами связывается возникновение Возрождения.

Почему – Возрождение? Почему гуманизм был его знаменем? Что, собственно говоря, возрождали гуманисты?

Иногда говорят: они возрождали античное культурное наследие. Правильно, но неполно. Почему нужно было возрождать культуру Древней Греции и Древнего Рима, со времен расцвета которой в период Возрождения минуло 15–20 столетий? И как случилось, что раньше о ней не только не вспоминали, но даже вытравляли память о ней, разрушали все, что могли?

Кто разрушал? Христианство. Христиане... Зачем? Почему?!

Из учебников истории СССР, которые вы читали в начальной школе, известно, что последователи Христа в Древней Руси жгли, уничтожали, сбрасывали в реки идолов славянских богов, разрушали капища язычников, то есть те священные места, на которых язычники приносили своим богам жертвы.

Христиане в Греции и Италии проделали такую же уничтожительную работу с эллинскими и римскими идолами и капищами. Что такое статуя Зевса или Юпитера? То же самое, что и наш славянский идол в честь Перуна. А греческие или римские храмы, пантеоны с беломраморными колоннами и портиками – что это? Это капища античных людей, место, где они убивали, а потом сжигали животных – быков, овец, гусей, принося их в жертву, в дар своим богам.

Символы язычников христиане отвергли – у них были свои символы. С презрением (а презрение слепо и неразумно) христиане уничтожали белоснежные статуи обнаженных языческих богов, хотя мрамор светился так же нежно, как живое человеческое тело, а глаза прекрасных Венер и Афродит, юных Аполлонов и суровых бородатых Зевсов и Марсов смотрели на разрушителей с человеческим укором.

Во имя чего поднялась рука разрушителей? Во имя злобы, мести, гнева, неприятия красоты? Нет! Во имя доброты и любви к человеку. Вот ведь что самое странное...

Низвергая культуру и мораль язычников, христианство несло миру свою культуру и мораль, изложенную в Евангелии, где черным по белому написано: не убей человека, полюби не только ближнего, но даже своего врага, а если он ударил тебя по щеке – не давай сдачи, но подставь ему другую щеку и великодушно прости его.

Христиане считали эту мораль самой справедливой и с чистой совестью несли ее миру. Но вместе с тем они уничтожали то, что стояло на ее пути.

Так получилось, что битва за самоотречение обратилась в подавление человека, его самобытной личности. Личность в глазах средневековых христиан потеряла цену. Идеалом христианина средних веков, с которого он готов был, что называется, делать жизнь, был аскет, подавляющий свою плоть, ибо высшая мораль для него – подавление живых человеческих слабостей, торжество богоугодного духа. Согласимся, что этот идеал, которому нельзя отказать в своеобразной чистоте и искренности, выглядит все же достаточно мрачно и жестоко.

Творцы Возрождения сделали открытие: глядя на осколки античных статуй и руины храмов, будущие гуманисты увидели перед собой не языческие символы, а создания человеческого гения. Читая и разыскивая ветхие, чудом сохранившиеся, полуистлевшие свитки античных рукописей, они обнаружили светлый и прекрасный мир греческих и римских мудрецов и героев.

Восхищение и преклонение перед искусством прошлого привело «отцов» Возрождения к мысли, что человек интересен не только как орудие служения богу (чего они не отрицали), как средство утверждения и распространения по миру христианской религии, но и сам по себе: как человек, как творец.

Позднее, несколько веков спустя Иммануил Кант откристаллизует и четко сформулирует мысль, подаренную людям гуманистами Возрождения: человек должен быть для другого человека всегда также и целью, но не только средством. Правда, Кант считал, что это станет нормой общения не скоро.

Таким образом, гуманизм был венцом открытий Возрождения, которое началось с восхищения перед искусством античного мира, перед мудростью Платона, Аристотеля, Цицерона, а привело к восхищению перед человеком, поскольку это живущее, мыслящее, творческое существо.

Возрождая античные традиции, утверждая самоценность личности, гуманисты не повторили ошибок средневековых христиан: они не уничтожали христианскую мораль, культуру, традиции, символы; более того, гуманизм воспринимался ими как синтез античности и христианства. Что такое «Сикстинская мадонна» Рафаэля? Икона. Но только ли икона? Нет: великий образ человека, женщины, матери.

Вообще говоря, ход рассуждений гуманистов сложен и с нашей, современной точки зрения противоречив. Но надо понять его, иначе мы будем смотреть на вещи слишком примитивно: был мрачный идеал средневекового христианства, и вдруг ни с того, ни с сего – ясный идеал гуманистов Возрождения...

Идеи гуманизма с триумфом прошли по планете, вовлекая в свою орбиту – и при этом, разумеется, обогащаясь – мыслителей, чьи имена известны сейчас каждому школьнику.

Французы Рабле и Монтень... Англичане Шекспир н Френсис Бэкон... Испанец Сервантес... Немец Дюрер... Великий Эразм из Роттердама...

Создатели утопических социальных проектов Мор, Кампанелла, Сен-Симон, Фурье, Оуэн... Просветители и энциклопедисты XVIII века Гольбах, Гельвеций, Дидро...

Наши русские мыслители: Герцен, Толстой, Достоевский...

Какое созвездие имен! Каждый сказал о гуманизме свое и по-своему.

