Часть первая. Дорога в ад.

Глава третья. Черный вторник Уолл-Стрита.


. . .

2.

11 апреля 2006 года, Нью-Йорк, вечер

Десять минут назад Столберг отпустил своих сотрудников. Только ведущие специалисты, участвовавшие в работе по руководству операцией на фондовых биржах в период кризиса и конвертации доллара в твердую европейскую валюту, были собраны в 22 часа на небольшой раут. Шампанское, салаты, сэндвичи и кофе дополняли короткие спичи этой вечери после адской и нечеловечески напряженной недели. Столберг обратился к своим ближайшим сотрудникам, от которых зависел успех задуманной им операции.

- Друзья мои! Я благодарен вам за отлично проведенную работу. И хотя мы понесли весомые потери, это все же не поражение, а победа, - говорил Столберг, стоя с бокалом шампанского в центре зала и обращаясь к своим вице-президентам, исполнительным директорам, начальникам отделов и служб корпорации, всем, кто вел сольные партии и в подготовительной работе и непосредственно в процессе операции. Но истинного смысла всего происходящего в Америке и, в частности, на биржах мира им знать было не положено.

- Мы двадцать минут назад на экстренном совете директоров корпорации, приняли решение поощрить всех здесь присутствующих годовой зарплатой. Дикий вопль восторга пронесся по всему залу и перешел в дружные аплодисменты Столбергу. Озадаченная охрана невольно заглянула в зал.

- Кроме этого, я прошу вас подготовить списки наиболее отличившихся ваших сотрудников, которым будет выплачена премия в размере полугодовой зарплаты. Мы неплохо поработали, особенно последние два дня и успели выскочить из капкана кризиса с минимальными потерями. Но впереди нас ожидает не менее сложная работа, когда возобновит свою работу биржа. Завтра и послезавтра можно отдохнуть, и дайте своим людям передышку, а с 14 апреля займемся плотной подготовкой к понедельнику, 17 апреля, к открытию биржи, к новой напряженной работе.

Столберг понимал, что даже несмотря на закрытие бирж и банков на три дня, падение акций продолжится без всякой фиксации, так как во многих странах Европы и Азии биржи не были закрыты. Там пока ввели укороченный рабочий день. Америка застынет пока в ожидании 17 апреля, поэтому людям надо было дать отдохнуть и прийти в себя перед повой напряженной работой, так как приближались роковые для Америки дни, о которых никто в его корпорации и понятия не имел. И к этим дням следовало хорошо подготовиться.

Сейчас Столберг собрал в кулак гигантские финансовые средства. Бросив в борьбу все ресурсы корпорации и ее филиалов в сумме 46 миллиардов долларов и 38 миллиардов различных подставных фирм, входящих в орбиту проводимой им операции, он потерял только на акциях 3,8 миллиарда долларов. Но при этом сумел сконцентрировать в своих руках евро, швейцарских франков, скупленного золота, платины и алмазов на сумму, с учетом резкого падения курса доллара, в 417,163 миллиарда. И он понимал, что доллар упадет еще ниже, в 3-4, а может и более раз, что позволит иметь на руках фантастические ресурсы порядка 1,2 - 1,3 триллиона долларов. Вот тогда он и купит России немного Америки.

При обесценившемся долларе, при всеобщем хаосе, гигантской катастрофе в Калифорнии, если сбудутся предсказания русского академика, при отделении ряда штатов от США, можно будет, наконец, отыграться за весь двадцатый век. За десятикратно подскочившие в цене евро и швейцарские франки можно будет скупить по дешевке крупнейшие фирмы Америки, землю и недвижимость, месторождения полезных ископаемых и готовую продукцию.

Крах Америки был неизбежен. Но если бы он произошел вне ведения других стран, произошел естественным путем, то рухнула бы вся страна и своими обломками накрыла бы пол мира. Но когда этот процесс идет планомерно и под контролем, когда этим процессом управляют, последствия просчитываются и сводятся к минимуму, то это только на благо человечества.

Финансовая система Америки представляла собой заурядную пирамиду, которая от разрушения подпиралась военной мощью США. Но любая подпорка в этом деле устаревает как морально так и физически. Эту систему разъедала раковая опухоль, возникновение которой относится к еще довоенным временам. Еще в 1935 году президентом Рузвельтом была широко разрекламирована и внедрена первая федеральная программа социального обеспечения граждан США, которая являлась главным звеном в рекламной кампании по предстоящему его переизбранию президентом США на второй срок.

