Часть вторая. Да воздастся им за дела их.


. . .

Глава третья. Нью-Йоркская ночь длинных ножей.

1.

17 апреля 2000 года, Нью-Йорк, день

- Алло! Пятый участок полиции слушает, - механическим голосом бросила в трубку сержант Розалин Кэнвуд, дежурившая сегодня на горячей линии 5-го участка полиции, расположенного на 2-й Авеню Манхеттена. Сегодня телефоны разрывались от звонков не меньше чем в предыдущие дни. Этот понедельник добавлял только ужас ультиматума террористов, захвативших атомные электростанции. Финансовый и нефтяной кризисы, выступления сепаратистов в разных концах Америки, все отходило на второй план по сравнению с возможностью ядерной катастрофы.

Американцев давно приучили беспокоиться только о том, что рядом с ними, а остальной мир пусть горит хоть синим пламенем, лишь бы им было хорошо и безопасно. Но сегодня им было плохо, так плохо как ни одному народу. Быть богатыми, плавать в масле и вдруг одна беда за другой, и каждая последующая страшней предыдущей. А финалом может стать ядерный кошмар у твоего дома. Умирать не хочется никому, но особенно богатым, кому есть что терять. Особенно тем, кто грабил, занимался финансовыми аферами, сколачивая капитал с угрозой для жизни...

- Ты, сучка легавая, соединяй со своим шефом, да побыстрей, если не хочешь чтобы мы отрезали голову его жене, - раздался хриплый голос.

- Кто это говорит? - бросила в трубку Кэнвуд, щелкая пальцами оператору, давая знак, чтобы засечь, откуда ведется разговор. Но это было бесполезно. Разговор велся по телефону сотовой связи из мчащейся по Куинсу машины.

- Ты что, легавая, с ума сошла? Жена и двое детей капитана Райта у нас в руках, быстро соединяй, мать твою так! - заорал на нее из трубки голос невидимого террориста.

- Да, да, сейчас соединяю. И она быстро нажала кнопку интеркома внутренней связи, соединяясь с капитаном Райтом, начальником 5-го участка полиции Нью-Йорка. - Сэр, тут на проводе террористы, - произнесла она напряженным голосом, - они хотят с вами говорить.

- Хорошо, сержант, переключите их на меня, - раздался сочный баритон властного голоса начальника 5-го участка.

- Капитан Райт слушает.

- Райт, слушай нас внимательно. Мы лично тебе и твоей семье зла не желаем, но сейчас твоя жена и дочери находятся в наших руках. Ты должен отозвать все патрульные машины и своих фараонов в участок и чтобы их не было сегодня на улицах города. Даем тебе для этого один час. Если не выполнишь наше требование, мы звонить больше не будем. Еще через час ты получишь по кускам свою младшую дочь. Еще через час - старшую, а затем и жену. Если все сделаешь, как тебе сказали, то завтра утром получишь свою семью целой и невредимой. Гарантия стопроцентная, время пошло.

Райт слушал, не перебивая и не отрывая трубку от уха, будучи в полном оцепенении, хотя на другом конце трубки уже были только гудки. Капитан вмиг посерел и постарел. Через минуту, сбросив с себя оцепенение, он по внутренней связи бросил дежурной: - Лейтенанта Коуэлла ко мне, срочно.

Через полминуты Коуэлл вошел в кабинет Райта и выслушал ультиматум террористов, предъявленный капитану. Оператор Джонсон сообщил, что сотовый телефон засекли через спутник в районе Куинса, но большего сделать не удалось. Пять минут спустя Райт собрал всех бывших на месте офицеров. Он не исключал, что среди них мог быть и крот, наводчик террористов, который снабжал их необходимой информацией, поэтому, полностью доверяя Коуэллу, они договорились вести двойную игру.

Еще до совещания Райт направил на свою квартиру две патрульные машины все перепроверить, тем более, что домашний телефон молчал. На совещании Райт рассказал о звонке террористов и их ультиматуме, о захвате ими жены и детей в качестве заложников.

- В этой ситуации, - заявил Райт, - я слагаю с себя полномочия начальника участка и передаю их лейтенанту Коуэллу. После этого заявления Райт встал и вышел.

Лейтенант Коуэлл отдал распоряжение вернуть все патрульные машины в участок. В этот момент раздался телефонный звонок. Коуэлл сиял трубку. Сержант патрульной машины посланной проверить квартиру капитана Райта сообщил, что квартира открыта и пуста, есть следы беспорядка, разбросаны некоторые вещи, видимо, семью капитана и впрямь похитили.

- Все тщательно осмотрите вокруг, главное, не прикасайтесь ни к чему в квартире, не сотрите следы, я посылаю к вам специалистов. Не успел Коуэлл положить трубку, как раздался зуммер внутренней связи. Он снял трубку и, не успев сказать ни слова, услышал.