Когда мы читаем Достоевского, видим и слышим «русских мальчиков» Ивана и Алешу, которые мучительно раздумывают над тем, чего стоит всеобщее благодеяние и всемирная гармония, если для торжества их нужно пожертвовать жизнью хотя бы одного ребенка... Разве в этом не ощущаются громовые раскаты мысли, которая бьется в книгах и словах всех без исключения творцов гуманистического мировоззрения, венцом которого является марксизм-ленинизм?

Гуманистический характер марксизма проявляется в том, что он борется за счастье каждого и всех без исключения, он стремится уничтожить все существующие между людьми социальные перегородки, все виды общественного неравенства. Равные условия свободного развития для всех без исключения, объединение людей на принципах дружбы, сотрудничества, братства – такова высокая гуманная цель коммунизма.

Такую принципиальную черту марксистского гуманизма, как его действенность, активность, лучше всего рассматривать в сравнении с абстрактным гуманизмом.

Абстрактный гуманизм требует безусловного уважения и любви к каждому человеку. Он проповедует всеобщее человеколюбие, но не видит тех реальных противоречий, которые раздирают современное человечество. Марксизм же, борясь за торжество гуманистических принципов в отношениях между людьми, всегда помнит, что не может угнетенный любить угнетателя, что невозможно уважать палача, убийцу.

Марксизм отличается в первую очередь конкретным подходом к людям. Гуманность социальных отношений, политики, произведений искусства, поступков человека марксизм определяет с классовых позиций. «Мораль, стоящая выше классовых противоположностей и всяких воспоминаний о них, действительно человеческая мораль, станет возможной лишь на такой ступени развития общества, когда противоположность классов не только будет преодолена, но и забыта в жизненной практике», – писал Ф. Энгельс. Классовый подход означает, что гуманными могут быть не только любовь и уважение к человеку, но и ненависть, нетерпимость по отношению к тому, что мешает укреплению и победе подлинно человеческих коммунистических отношений между людьми.

Между марксистским и абстрактным гуманизмом лежит непреодолимая пропасть и в их отношении к насилию. Абстрактный гуманизм всякое насилие считает злом и отвергает его как метод преобразования общества. Позиция марксизма по отношению к насилию другая – насилие может быть и добрым и злым. Насилие может быть необходимым в процессе революционной борьбы трудящихся масс против угнетателей. Насилие подобно ножу, который в руках хирурга, причиняя боль, приносит исцеление, а в руках хулигана превращается в орудие убийства. При учете конкретных обстоятельств и соблюдении меры насилие бывает необходимо в борьбе со злом. Добро должно быть сильным, активным, говорит марксизм.

Говоря о гуманизме как принципе поведения, в конечном итоге марксизм подчеркивает абсолютный характер этого требования. Абсолютность его выражается в том, что требование любви и уважения к человеку приобретает гуманистический смысл тогда, когда оно охватывает всех людей, а не ограничивается какой-то группой, когда нет деления людей по сортам и видам. «Я хотел бы обнять своей любовью человечество, согреть его и очистить от грязи современной жизни...» – писал Феликс Дзержинский в одном из своих писем родным. В этих словах революционера выражена великая идея коммунистического движения. Задача сделать всех людей человечными, «очистить их от грязи современной жизни» всегда была высшей и конечной целью коммунистического движения, постановка и решение именно этой задачи делают его самым гуманным движением во всей истории человечества. Гуманизм как принцип поведения предусматривает веру в добрые человеческие качества, требует уважать человека в каждом. «К человеку надо подходить с оптимистической гипотезой» – так выразительно сформулировал это требование А. С. Макаренко.

Но когда мы переходим к рассмотрению того, как этот принцип может быть реализован в поведении человека, в деятельности партий, государств, то мы не можем не поставить ряд вопросов. Как? Уважать преступника? Подходить с оптимистической гипотезой к подлецу? Ведь эти люди есть, они живут, действуют, они несут людям несчастья и страдания. Короче говоря, встает очень непростой вопрос: можно ли уважать всех? Кто заслуживает уважения?

Человек не однолинеен, и в каждом его проявлении – от любви до участия в управлении обществом – он может оказаться достойным своей человечности, а может и оступиться. Один может быть хорошим работником, но плохим отцом, другой – быть прекрасным поэтом, но ловеласом в любви, третий – знающим специалистом, но хамом и грубияном в обращении с подчиненными. Как относиться к таким? Видимо, нужно в каждом конкретном проявлении видеть, насколько в человеке развиты лучшие человеческие качества, насколько он в каждом из своих поступков руководствуется высокими гуманистическими идеалами, насколько последствия его поступков соответствуют этим идеалам.

Психология bookap

Мы живем в очень сложное и противоречивое время, мир расколот. И особенно остро в современной обстановке стоит проблема гуманизма. На одном полюсе мы видим угнетение, неравенство, унижение человека, культ насилия и жестокости. На другом – огромная, напряженная работа по строительству нового мира, поиски наиболее гуманных, человечных форм организации жизни людей.

Гуманизм рождается и в повседневной будничной жизни, его носителем и творцом является каждый человек. Для того чтобы гуманизм торжествовал, нужно каждый день утверждать его в каждом поступке. Быть гуманистом подлинно человеческий долг каждого человека. Это особенно важно для укрепления единства и сплоченности всех советских людей, стремящихся к единой цели – построению самого справедливого, самого гуманного общества.