Рузвельт тогда провозгласил: "Связь между уплачиваемыми налогами и отчислением в пенсионный фонд должна иметь законное право гражданам получать свои пенсии. Люди стали делать сбережения на старость, а государство платить им хороший процент по их сберегательным вкладам". Но уже в 1939 году был сделан роковой шаг. Конгресс принял решение, по которому страховые взносы ныне работавших американцев стали направляться на выплату пенсий, а накопления направлялись на другие цели.

Но в то время соотношение работавших и получавших пенсии составляло 50:1, а на счетах скопились огромные суммы. Это было золотое время. Но со временем начали появляться негативные факторы, способствовавшие опустошению этой "малины". В 195в5 году появилось пособие по нетрудоспособности, а в 19655 году была создана система страховой медицины. Систему этих выплат постепенно распространили на отставных военных, государственных служащих, фермеров, надомных рабочих, вдов и вдовцов, сирот, инвалидов и их иждивенцев. Но при этом не было предпринято никаких шагов со стороны правительства, чтобы покрыть возможный рост: затрат на эти блага, а эти затраты росли в геометрической прогрессии.

Все это привело к тому, что уже в 50-е годы соотношение работающих и получающих пенсии и пособия стало 3:1, а в 2005 году составило 2:1. Это поставило под вопрос возможность выплаты государством пенсий и других пособий. Попытка отмены части пособий в 2004 году обернулась бунтами и погромами в 23 городах Америки. США попали в капкан. Любые льготы легко вводить, тяжело выполнять и очень сложно и чревато отменять. Продажные вашингтонские политики, чтобы обеспечить себе теплые места в Сенате, Конгрессе и в разных теплых федеральных структурах, ЛЕГКО давали избирателям обещания социального характера, заверяя, что расширят уже имеющиеся выплаты и льготы населению.

Дело дошло до того, что к 2000 году, после выплаты процентов по государственному долгу, 68-70% годового бюджета страны уже шло только на социальные программы, а в период президентства Д. Кеннеди, эта цифра составляла только 30%. Америка жила в долг, накапливая и колоссальную внутреннюю задолженность и беспрецедентно увеличивая свой внешний долг. Внутренняя задолженность подстегивалась нарастающим гигантским дефицитом, который смягчали, продавая другим странам доллары, как средство мирового платежа, решая таким путем; за счет других стран, свои внутренние проблемы.

Президенты в геометрической прогрессии увеличивали дефицит бюджета и государственный долг без особых опасений, так как всегда могли, развязав какой-нибудь военный конфликт или мятеж в каких-нибудь странах, быстро подпитать свою экономику за счет продажи зеленых долларовых бумажек в счет поставок нефти, руд металлов, леса, золота и так далее или поставок воюющим сторонам залежалого оружия через третьи страны.

Особенно большой скачок дефицита бюджета был совершен в эпоху президента-актера Рейгана. Умелые имиджмейкеры тогда усиленно пудрили мозги американскому народу, да и всему миру, так называемой "рейганомикой", которая впоследствии обернулась гигантским биржевым кризисом 1987 года. США из кредитора, за послевоенные 50 лет, превратились в крупнейшего должника. Внешний долг Америки значительно превысил ее годовой Валовой Внутренний Продукт. Чтобы не вызвать гигантскую панику в самих США, эти факты тщательно скрывались от американского народа.

Неизбежно должен был наступить момент, когда США, собирая с населения налоги, будут не в состоянии платить не только различные пособия, но и пенсии, а это неизбежно привело бы к тому, что американцы перестанут платить налоги. Тогда наступает либо крах власти, либо гражданская война.

Столберг, как никто другой, изучавший внутреннюю финансовую систему США, понимал неизбежность краха Америки вследствие авантюрного устройства самого механизма ее функционирования. Ведь стремясь установить в мире свою гегемонию, США должны были действовать по принципу русской поговорки: "Наш пострел везде поспел". Война в Персидском заливе, в Боснии, в Нигерии, военные операции в Сомали, в Колумбии, в Панаме, блокады организуемые Америкой по всему свету, все это никак не запланируешь ни в какой бюджет, так как многое в политике возникает спонтанно. А быть затычкой по всему миру, раз претендуешь на мировое господство, требует непредсказуемо огромных расходов, что непосильно даже богатейшей стране мира. Поэтому печатный станок США работал на износ, штампуя зеленые бумажки и увеличивая и без того беспрецедентный дефицит бюджета.