- Райт, грязная свинья, ты что, в игры решил с нами играть? Ты зачем послал легавых на свою квартиру? Проверить, не шутники ли мы? Чтобы ты не сомневался, мы сейчас пришлем в участок руку твоей дочери.

Коуэлл резко оборвал грозящего Райту террориста. - Это не Райт. Он отстранен от работы. Машины к нему домой послал я, чтобы действительно проверить, так ли это. А убедившись, что вы действительно захватили его семью, я дал указание всем патрульным машинам вернуться в участок. Ваше требование выполнено, но если с семьи капитана упадет хоть один волос, я вас достану из-под земли, вы проклянете тогда тот день, когда появились на свет. Понятно?

Но его последние слова уже летели в пустоту. Террористы, услышав, что их требование выполнили, сразу же отключили телефон, А Райт в это время уже был в управлении ФБР, в поисках выхода из положения, тем более что это был уже 134-й случай за последние два часа. Было понятно, что террористы что-то затевают, раз началась в городе охота на семьи руководителей полиции, ФБР, ведущих основных телевизионных каналов и изданий, К 15 часам уже было совершено 263 таких захвата и 16 - удалось предотвратить. Было много жертв, но удалось захватить и семь террористов, все негры. К сожалению, они были в таком состоянии, что не могли давать показания. Двое при смерти от огнестрельных ранений. Остальным сейчас вводили сильные транквилизаторы, чтобы успеть допросить до их смерти.

Но допросы ничего не дали. Это были простые исполнители, которым была дана просто команда, выкрасть семью такого-то, по такому-то адресу, продержать у себя до утра, а завтра на них выйдут и дадут следующие указания. За это им было обещано 100 тысяч долларов. И только один, тяжело раненный в живот негр, прошепелявил окровавленным ртом: "Севенти о'клок".

- Что в семнадцать часов? Что в семнадцать часов должно произойти, - орал на него специальный агент ФБР Бродерик Хейли, тряся негра как грушу. Но он уже ничего не мог прошепелявить своим окровавленным ртом, он был мертв, а кровь продолжала хлестать из огромной раны на животе.

ФБР и Агенство национальной безопасности совместно с полицией Нью-Йорка приняли решение убрать все патрульные машины с улиц города. Была дана команда всем силам безопасности, а также полицейским переодеться в гражданскую одежду, реквизировать любой частный транспорт, экипироваться под одеждой в бронежилеты, и с полным боекомплектом и рациями выйти на патрулирование улиц города.

Начальник Нью-йоркской полиции Джек Донован рвал и метал. Жизнь всего города висела на волоске. Террористы могли взорвать атомную электростанцию в любой момент, не дожидаясь установленного ими срока, а тут новые проблемы. И непонятно, не звенья ли это одной цепи? Но у террористов на станции срок был установлен на 19 часов, а здесь появилось новое загадочное время - семнадцать часов. Что же должно произойти в семнадцать часов? Никто в полиции не знал, что это просто было контрольное время для руководителей всех групп захвата семей чинов полиции и ФБР, чтобы доложить о выполнении задания.....

Вроде бы логичный ход - переодеть полицейских и агентов в гражданскую одежду и вести патрулирование улиц на частном гражданском транспорте. Но не в этом случае, не в этот страшный для горожан день. Этот шаг ФБР и АНБ принесет только дополнительные жертвы. Но иного и быть не могло, так как никто из руководства полиции и спецслужб и предположить не мог, что на улицы города выйдут десятки тысяч боевиков с фальшивыми полицейскими жетонами, с липовыми документами агентов ФБР и других спецслужб.

Не решив задачу с ребусом - "семнадцати часов", высшие чины полиции и ФБР города решили к этому времени вывести на улицы города максимально возможное число людей, сосредоточив их преимущественно в самых престижных кварталах, деловой части, местах скопления богатых магазинов и престижных супермаркетов, крупных фирм, банков и разных федеральных и городских учреждений.

Психология bookap

Но понедельник, 17 апреля 2006 года, был особым днем для Нью-Йорка. И не только потому, что ему угрожали "черные камикадзе" на атомной станции, но и в связи с тем, что сегодня не была открыта биржа и банки. Это просто взбесило людей, которые еще пытались хоть что-то спасти из своих накоплений, избавиться от обесценившихся акций и упавших в цене долларов. Ежедневно разорялись десятки тысяч фирм и людей, сотни человек кончали свою жизнь самоубийством, не видя выхода из этой катастрофы.

Наэлектризованность в городе росла с каждым часом. Полиция и ФБР были на взводе, тем более что захват семей многих полицейских чинов в заложники, создавал крайне нервозную напряженность у сотрудников полиции, опасавшихся за жизнь и своих семей. Если террористы сумели раздобыть адреса их начальников, то что уж говорить о лейтенантах, сержантах и простых агентах.. Всеобщий страх, как густой и липкий туман обволакивал Нью-Йорк накануне ночи, которой суждено будет войти в анналы истории США ХХI-го века, как Нью-йоркская ночь длинных ножей...