Но все это уже было в мировой истории. Великая Римская Империя погибла не от нашествия варваров, а от огромного дефицита бюджета. От этого спровоцированного недуга погибла и Испанская супердержава в XVI веке, Голландия - в XVII веке, Великобритания - в XIX веке. Советский Союз - в XX веке, хотя эти недуги и создавались сионистами. Они оставались сверхдержавами своего времени до тех пор, пока были способны экспортировать капитал, то есть пока были странами кредиторами, как только становились дебиторами, то есть должниками, их могущество таяло на глазах изумленного мира. Безусловно и другое в этих финансово-политических катаклизмах мировой истории. Этими процессами умело манипулировали мировые еврейские ростовщики, объединившиеся в кланы и создавшие мировую финансово-банковскую олигархию, подвластную мировому сионизму. Теперь настал черед и Америки, но вопреки планам сионизма.

Столберг нажал кнопку внутренней связи:

- Сюзи, соедини меня, пожалуйста, с министром финансов.

Столберг хорошо знал министра финансов Мэлвина Робинсона. Неоднократно бывал с ним на званных обедах знати, юбилеях богатых людей Америки, так как по весомости своей корпорации входил в сотню богатейших людей США, и с ним считалась не только правящая верхушка Вашингтона, но и ближайшие сотрудники администрации президента.

- Сэр, на проводе мистер Робинсон, - прозвучал голос Сюзи.

- Мэлвин, здравствуй! Я понимаю, в каком состоянии сейчас правительство. Мы сами едва успели избежать краха, хотя и понесли большие потери. Я хочу завтра консолидировать дюжину, полторы наиболее близких мне банкиров и предпринимателей, чтобы выработать меры помощи федеральному правительству и стране в целом. Главное, продержаться 5-6 дней, а за это время подготовить необходимые меры поддержки и финансовые средства. Я попробую обратиться и к своим друзьям в Европе.

- Джон, спасибо тебе за поддержку. Я всегда считал тебя патриотом Америки. Недаром на обсуждении сегодня всех проблем у президента, я упоминал и тебя в числе тех. на кого может опереться правительство и президент. Я сам собирался тебе позвонить чуть позже. Мы сейчас обзваниваем по всем штатам наиболее надежных предпринимателей и банкиров для координации действий перед открытием биржи 17 апреля.

- Вы правильно сделали, что закрыли биржу и банки не на один, а на три дня, до конца недели. Получается передышка в пять дней, за это время можно многое сделать чтобы успокоить население и снять ажиотаж.

- У нас, Джон, не было другого выхода, ситуация гораздо хуже, чем ты можешь себе это представить, поверь уж мне, не могу по телефону, а при встрече я тебе приведу такие доводы, что станет ясно, нам надо было бы вообще биржу закрыть на пару недель, но сам понимаешь, невозможно, сейчас не 1929 год, нас сметут. Джон, я попросил бы тебя переговорить с предпринимателями Пенсильвании, Вирджинии и Огайо. Мы сейчас создаем группы поддержки со стороны предпринимателей и банкиров по целому ряду штатов, чтобы собраться 13 апреля в Вашингтоне и выработать единые критерии для обуздания ситуации на фондовом рынке.

Не стану скрывать, по сообщениям ряда губернаторов, кое-где уже произошли столкновения населения, потерявшего свои накопления, с полицией. ФБР и ЦРУ не исключают существования международного заговора. Во всяком случае, президент уже создал специальную комиссию и в Сенате создана своя комиссия с привлечением правительственных чиновников из ряда Федеральных служб и консультантов из независимых частных фирм.

В общем, Джон, спасибо. Ты знаешь, что мы не забываем тех, кто в трудные времена рядом с правительством. О времени совещания в четверг тебе позвонят. Еще раз спасибо. До встречи.

- До встречи, Мэл.

Психология bookap

Столберг понимал, что предложение оказать помощь федеральному правительству, не будет забыто им, и можно будет надеяться на помощь Комиссии по ценным бумагам и Министерства финансов в приобретении обанкротившихся крупных фирм и государственных предприятий, недвижимости и крупных месторождений. Создание комиссии с участием ФБР и ЦРУ не пугало Столберга, так как операция была проведена чисто и его корпорация также понесла большие потери, четко зафиксированные по проведенным сделкам.

Безусловно, Столберг мог первым сбросить все акции 4-х гигантов Америки сразу и свести до минимума потери лично своей корпорации. Но тогда не было бы никакой игры на бирже, как и не было бы обвала фондового рынка, так как львиная доля акций была у подставных фирм. А сброс акций, которыми владела только его корпорации, был бы немедленно нейтрализован скупкой их самими владельцами. Более того, первичным сбросом всего запаса акций, он немедленно привлек бы к себе внимание и самих фирм и Федеральной Комиссии по ценным бумагам. Все было тщательно продумано и сверялось не один раз. Слишком велика была ставка. Теперь оставалось только ждать развязки в ближайшие дни на политическом поле, которая в корне усугубит всю ситуацию.